Игрушка.

Все видят только то, что хотят видят. Видят только оболочку, а копнуть глубже не хочет никто. Почему? Да потому что всех это устраивает. Все видят в нем мышцы и татуировки, сигареты во рту, косухи каждый день, но никто не догадывается, да и не догадается, что этот человек, возможно, имеет ранимую и чуткую душу, красиво рисует или увлекается музыкой, знает толк в музыкальных инструментах или наивно влюблён. Толком-то вы ничего и не знаете о Лето-старшем. Чиркнув зажигалкой, откуда выглядывал рыженький пляшущий огонёк, поджигает сигарету, после чего вокруг головы образуется атмосфера из табачного дыма. Шеннон идёт по бульвару, сунув руки в карманы и, казалось, совершенно не замечая прохожих. Сегодня Аманда, которая опять оставалась у него дома, объявила об очередной сходке по поводу нового удара по Рикки. Не согласиться было нельзя, иначе бы Аманда устроила истерику, продолжила бы руганью, закончила бы слезами и угрозами, что совсем его не устраивало. Его не устраивало абсолютно ничего, а с недавних пор, он стал сомневаться и в искренней любви к этой девушке. Когда он только её увидел, то подумал, что она прекрасна: золотистые волосы кольцами вились вокруг головы, голубые глаза, лукаво смотревшие в его сторону, всё это очаровывало. Очаровывало, но не навсегда. Два дня назад, два барана, которые вечно ходят вместе с ними, прибили Рикки к шкафчикам. Кажется, ей было больно, во всяком случае, она держалась за руку. Аманда угрожала. А Шеннона это не устраивало, он даже решился остановить её, когда та стала наступать на побитую. И какой идиот дёрнул его? Сам ведь над этой девчонкой Рикки издевался, мать его, а сейчас ему даже жаль её. Шеннон заходит в облицованный красным кирпичом двухэтажный дом, не забыв потушить сигарету, хотя, можно было не стараться, ведь в помещении и так кругом дым и этот ужасный запах никотина. «Надо завязывать с этой дрянью.» В гостиной самый густой дым и люди. Здесь всегда есть люди, обсуждающие Рикки Смит. - О,привет,милый. - завидев Лето-старшего, Аманда пододвигается на старом диване, жестом приглашая сесть рядом. - Ага. - У нас тут новый план насчёт нашей малышки. - кладёт тонкую руку ему на плечи и выдувает пару колец дыма. Все, кто здесь был, ухмыляются и устраиваются поудобней, будто в своём собственном доме. - В общем, - начинала Аманда. - Завтра утром, когда прозвенит звонок, мы схватим её и оттащим в спортзал, там её немного запугаем и подобьём под себя. Если она начнёт рыдать и биться, мы, естественно, знаем, как это предотвратить. В любом случае, мы в выигрыше. - Подбить.. зачем? - Шонни, иногда ты такой наивный. Сейчас век, когда ты можешь использовать дураков, а сам остаешься в тени. - она намекает. Намекает на что-то серьёзное, а на что именно, Лето-старший догадывается сразу, что приводит его в бешенство. Его начинает тошнить от этих лиц, от их ухмылок и вечного дыма, даже от Аманды и её поцелуев, объятий и прочего. - Но это же..Аманда, блять, так нельзя. Ради чего? - Ради выгоды. - С таким же успехов ты можешь издеваться над своей компанией. - Ну нет, Шонни, они же наши друзья, забыл? - Аманда заламывает руки и тоже встаёт вровень с Лето. - У меня нет друзей. И девушки тоже. - Что? - не понимает она. - Иди ты в пизду, Колберг! Я не собираюсь больше в этом участвовать! - он окинул всех взглядом исподлобья и, круто повернувшись, ушёл. Шеннон сам не знает, что его так взбесило. Возможно, что это дым так на него подействовал, но сам он был уверен, что действовали именно люди. До него вдруг доходит вся жестокость и весь ужас этих событий. До нынешних минут, он думал, что играет в игру, что это ради забавы, но никак не догадывался, что причиняет кому-то страдания, боль, что это унижает или даже убивает. На душе становится невыносимо до такой степени, что хочется вращаться вокруг своей оси и врезать каждому прохожему по лицу. Он вспомнил её образ.Русые волосы,изредка заплетённые в не тугую косу, ярко-зелёные глаза. Ей всего шестнадцать, а её достаточно хрупкие плечи уже столько приняли на себя. На одну минуту, только на одну, ему пришла на голову мысль прижать к себе Смит, но Шеннон тут же отбросил её, всё продолжая угрюмо смотреть под ноги, засунув руки в карманы.

***

- Если ты будешь рыдать, когда пойдешь на уроки, то мы разнесём слух, что ты зашла в спортзал девственницей, а вышла бардельной шлюхой, ясно? Он стоит в тени, образованной от участка между окнами. Здесь прохладно. Аманда стоит рядом с Рикки, Рикки лежит и кашляет. Шеннону вновь противно наблюдать за всем этим, плюс, ещё появляется чувство жалости. Когда все уходят, он подбирает окурок от сигареты Аманды, чтобы немного задержаться над телом Смит. Она держится за бока и кашляет, ведь один из тех шкафов врезал ей меж рёбер. У неё ресницы трепещут, словно крылья бабочки. И они такие светлые.. - Ты ведь не такая, верно? - вырывается у Лето-старшего. Хмыкает и уходит с тем же окурком прочь, сжимая руки в кулаки от услышанных всхлипываний, доносящихся из спортзала. Он не понимает, просто не может понять, как можно гнобить человека смертью? Кем нужно быть, чтобы так испытывать? Шеннон знает такое состояние. Джареду и Шеннону было по семь и восемь лет, когда их отец застрелился у них же дома, в ванной. Джа тогда плакал, а Ше окончательно для себя решил, что отныне защитник в их доме только один.

***

Хорошо было бы извиниться. Извиниться, вот только как? «Слушай, я ненавидел тебя всем сердцем, подкалывал много лет, спелся с твоей бывшей подругой, прости,а?» Нет, так не пойдёт. Конечно же, она не простит. Лето размышлял над этим уже всю дорогу от колледжа до дома. Он решил пройтись мимо парка. Июль, конец года, листья уже давно позеленели до тёмно-зелёных оттенков и походили на маленькие итальянские гондолы. Пока никто не видит, останавливается под одним деревом, чьи ветки склонены к земле больше других и срывает пару листочков. Потом поднимает их на уровень глаз и скользит по ним взглядом. Сквозь листья просвечивает рыжеватое солнце, будто листок - преграда, а светило - войско, которому надо проломить стену. Но вот, посередине листочка проявляются два расплывчатых пятна, вот только не на нём, а за ним. Убрав его от глаз, Шеннон посмотрел на то место, где были пятна. Ничего особенного, просто его счастливый младший брат в объятьях у не менее счастливой Рикки. Что-то происходит с лицом Шеннона. Похоже, он улыбается, что происходит с ним, кстати, не так уж и часто. Парень ловит себя на мысли, что при Аманде ни разу не улыбнулся. Но в иной раз он хочет сказать Смит, какая же она наивная и глупая. Его даже забавляла такая простота и открытость. Что ж, если у Рикки появился друг, значит, настало время перемен.