Цикл "Огненный лабиринт". Часть вторая "Разгребая жар ладонями".

Глава 12. Возвращение в тело стало еще одним болезненным испытанием: пустота в голове взорвалась яркими красками, в памяти замелькали недавние события. Они путались, менялись, как в калейдоскопе, выдвигая на первый план то одно, то другое, и не давали осознать себя. - Гарри! - требовательный, взволнованный и такой знакомый голос стал той константой, за которую можно было уцепиться, чтобы вынырнуть из зыбких фантомов воображения. Открыть глаза оказалось непомерной сложно. Слишком давяще, слишком громко – режущие и взрывающиеся солнечными брызгами звуки, падающие булыжниками горного обвала световые блики и колючая прохлада ночи – все смешалось в ядовитом для магически истощенного организма коктейле. И впервые за долгие недели окружающее пространство не поспешило влить так необходимые крохи Силы. - Гарри! - снова тот же голос. И боль отступила, приглушив свистопляску звуков и бликов. - Гарри, черт тебя дери! - второй, тоже знакомый голос придал сил, подтолкнул. «Убью гада!» - пронеслось в голове. Злость придала сил, заставила, наконец, открыть глаза. - Абри, сучий ты потрох! - он хотел закричать, но саднящее горло пропустило лишь тихий шепот. - Поттер, вы, как всегда, оригинальны, - фигура зельевара буквально соткалась из зыбких отблесков пламени. - Вот, выпейте! - Северус втолкнул в ослабевшие руки фиал с наверняка горькой жидкостью. Гарри хотел, было, сжать ёмкость и поднять ее к губам, но пальцы задрожали, не давая совершить даже это простое действо. - Я помогу. Изящная рука перехватила фиал, позволив сделать несколько жадных глотков, чуть сморщиться, узнавая вкус Восстанавливающего, и с тихим стоном закрыть глаза, дожидаясь, пока зелье подействует. Сила нехотя откликнулась, заструившись по венам. Прохладные пальцы осторожно вложили в ладонь что-то теплое, даже горячее, и неуверенно прошлись в ласке у запястья. Тихий вздох над ухом показался скрипом наждачной бумаги по стеклу. Что там еще ему дали? Камешек. Накопитель магии. Хорошо. Да-а-а. Окружающее пространство вновь обрело четкость и правильность. То, с чем можно сосуществовать. Лежать на холодном камне, ощущая кожей каждую неровность, было больно, но сильные руки Малфоя не давали вскочить раньше времени. Когда стало совсем уж невмоготу, Гарри с тихим рыком приподнялся, вцепившись в подставленную ладонь и ощутив крепкое объятие. Он независимо повел плечами и тяжело оперся на алтарь, чувствуя, как поддержка исчезла, оставив на волосах неуловимый след прикосновения. Ему хотелось в душ: смыть с себя кровь и страх жертв, побыть немного одному, пережить все это, как-то попытаться приспособиться к новым знаниям. Но… Когда это у Поттера все было просто? - Лучше? – заботливо поинтересовался такой знакомый и такой… чужой голос. Гарри близоруко прищурился, разглядывая странно знакомого незнакомца. Двоих. Только мысль о магическом истощении не позволила ему выкрикнуть антииллюзорное заклинание. Перед ним стояли братья Мал-фуа. Да-да, не лорд Люциус Малфой и его сын и наследник Драко Малфой, а именно Абраксис и Люциус Мал-фуа, похожие друг на друга, словно близнецы. Дежавю плотным кольцом перехватило горло. - Авада через Круцио, мать вашу! – Гарри не узнал собственного хриплого, как у курильщика с полувековым стажем, голоса. - Знаете, Поттер, я даже почти не удивлен, - саркастично бросил Северус, несколько отвлекшись от пассов волшебной палочкой. - Вот никогда у вас все не происходит так, как должно. Вы заработали магическое истощение со всеми вытекающими. Строгий постельный режим не менее трех суток. И «постельный режим» подразумевает исключительно отдых и ничегонеделание! Намек всем понятен?! - Но как? - выдохнул Гарри, жадно вбирая взглядом детали. Укол