Глава 6
27 апреля 2016 г., 23:13
Злосчастная повитуха оказалась права. Она не беременна. Цикл начался внезапно, хоть и с опозданием на несколько дней. Брюнетка уже начала подбирать имя будущей дочери, собиралась на днях пройтись по рынку в поисках колыбельки. И тут тебе все планы порушились внезапно, как камни с края обрыва. Замечательно, что у неё был запасной вариант. Если и он не сработает, то более в никакие предсказания она не будет верить. Развеет их семена как прах, в искушении узнать своё будущее.
Сын Одина, как только узнает, что она не сможет подарить ему ребёнка, откажется от неё гораздо раньше, чем должно было быть.
Конечно, трикстер молод и красив, у него тысячелетия впереди, в любом возрасте он сможет стать отцом. И у него их будет сотня. Любая другая женщина, побывавшая в его постели несколько минут, может дать ему то, чего она не может. А у неё только и останется, что жалеть, как миновали лучшие годы её бессмысленной жизни в поисках удовольствий. Не с кем будет поделиться накопленными за тысячи лет знаниями и опытом. Для себя она решила: если вдруг ей не даруют ребёнка, единственное, что ей остаётся сделать, чтобы хоть кто-то продолжил её дело. Из всех, кому действительно хотелось заниматься магией, оказался Локи.
Она делала всё, что было в её силах, однако до сих пор не могла забеременеть. Проклятье! Быть может, это были проблемы любовника не зачать, а не её? Вдруг мальчишка уже знал способ, как ещё можно предохраняться? Нет, он не знал, иначе давно бы был пойман за колдовством. Нет, тут дело вовсе не в том, что кто-то из них не мог зачать. А вдруг действительно дело в ней? Как сказала повитуха, сношений должно быть много и их было много, просто время неудачное подобрано? Они ведь ни разу не занимались любовью во время регулов. Йотунши могли забеременеть лишь в дни регулов, а для этого нужно заниматься любовью и в «эти» дни. До чего же она глупа, раз наивно предположила, что принц знал тайны деторождения йотунов.
Глупая!
Она ведь была отпрыском йотуна, а старалась забеременеть как все остальные женщины! Её вид особенный, не похож на других. Он подарил им частицу себя, не поскупился создать лучшее. Бесспорно, великаны были частью дара этому миру. И зачатие у них происходило не так, как у других.
Колдунья мигом повеселела, позволив себе расплыться в довольной улыбке. Кажется, она поняла, что предпринять. Сделанное недавно зелье оказалось готово, однако она не знала точно, как скоро и подействует ли оно вообще, однако времени на проверку не было. Время, данное ей для зачатия, быстро и неутолимо бежало прочь. Промедления могли привести к большей трате времени. Женщина решительно выпила залпом зелье, подавившись от его крепости. Добавленный в состав тысячелетней выдержки эль ещё более усугубил вкус. Что ж, возможно, это последний раз, когда она пьёт алкоголь. Как ни странно, в животе немного скрутило от боли, а потом эта боль потихоньку заглушилась и вовсе прошла. Горький вкус зелья оставил во рту неприятное послевкусие, из-за чего ей придётся ненадолго забыть о поцелуях с принцем, чтобы асгардец не почувствовал вкуса зелья.
Как раз вовремя. В шатёр позволили войти её любимому. Конечно, юноша ещё не мог знать, какую судьбу предвещали ему Норны, от того ей стоит повременить с раскрытием своей тайны. Брюнетка не хотела сглазить раньше времени, ведь коварные завистники посмеют нарушить их идиллию раньше той поры, как она предложит трикстеру пожениться. Далеко она забегает. Пока она не понесёт, никто не будет считаться с ней. Совсем скоро Одинсон станет взрослым и тогда никто не посмеет вмешаться в их отношения, заявив, что они друг другу не пара. Как долго ей придётся ждать того дня, когда Всеотец придёт к ней свататься? Пусть хоть вечность! Как только трикстер официально станет взрослым, он сделает ей предложение. Один не откажет сыну в просьбе, к тому же ведьма уже будет к тому времени беременна.
— Доброй ночи! — со смущением сказал асгардец, наблюдая за счастливой женщиной.
— Доброй ночи! — пропела госпожа, схватив любовника за руки.
— Совсем недавно тебе было худо…
— А теперь же мне хорошо! Это было недоразумение, банальное отравление.
— Хорошо, что всё обошлось. Я рад, — повеселевший трикстер обхватил её за талию и приподнял. — По племени ходит слух, что Суртур не спешит за великаншей. Что ты намереваешься предпринять с Норой, если он не заберёт её?
— Суртур не дурак, чтобы тащиться с одного края Муспельхейма в другой. На днях ты проследишь, чтобы она собрала необходимые вещи и гляди, чтобы не прихватила и чужие. Мало ли что. И отведёшь её в назначенное время и место. Если та посмеет сотворить фокус, лишишь её жизни. Всё понял?
— Как прикажешь, — маг тяжко вздохнул, поставив брюнетку на шкуры.
— А теперь докажи, что достоин моей любви…
— А ты сомневаешься?
На этом была поставлена жирная точка их разговора.
Каковы же границы дозволенной жестокости у этой женщины? Приказать юнцу лишить кого-то жизни… Колдун никогда никого и пальцем не трогал, а тут ему приказали убить невиновную девушку, будто бы та несла наказания за грехи и промахи своего отца. Брюнет не мог пойти на убийство той, которую недавно считал не то что бы другом, а приятным собеседником. Пока Анга довольствовалась своей властью, он успевал перекинуться хотя бы парочкой фраз с ней, а теперь… Ему даже не хочется думать, как он сможет убить Нору, если та пожелает сбежать. Но и отпустить он её не может, поскольку в его планы изначально не входили трепет ко всему и вся. Замкнутый круг грозился разорваться сам. Ему придётся выполнить приказ великанши, если хочет приблизиться к исполнению своей мечты. Да и сам Суртур не интересовался, как готовится будущая игрушка к их встрече. Действительно демон хочет насиловать её или он хочет просто убить, чтоб наверняка отомстить её отцу? По всей видимости, лишь Локи интересовался дальнейшими планами возлюбленной насчёт дочери изменника, поскольку саму великаншу её дальнейшая судьба вряд ли интересовала. Подтверждением его мыслей был недавний разговор с ней.
