Скованные души

Дамблдор изрядно смягчил ситуацию, сказав Гарри, что Снейп просто отказался продолжать сеансы легилименции. Придя в себя в больничном крыле, он был в такой ярости, что изъяснялся в самых сильных выражениях, как еще никогда не позволял себе говорить с Дамблдором. Старый волшебник невозмутимо выслушал тираду Снейпа, затем кивнул, соглашаясь: - Да, Северус. Вы правы, эти занятия продолжались достаточно долго. Я уверен, Гарри узнал всё, что ему необходимо знать для победы над Волдемортом. Снейп подозрительно сузил глаза. Его насторожило то, что Дамблдор так легко уступил. Однако несколько дней спустя он пришел к выводу, что старый волшебник согласился прекратить сеансы скорее ради Поттера, чем ради него. Поттер ходил как в воду опущенный, и если гнев, беспокойство, нетерпение, даже отвращение и ненависть на его лице были Снейпу привычны, то тревога и грустное сочувствие в зеленых глазах юноши приводили его в ярость. Как смел Поттер жалеть его? Парень не имел на это права, и Снейп был полон решимости пресечь безобразие как можно скорее. К счастью, практикум ЗОТИ давал ему отличную возможность для этого. Снейп злорадно улыбнулся своим мыслям. Он собирался отбить у мальчишки всякую охоту жалеть его раз и навсегда. ***** Хорошенько подумав, Гарри решил, что прекращение сеансов легилименции было к лучшему. Он был уверен, что ничем не помог Снейпу, скорее наоборот. Но при этом сам он сильно продвинулся в искусстве ментальных путешествий. Гарри хотел поблагодарить мастера зелий за это, но при виде его холодного, безразличного лица отказался от этой идеи. Интересно, как долго Снейп будет злиться на него? **** - Мистер Поттер, шаг вперед, - рявкнул Снейп. Гарри обреченно вздохнул и встал. - Мистер Уизли, нам потребуется ваша помощь. Гарри и Рон удивленно переглянулись, и Рон тоже поднялся. - Поттер, вашу палочку, - сказал Снейп, протягивая руку. Гарри неохотно протянул учителю палочку. Снейп направил её на Рона, пробормотал незнакомое заклинание и вернул Гарри. - Сегодня вы будете сражаться со мной, - сказал Снейп. - Да, сэр, - кивнул Гарри. Он подозревал, что Снейп использует практикум, чтобы отыграться за прошлогоднее поражение. В принципе, поражение на дуэли было не худшим событием в жизни Гарри, и он особенно не переживал. - Существует, однако, один нюанс, - шелковым голосом продолжал Снейп. – Чары, которые я наложил на вашу палочку, приведут к удвоению ваших заклинаний. Каждое ваше проклятие будет дублироваться и, помимо противника, поражать удаленный объект. В данном случае, мистера Уизли. Гарри моргнул. - Что? - Мистер Уизли будет страдать от ваших проклятий, брошенных в меня. Но, в отличие от меня, он будет лишен возможности уклониться или блокировать атаку. Гарри онемел. - Вы шутите? – спросил он после паузы. - Я абсолютно серьезен. - Вы не можете этого сделать! - Я – ваш преподаватель, Поттер. Я могу делать все, что считаю нужным. У вас есть тенденция жертвовать собой ради других, Темный Лорд хорошо изучил эту слабость и уже использовал её против вас. При случае он сделает это снова. Это упражнение поможет вам оставаться сосредоточенным на своей цели, не слишком беспокоясь об участи других людей. - Вы сошли с ума! – крикнул Гарри. - Я не буду этого делать! Снейп слегка улыбнулся. - Тогда вы и мистер Уизли проведете на отработке все выходные до окончания учебного года. - Отлично! - Что?! – в ужасе воскликнул Рон. - Гарри, ты сошел с ума! А как же квиддич? - Плевать на квиддич! – ответил Гарри. - Мне не плевать! Я капитан команды и не собираюсь торчать до конца года в подземельях! - Рон, ты не можешь требовать, чтобы я сделал это, - пробормотал Гарри. - Почему