Глава 4
3 апреля 2014 г., 21:53
— Локи, прошу тебя, не будь столь спешен в ответе! Ты не знаешь, какие жертвы ждут тебя там! — обливаясь горькими слезами, русоволосая подскочила к сыну. — Твой отец не знает, что творит! Очередная шлюха влезла в голову твоего отца, и вертит теперь им как хочет…
— Не смей называть моего лучшего воина шлюхой, Фригга! — вскрикнул Один, наплевав, что сын услышит о его похождениях. — Твои чрезмерные фантазии заставляют меня стыдиться собственной жены. Ты распускаешь слухи по всему дворцу! Это недостойно асгардской царицы, матери моих сыновей. Какой пример ты подаёшь остальным женщинам?
— Неужели ты думаешь, это моих рук дело? И что значит «распускаю слухи»?
— Жена, не строй из себя невинную овечку. Я прекрасно тебя знаю. Стоит мне вспомнить, что ты сделала в первую нашу встречу…
— Ты до последнего будешь вспоминать мне это? Мы были детьми, Один! Может, мне стоит застать тебя с ней в нашей супружеской постели? Как ты тогда будешь отпираться?
Одинсон же, что стоял меж родителей, сгорбился, пытаясь провалиться сквозь землю. Его догадки оказались верны. Отец действительно изменял матери, и до сих пор врёт, что у него никого нет. Впрочем, Фригга ведь так и не поймала мужа на горячем. Думается, любовницей отца стала Брунгильда. Та самая, что наверняка и распространяет слухи о неверности царя. На что только женщина не пойдёт, чтобы любовник бросил свою жену и женился на ней. Почему матушка переживает, если отец и вправду не собирается расставаться с ней? Он же не говорит, что не любит её, что не хочет с ней жить, а тщательно скрывает свои пристрастия к молодой леди, уберегая жену от волнения. Просто он не умеет держать в уздах уста любовницы. Их стоит открывать лишь в поцелуях и в ласковых словах, адресованных любимому.
Будь Локи на его месте… Нет, не будет! Он даже не посмеет взглянуть на другую, если рядом с ним будет идти любимая женщина. Отец, видимо, стал стареть, поэтому и отыскал молодую женщину, чтобы вновь почувствовать себя молодым…
Про себя трикстер посмеялся, не заметив, что отец сжал кулаки от злости. Наверное, он понял, почему на лице сына внезапно появилась хитрая ухмылка. Порой кажется, что мужчина умеет читать мысли других. Не каждый знает, что Один в молодости изучал руны. Кто знает, вдруг и правда он читает его мысли, а он тут улыбается, задумавшись над изменами отца?
— Твоё враньё отвратительно, — женщина развернулась, направляясь на балкон.
— Так как насчёт моего обучения, отец? — напомнил о себе маг, в предвкушении потирая руки.
— Отправишься в Муспельхейм, как только слуги соберут твои вещи.
— Я могу попрощаться кое с кем?
У резных дверей отец резко остановился и жестом позвал охранника.
— Прощайся, с кем хочешь, — махнул рукой асгардец, как коршун, вылетев из покоев.
«Как же я проживу без улыбки Сигюн? Надеюсь, обучение окупится с лихвой, иначе я навсегда потеряю её. А я не хочу, чтобы это случилось. Впрочем, пока военное положение не отменится, она будет вдалеке от мозолистых рук этого уродливого вана. Ванахейм не станет отправлять своих людей, тем более новичков в Муспельхейм, чтобы защищать его».
Осчастливленный маг подскочил в воздухе, надеясь взлететь на радостях в небо. Но, к сожалению, летать ему пока не суждено. Нет пока что тех обещанных крыльев за спиной, что вознесут его к небесам. Зато есть воспаряющее ощущение внизу живота, напоминающее порхающих бабочек. Потребность обладать ваной во всех смыслах перерастает во всепоглощающее желание. Кто бы мог подумать, что юный принц влюбится в девушку с первого взгляда, которую ранее считал такой же, как всех остальных: глупой, смазливой, неприятной всем нутром для него. А ведь совсем недавно он думал, что влюблённость — самое глупое чувство, что придумали люди, дабы раскрасить серую обыденность яркими красками.
«Глупый мальчишка становится мужчиной. И рассуждает, как мужчина. И сложён, как мужчина. Совсем скоро я скину эти тряпки с тебя, мальчик, и посмотрим, каков ты там. Столь же твой член будет крепок, как моё желание стать матерью? Как давно ты хочешь стать мужчиной?»
Женщина в красках расписывала в своём воображении, как будет сжимать юношеское и невинное достоинство в себе. Как трясущиеся от страха и возбуждения ручки мальчишки будут мять налившиеся от молока груди, как округлившийся живот станет преградой для их занятий любовью в её любимых позах. Ох, Локи, она научит тебя ублажать женщин. Сигюн, о которой он думал сейчас, будет до скончания своих времён восхищаться его умениями любовника. Кто знает, быть может, что в честь его умелого языка или члена выльют статую в Асгарде наравне с величайшими воинами? И она, будучи осеменена, станет матерью ребёнка от этого красивого и молодого мужчины.
Чудесное будущее ожидает Ангрбоду. Одинсон станет отличным учеником, любовником и отцом их дочери. Она научит его сдерживать семя, пока он не усладит свою женщину. Она научит его всему, что знает. Отныне ни один ас не посмеет называть его ничтожеством, не способным на благородные поступки. Благодаря обучению высшей магии юноша сможет навсегда заткнуть грязные завистливые рты. Ни один маг не сравнится с ним по силе и уму. А худощавое сложение мальчишки она исправит. Раз уж мать не смогла откормить его, как Тора, этим займётся она. Уж она за этим тщательно проследит.