— Ты ведь в курсе, что главным условием сохранить тебе жизнь, Сурт потребовал тебя в наложницы?
— Как моей госпоже будет угодно, я приму её решение.
— Тебя не интересует твоя дальнейшая судьба? Странно всё это.
— Моё предназначение — повиноваться госпоже. Я удовлетворю потребность князя в женщине и не сбегу. Я принимаю свою судьбу такой, какой она есть. Позвольте идти?
— Собирайся, завтра отправляемся в ущелье Ору Филь-не.
Поклонившись, девушка ушла прочь. По всей видимости, у неё вообще не было плана, как жить дальше, она просто хотела обрести покой, залатать сквозные дыры в душе. Её нисколько не смутило и не испугало заявление, что вскоре она будет принесена в жертву великому князю в качестве наложницы. Скорее всего, для Суртура будет неожиданностью узнать, насколько невинной и наивной оказалась дочка изменника. Судя по слухам, доносившихся до Муспельхейма, что укрыт от других миров под тяжестью алых облаков и слоем пыли, огненного демона уже ничем невозможно удивить. Мужчина за столь короткий промежуток у власти повидал такое, о чём трикстеру даже думать не хотелось. Лучшее из всего, что маг узнал, что за одну только ночь мужчина мог удовлетворить с десяток женщин, не обделив вниманием ни одну из них.
Они ушли ещё с рассветом. Вдвоём и без армии. Воины только-только стали просыпаться, а их след уже был далеко от них. Локи неплохо разбирался в местности, поскольку часто приходилось искать новое место, чтоб побыть в одиночестве и подумать. Он не был блестящим следопытом, хотя и мог без труда найти свой лагерь, когда будет возвращаться. Ангрбода хочет проверить его на выживаемость. Эта женщина до сих пор сомневалась в его способностях, и каждый раз удивлялась. Что ж, он умел удивлять даже безэмоциональную великаншу. Это качество могло в дальнейшем пригодиться.
Пройдя в ущелье, принц отсчитывал, сколько примерно он находился в Муспельхейме. С десяток лет или с сотню? Может ли он считать себя уже полноценным мужчиной, что может нести за себя и свои поступки ответственность? По его приблизительным подсчётам, буквально чуть более года осталось ему находиться под крылом любовницы. Даже невероятно! Прошло столько лет, а он до сих пор не исполнил свою мечту перенять все навыки брюнетки. Похоже, что судьба была к нему менее благосклонна, чем ему казалось. Не хотелось бы остаться ни с чем после всех мук, что он перенёс в этом царстве. Они не должны быть насмарку.
Ручей, что очень странно, оказался прохладным, протекал неспешно, останавливая странников, давая тем передохнуть. Несколько недель бессонных, без отдыха более чем на час Нора и сын Одина приближались к назначенному месту. В конце виднелось пламя. Они почти пришли. Внезапно он остановился, услышав позади рыдания. Обернулся немедля. Великанша не выдержала накатившегося страха и отчаяния. Оказалось, ей не всё равно, что будет. Утешать бесполезно и поздно. Юноша увидал в деве того, чего не видел изначально: та сломлена окончательно. Огненному демону не составит труда покорить её. Она уже была подвластна, хоть ещё и не принадлежала ему. Спектакль подходил к концу. Дева уже не принадлежала этому миру, она была подхвачена воинами князя и оттащена подальше о колдуна. Она скрылась с его глаз, а вместо неё пред ним явился сам Суртур.
Великану не терпелось испробовать дочь изменника, но всё же требования Анги его отрезвляли.
— Кто бы мог подумать, сам принц почтил своим присутствием, — прозвучало фальшиво.
— Князь Суртур?! — ас уже не был пугливым мальчиком и говорил уверенно.
— Он самый! Не желаешь ли взглянуть?..
— Подобное зрелище не для меня. Как только передохну, отправлюсь назад.
— Не будь таким грубым и побудь с нами за одним столом. Не всякий раз можно посидеть с будущим царём Асгарда, — да, этот мужчина знал, как задеть за живое и Бог повёлся на это.
Они сидели возле ущелья за одним столом, где, как оказалось позже, и будет происходить «обряд посвящения» Норы в женщины и наложницы Суртура. На столе стояли изысканные блюда, что в диковину было даже для брюнета. Зелень, что он увидал в начале, уже переваривалась в его желудке вместе с мясом ягнёнка, выращенного в Мидгарде. Князь не ограничивал себя в удовольствиях, ни в чём не отказывая. То касалось и женщин, и выпивки. Если для других великанов подобные обеды были в новинку, для него уже многое приедалось, и он находил новые изыски в еде.
Трикстера чуть не вырвало, когда он увидал, как мужчина в несколько присестов пожирает человеческие остатки. Он даже знать не хотел, откуда у великана на съедение было мясо смертных. Похоже, что съеденный Локи ягнёнок принадлежал этому человеку. Выпив весь эль и вино, великан принялся рассказывать Одинсону правила его мира, свои подвиги и как лучше взять женщину. Сам же трикстер осушил несколько бокалов вина, эля и чего-то неизвестного доселе, стараясь затушить отвращение и испуг. Кстати говоря, затушить их немного удалось, хотя если маг увидит нечто из ряда вон выходящее ещё раз, его стошнит на стол всей выпивкой и едой.
Но, как всему хорошему, ему свойственно заканчиваться.
Не успел принц встать, как вдруг князь схватил свою наложницу и, прислонив её к столу, дёрнул мешавшие ткани одежды, без промедления и подготовки вонзаясь в её лоно, будто меч в ножны. Подавленная великанша не пискнула и не вздрогнула, представ пред мужчинами в неглиже, лишь слезящиеся от боли алые глаза кричали безмолвно. Остатки разума могли катиться, поскольку видя своими глазами момент изнасилования, брюнет с отвращением отвернулся от пронзительного взгляда Норы, просящего его о помощи. Он не должен ей помогать! Их обоих казнят, если он расклеится!
Душещипательный момент происходил у него на глазах: он разрывался на куски, проклинал себя за бездействие, но тут же отрезвлялся, стоило вспомнить об унижениях, которыми бросался её ненавистный отец. Это могло его утешить, но осознание непричастности Норы грызло ему душу, как голодные псы. Великаны намеренно ломали ему психику, ему в голову приходили мысли об убийстве этой девы. Из жалости! Спасти эту душу и остановить злодеяния, лишив маньяка жертвы. Анга знала, что подобное видение возымеет больший эффект на него. В голову влезли гнусные доказательства, что лучше смерть из жалости или во спасение. Ведьма добилась своего. Теперь он сломлен. Кажется, не осталось ничего, чего не мог бы сделать ас. Даже пойти на убийство.