нет? Не убьешь же ты меня, в конце концов! Гарри изумленно уставился на друга, но Рон был совершенно серьезен. - Ты должен сделать это, Гарри! Рон смотрел на Гарри с яростной решимостью, и сердце юноши сжалось. Юноша взглянул на Снейпа – тот самодовольно ухмылялся. Зельевар точно знал, как поймать его в ловушку, и Гарри ненавидел его за это. Гарри взглянул на Рона еще раз, но Рон энергично кивнул: "Давай!" Гарри сделал глубокий вдох. - Я готов. Глаза Снейпа опасно блеснули, невидимая петля захлестнула ноги Гарри, и он шлепнулся на пол. Снейп со скучающим видом дождался, пока юноша встанет на ноги, и сказал: - Опытный дуэлянт редко тратит время на вербальные заклинания, Поттер! Гарри пришло в голову, что щитовые чары – единственный способ сражаться, не причиняя вреда Рону. Однако это не сработало, новый удар швырнул его навзничь, заставив охнуть от боли в ушибленной ноге. - Щитовые чары эффективны в борьбе с посредственными противниками, но не защитят вас от мастера. Вы намерены сражаться или нет? Гарри пропустил еще одну атаку, вскрикнул и упал от обжигающей боли в боку. - Так вы намерены терпеть, пока мне не надоест играть с вами, как кошка с мышью? Резкий удар в живот швырнул Гарри на колени. В отчаянии он взмахнул палочкой. Снейп легко увернулся от огненных искр, но Рон закричал и, скрючившись, рухнул на пол. Гермиона и Джинни бросились к нему. - Поттер! – зарычал Снейп. - Вы не можете позволить себе отвлекаться! - Защищайтесь! – настаивал Снейп, но Гарри не мог. - Выбор за вами, - сказал Снейп обманчиво тихим голосом. – Экспеллиармус! Гарри был обезоружен и рухнул на жесткий каменный пол, словно от удара в челюсть. От боли он некоторое время не мог дышать. Когда, наконец, Гарри пришел в себя, Снейп стоял над ним, нацелив палочку ему в грудь. - Поздравляю вас, мистер Поттер. Вы только что принесли в жертву будущее всего волшебного мира ради одного человека. - Снейп посмотрел вокруг и добавил: - Класс свободен. Мистер Томас, мистер Финниган, проводите мистера Уизли в больничное крыло. Дин и Симус вывели из класса пепельно-серого Рона, поддерживая его под руки. Следом шли бледные и потрясенные Гермиона и Джинни. - Это тоже часть урока? – зло спросил Гарри. - Да, Поттер, - вкрадчивым шепотом сказал Снейп. - Это та часть, которая учит, что происходит, когда вы позволяете вашей слабости взять верх над здравым смыслом. - Вы в самом деле проклянете меня, хотя я не могу защищаться? - Я дал вам шанс защитить себя. Вы надеетесь, что Темный Лорд окажет вам милость? - Вы не Волдеморт, и вам не нужно доказывать мне, что вы ублюдок. Я это знаю. Снейп гадко улыбнулся, и Гарри напрягся в ожидании атаки. Но её не последовало. - Мы понимаем друг друга. - Снейп протянул Гарри палочку. Юноша взял её и поднялся на ноги, с опаской глядя на учителя. - Данный практикум предназначен для того, чтобы помочь вам и вашим одноклассникам преодолеть свои слабости, Поттер, - сказал Снейп. - Ваша главная слабость в том, что вы слишком великодушны. - Забавно. Дамблдор думает, что это моя величайшая сила. - В некоторых ситуациях, возможно, но не в бою. Вы не можете позволить себе быть заложником своих друзей. - Я не собираюсь жертвовать ими! - У вас, возможно, не будет выбора. Вы должны быть к этому готовы. - Я не буду это делать! - Тогда вы станете легкой добычей для Темного Лорда и его слуг! - Вы можете быть хладнокровным мерзавцем, готовым предать лучшего друга, но я не продам душу тьме! – отчеканил Гарри, с ненавистью глядя в черные глаза Снейпа. - Тогда давайте надеяться, ради нашего же блага, что вам никогда не придется столкнуться с этим выбором, - ответил Снейп после паузы. – Можете