он привычно пропустил мимо ушей. Профессор Снейп мог гордиться своей системой воспитания. - Ваша удачливость не знает границ, Поттер, - зельевар задрал одну бровь вверх, выражая критическое отношение к вопросу, вздохнул и сменил гнев на милость. - Вы разрушили проклятие, как и ожидалось. Что касается того «как»... Пока вы после ритуала усиленно изображали покойника, отчаянные братцы решили последовать вашему примеру, продемонстрировав умение синхронно падать на землю. Затем вокруг них образовалась белая дымка, мгновенно загустевшая до состояния плотной завесы, а когда она растаяла, я имел честь лицезреть истинный облик господ Мал-фуа! Феномен же происходящего в том, что теперь у меня на руках трое безбашенных оболтусов, не имеющих в магическом мире Англии прочной почвы под ногами! - Северус, ты совсем запугаешь ребенка. Гарри, как ты себя чувствуешь? – видеть заботу и слышать знакомые интонации от похожего, но все же иного и совсем юного Люциуса было так странно, что смысл вопроса дошел далеко не сразу. - Так, как будто меня разрезали заживо. Трижды, - зло бросил Поттер, уклоняясь от «нового» Мал-фуа и выворачивая голову, чтобы увидеть из-за его спины второго «оболтуса». - Не сверли меня взглядом, гляделки сломаешь! - тут же пошел в наступление Абри. - Ты – бездушная тварь! Как ты мог выбрать именно их?! - Да кого я выбрал-то? Никчемных магглорожденных, что даже не подозревали о своих истинных возможностях?! Охотника, на котором пробы ставить некуда, и двух беспризорников, больных драконьей оспой? Они все равно не выжили бы на улице! – Лицо Абраксиса исказилось и побелело от гнева, а рот искривился, превращая тонкое породистое лицо в звериный оскал. - Дети не были магглорожденными! Они были моими предками! – крикнул юноша в ответ и выставил ладонь вперед, приказывая Люциусу не вмешиваться. Северус тихо пожелал Морриган стать ингредиентом для первокурсников, а Абри отшатнуло от распалившегося Поттера. - Что?! – старший Мал-фуа прижал руку к щеке, словно получил пощечину. - Что слышал! Мальчишка был носителем родовой силы! Как ты не распознал ее?! Его тоже звали Гарри! Гарри Поттер! Наше родовое имя! - Родовое... - Абраксис в смятении опустил глаза, чтобы через пару секунд вновь поднять их, уже горящими решимостью. - Мне жаль, что судьба столкнула нас всех на проклятом острове. Но, даже знай я о последствиях, то поступил бы также. Я должен был спасти Люциуса любой ценой! В сером взгляде горело безумие уверенности в своей правоте, и Гарри не смог ничего возразить. Еще сутки назад он бы с пеной у рта доказывал право на жизнь каждого, обвинял Абри в эгоизме и презрении ко всем, кто «не Мал-фуа». Сутки назад. Но тогда у него еще не было брата и сестры, не было разделенной с ними жажды жизни и готовности умереть друг за друга, не было безумия боли, связавшей его не только с жертвами, но и с Мал-фуа нитями чувств, что крепче канатов. Сегодня появились еще двое, что приняли странную, вывернутую наизнанку логику Абри. Или, может, единственно верную? Для Абраксиса Мал-фуа. Для Гарри и Тэль Поттер. И Гарри собирался примерить эту логику на себя. И на свою Семью. Повертев головой, словно ища кого-то, он безнадежно позвал: - Морриган! Порыв ветра и тишина. Вдалеке ухнула птица. - Граф Рэду! - В груди кольнуло и сжало паникой – вдруг придется действовать на свой страх и риск? Чуть пошатнувшись, Поттер соскользнул с камня, чтобы тут же прислониться к нему в поиске поддержки. Глаза отчаянно скользили по теням в кругу кромлеха. Ну же! Да, вот они - в неверных бликах замелькали силуэты, быстро обрастающие плотью. В пятно света скользнул граф, а следом за ним еще двое, которые несли тела. Да, Морриган, все знала и уже дала указания своим «детям». - Вы можете объяснить, что опять