Beast

Билл снова лежал в глубокой ванне, нежась в облаке переливающейся пены. Тепло восхитительно обволакивало тело, и он со вздохом наслаждения вытянул длинные ноги. Неровный мерцающий свет нескольких дюжин свечей расслаблял еще сильнее, и он чувствовал, как напряжение волнами покидает его тело. Он поджал пальцы, когда в ванну опустилась рука и приподняла его ногу над водой, а мочалка легко прошлась по голени. Он нежного щекочущего прикосновения из горла вырвался еле слышный низкий урчащий звук. В ответ раздался лишь басовитый смешок, и мочалка закружила по ноге все выше и выше. Она дразняще скользнула в чувствительную ямку на внутренней стороне колена, а потом двинулась дальше по бедру, и у Билла сбилось дыхание. Мышцы пресса напряглись, а прикосновение скользило все ближе и ближе к своей цели, и он задрожал в предвкушении. - Ммм, Том, - простонал он, когда ладонь, наконец, сомкнулась на желанной добыче. *** Билл рывком проснулся, все тело горело, а в голове продолжали мелькать отрывки только что увиденного сна. Неужели ему действительно снился эротический сон о звере? С момента его заточения здесь прошло несколько недель, и возбуждение вовсе не было неожиданным и необъяснимым… Но Том? Да он же даже не человек! По крайней мере, в настоящее время. Он потряс головой, пытаясь изгнать воспоминания об этом сне. Насупившись, он решил, что во всем виноват Том. Это он зародил подобные мысли в его голове замечаниями по поводу его наготы и якобы отказом от женщин. Билл в женщинах не был заинтересован никогда – он очень рано разобрался со своей сексуальностью. Да, в этом вина Тома. Его комментарии смешались с реальными ощущениями и сыграли злую шутку с его подсознанием. Билл ничего не мог поделать с тем, что все эти недели зверь был единственным живым существом, с которым ему приходилось общаться. В том, что он появился в его снах, не было ничего противоестественного. И все же Билл застонал, вспомнив нежное и дразнящее прикосновение скользящей по ноге широкой лапы. Он был уверен, что больше никогда не сможет смотреть Тому в глаза. *** Неловкость одолевала Билла весь день. Ему удавалось ненадолго забыть о том сне, но затем мысли снова прерывались поразительно яркими и волнующими сценами, не желающими покидать разум. И то, что отвлечься было совершенно не на что, совсем не помогало. Долгие часы тишины в практически пустой комнате вовсе не избавляли от предательских мыслей. Он беспокойно расхаживал по комнате, впервые за все эти дни надеясь, что сегодня ночью Том решит не заходить и забудет о его существовании. Он не был уверен, что сможет спокойно смотреть на зверя – слишком красочными были воспоминания о сне. И все же история зверя была любопытна ему до крайности, и часть его – та крошечная часть, которая не тряслась в ужасе от одной мысли о сне – отчаянно желала узнать больше. Он примерно догадывался, что произошло между Томом и той девицей. В музыкальном мире Том был знаменит своими сексуальными приключениями: он переспал с поразительным количеством женщин, и ни одна из них не побывала в его постели дважды. Билл слыхал, что он был просто очарователен до того момента, когда скатывался с тела девушки, а после вышвыривал ее на улицу, не сказав ни слова благодарности за проведенную вместе ночь. Билл никогда особо не задумывался над этими россказнями: чего еще ожидали группиз, в конце концов? Не стоит рассчитывать на глубокое уважение, если раздвигаешь ноги перед популярной рок-звездой. Однако же факты говорили о том, что фанатки воспринимают подобное довольно близко к сердцу. А одна из них, похоже, даже слишком… Билл нахмурился, заново прокручивая историю Тома в голове, с удовольствием занимая голову мыслями, не связанными с этим чертовым смущающим сном. Даже учитывая все, что говорили о Томе, Биллу было его жаль. Из всех последствий, к которым мог привести бессмысленный секс на одну ночь, подобные с трудом могли прийти на ум. От нежелательной беременности или болезни можно было предохраниться, но трансформация в ужасающего монстра? От этого никакие презервативы защитить не способны. Все больше и больше думая о Томе, Билл с удивлением обнаружил, что хочет помочь ему. Конечно, он уже не был так напуган, едва ли боялся зверя и не возражал против его компании. Но то, как сильно он, учитывая произошедшее, переживал за зверя, было поразительно. *** Вопреки надеждам