Последний повелитель

Я опять затерялась в себе, Потеряла себя и теперь не могу найти. Да, я думаю, я могу сломаться. Я опять затерялась в себе и чувствую себя незащищённой.       Sia - Breathe Me - Я по-прежнему не знаю, что делать, Локи. Крепче сжала ладонь юного принца – прикосновение к холодной коже принца, изредка теплевшей, давало мне мнимое спокойствие, на короткие мгновения позволявшее вдохнуть полной грудью. Правда, после у меня вновь начинали подкашиваться ноги, а ладони потели от волнения и страха перед неизведанным, тем, что ждет меня за этой старой дверью. - Спроси его зачем. Локи улыбался, но я все равно чувствовала его напряжение. Он то и дело сжимал мою ладонь. Трикстер даже как-то вытянулся, подрос, или мне это только кажется? Коротко моргнула, занося руку со сжатыми в кулак пальцами, чтобы нанести удар по двери. В нескольких сантиметрах остановилась, опустив глаза в пол. - Зачем? Вряд ли этот вопрос адресовался Локи. Нет, скорее всего, мне, все еще слабо понимающей причины своих поступков. Покосилась на Лофта. Губы юнца, уголки которых опустились вниз, придав ему какой-то скорбный вид, выдали смазанную улыбку. Я не менее уверенно улыбнулась в ответ. Он будет рядом, но не там, за дверью, а здесь, перед ней. Что, если я сделаю какую-нибудь глупость? Кто меня остановит? Где-то внутри во мне пробуждалась слепая ярость, решимость, даже ненависть, но снаружи же я чувствовала себя загнанной в угол овечкой, впереди у которой только смерть, а назад дороги нет. Тук-тук. Тихий стук прозвенел в ушах, как бой колоколов. Когда дверь не открылась, я толкнула ее с какой-то злостью. Принц, коротко хмыкнув, так, как это всегда делал другой он, исчез. Но я все равно чувствовала его здесь, в голове. Его голос шептал мне, что делать. Его голос умолял меня не совершать опрометчивых поступков. Его голос напоминал мне, что мы пришли сюда не мстить. Но другой голос вторил, что злодеи должны быть наказаны. Другой голос твердил, что я не должна сдерживаться. Другой голос кричал, что я больше не должна скрывать свое истинное лицо. Но что они знают? Знают ли они, как сложно сделать верный выбор, когда голова разрывается на две части от наполнявших ее чужих мыслей? Это сводило с ума, но я лишь крепче сжимала зубы и кулаки, впиваясь ногтями в кожу до крови. Я не могла позволить им сделать из меня сумасшедшую. Я не могла позволить им довести меня до лечебницы. В квартире было абсолютно тихо и душно, окно тут, похоже, открывали нечасто. Бардак, вонь и ощущение того, что тут давно никто не живет. Однако хозяин у помещения все же был, о чем свидетельствовали тарелки с едой, над которой еще не летали, противно жужжа, мухи. Значит, она относительно свежая. Либо я пришла не вовремя, либо мой друг очень хорошо прячется. Толкнула дверь в следующую комнату. Резко замерла, вытаращив глаза, когда на меня уставилось дуло ружья. Нервно сглотнув, я как-то машинально подняла руки вверх. Джек облизнул губу. - Ты коп? – Его руки едва заметно дрожали. - Нет, я пришла поговорить, я не из полиции. - Как ты меня нашла? Кто ты, и о чем, черт возьми, мне с тобой разговаривать? Мужчина мне не верил. Он не узнает меня. Он понятия не имеет, кто я такая. На этот раз я до боли стиснула зубы, но теперь не оттого, что чужие голоса нашептывали мне, а оттого, насколько сильны были ненависть и гнев внутри меня. Он не узнает меня. Я медленно опустила руки, сжимая кулаки. Он не узнает меня! Не знаю отчего, но Джек вздрогнул, а в глазах его мелькнуло что-то такое... Радость, какая бывает, когда ты видишь кого-то знакомого или близкого. Да и не важно это было. Я напряглась, и ружье у него в руках еле заметно дернулось в сторону. Нахмурилась, сильнее сжимая кулак. Ощущение того, что я сильна, заполнили меня, заглушив голоса в голове. Ружье задергалось еще сильнее. Ощущение того, что я намного сильнее этого мужчины, сводило меня с ума. Я сильна. И Локи это знает, но он не знает, насколько велика эта сила. Сжала зубы, чуть наклоняя голову вбок, напрягая каждую мышцу. Ружье дернулось сильнее и вырвалось из рук