Опасный рейс

      Вечером следующего дня Джон, уже порядком уставший от бесконечного ожидания, всё равно сытно поужинал. Не смотря ни на какие жизненные неурядицы, на отсутствие аппетита он не жаловался никогда. А единственное, к чему нельзя было придраться в его сегодняшнем положении – это условия содержания. Они были вполне достойными, ведь пока ещё действовала презумпция невиновности и он считался просто задержанным до выяснения всех обстоятельств. Его положение удовлетворяло всем потребностям гражданина Федерации: хорошее трёхразовое питание, несколько комплектов одежды, выданных при отсутствии его собственного гардероба, камера со всеми удобствами, современная мебель и большой плазменный 3D экран во всю стену. Правда, смотреть на этом экране передачи по своему выбору возможности не предполагалось: были доступны лишь образовательные и воспитательные каналы. Поэтому Джон каждый вечер выбирал что-нибудь о природе различных уголков Федерации и наслаждался так давно им не виденными панорамами лесов и океанов.       Сегодня он перещёлкал несколько передач, в раздражении пытаясь найти что-нибудь не ухудшающее и так отвратительно-унылое настроение, пока не наткнулся на фильм о лиственных лесах Амазонуса; и под подробное перечисление всех полезных сфер применения этого природного богатства, умудрился заснуть, так и не раздевшись.       Он всё ещё представлял себя в окружении высоких деревьев и прозрачных водоёмов, когда его совершенно неделикатно вырвали из приятного сна. – Уотсон, собирайтесь! – громко прозвучало у него над ухом. Джон не успел ничего сообразить, пытаясь открыть слипающиеся спросонья глаза. В его камере стояли двое мужчин, один из которых весьма нелюбезно тряс его за плечо.       Долгое бездеятельное состояние плохо сказывалось на его инстинктах: раньше он бы точно не допустил возможности того, чтобы к нему кто-то вошёл незамеченным, даже ночью. Сейчас же он обнаружил перед собой двух одетых в полицейскую форму охранников, бесцеремонно шарящих по его камере и сгребающих все вещи в кучу.       Оба они были с бородами и усами, причём у того, кто его разбудил, высокого и плечистого, вся эта шевелюра была ярко-рыжего цвета. Джон удивился такой необычной внешности: насколько он знал, в центральных районах Федерации, а среди государственных служащих - почти повсеместно, растительность на лице давно вышла из моды. Или же пока он мотался по окраинам на «Бейкере» и находился в плену, последние тенденции успели кардинально поменяться… – Что происходит? – поинтересовался он, вставая. – Сейчас же два часа ночи, не время для посещений? – Вам предстоит переезд. Вас должны были предупредить, – довольно отозвался рыжий, как будто наслаждающийся возможностью испортить человеку отдых. – Что, прямо сейчас? Но мой адвокат ещё ничего не подтвердила. – Не беспокойтесь, вам всё сообщат на новом месте.       Джон с недоумением смотрел на оживлённых полицейских. Обычно, насколько он успел заметить, распорядок дня здесь соблюдался очень тщательно, и даже мисс Сойер на переговоры с её клиентом не пропускали позже восемнадцати часов, так как рабочий день у охраны заканчивался, а к сверхлимитным трудовым подвигам никто не стремился. Возможно, его решили перевозить ночью в целях повышенной секретности, хотя он не мог поверить, что является настолько важным заключенным.       Сложив в принесённую ночными посетителями сумку свою новую одежду и бумаги, оставленные Сарой, Джон уже через пять минут был готов. Полицейские не выказывали особого нетерпения, хотя несколько раз за это время успели посмотреть на часы. – Куда меня переводят и долго ли ехать? – попытался выяснить Уотсон, на что рыжий снова ничего толком не ответил и лишь неопределённо махнул рукой в сторону двери: – Не переживайте, вам всё объяснят потом.       Джона вывели из здания и быстро погрузили в бронированный фургон. По пути им не попалось ни одного человека, не было видно даже ночных дежурных, и лишь электронные двери исправно открывались, реагируя на магнитные ключи его охраны. На улице тоже было темно и пасмурно, и он не успел приметить ничего интересного.       