Билла, вскоре после захода солнца раздался осторожный стук в дверь. - Заходи, - отозвался он. Голос дрожал под гнетом неспокойных нервов. - С тобой все хорошо? – просунув голову в спальню, спросил Том. - Конечно! – торопливо ответил Билл. - …хорошо, - неуверенно произнес Том, протискиваясь в комнату. Чтобы ничем не выдать свое беспокойство, Билл широко ему улыбнулся, но поскольку Том продолжал, не переставая, бросать на него тревожные взгляды, он понял, что вышло не очень. Зверь прошагал через комнату, присел на кровать и устремил на Билла пристальный взгляд. Чем ближе подходил зверь, тем сильнее Билл краснел, и каждый шаг лишь усиливал его волнение. И когда Том опустился на край постели, Билл не смог удержаться и едва заметно отодвинулся от него. Умом он понимал, что выглядит глупо, но когда Том придвинулся ближе, остановить себя не сумел. - Ты уверен, что все в порядке? – переспросил Том. Билл заставил себя поднять глаза и встретить взгляд зверя. Он увидел, что тот хмурится, а в глубине глаз прячется тень боли. Билл внутренне взвыл. Он понимал, что ведет себя смешно, и его поведение могло ранить чувства зверя. Он отругал себя за глупость, ведь они со зверем так продвинулись в отношениях! И он собирается позволить какому-то дурацкому сну все разрушить? - Все отлично, - ответил он, постаравшись добавить в голос побольше искренности, и с усилием заставил себя посмотреть ему в глаза. – Просто я чувствую себя немного неуютно, - заметив, что зверь продолжает хмуриться, добавил он. - О. Мне жаль, - на хмуром лице зверя появилась печаль. - Нет, в этом нет твоей вины, - уверил его Билл, досадуя на себя, что только все усложнил. – Я очень благодарен тебе за последние ночи, - продолжил он, чтобы показать, как ценит то, что Том для него делает. – Просто мне скучновато сидеть здесь целыми днями, понимаешь? Здесь не особо-то придумаешь себе какое-то занятие. - О, - снова вырвалось у Тома, а золотые глаза изучающе осмотрели комнату. Билл знал, что один короткий взгляд на обстановку запросто подтвердит его слова – спальня была абсолютно голой. В этих четырех стенах никакого развлечения было не найти. – А разве ты… эмм… не спишь днем? – наконец, спросил он. Билл не очень хотел думать о сне, потому что это неизбежно влекло за собой воспоминания о том самом сне, но он мужественно не отводил глаз, хоть и чувствовал, как на щеках разливается румянец. – Не все время, - заметил он. - Вот как, - Том выпятил нижнюю губу, задумавшись над проблемой, и Билл невольно чуть улыбнулся уголками губ. На зверя было так забавно смотреть: надутые темные и влажные губы смешно сложились и визуально вытянули его морду. Еще пару недель назад такое человеческое выражение на лице зверя привело бы Билла в замешательство, но теперь он привык к несоответствиям, которые окружали Тома со всех сторон. - Ну… У меня есть… - обмозговав сказанное, протянул Том. – Ты любишь читать? У Билла засияли глаза - Том произнес именно то, что он хотел слышать. Не считая, конечно, фразы «Ты свободен», но он надеялся, что в ближайшем будущем эти слова все же сорвутся с губ зверя. - Да, - нетерпеливо ответил он. Том ухмыльнулся в ответ, видимо довольный, что нашел выход, и поднялся с кровати, отчего пружины тихо скрипнули. – Пойдем, - позвал он за собой Билла. Билла не нужно было просить дважды, он подскочил и последовал за зверем, предвкушая возможность, наконец, почитать, а также исследовать не виденные ранее закоулки особняка. Том повел его дальше по коридору к лестнице, и Билл старался не отставать, на ходу припоминая, не видел ли он книжный шкаф на нижнем этаже. Но прежде чем они успели спуститься по лестнице, Том внезапно свернул в одну из комнат, и Билл на секунду потерялся в пространстве. Поначалу Билл не понял, что перед ним, но его глаза округлились, как только он присмотрелся повнимательнее. Это была спальня, очень похожая на ту, где жил Билл, но больше размером. Вся мебель была отодвинута к стенам и неаккуратно нагромождена по углам. Билл задержал взгляд на куче поломанных стульев с разрезанными подкладками сидений. На кровати не было белья, а на ткани матраца виднелись широкие дыры. Билл перестал разглядывать разбитую мебель и, отвернувшись, заметил в противоположном углу разбросанные на полу простыни. Он замер, глядя на гору постельного белья и подушек и несколько коротких свечей, а потом его настигло