мужчины, отлетев в стену, не успел тот нажать на курок. Я давно ни с кем не сражалась и позабыла многое, чему учил меня Фил, но тогда я точно знала, что делать, словно это было у меня в крови, словно это ждало момента, чтобы вырваться наружу. Повалив мужчину на пол, я с силой ударила его кулаком в челюсть, тут же цепляясь пальцами в горло. Он перекатился со спины, и я оказалась под ним, прижатая к полу, но даже тогда я не отпустила его. В голове пульсировала одна-единственная мысль: «Он не узнал меня». Это было для меня оскорблением, что ли. Тем, что вывело из себя, позволив напрочь забыть о том, с какими намерениями я пришла. Джек занес кулак, но его удар пришелся не по моему лицу, а по полу, что дало мне возможность оттолкнуть его от себя. Вскочив на ноги, огляделась по сторонам в поисках подходящего оружия. Мужчина успел вытащить нож, когда я, отскочив в сторону, упала на диван, позволяя ему пронестись мимо меня, задев ножом ткань и немного кожу. На пол капнула пара капель, и это привело меня в бешенство. Тихо зарычав, схватила первое, что попалось под руку, и с размаху ударила мужчину бутылкой от пива по голове. Он пошатнулся, делая неловкое движение рукой, в которой держал нож. Острие просвистело в нескольких миллиметрах от груди, не увернись я, то наверняка уже лежала бы на полу рядом с ним. Судорожно сглотнув, медленно спустилась с дивана, слабо осознавая, что это сделала я. Успокаивая себя тем, что он это заслужил, я с помощью Локи выволокла Купера из дома. Городок пустынный, никто и не заметил нас. Проходя мимо зеркала, не успела заметить, какого цвета были мои глаза. И хорошо. Это бы вернуло в меня все то безумие, так внезапно потухшее, когда Джек отключился. С силой надавив на газ, я крутанула руль, спасая нас от того, чтобы не съехать в кювет. Отец учил меня водить машину, но с первых занятий я дала ясно понять, что вождение не для меня. Тогда же я пожалела, что не продолжила занятия. Мужчина на соседнем сидении заворочался. Сдвинув брови к переносице, а обернулась назад, кивая Локи. Принц, явно не одобрявший моих действий, молча извлек из ножен длинный острый клинок с затейливой рукояткой, наклоняясь вперед и приставляя острие к горлу Джека. Холодное прикосновение стали к коже вмиг привело насильника в чувства. Тот дернулся, и принц, как по немой команде, чуть надавил, заставляя моего старого «друга» замереть испуганной мышью. - Не стоит проверять мальчика. Ему больше лет, чем тебе и мне вместе взятым и умноженным на десять. – Знала бы я, насколько сильно ошибалась. Джек дернулся – клинок Локи полоснул по коже. Кровь закапала сиденье и его одежду, но мужчина будто не замечал этого. Сплюнул в сторону кровь и молниеносным движением выхватил оружие у юнца из рук. Он обернулся ко мне, и я заметила, как неглубокая рана на горле стремительно затягивается, оставляя небольшой шрам. Хель его подери, нечеловек. Я резко дернула руль вправо, когда Купер подался на меня с оружием. Мужчину отнесло в сторону, но прежде он успел ловким движением перерезать ремень безопасности. Не обратив на это внимания, постаралась вывести машину на ровную прямую. Купер выхватил свободной рукой руль у меня из рук. Потянул на себя, и я почувствовала, как машина опасно наклоняется в сторону, а в следующий миг начинает переворачиваться. Машинально обернулась назад. Локи на заднем сидении не оказалось. Прикрыв глаза, вцепилась в руль, который мужчина продолжал непонятно зачем крутить. Запястье вывернулось при очередном резком движении руля, я громко вскрикнула. Мой возглас потонул в скрежете металла. Машина перевернулась на бок и в следующее мгновение понеслась вниз по склону. Транспорт подлетел, переворачиваясь в воздухе. Я не успела толком испугаться. Тело прошибла острая боль. Сквозь грохот я отчетливо слышала звук бьющегося стекла и на задворках уже ускользавшего сознания понимала, что вылетела через лобовое стекло. Столкновение с землей не принесло ничего приятного. Истошно закричав, упала, придавив руку к земле. Я никогда ничего себе не ломала, но в тот момент ощутила всю прелесть