идти, Поттер. - Рон, как ты? – спросил Гарри, садясь на край постели. При виде осунувшегося бледного лица друга его обожгло чувство вины. - Бывало и получше, - хмыкнул Рон. - Извини. Я хотел использовать только щитовые чары, но… - Все нормально, Гарри. Ты должен был защищаться. Не твоя вина, что Снейп – сумасшедший садист. Теперь я понимаю, почему Дамблдор не давал ему место преподавателя ЗОТИ! Верно, опасался, что этот псих убьет кого-нибудь! - Вы все сумасшедшие! – вмешалась Гермиона. – Этот твой квиддич, Рон! Ты мог серьезно пострадать из-за дурацкой игры! - Квиддич не дурацкий! - Гермиона, Снейп не принял бы отказа в любом случае, - вступился за друга Гарри. – Он все равно заставил бы меня драться. - А ты, Гарри? – с тревогой спросила Джинни. – Тебя он тоже не помиловал! У Гарри болел каждый мускул, но он отмахнулся: - Все нормально. Я в порядке. Мадам Помфри, осмотрев Рона, отпустила его восвояси. По дороге в башню гриффиндорцы продолжали обсуждать урок. Гарри кипел от возмущения. - Я не возражаю, что он ненавидит меня, и готов терпеть его издевательства, но мучить других людей – это уж слишком! - Я не думаю, что он ненавидит тебя, Гарри, - сказала Джинни. - Я думаю, что он просто выполняет свой долг. На прошлой неделе он унизил Панси, она была вся в слезах. Не то чтобы мне было её жаль, - добавила она с озорной улыбкой. - Я бы не возражал, если бы это было просто унижение. - Джинни права, - сказала Гермиона. – Он бьет туда, где может ранить больнее всего. Твоя ахиллесова пята – склонность жертвовать собой для других. Это звучит ужасно, но твоя жизнь значит больше, чем жизнь любого из нас, и в бою ты должен думать о победе, а не о том, что рядом кто-то умрет. Этого все равно нельзя избежать. *** Снейп бродил по коридорам замка, как он обычно делал по вечерам, когда не мог уснуть, другими словами, почти каждую ночь. Кажется, сегодня на уроке он зашел слишком далеко. Он хотел разозлить Поттера, но выкрик мальчишки «В отличие от вас, я не продам душу тьме!» ошеломил его и всколыхнул страх, похороненный в глубинах его памяти. «Я продал свою душу? – думал Снейп. – Поттер, несомненно, знал, о чем говорит. Может, поэтому он выглядел таким подавленным, что чувствовал жалость к проклятому?» Снейп потер левое предплечье и побрел к себе в подземелье. Он очень устал, но знал, что не уснет без порции «Сна без сновидений». ****** Пасхальные каникулы были омрачены гигантским количеством домашних заданий по всем предметам, но, по крайней мере, они дали Гарри возможность отдохнуть от Снейпа. - Скверно идут дела, - сказал Симус, с угрюмым видом рассматривая первую страницу «Придиры» в четверг утром. - Что случилось? – спросила Гермиона. - Вот, полюбуйся. – Симус показал ей фото в половину страницы. В небе над целым кварталом разрушенных домов висела Черная Метка. - Маглы считают, что это результат паранормального урагана, - продолжал Симус. – А Министерство утверждает, что это дело рук великанов. - Великаны!... – в ужасе пискнула Лаванда Браун. - Достаточно плохо, что дементоры и оборотни присоединились к Сами-Знаете-Кому, - мрачно сказал Дин. – Но великаны - это уже реальная проблема, и ходят слухи, что вампиры тоже последуют их примеру. - Все они – старые союзники Сами-Знаете-Кого, - вставила Парвати Патил. – Полагаю, это только вопрос времени. - Авроров не хватает, они каждый день гибнут в боях с Пожирателями, - покачал головой Симус. – Понятия не имею, как Министерство собирается решать эту проблему. Гарри встал из-за стола. - Пойду заниматься, - сказал он. Рон, Джинни и Гермиона последовали за ним. - Гарри, это не твоя вина! – сказала Джинни. - Моя. Ведь именно я должен