*****
Обрадованный лучшими изменениями в своей жизни, сын Одина впервые ощутил, как она всё же прекрасна. Наконец-то ему стало плевать на снисходительное отношение отца, поскольку же теперь Один не считал нужным докучать своими сравнениями с Тором. В кое-то веки асгардец смог убедиться в правильности занятий магией, ведь именно ею и пользовалось большинство врагов Асгарда. И если бы не маги, Всеотец пал в первой же битве. Стоит, конечно, благодарить военное положение, которое и помогло брюнету возвыситься в глазах отца. Хоть оно и не объявлено официально, но всё-таки действовали ограничения. Если бы не Ангрбода, так вроде её звали, он бы никогда не пересёк разделяющую его с отцом черту не взаимопонимания. Один наконец-то признал полезность магии и теперь с радостью, вернее с огромной гордостью отправляет его на учёбу. Он и не удивится, если впоследствии сын Бёра будет каждому встречному и поперечному хвастаться, какого сына якобы он воспитал. Станет рассказывать, как ему в голову пришла чудная мысль развить способности трикстера, отправив того на учёбу. В этот раз все будущие лавры предназначались колдуну, а не громовержцу, с рождения купающемуся в мерцающих лучах славы. Никому невдомёк, что без хитрости трикстера, без его иллюзий, их величавые победы равны нулю. Брюнет грезил, чтоб эти его умения оценили по достоинству, а в итоге асы ценили лишь силу и мышцы блондина. Асгардцы, гордящиеся своими мускулами, все без исключения, пусты на голову. Лишь такие, как Локи, умные и изворотливые, оставались в тени, блаженствуя отблесками славы. Но брюнет не из их числа. Стоя в тени собственного брата, невольно теряешь себя. Его попрекали, что он из тихих, спокойных и рассудительных юношей. Его сравнивали с громким, безрассудным и обаятельным Тором, а потом и с остальными братьями. Некоторые из асов, их ровесники и знакомые считали мага тёмным пятном в яркой семье Одина. Бывало, конечно, когда ас, окружённый радостной толпой, молвил, что благодаря находчивости брата, его придуманному плану, он и смог противостоять врагам. Те же, в свою очередь, глядели трикстеру прямо в глаза. Их взгляд наполнен недоверием, завистью, удивлением или презрением. Девчонки же смотрели на него с восхищением. Но за этими взглядами Бог видел фальшь. Многие барышни, строя глазки принцам, добивались расположения при дворе. Лучшим способом добиться этого — женить на себе. — Это всё заслуга брата. Если б не он, мы так и остались гнить в той пещере, — как-то раз провозгласил бас Бога грома. — Но если бы не твоя могучая сила, Тор, кто б помог ему разобраться с мародёрами? — в ответ кричал Фандрал. Правда, Локи не сразу заметил, как стал дополнением к асу, игрушкой, что носят с собой. Ему бы хватило одобрения со стороны. Никакие возгласы благодарности, никаких пиршеств ему не нужно. Он вполне доволен простым «спасибо» или «молодец»! Но какого аса это волнует? Для них лучшего выражения восхищения в словах мало. Им обязательно надо закатить пир, польстить! Слова для асгардцев ничто, учения же они считали чем-то наивысшим, непостижимым. Не каждый полностью заканчивал своё обучение в школе асов, учителя по многим искусствам моментально отбрасывали ненужных учеников. А вот Локи с радостью выискивал нужную ему информацию, прилежно учился, никогда не опаздывал на занятия. Учителя гордились таким усидчивым учеником и всегда ставили его в пример другим. Он стал первым, кто блестяще окончил училище, первым, кто умудрился сам повысить навыки в магии, первым, кто без стеснения открыл царю свои успехи, не боясь осуждения со стороны. Тор же с детства не был столь любопытным. Учения ему давались с трудом, кроме, разве что, уроков музыки. Все поражались, как громовержцу удавалось столь хорошо учиться и при этом успевать пировать с друзьями. Никто, даже отец не знал, что домашние задания выполнял трикстер, а не брат. Со временем блондин вырос, получил образование, обзавёлся личным оружием, а брюнет остался ни с чем. Он словно был дополнением к брату. Как вдруг что-то внутри, в районе сердца, неприятно заскребло. Почему мать, постоянно защищающая его интересы пред отцом, взбесилась предложением мужа? И могла ли весть о возможной измене супруга поспособствовать её гневу? Укрывшаяся в тени дерева вана стояла по пояс в воде, вплотную наклонившись к своему отражению. Она воодушевлённо глядела на него, будто бы созерцая нечто прекрасное. Асгардец же подметил, как та права насчёт своей неземной красоты. Чего стоят одни только волосы! Ну почему у этой девушки губы постоянно влажные? Треск прутьев, что раскинулись под ногами трикстера, отвлекли Сигюн от работы. Не сразу поняв, что пред ней предстал принц, её хватил испуг. Ас не сразу заметил в её руках листки бумаги, а рядом с прудом — сумку с тканями и пряжу. Подойдя поближе, рассмотрел чертежи будущих платьев. Сначала ему подумалось, что серебристоволосая затеяла дворцовый переворот, выдумывая, как переделать дворец. Теперь же он увидел чертежи и понял, что выискивала гостья в пруду. Вдохновение! Сколько же у них общего? Одинсон тоже любил глядеть в воду или в облака, что принимали причудливые формы, продумывая в своей голове ответы. — О, ты как раз вовремя. У меня в голове столько идей, что не успеваю переносить их на бумагу. — Чем это ты занимаешься, помимо самолюбования? Составляешь план по захвату Асгарда? — В Ванахейме в свободное время я часто ходила на рынок, продавая ткани за бесценок. Я вышиваю, точнее сказать, пытаюсь вышивать. Но мне не хватает идей. Все хотят покупать необычные тряпки. А мне не хватает воображения. Думаю, смогу найти его здесь, стоя по