Закончив, мужчина взял деву за волосы и бросил в ручей. Вода моментально окрасилась в цвет девственной крови великанши. И тут же вытащил её на берег, не обращая внимания на всхлипы и выплёскивающийся, словно фонтан, воду изо рта девицы. Он продолжал, но уже на берегу вдалбливаться в её нутро, а колдун продолжал смотреть и слушать пыхтение и стоны, ничего не желая предпринять. Последнее, что князь сделал пред тем, как уйти с великаншей, так это предложил ему ночлег и женщину.
*****
Утром Локи с трудом собрался и отправился домой. Голова болела беспощадно, тошнота подкатывала к горлу. Только сейчас он вспомнил, что перемешал несколько видов алкоголя, хотя физически мог переваривать только вино. Вспомнил, что согласился переспать с огненной великаншей, вернее переспал не он с ней, а она с ним. Принц был без сил, когда женщина сняла с него штаны, обхватила пальцами его вялую плоть, присела на него, водя его пенисом меж своих складок. Жар её тела оказался ещё сильнее, чем у йотунши. Тело трикстера мигом отозвалось на чужое тепло, и его член полностью восстал, оказавшись в лоне великанши, увеличившись внутри. Раньше он помыслить не мог, что асы и великаны могут заниматься любовью. Видимо, если меж ними кипела страсть, а не ненависть, великаны могут сдерживать свой холод и жар. Интересное преимущество. Надо рассказать асгардцам об этом открытии, но так, чтобы те не прознали, каким образом он узнал об этом. Значит, Ангрбода сдерживала свой холод, чтобы ему не навредить… Отвращение за своё бездействие встало как комок в горле. Отвращение за то, что слушал хвастовство великана и трахал одну из его жён. Маг теперь думал, как Суртур мог удовлетворить несколько женщин одновременно. И на помощь пришла неутомимая фантазия, которая с каждым разом становится всё изощрённей, стоит провести буквально час с Ангой. За всё время, что они были близки, он до сих пор не мог прочесть скрытые мотивы йотунши. Обычно ему хватало несколько встреч, чтобы понять истинные намерения другого существа, но в этот раз ему казалось, что разгадать брюнетку практически невозможно. Эта женщина заинтересовывала его всё больше, он уже признался сам себе, что начинает влюбляться в столь неприступную крепость, что иногда, лишь изредка забывает о своём предназначении стать великим и могущественным. В его планы уже не входило как можно быстрее избавиться от колдуньи. Нет, он вполне видел её рядом с собой, хотя и понимал, насколько глупым и нелепым будет их союз, когда Анга покроется большим количеством морщин и будет похожа скорее на старшую сестру, чем на любовницу молодого принца Асгарда. Однако кое-что Локи всё же удалось прочесть в брюнетке. Она наверняка не хотела детей. Каждый раз, когда они занимались любовью, женщина твердила, что о последствиях можно не беспокоиться. Он и не беспокоился. Йотунша была опытной и в таких щепетильных делах должна уже разбираться, раз до сих пор не обзавелась хоть одним наследником. Кстати, мысли по поводу её бесплодия назревали так же быстро, как спели плоды яблочных деревьев. Оно и к лучшему, ведь он пока не видел себя в роли отца и тем более не видел в колдунье мать своих будущих детей. Хоть та и в самом расцвете сил, вполне существует вероятность, что вскоре она ему наскучит, и он захочет испробовать молодое тело. Да и люди не поймут, почему столь красивый юноша выбрал себе в спутники взрослую женщину, нежели девицу, подходящую ему по статусу. Несомненно, мужчина в семье должен быть старше и мудрее. А каково же искушение выйти с ней в свет и хвастать, каков ты жеребец, тем более, если ты старше жены на несколько веков. Каждый мужчина хочет быть женатым на молодой и статной красавице, хоть вслух никому и не признается, а не на старой деве. На дорогу от ущелья до лагеря ушло более месяца туда и менее месяца обратно. Всю дорогу он не знал, как появится пред другими великанами. Его мучила совесть и душила ненависть. В одиночку он шёл днём и ночью, не останавливаясь за день более чем на треть часа. Почему он чувствует себя убийцей, хотя никогда не убивал? Как он будет смотреть матери и отцу в глаза, сколько он выдержит, пока не признается в злодеянии? Что делать, когда они узнают об этом позоре? Один сошлёт, а то и изгонит из Асгарда, мать, наверное, простит его и будет огораживать от гнева мужа. Жизненно необходимо переключиться на другие, более счастливые мысли. Как в Асгарде дела? Разошёлся ли отец с Брунгильдой? Как поживают повзрослевшие братья, учатся ли ходить, говорить? Хоть один из них похож хоть частичкою на него? Скорее бы увидеть семью и встать на праведный путь. Будучи заперт в своих мыслях, Одинсон и не расслышал, как кто-то из охраны умчался в шатёр к колдунье. Он мигом подскочил, вернувшись в здешний мир. Очень часто маг уединялся подобным образом, отчего другим казалось, что он был. Маг же считал себя утончённой и хрупкой натурой. Он любил говорить о чём-то возвышенном, обсуждать интересные книги, а иногда и спорить с собеседником, имеющим иное мнение, что по его рассуждениям было лишено смысла. Конкретно в спорах побеждал он, поскольку кроме его мнения не могло существовать иного. Он почти всегда считал себя правым. Если говорить о женщинах, жаль лишь только, что некоторым из них не хватало смелости высказать своё мнение и дерзить ему. Он же принц! Конечно, лучше вообще мнения не иметь, нежели заставить прислушаться к себе и постараться заставить его принять её точку зрения! Как оказалось, Локи не хватало интриги, загадки. Именно это и привлекало его в девах. В Сигюн его привлекла необычная для ванов внешность — ему очень хотелось постичь тайну её рождения, узнать, кто она на самом деле. Узнать, что таится внутри неё. В Ангрбоде же он увидел несвойственную обычным женщинам мужественность и жестокость, нетронутая никем душа отчасти раскрывалась пред ним. Тайны, скрытые от глаз и чужих ушей прельщали. Загадочность этой ведьмы вскоре могла быть сорвана, как простыня. Долго же ему придётся ждать, когда наступит день, который откроет эту колдунью изнутри . Колдун пришёл к шатру, ещё вроде бы недавно принадлежавшим лишь