Другая сторона медали.

      Стоя около номера 3020, я осторожно постучала. Послышался суетливый шорох, и через пару секунд дверь отворилась. Тони был, как обычно, неотразим, в совершенно простых и неброских вещах. Одетый в тёмного цвета джинсы, которые довольно сильно облегали и подчеркивали все его достоинства, белую футболку и такие же кеды. Волосы как всегда растрепаны в хаотичном порядке, что придавало ему ещё больше шарма.       — Привет.       — Зачем ты приехал?       Он посмотрел мне за спину, немного вытянув шею, потом опять перевёл взгляд на меня и сказал довольно спокойным, тихим и несвойственным ему голосом:       — Зайди пожалуйста.       — Спасибо, я останусь тут… Чего ты хочешь? — не заметила, как стала повышать голос.       Его глаза моментально вспыхнули, и, дернувшись, он схватил меня за локоть, втащил в комнату силой, после закрыл дверь. Я вскрикнула и отошла от него к окну, потирая болевшую кожу на руке. Тони приблизился, чем довольно сильно испугал, и я снова отступила. Подняв руки в успокаивающем жесте, Энтони выдохнул и тихо произнёс:       — Прости. Я не трону тебя. Нам просто надо поговорить.       — Мне нечего тебе сказать.       — Мне есть.       — Говори. Я тебя выслушаю, а потом, будь добр, оставь меня в покое. — Казалось, он снова применит силу, но к нему вовремя пришёл разум, и мужчина немного придвинулся.       — Болит? — спросил, заметив что я до сих пор растираю выступающий синяк.       — Всё в порядке.       — Пеппер, перестань избегать меня. Это к хорошему не приведёт, — проведя по взъерошенным волосам, Тони подошёл ещё ближе. — Пепп, я не очень умею строить длинные предложения, чтобы как-то оправдать себя; мне всегда всё сходило с рук из-за власти и денег… Я… Даже не знаю с чего начать рассказ. Я виноват, по всем статьям. Но…       Замолчав на пару секунд, Тони взял меня за плечи и, слегка надавив, посадил в стоящее позади кресло, сам сел на журнальный столик напротив. Сначала между нами было метра полтора, но Старк взялся за ручки кресла и притянул его вместе со мной к себе. Мы оказались в нескольких сантиметрах друг от друга. Снова это пьянящая близость, от которой начинает захватывать дух, сбиваться дыхание. Три недели без какого-либо физического контакта с ним стали слишком сильно сказываться на мне. Когда он приблизился довольно близко, соблазн коснуться его кожи, волос, губ, да и в общем всего тела, стал вовсе невыносим. Положив горячие ладони поверх моих, Тони успокаивающими движениями гладил большим пальцем тыльную сторону моих ладоней. Потом довольно тихим голосом продолжил:       — Примерно четыре года назад у нас начались проблемы с Мирандой. Мы не разговаривали неделями, перестали слушать друг друга, ссорились по каждому поводу. Могли месяцами не спать, утешая себя в постели с другими. Единственное, что меня держало… Да и держит до сих пор… Это Говард и Дэниэл. Знаю, я эгоист. Никогда не отдам то, что по праву принадлежит мне, — он усмехнулся и, осмотрев комнату, опустил глаза вниз, разглядывая обшарпанный линолеум. — А потом появилась ты.       Подняв на него глаза, я увидела этот взгляд. Не знаю почему, но именно в тот момент я верила ему больше, чем собственным чувствам и разуму.       — Ты стала моим спасательным кругом. Не думал, что всё зайдет так далеко, но постепенно я чувствовал, что нуждаюсь в тебе всё больше и больше. Даже пытался отвлечься. Не получилось. Помнишь, как-то раз сказал тебе, что я не очень хороший человек?       Я кивнула.       — В этом и заключается моя карма. Я деспот, от которого ты вряд ли сможешь избавиться, пока у меня не пропадёт интерес. Но как бы я ни пытался, как бы ни пробовал отказаться от тебя, у меня не получается… Ты околдовала меня.       Минутная тишина. Я больше не в силах скрывать своих эмоций, всё чаще и чаще вытирая стекающие по щекам слёзы. Глаза неприятно щипет от вновь нахлынувшей волны истерики и обиды.       — Прошу, не плачь.       — Почему ты не сказал мне?       — Зачем? Чтобы ускорить процесс нашей ссоры?       — Ты даже представить себе не можешь, как я себя чувствовала, когда узнала это от абсолютно постороннего человека.       — Понимаю. Но ты должна верить мне.       — Как я могу верить, когда ты всё время меня обманывал? Ты прав, ты эгоист. Тебе плевать на чувства других людей. Тебя волнует только твоё раздутое эго. Своей ложью причиняешь боль окружающим. А я не хочу себя уничтожать и заниматься самобичеванием от того, что моей единственной любовью стал высокомерный, самовлюблённый, эгоистичный лжец.       