пояс в ледяной воде, ощущая водоросли на ногах. Кажется, что они живые. Брюнет широко раскрыл глаза в испуге и с огромным трудом сглотнул, сильно поджав губы. Сейчас она будет пищать, как вепрь, если он скажет, что в пруду водятся твари похуже змей. — Не шевелись, — вымолвил юноша, снимая рубашку и заворачивая штанины. Внучка Ньёрда тяжко вздохнула, отмахнулась, продолжая всматриваться в своё отражение. — Я бы посоветовал тебе вылезти из воды, — невзначай намекнул тот, остановившись раздеваться. — Твой брат по секрету сказал, что здесь водятся жабы. Я их не боюсь. Проплывшая между ног водная тварь схватила серебристоволосую за ногу, начав сжимать. Сложив брови домиком, княжна опустила взор, увидев лишь свою намокшую рубашку. Тварь, что внезапно обхватила её, скользнула между ног, вызвав тем самым дрожь. — В этом пруду водятся пиявки. Если они залезут внутрь, ты умрёшь в муках! Пошатнувшись, та с громким криком выпрыгнула из воды. Но, не дойдя до берега, поскользнулась о камешек и упала в воду. Мерзкие водные растения прилипли к лицу, небольшой комок попал в рот, и она его нечаянно проглотила вместе с жучками. Левая нога застряла в иле. Всё-таки она вылезла из воды, вставила пальцы в рот, не притупляя приступа тошноты. Отрыгнув обратно растения, битый час шарила у себя по телу, стараясь найти и оторвать пиявок. Всепоглощающая волна страха за девушку молниеносно рассеялась, сменившись непреодолимым желанием смеяться до упаду. Локи присел на покрывало, вытащил из сумки бутерброд и ел, громко смеясь. Аж до покалывающей боли в животе. Эта женщина столь невинна и доверчива, что поневоле хочется подойти и обнять её, до хруста костей прижав к себе. Зачем ему злиться на неё, если она постоянно его смешит? Он уже и позабыл, что был обижен на неё. Пока он смеялся, она вытащила из ноги несколько пиявок. Те, будучи довольны ужином, набухли раза в три. Их обмякшие тела она бросила обратно в воду. Увидев обрадованного принца, вана схватила палку, полвека валявшуюся без дела, и с ней налетела на мага. Брюнет же, продолжая без устали смеяться, перехватил её руки и прижал к своей могучей груди. Та отбивалась яростно, туфлями старалась попасть ему по стопе, а палкой по спине, но руки, державшие её, сжимали, отчего серебристоволосая постепенно расслаблялась и успокаивалась, слыша равномерный стук сердца. Эта женщина была столь юна и слаба, что Локи представил, как он выглядит со стороны, пытаясь успокоить разбушевавшуюся княжну. Она не представляла угрозы и выглядела беспомощно, хоть и пыталась нанести ему вред. Он — высокий, статный, взрослый юноша, на полголовы выше и она — маленький разбушевавшийся тигрёнок с порванной у колен купальной рубашкой. Он чувствовал себя рядом с ней взрослым мужчиной, хотя не был сильно старше. Сигюн ещё маленький ребёнок, только недавно начавший превращаться в женщину. Он и не удивится, если вдруг узнает, что у ваны ещё не было постоянных регулов. Небольшая грудь с призывно торчащими сосками виднелась из-под мокрой тряпки. Наконец он разглядел ещё не полностью развитую грудь. По слухам, у её матери грудь была главным её достоинством. Она полностью вмещалась в ладони мужчины, была мягкой, как лепестки роз, с бледно-розовыми сосками и ореолом. Ему нравились небольшие груди и, если слухи не лгут, у её дочери она тоже не будет чересчур большой. Обняв вану за плечи, сын Одина, наконец, понял, что дева успокоилась и тоже обняла его. Сигюн в крепких объятиях друга чувствовала себя более защищённой, чем обычно. Сейчас от трикстера доносились флюиды спокойствия, он не смотрел на неё с вожделением или чем-то иным, чего она пока не понимала. Он просто утешал её, словно маленького ребёнка, упавшего и разбившего коленку. С ребёнком её уже вряд ли спутаешь, но она, по сравнению с рассудительным и более взрослым магом, действительно мала и глупа. Совсем скоро, когда принц вернётся, эта девчонка, наконец, во всех смыслах станет женщиной и тогда она станет его любовницей. О женитьбе Одинсон ещё не думал, но раз Фрейр сказал, что не позволит дочерям выйти замуж во время войны, трикстер с покойной душой покинет Асгард. Там, в Муспельхейме, у него будет много времени придумать, как остановить войну без потерь и как уговорить Ньёрдсона на его помолвку с Сигюн. Если, конечно, с тех времён ничего не изменится и страсть брюнета не потухнет, как догоревшая свеча. — Успокоилась? Кто тебя надоумил прийти сюда, да ещё и войти в воду? — Тор сказал, ты частенько сидишь здесь, ища уединения или вдохновения. — Ясно, — взбешённый Одинсон сжал кулаки от ярости, отстраняя её от себя. — Не обижайся, это очередные проделки Тора. Он придумывает эти забавы в пьяном бреду. — Он вовсе не был пьян, — воспротивилась серебристоволосая. — Если он крепко стоит на ногах, ещё не значит, что он не пил. Более того, повод у него всегда есть. — Что за повод? Военное положение отменено? — Нет, но перемирие действует уже дней пять. И это перемирие наступило благодаря не моему тугодумному братцу, а мне! — Оказывается, я обнимала нашего спасителя! — княжна встала на носочки и с благодарностью поцеловала его в щёку. — Зато Тор такой радостный, — смутилась, стоило брюнету удивлённо улыбнуться. — С тех пор как мы приехали, не видела его улыбающимся ни разу. А каким образом ты добился перемирия, если не секрет? Опять твои магические штучки? Или природное обаяние? — У Тора есть обаяние, но не у меня, — произнёс маг с некой грустью, даже с завистью. — Это не так! Несмотря на вашу внешнюю разницу, у вас много общего. Вы оба сильные, красивые. Нет, правда! Хотя Тор немного… даже не знаю, есть ли такое