госпоже, но теперь был раскрыт перед ним, как врата покоев. Что ж, чего он и добился за эти годы, так это уединения с йотуншей и её тела. Конечно, после той ночи он много узнал, однако эти секреты были поверхностными и не несли почти никакой тайны. Предчувствия о нехорошей вести удручали. Чего стоят все его усилия, если окажется, что больше он ничего не получит, кроме разочарования и потерянного времени, если окажется, что любовница находится при смерти? Ещё было странно, что почти каждый месяц к женщине бегала повитуха, которую Анга вызывала к себе, когда его не было поблизости. Будто бы она делилась секретами с ней, боясь поделиться с ним. Возможно, чувствовала в нём опасность? Пока в шатре находилась женщина, он не мог узнать, что происходило там. Магический щит, что поставила йотунша, скрывал нежелательные звуки. Этот трюк был очень удобен, когда в тихий час им необходимо было уединиться. — Что-то в последнее время мне нездоровится… — Я предупреждала, что подобные обряды имеют последствия, — буркнула невольно повитуха. — Последствия в виде рождения ребёнка? Я готова вытерпеть адские боли и пожертвовать своей красотой, лишь бы долгожданная дочь была зачата и развивалась в моём чреве. — Дожила до таких лет и теперь хочешь понести? Поздновато ты решилась рожать, деточка. В твоём возрасте роды могут закончиться печально как для тебя, так и для плода. Да и здоровья ты потратила изрядно. Сколько мужчин было у тебя, ты хоть помнишь? Подобные игры не редко оканчиваются бесплодием. Будь ты смертной, пришлось бы ушивать тебе всё внутри. Будь благодарна Норнам, что такие последствия миновали тебя стороной. Мы не бессмертны, — великанша отдала бокал, наполнив его зельем. — Какая гадость. От него мне только хуже, нет никакого облегчения. Сколько мне ещё его пить? — Пока я не удостоверюсь, что плод развивается! До тех пор будешь пить его. Количество актов необходимо увеличить. — Половые акты давно в прошлом, — призналась брюнетка, расставив ноги. — Как я погляжу, первый контакт был несколько месяцев назад. За это время зелье должно было проявить себя, — женщина накрыла простынёй ноги великанши и умыла руки водой. — Не знаю, насколько оно проявило себя, но в последнюю неделю я чувствую несвойственное мне недомогание: тянет на сладкое, цикл прекратился, кажись, живот округлился… — Раз у тебя нет цикла, стоит повременить, может, плод только-только прижился. А если и нет, постарайся увеличить количество сношений. По всей видимости, у твоего нового любовника сил хоть отбавляй, раз ты выбрала его. — Не жалуюсь пока, — колдунья вмиг призадумалась, дав понять, что услуги повитухи ей не нужны. — Говори немедля, что происходит с тобой в последнее время? — выкрикнул озлобленно ас. — Не смей кричать на меня! Почему ты посмел явиться ко мне в таком состоянии? Что произошло? Суртур не пришёл за Норой? Не кори себя за её убийство! Рано или поздно ты должен был сделать это. И нет, отвечая на твой вопрос, я не больна. — Тогда что происходит? Зачем ты отправила меня к Суртуру? Чтобы сломить мою волю? Конечно, управлять бесхарактерным существом намного легче. Это тебе нужно? Сделать из меня ничтожного монстра? Мне надоела эта неопределённость! — Я пыталась уберечь тебя от самого себя. Ты обязан убивать без тени сомнения и эмоций. От этого может зависеть твоя жизнь. Нора получила по заслугам! Ты не думал об этом? Она травила меня ядом в отместку за отца! Я могла умереть в любой момент, если бы сразу не поняла, почему она была столь добра ко мне после всего, что произошло с Имиром! — Это правда? Я не думал об этом. Мне не казалось подозрительным её поведение, просто удивляло… — Я жду от тебя ребёнка, — радостно улыбнувшись, внезапно перебила Ангрбода. — Что?*****
Изредка вспоминается то великолепное время, когда Локи впервые познакомился с матерью его будущего ребёнка. Тогда он днями и ночами отдавался страсти, что поглотила его целиком, как сыпучие пески, не вдаваясь в размышления о дальнейшем потомстве. Ас не был столь аккуратен, как подобает неженатому мужчине. Он же с младенчества знает, к чему приводят подобные встречи с женщиной, и посмел допустить непоправимую оплошность. Беременность спутала все карты! Будь она неладна! Он уже ненавидел этого не родившегося ребёнка, тут же одёргивая себя — это мой сын! Наследник! Возможно, в далёком будущем величайший из всех магов во всей необъятной вселенной, не имеющей конца! С одной стороны, эмбрион служит доказательством его мужской силы, он не бесплоден, с другой, более жестокой, этот ребёнок уж как ни кстати. Если родится сын (в чём он и не сомневался), необходимо решить вопрос с бастардом. Магу придётся жениться на великанше, чтобы узаконить права сына на царский титул и трон. А это не входило в его дальнейшие планы изначально, пусть он и задумывался об этом чуть ранее, когда юношеские гормоны брали верх над разумом. На его окончательное решение повлияли несколько факторов: брюнетка старше, изначально их отношения сводились только к одному — ученик-учитель, вдобавок любовные утехи в качестве приятного бонуса. Да и, признаться честно, Ангрбода вовсе не походила на ту женщину, с которой спокойно можно завести семью. Ведьма в любой момент может начать изменять ему, с женским здоровьем, как оказалось, тоже накладки. Совсем недавно он узнал от повитухи (та случайно проговорилась, будучи в объятиях эля) что йотунша ещё ни разу не беременела от своих многочисленных поклонников, а их было немало. Чего один Имир стоил! И ни один из них так и не смог обрести власть над ней. А ему повезло, видите ли! Повезло, конечно, что его наследник именно от всемогущей колдуньи, а не от обычной девки, но… перенимет ли малыш качества своей матери и останется ли в нём хоть частичка трикстера? Действительно ли ребёнок будет копия он, хоть чуточку, или станет полной копией своей матушки? Женщина, без сомнений, красива, но жестока и цинична — эти качества асгардцы не принимали ни в каком виде, даже будь они целесообразны в конкретной ситуации. Им подавай простого и открытого воина, нежели мудрого полководца, не жаждущего ставить большую