переломов. Мне не особо помогало мое неземное происхождение. Только благодаря ему и этой регенерации я еще не потеряла сознание, хотя очень хотелось. Прокатившись по земле еще какое-то расстояние, вскрикивая и постанывая, я упала на живот, зажмурившись от сильной боли во всем теле. Сжав зубы, попыталась подняться при помощи здоровой руки, но явно переоценила свои возможности. Со стоном упала. Вскоре ко мне все же пришло спасение в виде обморока. Кто-то отчаянно тряс меня за плечи. Охнув, я открыла глаза, перед которыми все расплывалось. Первое, что я увидела, – это черное-черное небо, сплошь усеянное звездами, а уже потом не на шутку встревоженное лицо Локи. На секунду я обозлилась на него за то, что так предательски исчез, но потом вспомнила, что трикстер всегда будет трикстером и в первую очередь станет беспокоиться о своей жизни. Может, этот Лофт и юн, но он все равно изменился и уже никогда не будет тем принцем, каким действительно был много сотен лет назад. Да, он ожившее воспоминание, но ненависть, озлобленность и завистливость нынешнего Лодура сделали свое дело, изменив даже этого юнца, сидевшего глубоко у него в душе. Воспоминание, хранящее в себе все самое светлое, некогда заточенное в глубины души трикстера, вырвавшееся наружу… Наверное, я всегда осознавала, что между этим Локи и тем куда больше общего, чем просто имя и судьба. Моя способность к регенерации все же сделала свое дело. Рука пульсировала от боли, но не так сильно, хотя кость неумелыми руками была возвращена в верное положение. Локи был явно не силен в медицине, но и на этом спасибо, что потрудился. Царапины, ушибы, порезы неприятно ныли. Ощущение того, что во мне покоится множество осколков, не оставляло меня, однако я понимала, что если стекло и было во мне, то давно уже извлечено. В воздухе витал специфический запах крови, уже сходивший на нет. Я сфокусировалась на принце, уже протягивавшем мне руку. Издевается? Впрочем, как бы мне ни хотелось вставать, сделать это я должна была и даже могла. Ухватившись за протянутую ладонь относительно здоровой рукой, поднялась на нетвердые и подкашивающиеся ноги. Только тогда я ощутила сильную боль в голове и пошатнулась, ухватившись за плечо бога. В глазах все поплыло, меня замутило. Принц крепче взял меня за руку, будто это могло улучшить мое состояние. Осознание того, что Джек мог сбежать, вернуло меня в реальность, хотя лучше от этого все равно не стало. Проследив за напряженным взглядом етуна, я убедилась, что мужчина никуда не делся. Он лежал на траве то ли в обмороке, то ли в сознании. Отцепившись от трикстера, пошатываясь, направилась к нему. Ноги предательски задрожали с новой силой, и я упала рядом с Купером на колени. Он повернул голову, внимательно смотря на меня своими пронзительными небесно-голубыми глазами, которые тут же вспыхнули в моей памяти вместе с криками и плачем. Локи протянул кинжал, будто одобрял мои действия. Может, и нет, но он отчетливо понимал, что мне это необходимо. Пальцы задрожали, я едва не выронила клинок из рук, когда Джек накрыл мои пальцы своими, странным образом унимая дрожь. Такое чувство, что он тоже одобрял мои действия. Такое чувство, что он хотел, чтобы я исполнила задуманное. - Сделай то, что должна. Его губы тронула улыбка, в то время как я вздрогнула от его слов. Он хотел умереть и хотел, чтобы его убила именно я. Но почему? Что во мне для него такого особенного, ведь он не знает о том, кто я. Но я и сама не знала, кто я такая. В нем проснулась совесть, и теперь он стыдится того, что делал? Хочет, чтобы я отомстила ему за тех, кого он когда-то изнасиловал и убил? Раньше я была уверена в том, что сделаю это, но тогда, сжимая в руках клинок, поняла, что уверенности больше нет. Во мне вновь поселился страх, который я с трудом преодолела, приставив к его горлу острие ножа. - Ты не боишься. Постаралась придать своему голосу больше суровости и уверенности, но он сорвался на какой-то смехотворный писк. Однако это не вызвало у него улыбку. Мужчина был сосредоточен, смотря на меня с прищуром. - К этому все