слово, да и стоит ли его говорить... — Я слышу лишь детские рассуждения, не более. — Ну, хорошо! Немного… немного… я бы назвала его чересчур грубоватым и самоуверенным, наверное. — Бёр говорил, Тор похож на отца в молодости. Мать же говорит, я пошёл в её породу, — только тогда он чувствовал себя родственником Одина, а не невесть откуда взявшимся в семье Всеотца мальчишкой. — Я пришёл попрощаться и сказать, что отныне Хальдор будет заниматься с тобой верховой ездой. Я заплатил за все твои занятия, если ты, конечно, после случившегося не передумала, — слова эти дались юноше с трудом, они были будто гром среди ясного неба Асгарда. — Он уже старенький, чтобы засматриваться на молодые женские прелести. Он великолепный наездник, Сигюн. — Ты не хочешь меня больше видеть? — Нет, вовсе нет. Перемирие потребовало от меня больших усилий. Я должен на время отправиться в Муспельхейм к мятежникам. — Что от тебя потребовали взамен? — Я ещё сам не знаю, что меня ждёт. Но если вдруг что случится, Хеймдалль сразу же вернёт меня домой. Я смогу за себя постоять. Не переживай, я достаточно скоро вернусь. Взамен пообещай, что не выйдешь замуж. — Взамен я попрошу тебя беречь себя. Ты — мой единственный друг, — вана обняла его. Если трикстер и полагал, что их секрет не выйдет за пределы этого сада, то глубоко ошибался. Внезапно ошалевший ветер заставил ветки деревьев колыхнуться, отчего громовержец невольно вздрогнул и спрыгнул вниз, наведя на укромное местечко взгляды принца и княгини. — Фух! Слава Одину, вроде бы не заметили, — прошептал громовержец, потирая поцарапанный бок.*****
Один, стоящий рядом с потерянной женой, искоса взглянул на неё. Его супруга изо всех сил старалась выглядеть счастливой, даже крепко держала его за руку, как верная и любящая супруга. И только брюнет знал, как отвратительно женщине присутствовать здесь и ласково улыбаться мужу. Терпеть его прикосновения, что были дарованы другой женщине ещё совсем недавно, терпеть его ненавистный голос. Фригг не понимала, чем хуже Брунгильды. Разве что та чуть моложе и не была бесчисленное количество раз беременной. И держала в руках меч сильнее. Ей бы научиться быть такой же храброй, как валькирия! Или есть что-то иное? Вдруг валькирия умеет ублажать её мужа ртом? — Я люблю тебя, мама, не переживай, отец со временем поймёт, что лучше и красивее тебя у него никогда не будет. — Не понимаю, почему вы все такие грустные, — встрял Тор, обнимая брата на прощание. — Я лишаюсь своего сына… — пробормотала втихаря царица. — Локи сможет за себя постоять, мам, — отмахнулся мальчик Тюр. — Достаточно прощаний! Мы ведь его не на войну отправляем, — провозгласил громко Всеотец. — А в лапы свирепого чудовища, — сказала русоволосая, засунув в карман сына свёрток.*****
Как только маг ступил на открытую местность, намеченная тропа закрутилась и расплылась пред его взором. Возникший спустя время дымок окутал, затрудняя дыхание. Позже, пройдя полпути, ас наконец-то дошёл до воды. От бессилия он упал на колени, словно какой-то изнеможённый смертный. Испив воды, шёл дальше. Путь нужно проделать немалый и самому. Лагерь не мог найти даже Хеймдалль, столь хорошо он укрыт под магическим щитом. Трикстер уже и сбился со счёта, сколько времени он находился в пустыне. Он путал время, и ему казалось, что он ходит кругами. Трикстер угодил, пожалуй, в самый ужасный мир из всех. Стоит подумать о чём-то ином. О смерти ему думать рано. У каждого жителя были свои легенды и мысли по поводу массовой смерти огненных великанов. Кто-то думал, что на этих великанов сослано проклятье свыше за их злодеяния. Другие же, что великаны просто пропали без вести. Все, даже великие и храбрые воины боялись стать новыми жертвами. Каменистая земля вперемешку с глиной вдруг заходила ходуном. Когда последняя надежда дойти до лагеря уже угасла, пришло спасение. Юноша открыл глаза, неизвестно, сколько пролежав без движения. Тёмный мужской силуэт контрастом выделился на фоне яркого света от зажжённого фитиля. Великан с неохотой наклонился, всем своим величавым видом показывая недовольство от появившегося на горизонте асгардца. Великан Имир терпеть не мог асов, а тут ещё его королева возомнила, что именно этот худощавый смазливый мальчишка должен стать отцом её будущего ребёнка. Его огненный взгляд вызвал в груди Локи неприятный осадок. Этот великан отрезвлял ещё больше. Маг уже и перестал сомневаться в правильности своего решения быть здесь. Но отступать еже поздно! — Здравствуйте, я Локи. Я прибыл из Асгарда по просьбе Одина, — приветливо улыбнулся и поклонился брюнет. — Признаюсь, я ожидал на твоём месте увидеть Тора или, в крайнем случаи, Одина. — Сколько тебе лет, юноша? — радостно улыбаясь, вступила в разговор великанша. — Никогда не видела воочию принцев. Вы, наверное, голодны, — пролепетала она, напоив трикстера тёплой водой. Это была приветливая молодая дева, выглядевшая в точности, как отец. Нора — личная прислужница колдуньи. Именно она и вызвалась провести его до шатра госпожи, дабы тот не заблудился. — Входи, асгардец, — тоном, не терпящего возражения, молвил страж у покоев колдуньи. Войдя внутрь, маг опешил, взглянув сначала на стол: там стояли бокалы для вина, спелые фрукты в чаше. Под крышкой наверняка поросёнок, запечённый с яблоками и с зеленью. Еду без добавления зелени сын Одина не особо любил. В отличие от других асов, он считал зелень кладезем витаминов. — Я уже заждалась тебя, мой принц, — сказала нагая женщина, возлежащая на пуховых перилах, прикрытая лишь куском ткани. — Прошу прощения, Ваш страж сказал, что я могу войти, — отвернулся, покраснев, как