часть народа в известность о дальнейших планах. Если сын переймёт её черты — ничего хорошего не жди. Мальчик будет отшельником, как и отец, и помимо толпы красивых и циничных дев, больше ничего не добьётся. А ещё аса пугал внушительный рост госпожи. Пусть она и выглядела, как асгардийка, внутри неё живёт ледяной великан, способный превратить любого в живую статую изо льда. Каково будет сыну, если он будет походить на великана? Пусть и наполовину! Он будет бродить по дворцу, не зная, где его место, и проклинать мир, в котором судьба уготовила его жить в обличье великана. Хуже этой участи для ребёнка сын Одина не хочет! Йотун не может предъявить свои права на трон Асгарда. Под ложечкой неприятно заскребло: брюнет, наверное, любил Ангрбоду, но по-своему, однако не был опьянён к ней любовью, как подобает влюблённому, и находился в памяти. Только погружённый с ног до головы в бурю страстей он вполне мог бы решиться на такой шаг как свадьба, наплевав на традиции и мнение окружающих. В какой-то мере царская семья должна чтить традиции, пусть и себе во вред. Нет, такую деву народ точно не примет, поэтому ему незачем устраивать цирк с этой женитьбой. Не пришло ещё время. Не пришло… не с этой женщиной. Должно же быть иное решение, как законно признать сына! Брюнет и сам далеко не идеален. Он единственный из асгардцев, что молится Норнам, чтобы те не обвили его узами любви. Он был тёмным пятном на голубом небе Асгарда. Юноша собирался сам выбрать себе в жёны ту, что не воротила бы нос от него и не была заинтересована в политике и обогащении, не путалась в сплетнях и заговорах, как в клубке ниток. Ему нужна тихая и спокойная жена, которую не страшно оставить во дворце, она должна уметь постоять как за себя, так и за будущих принцев. И что самое главное — она должна без памяти любить его, прощать и поддерживать. От Анги подобного не дождёшься. Эта женщина самолюбивая одиночка, она вольна быть какой захочет, себе на уме. Она как ветер, постоянно меняющий своё направление. А что он может дать жене? Верность? Вполне. Да! Если она будет ох как хороша и красноречива. Такой жене грех изменять. На секунду он представил мать на месте своей жены и поперхнулся. Нехорошо получается. Говорил, что никогда ни единой мысли не промчится в его голове об измене, а тут… Одинсон не собирается изменять жене, однако не отрицал, что может захотеть другую женщину, пусть даже заранее обговорив с той, что не станет жениться на ней. — Все только и говорят о моей нежданной беременности… — пробубнила однажды любовница. — Будто и поговорить больше не о чем. В Асгарде люди также похабно ведут себя? — Почти. За тем исключением, что каждый, кто с тобой знаком, подбегает и трогает твой живот. — А ты рад пополнению? Узнать бы, что думают твои родители. Впрочем, скоро узнаем… Была ли беременность колдуньи случайна или намеренна — наверное, лишь он не знал, великаны же приняли новость об эмбрионе с радостью, с которой вроде как отец должен был отреагировать. Объявить о наследнике с гордостью не давало ощущение обмана, но с чего бы? Этой ведьме все же удалось обвить хвостом его тело и душу. В маге боролись несколько мыслей. Каждая лепетала громче другой, отчего мысли не могли собраться в кучу. Он держался с возлюбленной добродушно, даже хоть и изредка, но говорил комплименты, тут же отдаляясь на приличное расстояние от неё. Он видел, что более не интересен ей, как мужчина. Все её мысли занял ребёнок. С каждым месяцем фигура её менялась, менялось и её отношение к жизни и мировоззрению, она заботилась о своём питании и теле, развивая в себе долг ответственности пред чужой жизнью. Всё то, что она так люто презирала, стало её сущностью. Словно скорпион, рождённый жалить, отрицает свою сущность. Признаться, незапланированный ребёнок оказался для колдуна нерадостной новостью. Любовница почти забросила свои занятия магией, оставив ему лишь горстки книг да своих рукописей. Она и вовсе не замечала его, раз за разом вскакивая с места от испуга, стоит ему что-то сказать или спросить совета. Если раньше роскошные глаза с трудом могла отвести от любовника, то сейчас смотрит целыми сутками напролёт на отражение в зеркале, подмечая раз за разом, в лучшую ли сторону изменились её формы. Пышная грудь со временем хоть и не намного, но увеличилась, притягивая молодой взор полукровки, потяжелела, даря наслаждение от соприкосновения с ней, хотя теперь йотунша с трудом могла терпеть его прикосновения. Из-за небольшой боли, возникающей при касании к соскам, брюнетка исторгала немой крик. Даже этого наслаждения он лишился! Не говоря о большем… Недавно она откровенно призналась повитухе, что боится потерять ребёнка. Здешний климат оказался гораздо суровее, нежели климат Йотунхейма. Она часто стала заговариваться об Асгарде, будто неплохо бы вернуться. Видите ли, она будет спокойнее, находясь во дворце, будучи под стражей круглосуточно. Страх окружал, нарастал, делая из Ангброды пугливую девчонку. Каждый месяц, что ребёнок развивался, с блеском подтверждал тот факт, что сын уже превосходит Локи во всём, начиная от шалостей, заканчивая магическими трюками, что малыш выделывал в утробе. Эмбрион оказался строптивым, отчасти Бог стал успокаиваться и, по-видимому, свыкаться с мыслью, что первоначальная ненависть к ребёнку стала улетучиваться. Глупо не признать, что Одинсон гордится своим творением! Сделать ребёнка взрослой женщине не каждый сможет! Если каждый завтрак проходил без инцидентов, то последующие часы были самыми страшными для колдуньи — помимо тошноты и жуткой боли в груди, она жаловалась на постоянную режущую тяжесть в животе, хотя видимых признаков болезни не было. Беременность протекала вполне нормально, если учитывать в каком мире они жили. Что же касается магии, то ребёнок оказался куда агрессивнее матери, он впитывал её магию изнутри, не давал спать по ночам, требуя чего-то нереального. Повитуха предположила, что ему необходимо дать попробовать необработанное пламенем мясо, будто это на время избавит возлюбленную от боли. Конечно, Анга прислушалась к словам старухи, наплевав на мнение отца