Как только его с вещами поместили в заднем отсеке (хорошо, что хоть не стали пристёгивать наручниками, болтающимися в устрашающем количестве на металлических поручнях вдоль бортов), автомобиль тронулся. Они ехали довольно долго, отсутствие окон не давало оценить обстановку, и Джон опять задремал. Но уже вскоре ему пришлось проснуться, потому что началась сильнейшая тряска. Его так болтало из стороны в сторону, что приходилось хвататься за все имеющиеся поручни, дабы не расшибить ненароком голову или что-нибудь ещё. Их водитель явно не беспокоился о комфорте пассажиров. Промучившись так ещё около часа, Джон уже с радостью думал о том, что его решили перевозить ночью, а не утром после завтрака. Когда фургон наконец-то затормозил, Джон так и сидел, вцепившись в сиденье и пытаясь удержать свою сумку с вещами, небрежно закинутую охранниками под скамью и постоянно норовившую укатиться куда-то в сторону.       Какое-то время ничего не происходило, и он уже забеспокоился, что это лишь временная остановка. Но через минуту задняя дверца приоткрылась и Уотсон не смог сдержать изумленного возгласа: к нему в фургон ловко запрыгнул Джим Морт. – Привет! – как ни в чём не бывало, поприветствовал он опешившего доктора. – Джим? – Уотсон был не просто удивлён, он был ошеломлен. Уж этого-то человека он точно не ожидал увидеть в ближайшем обозримом будущем, тем более – в такой ситуации. – Что ты здесь делаешь? Я думал, ты уже за тысячи миль от этого места! – А я люблю сюрпризы! – весело отозвался тот.       Джон молча смотрел на появившегося Морта, не зная, как на всё это реагировать. Джим был одет в ту самую полицейскую форму с надвинутой на лоб синей фуражкой, но усов и бороды уже не было. Во время переезда доктор обратил всё свое внимание на импозантного высокого рыжего охранника и почти не приглядывался ко второму, менее заметному, умудрившись не узнать давнего знакомого. – И что теперь? – только и смог ответить на это Уотсон. – А теперь ты, наконец-то, перестанешь задавать глупые вопросы и вылезешь уже из машины! – нетерпеливо огрызнулся Джим, по своему обыкновению не снисходя до объяснений окружающим. Джон, возмущённый такой беспардонностью, подхватил свою сумку и, молча сдвинув Джима с дороги, стал пробираться к выходу. Если уж он, как обычно, оказался не в курсе происходящих с ним событий, то мог хотя бы попытаться не демонстрировать неосведомленность так очевидно. – Ну никакой вежливости! – почти обиженно крикнул Джим ему в спину.       Как только доктор оказался снаружи автомобиля, он увидел расстилавшуюся прямо перед ним зелёную равнину. Вокруг не было никаких признаков жилья, и лишь полузаброшенная дорога, по которой они, скорее всего, сюда и приехали, вилась невдалеке. Фургон остановился рядом с небольшим леском и стоял, надёжно скрытый в тени деревьев. Джон уже так давно не был на свежем воздухе, не видел живой природы, что в первый момент даже забыл, как здесь оказался, потрясённый открывшимся пейзажем. Он глубоко вдыхал чистый насыщенный воздух и не мог отвести взгляд от розовеющего предрассветного неба. Подумалось, что лишь ради одного этого завораживающего момента стоило вынести всё странное путешествие.       Но уже через минуту из машины выпрыгнул Джим, и доктор тут же забыл о красотах окружающей природы. С момента их последней встречи прошло не больше месяца, но Джон уже успел отвыкнуть, насколько потрясающее впечатление тот умудрялся производить на окружающих. Даже в обычной форменной одежде, раним утром, после утомительной дороги тот выглядел так, как будто только что вышел из модного салона. Уотсон тут же с сожалением представил, как сам смотрелся со стороны: небритый, с отросшими растрёпанными волосами и выпученными от удивления глазами, в мятой вчерашней одежде. Явно не самый подходящий вид для встречи.       Морт, похоже, поймал его зачарованный взгляд, потому что с широкой улыбкой кинозвезды с самым довольным видом двинулся в его сторону. – Ладно, полюбовался – и хватит, – довольно двусмысленно прервал он размышления доктора. – Времени у нас не слишком много. – И что ты намерен делать? – в который раз задал свой неизменный вопрос Джон. – Спасти тебя, конечно, если ты ещё не понял!       