спелый томат, сердце же его билось гулким стуком о рёбра. — Я бы не вошёл без стука, но здесь нет дверей. — К чему эти условности, мальчик мой? — Прошу прощения, но я не могу с Вами фамильярничать. Вы ведь старше, не сочтите за оскорбление. — Тебе наверняка пояснили твои будущие обязанности как моего ученика? — Я буду готов приступить к занятиям хоть сейчас! — Какой нетерпеливый! — Вы позволите мне немного поесть? Я не знаю, сколько дней провёл в голодном обмороке. — Позволь тебя накормить, — женщина встала, будучи укрыта крохотным куском ткани, подошла к столу и сорвала с кисти винограда ягоду, прижав её к губам трикстера. Как реагировать на подобное соблазнение он не знал. Ему было уже всё равно. Он хотел поесть и вздремнуть на уютной кровати. Не зная, что предпринять, приоткрыл рот, наконец, ощутив сочный вкус ягоды. Сладкий привкус приятно обволок язык. Затем он вновь приоткрыл рот и вновь почувствовал виноград во рту. Затем ещё и ещё. Женщина же наблюдала, как аппетитно ест ас. Невольно она потянулась к подносу и открыла его. Впервые в жизни брюнетка ощутила, как мужчина её боится. От этого внутри неприятно заскребло. Она не хотела напугать его чрезмерным давлением со своей стороны. Он же невинен и только сейчас она это поняла. В своих фантазиях она представляла искушённого женским вниманием юношу, а не пугливого юнца, усевшегося за стол в ожидании вкусной еды. Отломив ногу поросёнка, в несколько присестов колдун съел его .Локи бы ни сказал, что Ангрбода ему неприятна, но что-то в её действиях, её взгляде ему не нравилось. — Чему Вы меня сначала научите? — Как насчёт того, чтобы научиться ставить магический щит на двери, к примеру? Женщина решила пока отложить идею забеременеть, решив поближе узнать будущего любовника. Больно уж он ей интересен. К тому же в её долгой жизни он был первым мужчиной, что ранее не знал женского нутра.*****
Ангрбода надеялась разделить с Локи ложе в ближайшее время, но мальчик совершенно не готов потерять невинность, избегает даже намёка на близость. Она одевалась ярко, обнажая большую грудь или прямую спину, нежно и ласково касалась его руки, смотрела в глаза и отводила на мгновенье возбуждённый взгляд, стоило магу одобрительно улыбнуться ей в ответ. Но ничего кроме улыбок он ей не дарил. Боялся ли он её или в действительности она так плохо намекает, что для его ума это пока трудно понять? Мальчик вроде не глупый. Не торопится ли она с близостью? Слишком уж большая у них разница в возрасте. Это очень сильно ощущается и определённо мешает. — У тебя в Асгарде есть возлюбленная? — как бы невзначай спросила однажды она. Громкие удары сердца юноши были слышны великанше. — Какое отношение это имеет к магии? — подозрения трикстера усиливались. Ангрбода несколько лет занималась с асом, подмечая глобальные успехи в обучении. Коротко стриженые волосы брюнета намного отрасли и неопрятно свисали ему на лицо. Не единожды она просила ученика подстричься или завязать волосы, но тот отмахивался от её просьб, тем самым заставляя ещё сильнее хотеть его. Его неприступность, невинность, молодость. Его семя, которое зародит в ней новую жизнь. Новый вид. — Совершенно никакого. Простой интерес с моей стороны. Так как? — Я её не люблю, если Вы об этом. Но она мне нравится. — Сигюн очень красива. Роскошная будет женщина… — Откуда? Как Вы узнали, как её зовут? — Бог прекратил запись, с испугом глядя на учителя. — Есть такая штучка, называется Магическое око. Но я тебе эту штучку не дам. Она в единственном экземпляре, — взяла папирус, сравнивая надписи. — Ты делаешь успехи. Знал бы твой отец, каков его сын, наверняка гордился бы тобой, — усмехнулась, погладив его по руке. — На сегодня хватит. Изредка надо давать себе отдохнуть. — Что ж… как скажите, госпожа. Можно провести Вас до шатра? Йотунша сделала вид, что ослышалась. Ей показалось, что он пошутил или оговорился, но вдруг возрадовалась. Асгардец неловко улыбнулся, будто бы он ляпнул что-то неприличное. Конечно, улыбка его была фальшива. Пора научиться отстаивать свои интересы! Единственным способом получить желаемое — сыграть на желаниях женщины. Чтобы наживка не соскочила, Одинсон решил — пора бы уже ей получить желаемое. Вернее сказать, ей пора дать распробовать вишенку на торте, прежде чем тот испечётся в печи. К этой женщине особых чувств он не испытывал, хотя и не отрицал, насколько она хороша. Да и он давно приметил, ещё в первый день их судьбоносной встречи, что Анга заинтересована в нём вовсе не как в ученике, а как в мужчине. Не зря же она выставляла свои прелести напоказ, словно зазывая его вкусить её плоть на вкус и испробовать её глубины своим членом. Догадавшись в её намерениях, Локи нарочно стал изводить её, играя роль неприступного и непонимающего очевидные вещи мальчишки, иногда забываясь, едва ли не по рукам себя бил, чтобы случайно не прикоснуться к оголённой ножке госпожи, что выглядывала из-под платья как бы невзначай. Стоит ещё подметить, что в Асгарде наверняка ни одна развратница не оденется столь откровенно, как одевалась брюнетка. Любой мужчина может наклониться и разглядеть прелести женского естества, что не прикрыто ночной рубашкой или нижней тряпкой. Как она не испытывает неловкости? Вместо неё стыд испытывал Одинсон, когда взгляд его натыкался на роскошную взрослую женщину. Сексуальную, стоит признать, женщину. Вот же досада на молодую голову. Откуда он набрался подобных словечек? Сколько себя помнил, столь детально и осудительно он ещё не разбирал по полочкам внешность женщины. Исключением из правил оказалась Сигюн. На свои рассуждения он оплатил тем, что по уши