своего ребёнка. Ведьма потеряла часть своих способностей и уже с трудом могла сотворить простое заклинание. Сначала маг думал, что она напрочь забыла о своей обязанности учить его, злорадствовал, что женщина с трудом переносит беременность, а теперь же оказалось, что сын забирает большую часть её магических сил. Любовные утехи могли бы утихомирить ребёнка на время, думал он, дав родителям насладиться минутами покоя. Неимоверно быстро растущий живот всё больше привлекал его внимание к себе, каждый раз глядя на него и представляя, как бьётся сердце его сына, он протягивал руку, в надежде ощутить кожей рук своё детище, наяву получая удар по рукам и брань Анги. В те моменты он ощущал себя отцом, однако мигом возвращался с облаков на землю. К концу беременности трикстер свыкся с мыслью, что вскоре в его жизни будет существо, достойное того, чтобы носить его имя. Быть может, сын станет достойным продолжателем рода и сможет добиться того, чего отец, возможно, никогда уже и не добьётся. Почему он так думал, ведь молод и умён, красив и изобретателен? Он может наплодить ещё тысячу! Но и здесь загвоздка. Вдруг гены Одина всё же возьмут верх, и детям перейдут только их черты? Нет, ни за что! Его дети никогда не будут слабоумными, как Тор, например! Прочь эти мысли, прочь! Вряд ли брюнетка доживёт до тех дней, когда их сын, наконец, произнесёт свои первые слова. Нет, брюнет не желал ей ни зла, ни смерти, но всё же первая беременность в возрасте привлекала злосчастные мысли чаще. Она могла умереть во время родов! Он поклялся: если Норны предоставят ему возможность выбора меж сыном и любовницей, он выберет сына. Пусть ребёнок и не познает любви родной матери, зато познает, какова любовь отца. В его любви дети будут нуждаться больше, чем в материнской. Брюнет сможет дать то самое необходимое, что будет нужно его детям. Сын получит гораздо больше, чем дал когда-то ему собственный отец. Маг не будет походить на Всеотца, тот в свою очередь не станет вмешиваться в воспитание внука. За воспитанием сына колдун проследит, а потом, будь на то желание, он, наконец, женится на той, кого выберет себе в спутницы жизни.*****
Как и предполагал Локи, Один явился с неожиданным визитом незадолго до родов, причём один и без матери, что наверняка хотела бы взглянуть на ту, что вскоре подарит ей внука. Знала ли Фригг, от кого ребёнок, передали ли посланцы ей его письмо или, как это обычно и бывает, Всеотец втихаря собрался и никому не промолвил о поездке в Муспельхейм? С собой мужчина привёз, признаться, как дворовый скот, дюжину женщин и полсотни мужей. По всей видимости, отшельников из Свартальфхейма. В дни, когда последние тёмные эльфы погибли на поле боя, Бёр отдал приказ изменников и предателей ссылать в этот мир, чтобы они не представляли для Асгарда угрозы. Лишь простых воинов да их жён. Дети, рождённые после, также считались отшельниками, хоть и незапятнанными, как их родители. Один часто любил посещать то место, напоминая себе, как мудры были его предки, что почти уничтожили тёмных эльфов. Эта поездка для отшельников оказалась как благодать Богов. Многих из тех детей, чьи родители посмели воспротивиться воли царя, получили помилование. Хотя помилованием это не назовёшь. Если в Свартальфхейме они считались свободными, могли работать, чтоб прокормиться, то здесь, прислуживая великанам и Анге, они будут считаться рабами. Не очень-то приятная привилегия помилования. Уж лучше жить в свободе, чем проживать пустую жизнь, с благодатью ожидая скорой смерти. Кроме того, люди, жившие в Свартальфхейме, имели возможность построить себе деревянный дом. Это уже считалось роскошью. Более могущественных противников и деспотов заключали в подземелье Асгарда в кандалы да колодки. Худшей альтернативы смерти придумать Бёр так и не смог. Стоит отдать должное, что не каждый осмеливался пойти против царской семьи. Если велели служить муспельхеймцам, так тому и быть. К чему эти мысли? К тому, что после того как его отец окончательно принял решение, наконец, забрать сына домой, отшельники останутся в качестве дара огненным великанам. Поскольку теперь брюнет возвращается, есть надобность умаслить жителей новым подношением в благодарность за то, что те не изувечили асгардца. Щедрый подарок, ничего не скажешь, но как теперь принц будет смотреть в глаза тем, кто совсем недавно вырвался из числа «дурных»? Иной альтернативы подарка блондин не придумал, да и не особо-то и хотел забивать голову. «Щедрость» отца повесила на шею трикстера ещё груз. Он косвенно повинен, что эти рабы будут страдать, когда как он будет нежиться в ванне с пеной в своём дворце. В тепле и сытый, в безопасности. Одни только Норны знают, какая судьба уготована им. К ним почти сразу стали относиться, как к бездушным тварям, обзывали и нарочно ставили подножки, чтобы те, уронив посуду, могли получить от них оплеуху. Отец не стал глядеть на это, напомнив, что хоть Муспельхейм и входит в число его царств, он не может воспрепятствовать этому. Он боялся князя Суртура, имеющего возможность сжечь плодородные земли. Великан был угрозой вселенского масштаба, с которой асгардцы, к сожалению, пока не могут совладать. А почему? Да потому, думал сын Одина, что просто-напросто не хотят. Их это устраивает. Тор, кстати, впервые из своей пустой головы смог дать хорошую идею, как можно попробовать утихомирить огненных великанов, но отец и выслушать не захотел, мол, ещё юн и мало что понимаешь. А ведь идея могла бы сработать! Но кто они такие, чтобы умничать! Конечно, глупые юнцы, жаждущие приключений. Один не мог уступить, не позволяла гордость, что кто-то может быть лучшее и умнее его. Единственное, с чем юный маг и согласился, так это вернуться поскорее домой, обнять маму, крепко сжать её в объятиях, показать, какую рельефную фигуру он приобрёл за эти годы, похвастать в успехах в магии. Поговорить, наконец, с той, что любит его и поддерживает. Сколько лет прошло? Не меньше сотни точно! Узнать, хранила ли Сигюн обещание не выходить замуж? И, как это по-дуратски не звучит, дать нагоняй Тору за слежку в саду. Не сильную, чтоб