взбрело в вашу гриффиндорскую голову?! - Северус настороженно смотрел на то, как вампиры укладывают детей на камень. - Гарри? - Люциус с Абри обступили его с двух сторон. - Что ты творишь? - Я исправляю нанесенный вами вред. Они должны жить... Интерес братьев к происходящему раздражал, Поттеру казалось, что они не имели права вмешиваться в его действия и даже проявлять любопытство, не говоря уже о возможности препятствовать исполнению задуманного. Он заслужил это, не так ли? - Вы можете описать мне последовательность действий, граф? - Господину не придется ничего делать. Отдайте нам души, и мы справимся сами, - чарующим голосом успокоил его вампир. - Они - моя Семья, граф! - Призовите души, господин, - Рэду вскинул ладони в примирительном жесте. И Гарри кивнул, успокаиваясь. Он опустился на колени, закрыл глаза, сосредоточился и попытался отправить магию на поиски. Сила откликнулась слабым, полным провалов ручейком. - Люциус. - Гарри, объясни… - Долг, Люциус! Мал-фуа со вздохом перехватил шершавые ладони, запуская поток магии триумвирата. Объединенная Сила уверенным потоком взмыла вверх, оплела Круг невидимой сетью, скользнула к другим источникам, чтобы мгновенно отпрянуть и, истончившись, уйти вглубь земли. Она дрожала, и непривычный к магическому поиску Поттер судорожно сжал пальцами ладони Люциуса, по его лицу потекли капли пота. Пусто… пусто… ниже… левее… еще… Есть! По нитям заструилось тепло, сила, родственная его собственной. Оставалось только потянуть находку на себя. Северус уже готов был прервать затянувшийся ритуал, опасаясь полного истощения магического ядра подопечного, как вдруг из земли вылетела мерцающая сфера, а через какое-то время и еще одна. Ловцы душ, подчиняясь зову, опустились у ног Гарри. - Пожалуйста, передайте их мне, господин. Обряд единения доступен только нам, стражам грани между мирами живых и мертвых. Северус кивнул в ответ на молчаливый вопрос: - Это так. Магам известны случаи спонтанного перемещения, не более. Подняв и осторожно погладив артефакты, Поттер обратил затуманенный взор на графа: - Помните, у вас нет права на ошибку. Вот этот, со сколом – Гарри, второй - Тэль. Рэду склонил голову, принимая на себя ответственность. Вложив ловцы душ в его руки, юноша отошел чуть в сторону, тут же попав в чьи-то объятия. Обернувшись, он взглянул на Люца и почувствовал легкий поцелуй в волосах. Напряжение, сковывавшее тело, ослабло. Немного поколебавшись, Гарри прижался к теплому телу, окунаясь в знакомый запах и безмолвно прося прощения за грубость. Абри и Северус встали рядом. - Я... так, а где ребята? - Они за периметром. Мы посчитали, что там им будет спокойнее, да и за Аврорами кто-то должен присмотреть, - шепотом сообщил Люциус, иногда намеренно задевая губами кожу около уха. По телу пронеслась сладкая дрожь, но Гарри слишком устал, чтобы предпринимать какие-либо ответные действия. В это время из темноты вынырнуло с десяток вампиров, которые плотно обступили алтарь. В ладонях Рэду сферы начали раскрываться, переливаясь тысячами оттенков красного от бледно-розового до почти черно-багрового. Маги заворожено следили за действом. Граф вытянул руки вперед, и вампиры запели. Двое осторожно нажали на скулы детей, чтобы открылись рты, еще один сделал надрезы на запястьях графа, направляя легкую струйку его крови на их губы. В тот же момент голоса поющих слились в один глубокий, чарующий зов, от чего все присутствующие люди впали в транс. Постепенно зов становился громче, и на самом его пике Рэду поднес сферы к телам и перевернул ладони. Красные огоньки скользнули вместе с кровью вниз, тонким росчерком отметили свое движение по горлу и замерли на уровне сердец детей. По телу мальчика прошла дрожь, оно выгнулось дугой, так, что, казалось, сейчас