Джон чуть не поперхнулся. Всё это прозвучало до крайности странно. – И что на этот раз? – обречённо возмутился он. – Мало было твоего катастрофического прибытия на «Бейкер», после чего и закрутилась вся эта чехарда, так ты и сейчас продолжаешь втягивать всех в свои безумные замыслы! И разве тебе самому не слишком опасно находиться вблизи от крупного полицейского управления, учитывая, что тебя, наверное, разыскивают по всей Федерации? – Не мог бросить тебя в одиночестве на растерзание этим гадам! – проникновенно прошептал Джим, подмигивая негодующему доктору. Хотя он вёл себя в своей обычной слегка театральной манере, сейчас было трудно понять, шутит он или нет… – Так ты что, действительно вернулся только из-за этого? – у Джона просто в голове не укладывалось такое благородство. – Думаешь, получится? Охрана, наверное, уже поняла, что меня увезли неизвестно куда и бросилась вдогонку. Теперь ко всему прочему добавится ещё и побег. – Да ладно, не переживай! – пренебрежительно отмахнулся Морт. – Это было не так уж и сложно. Достаточно пары звонков, пары конвертов, намёка о недовольстве начальства из Центра, и никто уже не хотел ни за что отвечать и ввязываться в это дело. Даже не проверили наше разрешение на ночной выезд, недоумки. До чёрта ненавижу федералов и не могу спокойно смотреть, если им удаётся захапать человека!       Джон попытался представить размеры этой ненависти, сподвигнувшей повсеместно разыскиваемого террориста вернуться на опасную территорию и сунуться буквально в логово противника. А параллельно, где-то в глубине души появилось сладостное предположение, что дело тут, возможно, не только в ней… – И потом, ты слишком много времени стал проводить со своей красоткой-адвокатом, – вдруг, как бы уловив мысли доктора, ворчливо добавил Джим.       Джон тихонько хмыкнул, но сделал вид, что не услышал последнего замечания. Тем более, что всё равно ответить на него было нечего. – А вообще, хватит отвлекаться! – Морт протянул доктору пухлый пакет. – Это твои новые документы. Теперь тебе придётся забыть старое имя и многое другое тоже. – Что? Джон Мориарти? – изумленно пробормотал Джон, разглядывая вытащенную на свет пластиковую карточку. – Но мне совершенно не подходит эта фамилия, она скорее для выходца с Южных территорий… – Ничего, придётся привыкнуть, – Джим лишь насмешливо растянул губы в загадочную улыбку. – Здесь ещё лежат деньги и ключи от твоего автомобиля. Он тут, недалеко, – Джим махнул рукой в сторону леса. – В нём есть всё необходимое на первое время. В навигатор заложен маршрут, проедешь по нему до ближайшего города и снова поменяешь машину. Адрес стоянки и вторые ключи найдёшь здесь же. А потом советую нигде надолго не задерживаться; лучше, если ты сегодня же улетишь, и как можно дальше.       Джон слушал эти подробные инструкции и с трудом мог поверить в реальность происходящего: Джим, побег, новые документы, новая жизнь – они свалились на него совершенно неожиданно, не давая времени всё осознать и обдумать. – Хорошо, это я понял. А что будешь делать ты? – Ну, у меня тоже изменения в жизни, вот, начал заниматься бизнесом. Надоело возиться с фанатичным сбродом и бороться только за идеи. Теперь я владелец горнодобывающих предприятий в Дальнем секторе. Правда, не совсем официальный: не хочу пока лишний раз светиться в поле зрения властей. Вложил свободные активы. Дело выгодное, через пару лет буду снабжать сырьём пол-Федерации. Сейчас, правда, нужно обустроить новые поселения, нанять людей и наладить сферу сбыта. Не все местные согласны с появлением новых владельцев, бывает опасно, обстановка напряжённая. Приходится охранять свою собственность от всяких грабительских поползновений.       Доктор про себя усмехнулся тому, как быстро Морт сменил взгляды: ведь ещё совсем недавно он сам был одним из таких любителей лёгкой наживы. Но Джим рассказывал о новом деле с таким увлечением, заражая безграничным энтузиазмом, что и сам Уотсон поневоле заинтересовался рискованным предприятием. На мгновение он представил себя среди этих далёких изобильных земель, участвующего в освоении новых территорий. Заметив разгоравшийся в глазах доктора азартный огонёк, Джим, будто невзначай, добавил: – Да, дело прибыльное, но на перспективу. И для начала нужны надёжные люди, не боящиеся трудностей. – А Себастьян с тобой? – Джон сразу с какой-то неожиданной ревностью вспомнил своего бывшего приятеля, всюду следовавшего за командиром Мортом. – Мы с ним кардинально разошлись во взглядах, – как-то хищно сверкнул глазами Джим. – Пришлось расстаться.       Глядя на разом закаменевшее лицо собеседника, Джон почувствовал неприятный холодок, пробежавший по спине. Любопытство подстёгивало его выяснить причину возникшего конфликта, но потом он всё же счёл за лучшее промолчать. Возможно, незнание некоторых подробностей лишь делает жизнь спокойнее.       