влюбился в вану. Лишь единожды юноша посмел фамильярно и нагло рассматривать вану. Тогда он был неаккуратен в своём поступке, показал, как его заинтересовала серебристоволосая. В подобной же ситуации он действовал иначе, боясь таким же гадким способом влюбиться снова. Будь на его месте Сет, он бы сказал, как вести себя. Многие, включая гнома и, конечно, как можно было обойтись без Тора, узрели это собственными глазами. Как громовержцу удалось столь долго не раскрыться? Что брат задумал, когда подглядывал за ними в саду? Расскажет ли он об этом родителям и самой Сигюн? Хотя с какой такой стати ему делиться с ней? Он лучше поведает эту весть всему Асгарду, потому что хранить чьи-то тайны ас не умел. Точнее не хотел. Не зря его Сиф отвергла! Она поняла это, жаль не сразу. Поняла бы раньше, кто знает, может, приняла бы ухаживания мага! Локи лучше же! На памяти всплывают обрывки из детских воспоминаний. Будучи ребёнком всё проще: завести разговор, ему не стоило скрывать своё возбуждение, прилив крови к лицу от смущения. На его коже — белой, как чистые листки бумаги, чётко видны все эмоции. Ангрбода была права, когда учила его сдерживать свои эмоции. Очень редко у него получалось не краснеть, но всё же успехи давали о себе знать. За недолгие месяцы обучения юный маг преуспел во многом: выучил новые заклинания, немного нарастил мышечную массу, тем самым ставя под сомнения появившуюся с возрастом худобу. Даже перенял у великанши некоторые хорошие привычки. К примеру, он никогда не обливался холодной водой, хотя в Асгарде с пробуждением и после тренировки они обязательны. Подобные процедуры бодрили и, кстати, унимали немаленькое такое возбуждение после эротических снов. Такие красочные сны! Ему приснилось, как он занимается любовью с девушкой, внешне похожей на Сигюн. При пробуждении на коже ощущались поцелуи и ласки, будто они реальны! Вскочив в поту с восставшим по струнке членом, он плюхнулся с разбегу в бассейн с ледяной водой. Спасибо отдельное стоило сказать Норе. Та смышлёной оказалась, несмотря на недостаток мозгов у отца. В шатре стояла не духота и жар, а спасительная прохлада благодаря ей. Первые дни Локи с трудом удавалось засыпать, несмотря на асгардскую выносливость, он, к своему стыду, потел и пах неподобающе, как зарезанная свинья, повешенная на крючок для разделывания, но благополучно забытая мясником на недельки две. Климат Асгарда казался ему благоприятнее, поскольку он родился и жил там. Климат же Ванахейма — умеренно прохладный, но идеальный для выращивания продовольствия. А что Муспельхейм? Ничего! Абсолютно нереальный и ничего нестоящий мир — одни камни. Попробуй приподнять или подвинуть их ногой — надорвёшься и заработаешь пожизненную боль в пояснице. Попробуй прогуляться — провалишься в лаву и превратишься в кусок пепла. Попробуй найти пропитание — умрёшь от обезвоживания и голода, что с ним почти что произошло, не приди ему навстречу великан, что частенько похаживал в покои госпожи за порцией добротной любви. — Я просто хотел поговорить с Вами. Речь пойдёт об Имире… Одним из условий обучения оказались не любознательность и упорство, а физическая сила. Анге не понравилось, что для своих лет Бог худощав. Сначала трикстер пришёл в ярость, кричал даже, что на подобное не соглашался. Он находился здесь, чтобы не допустить очередного кровопролития и учиться магии, а не становиться бугаем. Женщина же выслушала недовольства с бесстрастным на тот момент лицом, и когда он успокоился, подробно аргументировала свою претензию, при этом снисходительно улыбаясь. Хмыкнув, асгардец устроил пари — в течение недели он попробует выучить защитное заклинание, и если не будет прогресса — согласится на тренировки. В итоге, покалечился. Ударная волна просто снесла его с ног, заряд защитной энергии прошёлся по ладони и обжёг кожу на руке. Воображаемый враг (в его случае, им оказался шатёр) лишь слегка задымился, но так и не загорелся. Принц особо никогда не жаловался на отсутствие внушительной мышечной массы как у брата — да, он подтянут, не столь огромен, как Тор, к примеру, но обладал хоть какой-то мускулатурой. Будь он как громовержец — смотрелся бы смешно. Ему нравилось его тело, разве что… Нет, он считал себя идеальным! Правда, кроме него так считала только мать. Остальные же подтрунивали насчёт его мышечной массы, сравнивая с Тором, осуждая его излишнюю худобу. Брюнет вспомнил первый день пребывания на тренировочной площадке. Именно тогда он и решил доказать великану и себе, что уже не мальчик, а мужчина. — Хиляк! Ты слишком хил, даже чтоб поднять камешек, — рассмеялся тогда Имир. — Я не хиляк! — возразил в ответ сын Одина, надувшись от злости. — Я ещё не окреп после… — Опять ищет оправдание! Зачем тогда явился в мир, где тебя воротит не то что бы от климата, даже от камешка? На твоём месте я бы вернулся в Асгард и поплакался мамке в юбку, посасывая её сиську! Поплачь, легче станет… — Кому? Мне? — внезапно брюнету показалось, что мужчина провоцировал его на драку. — Нет! Мне, — этот огненный великан не отличался дипломатичностью. Наверняка брюнетке нравился мужчина, поскольку тот опытен и силён, как и подобает настоящему мужчине. Немногие удостоились чести остаться после «ночи любви» с Ангой живым и невредимым. Со временем трикстер не хотел бы стать таким же грубым, как он, но перенять его опыт общения с женщиной и уверенность в своей силе он бы мог. Затянутое молчание закончилось. Колдун тут же вернулся в реальность, услышав ответ. — Об Имире? — Я вовсе не собирался жаловаться на него, просто мне кажется, он ревнует меня к Вам, поэтому из всех его учеников