сломается позвоночник, его лицо искривила судорога, а за ней пришел короткий болезненный вскрик. И еще один. И тишина. Гарри не знал, сколько все они простояли, замерев, но в себя их привел раздавшийся откуда-то из Тьмы голос Джорджа: - У нас проблемы! *** - Вы знаете, как изгнать ее… отправить обратно? - Уничтожить источник, удерживающий ее здесь. Или разорвать их связь. Боги, как квинтэссенция Силы, не имеют собственного материального воплощения и без якоря долго находиться в земных пределах не могут. Слова Люциуса не давали Кингсли покоя. Он вообще почти перестал спать с тех пор, как его посетила Морриган. В первое время мозг просто отказывался воспринимать действительность. Морриган, Боги, Поттер - источник Силы для Бога... Так нелепо, странно, чуждо его прагматичному взгляду на жизнь. Но он ведь волшебник, и волшебство для него так же привычно, как и воздух. Тогда почему нет? И раз пришла новая опасность, рядом с которой Волдеморт - просто мальчик в песочнице… Министр опустил перо на специальную подставку, откинулся на спинку жесткого стула и привычно начал тереть пальцы, слушая легкое похрустывание суставов. Дамблдора, который мог бы разобраться и выдать план действий, нет. Да и смог бы старик справиться с новой проблемой? Он всю сознательную жизнь воевал с Темными Лордами, а не с богами. И не то чтобы очень эффективно воевал… Подлая мысль, да. Но в столь отчаянном положении, не хочется брать на себя ответственность за собственные ошибки. Слишком тяжела ноша. И если кто и мог помочь, то только те, кто прошел по пути познания значительно дальше, нежели магглорожденные. Те, кто с собой во Тьму уносят знания, накапливаемые веками. Чистокровные снобы с их родовыми тайнами и секретами. Унизиться? Нет! Ведь есть еще Отдел Тайн. Невыразимцы - народ полезный. Да, странный, да, старающийся ни во что не вмешиваться. Но такое даже они не могли пропустить. Сразиться с самой Богиней, что может быть интереснее? Несколько дней ушло на то, чтобы лучшие сотрудники отдела объездили весь в мир в поисках оружия против богини, и, наконец, нашли свиток о племени Эторо*, что в Новой Гвинее. Шаманы-аборигены, в отличие от представителей иных племен, не признавали божественной власти над собой, не позволяли навязывать себе богов, развеивая чуждые им Силы во время междоусобиц. Странно? Да. Ключ к решению загадки Морриган? Возможно. Кингсли за максимально краткий отрезок времени подключил чиновников из отдела Международных связей и выяснил, чем им грозит путешествие. По сути, ничего страшного он не увидел. Непрошеных гостей не ели, не насиловали и не убивали. Да, у этого народца хватало странностей, но кто они такие, чтобы судить чужие обычаи? Фелляция как способ получения жизненной силы? Хорошо, что не диета на крови! Решение было принято, и уже на следующим утром Министр с десятком лучших сотрудников Аврората и Отдела Тайн отправился международным камином сначала в Сидней, а оттуда с австралийскими коллегами аппарировал в Порт-Морсби. Далее аборигены еще целый день везли их на маггловских джипах до племени, так как переместиться туда было невозможно из-за нестабильности магии в местах обитания эторонцев. Шаманы племени, вдохновившись новостью о прибытии магов с далекого материка, решили устроить в их честь праздник. А что может быть лучше обмена жизненной силой? Так уж получилось, что Кингсли и его сопровождающие явились аккурат на посвящение подростков во взрослую жизнь. Попытка отказаться от чести принимать участие в ритуальной инициации с треском провалилась под бой там-тамов. Насильно обнажив гостей, туземцы усадили их рядом со старостами племени на солому, едва прикрытую тонкой циновкой. Обливаясь потом, Кингсли спрятал член ладонями, но вскоре забыл о стеснении. В конце