посмеяться. Тот забыл, небось, уже об этом. — Я ношу ребёнка Вашего сына и Вы, как мой будущий свёкр, обязаны предоставить минимум дюжину личной прислуги. Я желаю отдельных покоев и статуса, что положен мне в соответствии с законами Йотунхейма. И, несомненно, лучших повитух и лекарей на крайний случай. Этот знакомый голос прозвучал неподалёку, там, где обычно асгардец любил проводить время наедине с собой, никого никогда не было. Укромней места не найти. — В нашем уговоре это не обговорено. Ты получила семя моего сына, понесла, на этом наш уговор расторгнут. Внебрачные дети не имеют права на титул — таков наш закон. Более того, я мог насильно склонить тебя избавиться от него, ты являешься жителем девяти миров, находящихся под моей защитой! Изначально я так и планировал сделать, идя на уступки Фригг, однако прервать беременность уже поздно. Ребёнок вскоре родится. Да услышат Норны, чтобы родилась девочка. — Вы чересчур много взяли на себя ответственности за сыновей, Всеотец. Позвольте им решать с кем и как жить. Времена, когда родители искали пару для своих детей, давно прошли, и прошло время, когда любовниц насильно заставляли делать аборт. Вы слишком глупы, если думаете, что женщина, забеременев, обязательно прервёт беременность. Мужчине никогда не понять, почему женщина не хочет делать аборт, зато понимают, когда сами не могут сделать ребёнка, но Вы, видимо, этим недостатком не страдаете. Чего не могу сказать об остальных Ваших сыновьях. Ваш старший сын более сотни лет спит с разными женщинами и ни одна, заметьте, ни одна пока что не понесла. Это наталкивает на определённые мысли. Кажется, если у старшего принца нет детей, то следующий по старшинству может занять трон, если имеет детей, не так ли говорится в законе? Прежде чем заключать уговор, я ознакомилась с Вашими законами… — Вы — лживая и двуличная. Вы недостойны моего сына. Локи нужна женщина, способная его контролировать, пусть и безответно, но любить. Женщина, что ранее не знала других мужчин. И что самое немаловажное — она должна быть юна и способна выносить его детей. Лишь мы, родители, знаем, какая женщина нужна такому, как Локи. Он особенный мальчик. Ему нужно большее, чего Вы не сможете ему дать. — Женщина не сосуд для утех и деторождения, мой царь… — Я жалостлив, твой ребёнок не получит прозвище бастарда, как все другие незаконнорождённые. Что бы ни случилось, я обещаю заботиться об этом ребёнке, словно он законнорождённый, если ни ты, ни Локи не будете вмешиваться в его воспитание. Даю слово Одина! Лишь тогда я обещаю дать ему по праву то, что он заслуживает, однако права на трон Асгарда ему не видать. Брюнетка усмехнулась, нежно погладив выпирающий живот. Что же получается, отец знал о планах ведьмы? Мерзкая лгунья! Она просто использовала Локи, играла роль влюблённой, а на самом деле хотела лишь использовать его, как игрушку! Она превратила его в шута! В посмешище! Она получила обещанную награду, не поставив аса в известность. И отец отлично знал это, отправляя его в проклятый Муспельхейм! Не было ни часа, как бы брюнет не проклинал этот жуткий и жестокий мир. Сегодня он узнал, что был сосудом спермы и только?! Как оказалось, он и вовсе не знал йотуншу: что у неё на уме, чего она желает? Столько лет Один и Ангрбода хранили свой секрет, чтобы в один прекрасный день их заговор был раскрыт. Не будь колдунья нужна принцу сейчас, он придушил бы её и скормил псу. Бездомная беспородная шавка оказалась весьма сообразительной псиной, с одного слова понимала команды и выполняла их беспрекословно и чётко. И слушалась только его. Удивительно! Ещё никто не слушал его так внимательно, не смотрел так преданно в глаза, как это существо. Кобель боготворил его, с радостным махом хвоста встречая его на пороге шатра. Щенок рос крупным, однако, сколько не корми, худощавость резко бросалась в глаза, а ел пёс куда больше, чем мог съесть среднего телосложения великан. Да и силой собака не обделена! Запросто рвала прочные цепи, словно щепки. Единственный недостаток, что был у щенка — он не знал, как назвать его. Оставить сыну возможность подобрать кличку в качестве подарка? Что ж, раз так всё вышло, хранить йотунше верность не нужно. Всё, что ей нужно было, она получила, значит, он свободен.*****
— Вы рады, Ваше Высочество? — это была новая приближённая. — Ваше семя, наконец, прижилось в госпоже, — Эдрид говорила тихо и ласково, иногда не было даже слышно, что она сказала. — Ваш отец молвил, что вскоре Вы вернётесь домой. Когда свадьба? — ещё она знала, как поставить мужчину в неловкое положение. — Свадьбы не будет, — выйдя из ступора, юноша почесал пса за ухом. — Это окончательное решение? — безусловно, девица рада ответу, отчего ещё более выгнулась, предоставив лучший обзор для взгляда Локи. — Ваше сердце свободно? — Абсолютно свободно, — усмехнувшись и окинув служанку с ног до головы, маг кивком головы указал на стул, стоящий напротив ванной, в которой добрую половину часа он нежился. — И не ты и никто иной не займёт в нём большего места, — обычно после этой фразы девушки огорчённо вздыхали и уходили, однако эта рыжеволосая громко рассмеялась и принялась за работу. — Скрасишь мой сегодняшний вечер своим присутствием? — С чего бы это? — даже не обернулась, продолжая начищать обувь. — С того, что… Правда, с чего это вдруг она должна скрасить его вечер? У неё могли быть дела. — Помимо поддержания чистоты в Вашем шатре, мне велено присматривать за Вами. Госпожа побаивается, что стала Вам менее интересна из-за беременности… — И поэтому в твои обязанности входит щеголять голым задом предо мной, чтобы в определённый момент Анга могла проверить, верен ли я ей или нет? — А у неё есть основания Вам не доверять? — Перефразируй: есть ли у меня основания ей доверять? — Она беременна, а беременным свойственно… — Скажешь, что её беременность случайна? Что-то не похоже! Случайная беременность стала ей столь дорога, что при каждом разговоре упоминает, как ей жизненно необходимо покинуть Муспельхейм в ближайшие недели. Только не говорит, что ради ребёнка. Утаивает до сих пор, что намеренно забеременела