он более придирчив и безжалостен ко мне. — Ревнует? — брюнетка явно была шокирована — такого она и в мыслях не допускала. — Большую часть времени Вы проводите со мной, а не с ним. Я бы не хотел стать третьим лишним… Ангрбода не хотела оставаться в одиночестве, вопреки суждениям других. Может, Имир это понял и поэтому загоняет Локи до потери пульса и обморока, чтобы отдалить его от неё? Чтобы занять его место? Или чтобы она до окончания времён своих осталась одна? Мстит? Она не сразу поняла, что мужчина ревнует её к юноше. Изначально именно он собирался стать отцом её детей, несмотря на неудачные попытки. Но результатов они так и не дождались. Колдунья вовремя прервала их связь. Да, изредка мужчина похаживал к ней в опочивальню, ласкал, доводил до экстаза. Имир! Грязный, но в тоже время змей-искуситель в постели запугал и загонял несчастного мальчишку, чтобы брюнетка не изведала вкус и толщину члена сына Одина, чтобы не понесла от него! Как она сразу не догадалась. Именно поэтому мальчик не отвечает ей взаимностью, поскольку великан знает о предначертанном Норнами и запугал мальчика. Поэтому асгардец столь напуган, когда она пытается спровоцировать его на большее, чем подглядывания на голые ноги. Имир сразу невзлюбил брюнета. Надо будет обсудить его поступок. Она не станет кричать и выгонять его. Она просто проведёт с ним воспитательную беседу. Вдруг всё не так, как она себе сейчас разрисовала? А вдруг это так? Стоит продумать и такой вариант. Как она поступит в этом случае? Убивать великана не хотелось, но если он перейдёт все границы, то ей придётся это сделать. Подобное в её отряде было редкостью, но долг любого капитана — проучить непокорных. Преподать наглядный урок. — Если ты о том, что я и Имир любовники — ты ошибаешься, как и любой другой. Брюнетка уже готова была зайти в шатёр, как вдруг услышала смущённый голос: — Тогда у меня есть шанс? — неловко улыбнулся и повесил голову собеседник. — Какой шанс? — ведьма присела, чтобы отчётливее видеть лицо мага при ответе. — Не быть на третьих ролях, — на мгновенье он поднял взор своих зелёных глаз и вновь опустил голову. — Меня вовсе не смущает разница в возрасте. Я ещё ни разу не влюблялся, поэтому... От собственных слов, слов, пропитанных якобы чувством любви, Локи сделалось тошно. Он посмел лгать наикрасивейшей женщине о любви! Как же мелочно это выглядело со стороны. Будь рядом тот, кто наказывает лгунов, трикстер уже не стоял бы рядом с великаншей, горя в огне или варясь, как рак в огненной лаве. Самая худшая смерть, говорил отец, — сгореть заживо. Даже родовые муки слаще адского пламени. Но он уже обманул колдунью. С любой женщиной нужно быть осторожнее, ведь каждой вполне по плечу разгадать обман. Стоит ли упоминать Фригг? Пусть мужчина и осторожен в своей лжи и походах по любовницам, но утаить мелкие детали он неспособен. Женщины каким-то нутром, интуицией или даже шестым чувством распознавали притворство и ложь. Хоть опыта отношений у принца и не было, но рассуждал он трезво и здраво. Такая черта присуща ему. Прошлое не вернуть. Он сказал то, что сказал. И критика здесь не спаситель и не оправдание его поступку. Но как ещё уговорить женщину, не готовую или не желающую раскрывать все карты? В тот миг, пока трикстер занимался самокритикой и мысленно представлял горение в огне за ложь, Ангрбода широко приоткрыла глаза цвета листьев одуванчика и затуманенным от вожделения взором глядела на будущего любовника. Его руки сцепились с её. Любовница чуть ли не волоком потащила его за собой, не обращая внимания на разницу в росте и длину ног. Юноша поспевал с трудом. Он не хотел, чтобы всё началось столь резко. Йотунша тащила его будто в берлогу, как голодная медведица, запасавшаяся на зиму. Краем сознания он ощутил волнительный трепет от того, как растерявшаяся от вожделения госпожа ставит на дальнюю полку свои любовные отношения с Имиром. Гордость и самомнение молодого Бога повысилось, стоило понять, что она отдаёт предпочтение ему, а не великану, опытному до мозга костей ловеласу. Ас встал впритык к кровати, на которой уселась колдунья, чтоб поравняться с ним ростом. Колдунья хотела вкусить пожар его губ. Позволит ли асгардец поцеловать себя? — Я знаю, каково тебе, — нарушила тишину брюнетка, пригладив его по голове. — Расслабься, я не хочу, чтобы ты посчитал меня грубой и ненасытной. Я не собираюсь насильно склонять тебя к любви. Я вовсе не такая, как другие думают. Неловкий момент наступит, но не сегодня. И в ближайшие годы тоже. Она бы сказала, кем является на самом деле, показала бы, но сейчас, когда на неё испуганно уставились невинные, как у ребёнка глаза, это признание привело бы любимого в шок, заставив убежать подальше. Первый поцелуй остался бы в его памяти как самый ужасный. — Я никогда раньше не имела отношений с мужчиной, младше себя на тысячи лет. — Я никогда раньше не целовался, — горько усмехнувшись, искренне признался собеседник. — Поцелуй меня, — чуть приподнявшись, Ангрбода положила ладони ему на плечи. Неловко улыбнувшись, Одинсон глубоко вздохнул, прикрыв очи, мысленно попытавшись успокоить гул сердца, быстро бьющегося. То ли от страха, то ли от смущения. Сглотнув, брюнет облизнул сухие губы, распробовав собственный вкус. Изо рта приятно пахло мятой, ни единая крошка пищи не осталась на белоснежных и прямых зубах. Каждый ли так делает перед поцелуем? Не ударить бы в грязь лицом! Он вновь усмехнулся своим мыслям, правда, в этот раз усмешка оказалась для него волнительной, потому что смеялся он над своим не мужским поведением. Страх и неловкость — удел девчонок. Затаив сбившееся