концов, местной фауне, что с азартом принялась изучать новое блюдо, было наплевать на высокие моральные принципы гостя! К моменту, когда солнце поднялось к зениту, ему было уже все равно. Он вяло кивнул, когда к нему подвели местного мальчонку и, не деликатничая, развели изрядно стертые от ерзанья ноги, давая подростку доступ к чреслам. Голова, украшенная черной вьющейся гривой, неожиданно напомнила о незабвенном Поттере. И Кингсли с мрачной мстительностью позволил себе отвлечься от наглых насекомых на бурные фантазии о Мальчике-который-выжил. О том, что именно его рот нанизывается на короткий толстый член, его язычок умело скользит по набухшим венкам и с причмокиванием нежит головку, его неумелые пальчики мнут слегка поджавшиеся яички. «Мерлин, я - педофил и извращенец!» - мелькнула в воспаленном жарой, борьбой с местной живностью и собственным воображением мозгу вялая мысль. Увы, члену было не до фантазий о Герое. Потому что кто-то очень голодный жадно вгрызался в тонкую кожицу ануса. Какой идиот романтизировал секс на соломе?! Кто-то осторожно потеребил его ладонь. Вздрогнув, Шеклболт опасливо глянул в ту сторону. Один из невыразимцев, чей член весьма старательно обрабатывал смуглый парнишка, аккуратно затолкал ему что-то в кулак, затем показал на рот и отвернулся. Горошинка афродизиака полетела под язык, полыхнув жаром в венах, и минуту спустя мир взорвался красками. Обведя грозных старейшин умильным взором, министр погрузился в спасительный обморок. Старосты были довольны обилием жизненной силы. Кингсли же утешился мыслью, что он не извращенец и мысленно воздал хвалу всем богам, которых знал, за то, что провидение не привело их в племена Африки, где мальчиков при инициации «брал» каждый взрослый член племени. В родную Англию члены экспедиции вернулась c необходимым артефактом. Исследовав доступные места Силы, невыразимцы пришли к выводу, что оптимальным станет кромлех Брогар. Каково же было их удивление, когда они обнаружили, что место занято, более того, там явно шла подготовка какого-то иного ритуала. Причем при активном участии Снейпа и Малфоев! Уничтожить Морриган, разрушить планы Малфоев и, возможно, захватить Поттера? Что может быть лакомее для замороченного и уставшего министра? **** - У нас проблемы! Услышав запыхавшийся голос Уизли, все кроме вампиров тут же обернулись. - Что еще? - как-то устало спросил Северус. - У авроров подкрепление, их человек тридцать! Защитные заклинания фактически пали. - Кингсли, гоблина тебе в постель! Как ты не вовремя! - прошипел Абри и тут же поднял палочку, вызывая патронуса. Сияющий ястреб осветил все вокруг. - Время пришло! Громко курлыкнув, птица взлетела в небо, где мгновенно растворилась в черноте. В это же время Снейп закончил читать заклинание на латыни, а на площадке стали раздаваться множественные хлопки аппараций. Гарри панически вгляделся в полутени на алтаре, с некоторым облегчением констатируя, что ребят уже унесли. - Приведи брата и мисс Грейнджер, - меж тем, довольно осматривая появившихся магов, приказал Северус Джорджу. – Люмос Максима! - Что происходит? – тихо уточнил Гарри, стискивая собственную палочку. - Если Кингсли не понимает через голову, поймет через печень, - задорно блеснув черными глазами, оскалился зельевар и отошел к первой группе магов. Во главе с Эйвери. - Поттер, в сторону, с тебя хватит на сегодня, - рявкнул старший Мал-фуа, закрывая любовника от противников и сосредоточенно роясь в карманах. - Вы планировали сражение с аврорами? - Мы не отдадим тебя им! - грозно прошипел Абри. - Я не хочу больше войны! Не хочу жертв! - Прости, но решать не тебе. ОНИ будут бороться не только и не столько за тебя, но и за свое будущее, за своих детей... Нам всем нужна свобода, - Люциус нежно погладил