Между ними повисла напряжённая тишина, словно неловко поднятая тема разрушила возникшую было общность. Уотсон не знал, как продолжить разговор, и, вообще, стоит ли его продолжать. Он и себе самому не мог прямо ответить, что именно хотел бы услышать, какого предложения дождаться… – Ну, благодарю за освобождение! – всё-таки произнёс он, надеясь, что вежливость должна помочь в любой ситуации, и протягивая ладонь для рукопожатия. – Наверное, нас нельзя считать друзьями, но в тяжёлом положении ты тоже можешь рассчитывать на мою помощь.       Джим пристально посмотрел на протянутую руку и вдруг задорно рассмеялся: – За предложение, конечно, спасибо. Но вообще-то, как ты уже успел заметить, в тебе меня привлекает несколько другое, – и многозначительно перевел свой взгляд с руки Джона куда-то ему ниже пояса. – Вот же наглец! – не смотря на показное возмущение, Джон не смог удержаться от расползавшейся по лицу ухмылки. – И как только совести хватает?! – А почему бы и нет? – откровенно соблазняюще облизнулся Джим.       Джон мог лишь в восхищении наблюдать за его моментальным переключением от серьёзности к самому беззастенчивому флирту. Морт играючи вернулся к той теме, которой так ждал, и в то же время опасался Джон. Он чувствовал, как этот поразительный мужчина непреодолимо притягивает к себе, заставляя сердце колотиться от опасения и возбуждения одновременно. Хотелось заставить его прекратить все эти игры в кошки-мышки, стереть вечную насмешливость с лица, яростными поцелуями добиться пылких стонов и неподдельного желания. Уже через секунду они оказались настолько близко друг к другу, что могли ощущать чужое участившееся дыхание и жар, исходящий от кожи. Каждый пытался утвердить своё верховенство, не делая решающего шага, но и не отступая.       Внезапно ветровое стекло в кабине фургона опустилось, и оттуда раздалось настойчивое покашливание: – Шеф, не хочу мешать, но если мы не поторопимся, могут возникнуть проблемы.       Джон замер, будто разом вынырнув из бездонной глубины захлёстывающих эмоций на открытый воздух. А Джим, не меняя позы и не отодвигаясь от доктора ни на миллиметр, лишь медленно оглянулся на водителя и ровным голосом произнёс: – Если мне понадобится совет – я об этом сообщу.       Рыжий, теперь тоже без бороды, успевший от любопытства почти полностью высунуть голову из окна, побледнел и быстро ретировался обратно.       Некоторые вещи не менялись. «Ну вот, все нормальные люди разбегаются, а меня прямо как магнитом тянет», – промелькнула в голове Джона шальная мысль. – Думаю, я мог бы свернуть ему шею голыми руками, – отвлекая от ненужной самокритики, жарко шепнул ему на ухо Джим. – Чтобы знал, когда не стоит влезать со своими замечаниями. – Ну, значит, не судьба, – усилием воли успокаивая сбившееся дыхание, проговорил Джон и с сожалением отстранился. – Наверное, так будет лучше. Для всех нас. А тебе верными людьми так разбрасываться не стоит, ведь он, похоже, прав, и нам действительно пора…       Джим ничего не ответил. Он качнулся на носках, будто в задумчивости оглядывая лес, машину и самого доктора. Быть может, сейчас и он не был уверен в правильности всего происходящего. – Ну что же, тогда на этом всё, мой милый доктор… – произнёс он. – Долгие прощания не в моём характере, сам понимаешь. Но, если что, ты знаешь, где меня найти. – Разве? – Ну ладно, не удивляйся, я пошутил! Никому не известно, где меня найти – это одно из моих непреложных правил, – и Джим громко рассмеялся, хотя его глаза вовсе не выглядели весёлыми. – Но если это понадобится узнать тебе – то я возражать не буду, – и Джим вложил в руку Джона небольшой предмет. – Телефон одноразовый – нажимаешь на зелёную кнопку, вводишь пароль, и связь будет установлена. Одновременно я получу твои координаты.       Джон по-прежнему молчал, пытаясь осмыслить услышанное. Чем был этот жест: ничего не значащей игрой, признаком доверия или же приглашением к чему-то большему?       Джим внимательно посмотрел на стоящего в нерешительности доктора, и, наклонившись прямо к его лицу, добавил: – Но имей в виду, я не Пенелопа, чтобы ждать слишком долго. Когда мне надоедает – я начинаю действовать сам!       А затем развернулся и, не оглядываясь, направился к фургону.       Доктор же остался на месте, сжимая в кулаке маленький передатчик. Перед ним была целая жизнь с огромным количеством возможностей, ещё совсем не определённых, но он почему-то был уверен, что из всего их многообразия он обязательно выберет ту, в которой воспользуется этим телефоном. Конец