дыхание, принц Асгарда медленно и нежно обнял женщину за талию, притягивая к себе. Также затаив дыхание, колдунья приставила своё лицо к его, в ожидании закрыв миндалевидные по форме глаза. Несколько дюймов отделяло их губы друг от друга. Он попробовал прижаться к устам госпожи, потерпев первое в свой жизни поражение, столкнувшись своим носом с её. — Не смейся, — сказав это, маг вовсе не подразумевал насмешек с её стороны. — Извини, — она облизнула губы, прекратив не нарочно улыбаться. Затем он полностью наклонил голову, наконец, слегка прикоснувшись к губам любовницы, стерев их яркий красный цвет. Алые губы. Так вот какого они цвета. И зачем великанша красила их? У неё идеальные по форме и цвету губы. Их не стоило подчёркивать так ярко. Открыв глаза, колдунья улыбнулась. Трикстер не оторвался от неё, но и не целовал. Он просто прижался к губам, распробовав их вкус и ища способ, как правильно к ним подобраться. Приоткрыв рот, йотунша вновь прикрыла глаза, прижав голову аса к себе, заставив его лишь слегка наклонить голову. Повернув голову в подобное положение, он ощутил облегчение: почти вмиг затёкшая шея прекратила ныть. Найдя удобное и, скорее всего, правильное положение, он тоже раскрыл губы, позволив Ангрбоде оттянуть его верхнюю губу. Сделав также, он оттянул её нижнюю губу. Пройдясь шершавым языком по его зубам, она, схватив его губу зубами, посмела её слегка прикусить. Ощутив крохотную боль в губе, брюнет отстранился, прижав палец к неглубокой ранке. На этом она поставила точку в их первом обучающем поцелуи. — Извини, не удержалась, — пожала плечами колдунья, слезая с постели. — Что думаешь? — увидев кровь на пальце, любовник приоткрыл рот. Этот поцелуй не принёс в его жизнь ничего нового, кроме боли. Он так и не понял, понравился ли ему поцелуй или нет. Стоило ли из-за этого так переживать. Говорят, подобным способом выражается любовь, и ты можешь почувствовать её вкус. Он же не ощутил ничего — ни отвращения, ни желания вновь поцеловать ведьму, продолжив испивать её вкус, как вино. Словно он целовал стену, и то наверняка она имела вкус. — Какой бы силой ты хотел обладать? — она потянула его за собой на кровать, ложась рядышком. — Огнём. Я с детства питаю страсть к нему. Однажды дело дошло до поджога сарая… — Как интересно… — взяв стоящий на прикроватном столике кубок, женщина отпила воды; живительная прохлада растеклась внутри. — Я развёл костёр неподалёку от сарая, а когда отец позвал меня на серьёзный разговор, забыл его потушить. После очередной истории о йотунах он спохватился, издалека увидев пожар. Благо стадо лошадей не сгорело! Тогда мне серьёзно от него влетело, — смеялся тот, испив воды из предложенного ею кубка. Они лежали где-то около часа, просто разговаривая: о погоде, об интересах, речь даже дошла до детства Анги. Она рассказала о забавном случае, после которого решила стать колдуньей. Именно та история подвигла её к занятиям магией. Бог слушал, приоткрыв рот от удивления. Брюнетка оказалась очень сговорчивой. Она много знала, путешествовала, читала философские книги. Любимая тема — смысл жизни. Ей не требовалось унижать других, чтобы возвысится в своих глазах и глазах окружающих. Она жила полноценной жизнью и совершенствовалась, не слушала сплетни о себе и не вникала в них. Одно только не упомянула, вернее не сочла нужным сказать — она хотела стать матерью, но пока не могла понести. Сейчас она говорила с ним, но позже наверняка захочет и его в свою постель затащить. Он надеялся, до этого не скоро дойдёт. Он собирался влюбить в себя женщину, высосать из неё все знания, насладиться её идеальным телом, овладеть ею так, как он не сможет овладеть другой женщиной, чтобы в конце не кусать локти от потерянных возможностей. Лицо брюнетки вспыхнуло от удивления, когда он потянулся к её устам. Лёгкий шок заставил следить за дальнейшими действиями трикстера, затаив на мгновенье дыхание. Ангрбода не ожидала от него столь быстрого развития. Ещё час назад он краснел и потел, как загнанный зверёк, стоило ей намекнуть на большее, чем общение женщины и мужчины. А теперь без особого стеснения и смущения прикасается к её губам в нежном поцелуе, проводит языком по зубам, чуть прикусывая ей губу. Убрав назад мешавшие волосы, до этого момента скрывшие лицо, он счастливо улыбнулся. От удивления прекратившая моргать ведьма прикрыла очи, вцепившись в длинные волосы Одинсона, поглаживая подушечками пальцев кожу его головы. — Через несколько лет ты повзрослеешь. Я не хочу торопить события вплоть до твоего Дня Рождения. — Почему? — Я — взрослая женщина, а ты — ребёнок. Я не хочу, чтобы все говорили, что я совратила мальчика. Его не покидала навязчивая идея заполучить от брюнетки нечто большее, чем поцелуи. Кроме желания возлечь с ней в постель, он хотел переплюнуть её, стать единственным во вселенной магом, знающим всё. Мысль о коварном плане отрезвляла, не позволяя ему идти дальше, чем простые поцелуи. Заранее составленный план состоял в том, чтобы ловко водить Ангрбоду за нос. Вполне возможно, великанша сама прекрасно разбиралась в обмане. Локи каким-то нутром чувствовал, что йотунша не договаривает ему всей правды. Море противоречивых эмоций и мыслей кипело в нём, но он всё же не забывался. Осторожность в его плане стояла на первом месте. Наверное, женщина также была осторожна в своих действиях, отстраняя его от себя, не позволяя доводить дело до конца. Подобная обстановка как нельзя кстати подходила сущности ведьмы. В этом мире царил обман, и лишь асгардцу это совсем не нравилось. Ему хватало обмана и насмешек дома. Что ж, а ведь веселье только начинается…