лицо Гарри, коротко поцеловал холодные губы и ретировался под грозным взглядом серых глаз. - Абри! - Что?! Ты слышал брата, и он прав. Соберись! Если Кингсли не сошел с ума, он не допустит сражения... *** Кингсли Все же сотрудничество с Отделом Тайн имело множество преимуществ. Выставленные вокруг кромлеха чары от прослушки пали практически сразу, как только авроры прибыли к месту Силы, а вот аналогичный артефакт, принесенный одним из невыразимцев, действовал. - Как мы и думали, - пробормотал невысокий маг в иссиня-черной мантии. - Простите? - Взгляните сюда, - невыразимец протянул предмет, больше всего напоминавший зеркало. – Видите белые и цветные пятна? Это природная магия, магия камня. - Ее ведь очень много, правильно? – уточнил министр. - Да, даже для места Силы. И количество скачкообразно возросло с прибытием объектов. Более того, видите шлейф, что тянется вне источника? Магия продолжает сюда стекаться, - в голосе мужчины проскользнуло благоговение. – Я ведь видел подобное и у Дамблдора, и у Волдеморта. Но столько… Она должна была его разорвать. - Поттер всегда был невероятно удачлив, - слегка пожал плечами Шеклболт. Маг покачал головой: - Не только. Видите размытость? Сила клубится между ним и Малфоями. Поэтому-то он до сих пор жив. Они каким-то образом перераспределяют ее между собой. Кингсли кивнул. В свете новой информации становилось понятно, почему Люциус и его сын вцепились в мальчишку. Он бы тоже был не прочь иметь под рукой столь мощный личный источник магии. А вот появление Волдеморта при таком раскладе чистокровным наоборот невыгодно, так ведь? Или он опять упускает детали? - Сэр, Поттер возлег на камень. Они начинают ритуал, - тихо доложил один из авроров. Неожиданно для себя министр посмотрел на невыразимца, ожидая его решения. Тот пожал плечами. - Ждем. - Есть, сэр. Невыразимец с легким интересом взглянул на Шеклболта: - Не боитесь, что потом будет поздно? Мы можем потерять мистера Поттера. - Не боюсь, удача любит мальчишку. Нам сейчас невыгодно прерывать процесс. Во-первых, мы получим компромат, во-вторых, они будут истощены и не смогут дать серьезный отпор. В-третьих, применить «Цветок Хаоса» никогда не поздно. Даже если они решили возродить Темного Лорда, у нас будет время для физического устранения уже после воздействия артефакта, - машинально объяснил министр, больше сосредоточенный на вспышках магии внутри кромлеха. Что-то было не так. Невыразимец пожал плечами. Он мог привести в пример пару дюжин ритуалов, после которых Сила участников вырастала, но предупреждать Кингсли о подобном казусе не счел нужным. Его задача - проконтролировать работу артефакта. А остальное - не его проблема. Потянулось ожидание. Зеркальный артефакт был, по сути, единственным способом отследить изменения на площадке. Окружающее пространство стремительно теряло краски – природная магия буквально таяла на глазах, выкачиваемая Кругом, образованным вокруг алтаря. В какой-то момент Малфои упали, а Снейп заметался между ними и Поттером. - Там изменились параметры Силы, - возбужденно зашептал невыразимец, наблюдавший за происходящим через зеркальце. - Волдеморт? Маг пожал плечами. - Сэр? – тревожно вскинулся кто-то из авроров. - Пока ждем, - принял решение Кингсли. Сначала, пошатываясь, сели, а позже и поднялись на ноги Малфои, после них на камне зашевелился Поттер. Министр обернулся к сотруднику Отдела Тайн. - Ритуальный круг и Силы Поттера значительно истощены. Он сейчас не противник, сэр. Малфои тоже, но их магия восстанавливается в разы быстрее. Это как-то связано с притоком извне. - Пора. Ломайте защиту! На снятие купола ушло десять минут. И в тот момент, когда авроры уже праздновали победу, в кругу Силы полыхнули вспышки множества аппараций. - Зараза сероглазая, что