Летопись IV Эпохи

      Передышка длилась недолго. Союз стягивал последние силы. Барахир повёз тело короля в Гондор, но уже на четвёртый день вернулся в ставку.       Шатёр Леголаса, местами почерневший от гари, возвышался над остальными. Откинув полог, Морвинион вошёл внутрь и замер...       У стола склонились двое — черноволосый принц и синда с заплетёнными в косы золотыми волосами. В одежде лихолесского воина он ничем не отличался от остальных — если бы не смешок, похожий на лисий лай.       — Taur! — синда одним гибким движением припал на колено.       Лис не успел ответить, в шатёр вошел Тэллар. Заметил Трандуила и не показал и доли удивления.       — Я всё думал, когда Вы присоединитесь, — улыбнулся он.       Оба рассмеялись. Нолдо и пришедшие за ним лорды с Альмером подошли к разложенным картам.       — Леголас передал мне последние известия, — сказал лесной король. — У нас больше нет роскоши тянуть время, следующая битва должна быть последней.       — Для этого нам нужно вытянуть все силы Врага, — заметил Барахир. — Все до единой!       — Не только. Нам надо зайти с двух сторон и взять крепость. Атака должна идти по всем фронтам. В Умбаре, в Хараде, в крепости и у врат. И мы обязаны перейти рубеж, иначе всё пропадёт.       — Вы хотите захватить врага? — удивлённо переспросил князь. — Думаете, он захочет сражаться?       — Захочет! — внезапно уверенно ответил нолдо. — На это он и рассчитывает. Поэтому я поведу те отряды, что пойдут брать крепость. И мне бы хотелось, чтобы Вы, князь, и ваша дружина были рядом.       — Мой Государь доверял вам, Тэллар, а я доверял ему. Моя дружина и я в вашем распоряжении.       — Силы придётся разделить, и существенно, — заметил Альмер. — А сколько людей за стенами крепости, мы не знаем.       — Не так много, силы после битвы равны. У Калраннона больше нет ни блестящего полководца, ни майэ.       — У нас, кстати, тоже, — заметил один из лордов.       Утром армия двинулась к границам Юга.       ...Сумерки быстро сменились ночью, армия Юга отошла назад, загородившись наспех поставленными стенами. Эльфы поставили лагерь за склоном и выставили дозор. Морвинион взял отряд и отправился вперёд.       ...Тёмная волна тысячной армии, светлое воинство кажется камнем на их пути. Солнце исчезает за низкими тучами, с востока надвигается тень. Серебристые клинки взмётываются вверх. Ворота близко, рукой подать... Спокойный голос короля нолдор: «Sollen Dirnaith». А они не послушались. Звонкий клич: «В атаку!», и армия Лихолесья несётся к вратам. Впереди в ослепляющей броне заходит справа на орков Орофер, Трандуил слева, и до победы, кажется, рукой подать... Но когда они врезаются в орду, начинается сечь.       — Отец...       Лесной король оторвал взгляд от тёмного неба. Впервые за тысячи лет он вернулся в Мордор, и память его ожила. Он боялся, что эти земли заберут у него сына, как когда-то забрали отца.       «Пусть лучше погибну я, чем Леголас».       — Aran nin, — твёрже повторил принц. — Морвинион сказал, что Вы искали меня.       — Я хочу, чтобы ты взял свою дружину и отправился за Тэлларом. Вам нужно его догнать.       Глаза короля эльфов — холодный зелёный огонь.       — Тэллар взял с собой достаточно воинов... — попытался возразить принц.       — Он взял лишь людей, — перебил его король. — В Крепости врага ему нужен наш народ.       — Если таково пожелание моего короля, я уеду на рассвете.       — Таков приказ твоего Государя, Леголас.       Лёд в глазах короля не потеплел.       — Айя, мой король, — поклонился принц.       Он хотел спросить, но со стороны севера раздался бой огромных барабанов. Подошедшему к костру Альмеру показалось, что горло сдавили железные тиски, — барабаны могли означать лишь одно: несколько тысяч орков, идущих на помощь Югу.       Обе армии пришли в движение, в лагере Юга заметались огни факелов. Трандуил же приказал никому не двигаться. Бой барабанов нарастал и приближался к склону, люди обречённо смотрели вперед, на Юг. Эльфы, наоборот, были удивлены.       К костру прискакал Морвинион, на лице герольда была широкая улыбка.       — Смотрите, мой король! — указал он на приближающееся войско. — Смотри, мой принц.       И они увидели: невысокие фигуры, длинные топоры и секиры.       — Наугрим! — не веря, прошептал принц. — Наугрим ответили!       — Леголас Трандуилион, ответь, если слышишь мои слова.       — Я слышу тебя.       — Я Юнгви, внук Гимли, сына Глоина. Мой высокий дед посылает тебе свой народ, Князь. Khazad ai-mеnu!       Наугрим стоял на склоне, оценивая разлившуюся внизу армию Юга, рядом стоял Леголас и тихо с ним переговаривался.       — ...Нам не прорваться, Князь! — Юнгви повернулся принцу.       