Теперь я уже не могла остановиться. Эмоции взяли верх. Высвободив руки, я попыталась встать с кресла, но Тони снова схватил меня за запястья и посадил обратно. От безысходности я начала хныкать, закрыв лицо ладонями.       — Пожалуйста, отпусти меня. Все кончено, Тони.       — Нет, ничего не кончено. Я не хочу отпускать тебя. Слышишь? Дай мне время.       Он накрыл своими ладонями мои, убрал их от лица, и заставил посмотреть ему в глаза, попутно вытирая влажные от слез щеки.       — Помнишь, когда мы в первый раз встретились? Я тогда подумал: «Она будет моей! Как раз этого мне и не хватало». — Его голос понизился до шёпота, что заставило нас приблизиться немного. — Ты то, что мне так требовалось. По-настоящему простая, непорочная, естественная и неиспорченная этим городом девочка. Ты единственная, кто любит меня не за мой статус в обществе, и я ценю это. Очень ценю! И поэтому прошу тебя доверять мне.       — Несмотря на то, что ты меня обманывал?       — Да. Всё будет по-другому. Только верь мне.       И тут я дала слабину. Первая поцеловала его, да так крепко, что от нахлынувшей страсти впилась ногтями ему в шею, оставляя параллельные кровоточащие полоски.       Меня не смущало ничего, эйфория продолжалась, ровно столько, чтобы я всё же оказалась в объятиях Тони в постели. Казалось, я попала в рай. Виновником этого был сам Старк, его руки, губы и… конечно ещё одна немаловажная часть тела.       Келли была не права, я не фригидна, мне не приходилось имитировать оргазм. Но одно дело заниматься сексом, даже самым крутым, и совсем другое — заниматься любовью с человеком, которого любишь больше всего на свете. Всё, что я до сих пор знала о себе, полетело в пропасть, весь мир отправился туда же, только чтобы не мешать. В этот момент нас было только двое во всей вселенной… Я и Тони.       Чтобы добраться до кровати, нам хватило секунд двадцать, и ещё пятнадцать, чтобы скинуть с себя мешающую и теперь уже неуютную одежду. Как только Тони оказался сверху, он замер, внимательно всматриваясь в моё лицо.       — Моя.       И не дождавшись ответной реакции прильнул к моим губам, грубо проникая языком внутрь. Его руки заскользили по моей голой спине, и я, застонав, выгнулась, ощущая бедром его возбужденный член. Мои ладони сразу же пустились путешествовать по его шикарным волосам и затылку.       — Готова? — тяжело дыша.       Я же не смогла вымолвить ни слова, сил хватило только на то, чтобы кивнуть. Через секунду почувствовала его внутри. Закрыв глаза, я почувствовала себя слишком уязвимой. Тони начал двигаться, очень медленно и плавно. Каждое его движение сопровождалось новым поцелуем, укусом, засосом на моей коже.       Перехватив инициативу и собравшись с силами, я перевернула Тони на спину, чем вызвала удивление на его лице и лёгкую ухмылку      .       — Моя очередь…       Наклонившись, я провела языком по его губам, слегка закусив нижнюю, и опустилась на него. Тони замурлыкал, сильнее прижимая меня для поцелуя. Я начала двигаться, постепенно увеличивая темп. Чуть-чуть приподняв бедра, вновь хотела опуститься, но его сильные руки яростно остановили меня, он невнятно прохрипел:       — Помедленнее!       Остатки разума окончательно покинули меня, уступив место примитивным инстинктам. У меня уже не было возможности сосредоточиться на чём-либо, кроме безумного секса, яростного желания принимать его в себя до тех пор, пока томительное напряжение, достигнув высшей точки, не прорвется запредельным наслаждением.       Когда моё тело содрогнулось в спазмах оргазма, Тони взял меня за затылок и, глядя, как я буквально распадаюсь на части, удерживал мой взгляд, хотя так хотелось закрыть глаза.       — Смотри на меня, Пеппер. Не закрывай глаза.       Оказавшись во власти этого взгляда, я застонала и кончила сильнее, чем когда-либо в жизни. Тело моё содрогалось в такт каждой пульсации наслаждения. Зажав его лицо в ладони, я успокаивающе скользнула губами по его рту, в то время как мои щёки обдавало его судорожное, прерывистое дыхание. Он кончил, издав какой-то животный звук. Оргазм заставил его содрогнуться, но черты лица на миг смягчились, выдав неожиданную ранимость Энтони.       Тела, дыхание, души — всё сплелось в единый клубок, перестало подчиняться любым земным и физическим законам, кроме одного: закона любви и страсти, но это закон божественный.       — Люблю.       — Люблю.       Произнеся эти клятвенные слова, я на миг прикрыла глаза, и меня затянуло в страну Морфея, лежа в объятиях самого красивого мужчины на планете.