шло, Анна. – Он знает мое имя. Он узнал меня. Я ощутила какое-то странное, для меня постыдное ликование. Почему я радуюсь от того, что меня узнал педофил? Было бы чем гордиться. – Или мы ошиблись, и ты еще не готова? – Не готова к чему? К его убийству? Джек заметил мое замешательство. – Сделай это, последняя. - Не… не понимаю, о чем ты. Дышать стало труднее. Я обернулась к Локи, ища поддержку, но принц лишь пожал плечами, обращая взор на то, что осталось от машины. Она не вспыхнула, и это явно было заслугой трикстера. - Неужели ты думала, что мы потеряли тебя из виду, когда Один забрал тебя у Гуттунга? – О чем он говорит? – Мы никогда не теряли тебя, сестра. – Сестра? Я неуверенно оттянула клинок от его горла, но Джек, ухватив меня за запястье, вернул его на место. – Неспроста ты оказалась у Фила в приемных дочерях. Щ.И.Т. знал о тебе с самого твоего появления в Мидгарде. Они не знали, что ты такое, с таким еще никто не сталкивался из живущих людей. Они не хотели упускать тебя и отдали одному агенту, даже не подозревая, что ты уже была под наблюдением. Ты и сейчас под ним находишься. За тобой следят не только Щ.И.Т. и слуги Одина, но и твои братья и сестры. Никто не знает, что ты не последняя. - Есть еще такие, как я? - Конечно, Анна, конечно. Нас не так много, мы разбросаны по всему Иггдрасилю, мы есть и за его пределами. Нас меньше десяти, но каждый знает о тебе и каждый придет к тебе в свое время. - Ты один из них? – Он коротко кивнул, нахмурившись, когда прижался к холодной стали. – Почему ты назвал меня последней, если это не так? - Ты последняя жрица. - Зачем вы все крутитесь вокруг меня? - Мы должны сделать тебя сильнее. - Изнасилование моей подруги, ее убийство и попытка изнасиловать меня тоже в это входило? - Да. Ты должна испытать все эмоции. Гнев, злость, похоть, ненависть, любовь, неуверенность, страх… - Он накрутил локон моих волос на палец. – У тебя серые волосы, но они светлеют. Однажды ты проснешься с белыми волосами и поймешь, что стала настолько сильна, что мало кто сможет тебя остановить. Быть жрецом - значит быть не только сильным в плане магии, но и в моральном плане, эмоциональном. Вот почему ты самая сильная из нас. Ни один прежний жрец не мог ничего чувствовать. Ты первая, Анна, кто из нашей расы ощутил хоть что-то. Все наивно полагают, что мы ненавидели всех и желали убить, но подобное нам чуждо. Асы стерли тебе память, полагая, что оградят себя и всех от ненависти и жажды мести, которые ты испытаешь, когда все поймешь. Единственное, что они полезного сделали, – это закрепила в тебе те чувства, которые тогда испытала. Я потеряла дар речи. С самого начала, с самого моего рождения все упорно хотели сделать меня сильной, а в итоге превращают в какого-то монстра. - То, что ты сейчас чувствуешь, эту ненависть, эту злобу, – это нормально. Мы были мирной расой, пока нас не посчитали убийцами. Нам просто не повезло. – Многим «просто не повезло». – Нам пришлось защищаться, убивая, нас превратили монстров, и ты – последствияе этой эволюции из тех, кто не держал в руках оружие до тех, кто безжалостно перерезал глотки и мужчинам, и детям, и женщинам. Только мы делали это бездушно, не сожалея, когда ты ощущаешь все. – Радужка глаз его медленно темнела, становясь черной. - Я не хочу становиться монстром. – На глазах выступили первые слезы, пальцы задрожали с новой силой. Локи сжал мое плечо, но никакой помощи мне это не принесло. - Ты не монстр, Анна. – Но я им стану. – Никто из нас не монстр, мы просто хотели жить, мы учились выживать и выживали так, как могли. - Я тоже хотел жить. – Хриплый голос Локи стал для меня полной неожиданностью. – А еще я хотел отомстить тем, кто опустил меня на дно и едва не отнял эту жизнь. А меня за это прозвали убийцей, монстром и предателем. Ты думаешь, что к ней кто-то отнесется снисходительно только потому, что она какая-то жрица? Я поняла, насколько была права, когда решила, что Локи давно уже не тот, каким он пришел ко мне в спальню. Он непонятным образом менялся вместе со мной. Уж не я ли причина этим переменам? Нет, чушь. - Я