остановить его. - Послушай, дружище, - сказал Рон, - вместо того, чтобы грызть себя, не лучше ли довести до конца наше расследование? Вдруг это поможет тебе победить его? Гарри скривился, но Рон настаивал: - Мы могли бы отправиться туда прямо сейчас. Это займет не больше часа, никто и не заметит нашего отсутствия! - Гарри обещал Дамблдору, что он не будет больше заниматься поисками, - возразила Гермиона. - А Дамблдор обещал рассказать Гарри, как Волдеморт стал бессмертным! – парировал Рон. - Я уверена, что он так и поступит, - сказала Гермиона раздраженно. - Ты думаешь, Дамблдор может утаить от Гарри то, что ему нужно знать для победы над Волдемортом? - Я думаю, что Дамблдор может ошибаться. Гарри вздохнул. Он слышал этот аргумент множество раз. - Рон, ты прав, - сказал он устало. - Мы, вероятно, могли бы это сделать. Но ведь мы точно так же думали в прошлый раз, и мы ошибались. Я совсем не хочу снова совершить ошибку – такую, которая будет стоить кому-то жизни. - Гарри, я готов рискнуть! Ну что ты уперся, как баран? Рон не скрывал разочарования и досады, и Гарри не мог винить его. Он и сам испытывал сильнейшее искушение отправиться в Уэльс и отыскать разгадку самостоятельно. - Я никогда не говорил вам об этом, - сказал Гарри. - Снейп чуть не погиб из-за того, что мы побывали в Дорсете. - Как так? – воскликнула Джинни. - Дамблдор рассказал мне. В тот вечер Снейп отправился в Малфой-мэнор, чтобы выяснить, каким образом Беллатриса чуть не поймала нас, и был на волосок от разоблачения. Его бы замучили до смерти. Вот почему Дамблдор и Мак-Гонагалл были так сердиты на нас. Рон, Джинни и Гермиона ошеломленно смотрели на Гарри. - Почему ты не сказал нам? – спросила Джинни. - Потому что мне и без того было паршиво. - Но, Гарри, ты же не мог знать, что подвергнешь опасности Снейпа, - запротестовал Рон. - Неужели ты думаешь, что мне было бы легче от этого, если бы он умер? Я не хочу возвращаться в Уэльс, потому что я не знаю, что может случиться и кто может пострадать на этот раз. Может быть, я слишком осторожен, но ты не принимал решений, стоивших кому-то жизни. А я это делал. Сириус погиб из-за меня. Я не хочу больше крови на моих руках. Её и так достаточно. Рон нахмурился, размышляя, затем медленно кивнул. - Тебе виднее, Гарри. Гарри облегченно вздохнул. - Дамблдор сегодня в Лондоне, но как только он вернется, я пойду и поговорю с ним. - Очень хорошо, Гарри, - сказала Гермиона. – А пока давай займемся домашним заданием. Гарри и девушки, обложившись учебниками, расположились за любимым столиком в гриффиндорской гостиной. Рон стоял в стороне, задумавшись. - А ты, Рон? – спросил Гарри. - Я только что вспомнил, что должен поговорить с Мак-Гонагалл о тренировке по квиддичу. Я заказал поле на все утро в субботу, но команда Слизерина претендует на это же время. Гермиона негодующе фыркнула: - Квиддич - это все, о чем ты думаешь! Вот завалишь ЖАБА, сам будешь виноват! Некоторое время спустя портрет Полной Дамы повернулся, пропустив Невилла. - Можно и мне с вами? – спросил он. – У меня проблемы с трансфигурацией. Я тренировался на Треворе, но ничего не получается. - Конечно, присоединяйся! – кивнула Гермиона. – Приятно сознавать, что хоть кто-то думает об экзаменах! - Гермиона злится на Рона, потому что он занят квиддичем, а не уроками, - с улыбкой пояснила Джинни. - Но я только что из теплицы, - растерянно протянул Невилл. – Я встретил его – он направлялся в сторону Дракучей Ивы! ***** - Ну что за болван! – в сердцах сказала Гермиона, когда они втроем вбежали в Визжащую Хижину и не обнаружили там Рона. – Что за самонадеянный, упрямый идиот! - Не волнуйся, я уверен, с ним все в