от меня! Я не дурак, понимаю это! Если она боится погибнуть при родах, зачем вообще необходимо сохранять жизнь этому эмбриону? Убила бы его и всё! И не надо бежать в Асгард! — Вы слышали разговор отца и госпожи? — дева присела на колени подле него. — Во всех подробностях, — принц протянул руки к её оголившимся коленкам. — Так как насчёт скоротать сегодняшний вечер в компании принца? Я не прочь приятной компании. Мы могли бы поговорить о том, что произошло в Асгарде… Расскажешь? Помимо тебя мне не с кем поговорить… — А принц не будет шалить и распускать руки? — Этого я обещать не могу. Зато могу обещать, что вечер будет незабываемым, как и последующая ночь, — он дождался удобного момента и настиг, когда она задумалась над предложением. Не всякий раз царская особа, а тем более недоступный на первый взгляд принц Локи приглашал простолюдинку к себе в постель. Причём он не был пьян и не пытался отомстить возлюбленной за измену или предательство. Лукавый взгляд зелёных глаз раскрыл пред служанкой истинную сущность этого юноши. Он хочет её! Никаких лживых обещаний он не давал, сказав напрямую, чего желает. Это было исключением из правил, поскольку другие мужчины, когда были пьяны, им без разницы с кем провести остаток вечера. Часто к таким попадали девственницы, не знающие, как правильно себя вести с выпившим мужчиной. Обычно девы просто машут рукой, говоря «будь, что будет», и идут с будущим любовником в кровать, отдельные же личности расписывали в красках, как богатый и с высоким положением мужчина лишил её девственности, наговорив потом, как скоро он разойдётся с женой и женится на ней, чего, конечно, не происходило. Эдрид познала совсем недавно сласть слов любовника и лишилась невинности, оставив эти глупые предрассудки в прошлом, ведь сама стала жертвой подобного исхода. — Раздевайся! — коротко и ясно, властно и с насмешкой. — Снимаешь деталь своей одежды и попутно говоришь о сплетнях и слухах, что ты слышала! — он расставил ноги в стороны. Эту игру асгардец придумал недавно, в ту глухую ночь, когда остался с ней наедине. От волос девы пахло ромашкой, бледная кожа за несколько дней приобрела тёплый оттенок, палящие лучи светил, не знающие пощады, придали рыжим волосам медный оттенок, выделив деву из толпы других девиц. Эдрид оказалась весьма недурна собой, мешковатая одежда, что покрывала тело, уродовала её, однако это не мешало ей щеголять немалой грудью пред ним. Выходя на улицу или общаясь с другими мужчинами, она прикрывала разноцветными платками свои достоинства. Безусловно, никто не догадывался, что у трикстера и служанки завязались тесные отношения. Сплетни же, что передавала любовница, ни в коем разе не дали магу ничего нового. Он был в курсе всего, что творилось здесь и в Асгарде, но не был в курсе того, что задумали Анга и Один. Расскажи кто об их плане, принц бы не повёлся на сказки этих двоих!*****
Один выдвинул Ангрбоде условие, по которому её ребёнок сможет получить положенные привилегии по праву рождения. Брак, благодаря которому сын Локи мог бы стать полноправным наследником, уже не нужен. Всеотец поклялся соблюсти все традиции и подать почести внуку при его рождении, не нарушая законов. Мужчина нашёл в них лазейку. Нашёл потерянные тысячелетия назад свитки, где чёрным по белому крупными буквами написаны нюансы каждого отдельно взятого закона. Трикстеру не придётся жениться на обманщице и делать вид, что он её до сих пор любит и что он не слышал того разговора! Асгардец уберёг своего сына от позора! Слава Норнам! Однако кое-что мага всё же смутило — пусть его сын и будет титулован соответственно, однако никаких прав на асгардский престол ему не видать. Но и здесь милостивый отец нашёл лазейку. Когда сын достигнет половозрелого возраста, он получит такой подарок, что ранее не получал никто от царя. — Ежели родится дочь, будет куда лучше, сын мой, — провозгласил Один, присаживаясь. — Мы вырастим её в соответствии с нашими законами и традициями, найдём ей порядочного мужа. Она не будет ни в чём нуждаться, и трон ей будет не нужен. Это куда безопаснее, нежели свергать её в ад и заставлять править тем царством. Править — не женское дело. А сын… думаю, мужчине вполне под силу такая ответственность. Я лично прослежу, чтоб мальчишка научился всему, что должен знать будущий правитель. Это единственное правильное решение в сложившейся ситуации, Локи. И безопасное для Асгарда! Царь снизошёл до самого далёкого мира, где нет покоя, где царил лишь хаос и глубокая бездна, пожирающая души. Омерзительный мир, что составляет Древо миров наряду с другими мирами, не имея названия, тысячелетиями нуждаясь в хозяине. Извечные туманы, крики людей, что умерли насильственной смертью, земля, усыпанная костями падших, кровавая и бурлящая река протекает неспешно, унося в глубины истерзанные души, не нашедшие покоя. Они обречены до скончания времён плыть в этой реке, наблюдая за жизнью, что они сами же и оставили. Непроходимой реки Гьёлль опасались среди как живых, так и мёртвых небезосновательно. Ни Бог, ни смертный не переплывёт эту реку и не выйдет из неё, чтобы вернуться в мир живых. Лишь герои, что жили ради битв, не попадали сюда. Их принимали в эйнхерии и жили они вверху небес Валгаллы. Лишь единицам даровалось счастье состоять в рядах лучших воинов повелителя и быть помазанным в эти ряды. Этот мир нуждался в правителе. Один поспешил предложить кандидатуру сына колдуна и великанши. Сложная жизнь ждёт первенца, до самой смерти сын мага будет пытаться сохранить мир и спокойствие в этом мире. Возможно, куда и лучше, если Локи и Ангрбода поженятся, но отец и тем более отрицательно настроенная мать не позволят этому случиться. Они не хотели, чтобы он обрёк свою жизнь на извечные страдания с этой женщиной. Их сын заслуживал счастья и любви. Только смерть колдуньи может спасти брюнету жизнь и дать его сыну то, что тот заслуживает. Каково же у брюнета искушение свернуть великанше шею, когда та породит на свет дитя мага. Назойливое ощущение незавершённой мести сотрясало руки сына Одина. Он возненавидел великаншу и теперь жаждет справедливости…