ж ты маленьким не сдох? – прошипел Шеклболт, выпрямляясь. В оглушительной тишине особенно отчетливо прозвучало насмешливое: - …Если Кингсли не сошел с ума, он не допустит сражения... Особого сопротивления со стороны Гарри и компании никто не ожидал, а потому не удивительно, что большая часть нападающих дрогнула, обнаружив вместо загнанных зайцев целую стаю матерых волков, вооруженных массой темных заклинаний. Только клятва «Выполнение Долга» удерживала большинство авроров от панического бегства. Неизвестно, чем завершилось бы противостояние, если бы не очередная вспышка, выпустившая на площадку… профессора Флитвика и очень пожилого гоблина. Представитель малого народца с брезгливостью окинул взглядом экспозицию и сосредоточился на министре. - Кингсли Шеклболт, именуемый Министром магии Великобритании! Мы, гоблины, никогда не вмешиваемся в дела магов, если эти дела не касаются нас напрямую. Как сейчас. В течение последнего полугода банк терпит колоссальные убытки из-за нестабильности экономики страны. Мы приняли тяжелое, но неизбежное решение: если по истечении месяца не будет восстановлено как минимум шестьдесят процентов экономических связей, то Гринготтс закроет филиал в Великобритании. Слово сказано. - Это шантаж! Да как вы… - Смею, - сверкнул водянистыми глазами гоблин. - Вместо того, чтобы бездарно тратить время на иллюзии, сотканные воображением, лучше бы вспомнили о собственном Долге перед народом. Кингсли молчал, понимая, что его битва проиграна. Любая попытка воспротивиться станет концом его краткой карьеры министра. Гоблин чуть повернул голову в сторону алтаря: - А вам, дитя, на чьих губах смешались кровь врага и молоко матери, не мешало бы, наконец, посетить своего поверенного! Гарри и не понял бы, что последняя фраза предназначена ему, если бы профессор Флитвик не обернулся и не подмигнул. Покраснев, юноша спрятался за спину Люциуса. - Да осыплют небеса ваш дом золотом, старейшина, - мягко вмешался в разговор Абраксис, слегка склонив голову в поклоне. - Скользящий сквозь время... - недовольно поджал губы гоблин. - Как представитель древних Родов прошу вас продлить срок ожидания до полугода. Да устелет золотая пыль тропу Вашу. Гоблин задумчиво пошлепал губами, словно что-то проговаривая про себя. Все замерли, боясь шелохнуться. Даже самые молодые из авроров понимали, насколько тяжелым ударом станет закрытие банка. - Этот препятствовать не будет? – брезгливо уточнил старейшина. Абри бросил взгляд на Кингсли. - Не будет. - Три месяца. И под вашу личную ответственность, Скользящий сквозь время. Слово сказано. - Слово услышано, - чуть дрогнувшим голосом подтвердил Абраксис. - Да осыплют небеса ваш дом золотом, - эхом подхватил министр. Невыразимец, больше уделявший внимания своему артефакту, вдруг довольно улыбнулся и активировал «Цветок Хаоса». Камни, пропитанные за столетия обрядов магией, дрогнули, осыпав инстинктивно пригнувшихся людей и вампиров крошкой. Недовольно зашелестела листва на ближайших деревьях, заполошно закричала птица. А в центре кромлеха вспыхнул и разлетелся на тысячи маленьких искр силуэт рыжеволосой девушки-воина. - Храни нас Морриган, - прохрипел Люциус, выпрямляясь. Северус усмехнулся: - Думаю, тебе придется серьезно поработать над лексиконом. - Доигралась, рыжая интриганка, - довольно осклабился гоблин, заставив молодого аврора в ужасе отпрянуть. - Что ж, господа, - без особого энтузиазма воскликнул Люциус, – прошу всех в Малфой-мэнор. ПС: объяснение появления гоблина будет дано позже. __________________________________ http://ru.wikipedia.org/wiki/Эторо_(племя) - племя Эторо http://ru.wikipedia.org/wiki/Гомосексуальность_в_первобытном_обществе - гомосексуальность в первобытном обществе http://ru.wikipedia.org/wiki/Эторо_(племя)