порядке, - сказал Гарри, успокаивая не столько Гермиону, сколько себя. - Я его убью! Нетрудно было догадаться, куда отправился Рон. Теперь Гарри ничего не оставалось, как отыскать друга, пока он не натворил глупостей или не напросился на Поцелуй Дементора. - Подождите здесь, - сказал Гарри. - Я найду Рона и вернусь вместе с ним. Это не займет много времени. - Будь осторожен, Гарри, - сказала Джинни. - Буду. Гарри аппарировал. С опаской войдя в дом, он прошел в гостиную и увидел пустой книжный шкаф и туго набитые мешки на полу. Наклонившись посмотреть, он почувствовал чью-то руку у себя на плече и резко обернулся, готовый к бою. - Это я! – крикнул Рон. - Черт возьми, Гарри! Что ты здесь делаешь? - Что я здесь делаю?! Что ты здесь делаешь? - Собираю книги Тома Реддла, - сказал Рон, игнорируя его гнев. - Я надеялся вернуться прежде, чем ты заметишь мое отсутствие. Как ты узнал, что я здесь? - Невилл видел, как ты идешь к Дракучей Иве. Зачем ты это сделал? Я думал, мы обо всем договорились! - Я хочу внести свой вклад. Тебе не придется нести ответственность за это или делать все самому. Гарри не мог не улыбнуться, его гнев утих. - Спасибо. Но все-таки не стоило приходить сюда в одиночку. - Все в порядке. Дедуля не в себе, но безобиден как одуванчик, знай бубнит что-то себе под нос, дементоров пока нет, но нам нужно поторопиться. Они почуют, что ты полукровка. Гарри кивнул и поднял один из мешков, когда позади раздался загробный голос: «Вы…» Гарри и Рон резко обернулись с палочками в руках. Мардохей Лоуренс смотрел на них из дверного проема. - Вы вернулись. Почему вы здесь? Гарри опустил палочку, глядя на старика с жалостью и отвращением. - Мы уже уходим. - Вы не можете взять это. Мы потратили годы, работая над этими исследованиями, - сказал Лоуренс, шагнув к набитым книгами мешкам. - Мы вернем их, - успокоил его Гарри. – Нам нужно только взглянуть на них. - Нет! – взмолился старик, цепляясь за рубашку Гарри. – Пожалуйста! Вы не можете забрать это! - Мы все вернем, - повторил Гарри твердо. - Я обещаю. Но мы должны знать, как Волдеморт… как Том стал бессмертным. - Как?... - Лоуренс затих, глаза его заволокло туманом воспоминаний. - Не трать время, Гарри, - сказал Рон, качая головой. - Он ничего не понимает. Он сумасшедший. - Вот оно, - пробормотал Лоуренс, изумленно глядя на Гарри. - Что? - Этот шрам… Это знак. Заклинание Тома. - Какое заклинание? – насторожился Гарри. - Заклинание привязки другой души к своей. Гарри уставился на старика с недоверием. - Вы имеете в виду… вы хотите сказать, что Волдеморт привязал мою душу к своей? - Да, - старик взволнованно кивнул. – Поначалу это заклинание просто убивало жертву, немногие выжившие сходили с ума. Впоследствии Тому удалось создать заклинание, которое не убивало сразу, а создавало между ним и жертвой ментальную связь. Том не мог умереть, пока был жив тот, чью душу он привязал к своей. - Посмотрите на меня! – Гарри схватил старика за плечи. - Это важно. Как мне разрушить заклятие? - Это невозможно, - пожал плечами Лоуренс. - Должен быть способ! - Его не существует, - прошептал старик. – Даже Том не мог разорвать цепь, если она уже была создана. Только смерть освободит вас. Гарри посмотрел в бесцветные старческие глаза. - Смерть? - Это единственный путь, - подтвердил Лоуренс. - Поэтому Том убил многих, кто оказался недостойным такой чести. Он не мог оставаться связанным с недостойными. Ему приходилось их убивать. Гарри оттолкнул старика, который боязливо съежился и заслонился рукой, словно в ожидании удара. - Но если жертва умирает, он становится смертным снова? Он может умереть? Лоуренс кивнул: «Да.» - Идем, - сказал Гарри