Морвинион только вздохнул от подобного обращения.       — Ты рано сдаешься, Юнгви, — заметил подошедший Трандуил. — У Врага больше нет воинов, перед тобой сейчас вся его армия.       — Вся, говоришь? — усмехнулся гном. — Что ж, тогда у нас есть шанс, если ударить по ним с трех сторон.       — Почему наугрим присоединились к войне? — внезапно спросил Трандуил.       — Война пришла к нам, король. Месяц назад орда прошла по нашим землям, сжигая поселки. Мы видели огонь на Востоке и на Западе. — Гном закрутил бороду вокруг шеи, чтобы не мешала, и, присев, стал затачивать секиру. — Твой сын — друг нашего народа. Мой дед любит и ценит его дружбу...       — Враг не начнёт наступление до утра, Юнгви, твоему народу стоит отдохнуть.       — Откуда ты знаешь, что будет завтра, король?       — Я не знаю, правнук Глоина, мне остается только верить, что утром произойдёт всё так, как было задумано нами, а не врагом.       Следующим утром флот Пеларгира встретился с кораблями Умбара.       Армия Арнора вошла в Харад, начав осаду...       Майа бросил все силы на армию Союза, в Крепости осталось около пятисот воинов.       Два дня спустя воины Барахира и его лордов были подкреплены подоспевшей дружиной Леголаса.       На вторую неделю прихода гномов объединившаяся армия разбила армию Юга.       — ...Sollen Dirnaith! — эльфы держали строй.       Первый заслон позволил стоящим позади копейщикам насаживать орков. Лиглон, Келлион и Морвинион плечом к плечу стояли в переднем ряду. Ход битвы изменили тролли. Их атака разбила дирнайт, копья не причиняли им значительного вреда, и от очередного удара Лиглон отлетел назад. Когда поднялся, увидел, что строй рассыпался, беря на себя тех противников, кто был ближе.       Синда сражался двумя мечами, кроша орков. На строй Юг бросил только тварей, люди сражались в основном с людьми. Toronya? Он никак не мог увидеть брата. Как только атаковали тролли, их разметало в разные стороны. Он увидел Морвиниона в сорока шагах от себя, тот держал круговую атаку. Были лишь крики, конское ржание, вой орочьих рогов... И потом во всём этом шуме он услышал знакомый голос — короткий вскрик. И увидел падающего брата меньше чем в двадцати шагах от себя.       ...Тейха дрался, как смертник. Натасканный Орофагом отряд в бою был лучше, чем любой из людей Союза. Но в какой-то момент его противником оказался эльф. Истерлинг бросился на него, вспоминая слова покойного Волка: «С людьми нет смысла сражаться честно. Пока вы пытаетесь блокировать удар, вас успеют убить. Вы пытаетесь биться по правилам. А в настоящем бою их нет. Не блокируйте атаку — бейте сквозь удар, тогда есть шанс выжить. В битве никто не дерётся честно, только эльфы».       «Может и так, — думал Тейха, — но я хочу жить. И как бы не были благородны и честны твои эльфы, капитан, я дуэль устраивать не буду».       Эльф отступил. Взмах — меч ударил по наручу, боль отдалась в руке, но наруч выдержал. Поворот — эльф занёс меч, и Тейха рванулся вперёд, не пытаясь остановить удар противника. Бил через атаку, как учил его Волк.       Меч скользнул вверх, рассёк обруч, сдерживающий золотые волосы, эльф вскрикнул. И перекрыл всё разорвавшийся крик: «Брат!»       Эльф упал лицом в землю. Тейха отступил и облегчённо вздохнул, что не увидел его застывших глаз. Мимо него кто-то промчался — только золото волос сверкнуло.       «Брат! Брат!!!» — звал синда, проталкиваясь сквозь людей. Обхватил обеими руками, вытаскивая из-под ног сражающихся, и потащил прочь.       Тейха, уже успевший отойти к своим, увидел, как Эгнор занёс меч над ничего не замечающим эльфом... Истерлинг отвернулся — хватит с него крови эльдар. Прав был капитан, лучше с ними не сражаться. Они уходят не так, как люди, — спокойно, без криков и последних слов, ясные глаза смотрят в небо, а лица даже в смерти слишком светлы. И никак не поворачивается язык сказать им: «Сдохни, тварь».       Он добрался до Тэмара. Остатки отряда были рядом и без слов поняли приказ.       — Отступаем, Ворон, мы проиграли.       — Я дал слово капитану. Я обещал, что мы выживем.       — Если не хочешь взбучки от Волка на Тропе, то шевелись. Времени у нас почти нет.       ...Он тащил его, не глядя по сторонам. Некогда. Была одна лишь мысль: «Донести его до целителей», настолько поглотившая всё внимание, что он уже не опасался булавы или ятагана, способных снести ему голову. Сил хватило лишь на то, чтобы вытащить брата за пределы самой отчаянной и жёсткой схватки. Он крикнул, и его услышали — двое эльфов бросились к ним. Он поудобнее обхватил брата и почувствовал невыносимую боль.       Сквозь ускользающее сознание услышал лишь стихающий шум битвы и небо, полыхнувшее перед глазами огнём.       «Прости, toronya...»