понимание: он смотрит на постель Тома. Жалкое маленькое гнездышко из одеял, должно быть, стало тем местом, где Том коротал ночи после того, как под его весом проломилась кровать. Сердце Билла наполнилось сочувствием, стоило только представить, как Том лежит в углу, свернувшись на подстилке, словно огромная собака, не имея возможности спать в нормальной постели. -Вот, - сказал Том и, пошарив вокруг, зажег спичку, осветив полумрак спальни. Билл отвел глаза от постели Тома и увидел на его лице такое неловкое и смущенное выражение, что жалость новой волной захлестнула его. – Выбирай, - Том указал куда-то себе за спину, и Билл, в конце концов, обратил внимание на остальную часть комнаты. Вдоль стены, перед которой стоял зверь, находился ряд шкафов от пола до потолка – столько книг Билл бы не смог прочесть, даже если бы Том запер его здесь навечно. Взгляд жадно забегал по многочисленным корешкам книг, Билл был уверен, что найдет себе что-нибудь по вкусу. Билл не очень любил читать – разве что журналы, – но скука довела его до того, что один вид книг приводил его в восторг. - Я не знаю, какие ты предпочитаешь, так что… - Том протянул ему свечу. Билл принял ее, осознавая, какое доверие несет в себе этот жест. Несколько недель назад Том ни за что не доверил бы ему огонь, но и Билл несколько недель назад воспринимал огонь лишь как потенциальной оружие, как попытку сбежать. Но сегодня он просто-напросто взял свечу и поднес ее ближе к полкам, освещая ряды книг перед собой. Глаза забегали по, в основном, незнакомым именам, напечатанным на корешках. Похоже было, что тот, кто жил в этом особняке раньше, был человеком начитанным. Некоторые названия он смог припомнить – должно быть, изучал на уроках английского языка в школе и занятиях в колледже. Билл чувствовал на себе взгляд Тома, и позволил себе изучить его, осторожно поглядывая из-под опущенных ресниц. Он отметил, что когда лицо Тома расслаблено, оно не выглядит таким устрашающим. Разумеется, золотые глаза и длинные клыки никуда не исчезли, но за эти недели Билл успел к ним привыкнуть. Вид выдающейся челюсти и шерсти на щеках уже давно не вызывал в желудке болезненных спазмов отвращения. Вообще-то, когда Том не скалился, он, как и большинство крупных животных, был довольно милым. Его пушистый мех и спокойные глаза немного напоминали Биллу о собаках, которых держал его отец, когда он был маленьким, только у Тома сквозь животную внешность пробивались совершенно человеческие черты. «Ну, правда же, - решил Билл, скользя взглядом по морде зверя, - на Тома не так уж неприятно смотреть, учитывая обстоятельства». Том тихонько кашлянул, и Билл покраснел, поняв, что уже несколько минут мнется перед одной и той же полкой с книгами. Он торопливо двинулся дальше, обращая взгляд на другие книги в шкафу. Он не знал, что выбрать. Большая часть заголовков ни о чем ему не говорила, а те, что были знакомы… Ну, он не был уверен, что готов к прочтению таких произведений, как «Анна Каренина» или «Война и Мир». Наконец, глаза выцепили название книги, о которой он слышал – одной из тех, что так называемый сослуживец рекомендовал ему пару лет назад. Тогда он отверг предложение ознакомиться с содержанием, заявив, что у него полно дел помимо чтения книжек, но теперь с ликованием извлек том с полки. - Ничего, если я ее возьму? – спросил он, показав Тому обложку. Зверь улыбнулся и пожал плечами. - Конечно, бери, что хочешь. Билл широко улыбнулся и прижал книгу к груди. – Спасибо! - Ты прямо сейчас начнешь читать? – поинтересовался Том, сверля его хитрым взглядом. – Или хочешь сначала пойти прогуляться? Билл застыл, возбужденно ловя ртом воздух. – Гулять-гулять-гулять! – защебетал он и, не удержавшись, запрыгал на месте от волнения. Сердце затрепетало от одной мысли о том, что ему позволят выйти на улицу еще раз. - Гулять, значит гулять, - со смешком отозвался Том, и Билл не смог себя преодолеть. Он не понял, что на него нашло, но радость из-за книги, жалость к состоянию Тома и восторг от предстоящей прогулки наложились друг на друга, и он подлетел к зверю и обнял его своими тонкими руками, не успев толком ничего осознать. Инстинктивно протянув к нему руки, Том неловко обнял его в ответ, касаясь лапами так же нежно, как во сне Билла. - Спасибо, - на выдохе произнес Билл и, прежде чем успел себя остановить, прижался губами к губам зверя.