Рону, смотревшему на него в шоке. Он взял один из мешков и вышел из дома, не говоря ни слова. - Рон! Слава Богу! – воскликнула Гермиона, бросаясь на шею Рону. - Не вздумай повторить это еще раз! Ты напугал нас всех до полусмерти. - Извините, - вяло пробормотал Рон. - Это книги Тома? – взволнованно спросила Джинни. - Да, но похоже, они нам не понадобятся, - сказал Гарри. - Что с тобой? – встревожилась Джинни, бросив взгляд на хмурое, озабоченное лицо Рона. - Я знаю, как ему удалось стать бессмертным, - ответил Гарри. - Лоуренс сказал мне. - Он мог ошибаться! – крикнул Рон. – Он же псих! - Может быть, он и псих, но он знал, о чем говорит. Я заглянул в его мысли. Это правда. - Что случилось? – повторила Джинни, переводя взгляд с брата на Гарри. – Что он сказал? Рон отвернулся. - Он сказал, что Волдеморт создал заклинание, которое связывает его душу с чужой, и, пока этот человек жив, он не может умереть. - Гарри протянул руку и коснулся шрама на лбу. - Он сказал, что мой шрам – знак этого заклинания. - Возможно, старик не врал, но он же мог ошибаться, - настаивал Рон, в то время как Гермиона и Джинни в ужасе смотрели на Гарри. Гарри покачал головой. - Он не ошибается. - Откуда ты знаешь? - Потому что в пророчестве сказано, что Волдеморт «пометит его как равного себе» - посмотрите на меня, я змееуст, я читаю его мысли и чувствую его настроение. Мы связаны не только мысленно. Наши души скованы заклятием. - Должен быть способ разрушить заклятие, - сказала Джинни. - По словам Лоуренса, разорвать его может только смерть. - Должен быть другой способ! – крикнула Джинни, яростно сверкнув глазами. - Да, - сказал Гарри, стараясь говорить уверенно. – Да, наверное. Я поговорю с Дамблдором. Если кто-то знает способ, то только он. По дороге в Хогвартс Гарри размышлял о том, что упорное нежелание Дамблдора обсуждать проблему бессмертия Волдеморта объяснялось просто: старый волшебник не находил в себе сил сказать Гарри, что он должен умереть. Мысль о смерти не пугала Гарри – он привык к постоянному риску, но он сожалел обо всем том, что ему не суждено испытать. Он столько мечтал о нормальной жизни после победы над Волдемортом, и было горько сознавать, что этим мечтам не суждено сбыться. Гарри взглянул на Джинни, которая шла рядом с ним, и почувствовал острый укол боли в груди. У них не было будущего. Солнце ослепило их после мрака туннеля. Теплый ветерок ласково взъерошил волосы Гарри. Джинни придвинулась ближе и взяла его за руку. Гарри взглянул на девушку, она встретилась с ним взглядом и улыбнулась. Джинни всегда обладала сверхъестественной способностью угадывать, что он думает и чувствует, иногда лучше, чем он сам. Карие глаза девушки сияли нежностью и любовью. Она понимала, о чем он думает, и твердо верила, что выход найдется и все будет хорошо. Гарри обнял Джинни за талию, и девушка доверчиво прижалась к нему. Гарри глубоко вздохнул. В конце концов, никто не гарантировал ему долгой счастливой жизни. Зато благодаря Хогвартсу, Дамблдору, друзьям, Джинни он испытал больше радости, чем печали и огорчений, и он ни о чем не жалел. - Он вернулся. Крошечная точка с надписью «Альбус Дамблдор» появилась в кабинете директора. Гарри отложил Карту Мародёров и встал. - Мне нужно поговорить с Дамблдором. Я скоро вернусь. - Входи, Гарри, - сказал Дамблдор, подняв глаза от странного серебряного инструмента, который изучал. – Что привело тебя сегодня? - Я знаю, почему вы не хотели рассказывать мне о бессмертии Волдеморта, - начал Гарри без обиняков. - И почему же? - Я говорил с Мардохеем Лоуренсом. Он рассказал мне о заклинании, которым Волдеморт привязывал чужие души к своей. Я знаю, что нарушил