так не думаю, принц, но ее не убили. По всей видимости, она нужна Асгарду. Скажем так, Анна, ты трофей, как и ты, сын Лафея. – Игрушка. - Ты сказал, что меня окружают люди из Асгарда. Кто они? – Джек подался вперед, а я отвела нож, чтобы ненароком не перерезать ему горло. - Одри. "Нет. Нет. Нет, пожалуйста, только не она", - молилась я. Одри просто не могла доносить на меня Одину. Она же моя самая близкая подруга, она всегда была со мной. Жестокая правда пошатнула меня. По щеке скатилась слеза. Это объясняло все ее исчезновения. - Кто еще? - Коди. – Меня решили окончательно добить. – Можешь считать его наемником из Альвхейма, хотя, по сути, он является мелким предателем, сбежавшим из родного мира. Может, он и твой друг, но он был наемником, а таким никто не станет доверять. - А моя мать… Моя мать тоже из Асгарда? – Слезы бежали по щекам, капая на одежду мужчины. - Нет. Твоя мать той же расы, что и ты. Она единственная из выживших видела жреца, что был перед тобой, поэтому она знает, что они из себя представляют и как с ними обращаться. – Как с ними обращаться? Будто я дикое животное, которое при возможности откусит руку по самое не хочу и убежит на волю. Я отвела взор, смотря на темнеющий вдалеке лес. Почему бы не встать и не убежать? Нет, бегут только трусы, но я ведь и есть трус. Громко всхлипнув, вытерла свободной рукой слезы. - Анна, послушай меня. Ты думаешь, что Асгард - друг, верно? Но это не так. Боги глухи к людским молитвам, и действуют они в своих интересах. Ты думаешь, что они спасут тебя? Но нет, асы при удобном случае убьют тебя, пока ты будешь спать. Сейчас ты не представляешь для них опасности, но, когда станешь сильнее, они придут. Один доберется до тебя всеми возможными способами, где бы ты ни спряталась. Он вытащит тебя из такой норы, куда еще никто не залезал. Он будет подбираться к тебе с помощью близких людей. – Я сжала зубы, надеясь тем самым хоть как-то успокоиться. – Ты думаешь, что Локи отбился от стада? – Принц за моей спиной звучно хмыкнул. – Но на самом деле он показал истинную сущность всего Асгарда. Вершина Иггдрасиля… Тьфу, мерзость. Да даже Хель в своем загробном мире честнее, чем Один и его свита. - Заткнись, прошу. А он все говорил и говорил, не останавливался. Мне хотелось заткнуть уши руками. Джек не замолкал ни на минуту, Локи все крепче сжимал мое плечо. Издав низкий, полный каких-то безумия и отчаянья рык, я отняла от горла мужчины клинок и в следующий момент вогнала его в сердце. «Брат» открыл рот в беззвучном крике. Я молча наблюдала, как гасла в его глазах жизнь, для чего-то сжимая его ладонь. Черные глаза остановились на моем лице, и в их отражении я увидела себя, заплаканную, с такими же черными глазами. Джек уронил голову на землю, испустив дух, а я звонко вскрикнула, закрывая окровавленными руками лицо и бешено мотая головой из стороны в сторону. Локи подхватил меня подмышки и помог подняться. Я не обращала внимания на головокружение и тошноту, лишь продолжала плакать, не понимая по какому поводу. Из-за того, что все мои близкие – подставные, игравшие свои роли, или из-за того, что я убила человека, который фактически был моим братом? Принц посадил меня возле перекореженной машины и растворился в воздухе, за что я была ему благодарна. Притянув колени к груди, обняла их руками и спрятала перепачканное в крови Джека лицо. Тело пропало вместе с Локи, но на это мне было как-то плевать. Я убила человека, и это самое главное. Быть может, с этого все начинается? С этого начинал Локи? С убийства родной души, которая таковой никогда не была и причиняла лишь боль? Так зарождается безумие? Так люди становятся монстрами? Трикстер просто хотел жить и хотел отомстить тем, кто эту жизнь испоганили. Он делал то, что хотел, а не то, что было правильно, и постепенно сошел с ума. Я не знала, чего хотела. Я боялась, что меня ждет то же, что в свое время пришло к Лофту. Полное безумие, чудовищность, уверенность в своих действиях, неподчинение правилам. Если да, то мне было страшно представить, что ждало нас обоих в самом конце.