слово, но я должен был знать правду. Дамблдор устало провел рукой по глазам. - Прости меня, Гарри. Я не хотел причинять тебе боль. - Профессор, я все понимаю, и все в порядке. Если я должен умереть, чтобы покончить с ним, - да будет так. Я не боюсь. - Я знаю, Гарри, - голубые глаза старого волшебника смотрели на юношу с восхищением и печалью. - Но я должен развеять заблуждение, к которому привела моя скрытность. - Какое заблуждение? - Садись, Гарри, я всё тебе объясню. Существует множество способов связать души двух людей. Некоторые из них немагические – долг жизни, например. Есть светлые и темные обряды – к светлым относится известное тебе заклинание «Ставка целителя». Но у всех этих способов есть нечто общее – обоюдное согласие. Невозможно связать одного человека с другим, если он не хочет этого. Так, если спасенный не хочет жить, то связи между ним и спасителем не возникает. Согласие. Договор. Ты понимаешь меня, Гарри? - Да, конечно. - Тогда ты поймешь, почему заклинание Волдеморта в твоем случае не сработало. Ты был слишком мал, не понимал, что происходит, и уж конечно не давал своего согласия. Поэтому ваша связь уникальна – это связь равных, а не господина и раба. Именно это дает тебе возможность проникать в его разум. Он не господин тебе, Гарри. Тебе не нужно умирать, чтобы уничтожить его. - Почему же он не умер той ночью, убив моих родителей? – спросил Гарри. - Потому что ты не единственный человек, отмеченный этим заклинанием. - Как часто он использовал его? – похолодев, прошептал Гарри. - Десятки раз. - Что?! Мы же не можем выследить и убить десятки людей! - Душа Волдеморта не покидает физический мир после отделения от тела, - невозмутимо продолжал Дамблдор. – Благодаря душам рабов, она остается на якоре в этом мире, и новое тело – только вопрос времени. Именно поэтому бессмысленно сражаться с Волдемортом физически. Ментальное нападение – другое дело. Ты будешь атаковать его душу, а не тело. Чтобы защититься, он станет черпать силы у тех, чьи души прикованы к его душе. После того, как Волдеморт высосет жизнь из всех своих рабов, и они умрут, он станет уязвимым для тебя, и твое присутствие в его разуме его уничтожит. - Откуда вы знаете все это? - Я говорил об этом с Сесилом Тейном. Лоуренс расстался с Томом еще в молодости, поскольку после смерти Альберта Кина его стала мучить совесть, а Сесил оставался с ним до конца. Волдеморт усовершенствовал свое изобретение, отныне он помечал своих рабов не шрамами, а знаком, который позволял вызывать их к нему, где бы они ни находились. - Черная Метка, - догадался Гарри. - Именно. А его рабы получили прозвище Пожирателей Смерти. - Почему вы не сказали мне об этом? - Я не хотел взваливать на тебя эту ношу. - Сэр, я не в восторге от необходимости убить всех Пожирателей Смерти, но, раз у меня нет выбора, я это переживу. - Гарри, есть вещи похуже, чем убийство врага или собственная смерть. Худшее, что может случиться с человеком, - необходимость пожертвовать другом. Я много раз делал это, я отправлял на смерть людей, которых любил и которые мне доверяли. Вот почему я не находил в себе сил сказать тебе правду. Гарри, нахмурившись, посмотрел на Дамблдора в замешательстве. - Я не понимаю… - Гарри, Волдеморта защищают от смерти не только активные Пожиратели. Каждый, кто носит Черную Метку, заплатит за твою победу жизнью. - О Боже… - прошептал Гарри. - Профессор, должен быть какой-то способ! - Нет, - твердо сказал Дамблдор. – Поверь мне, Гарри, это – единственный путь к победе. - Но, сэр!... - Ты уже не стремишься уничтожить его? - Я должен, - прошептал юноша. - Тогда просто делай то, что должно быть сделано. - Он знает? – тихо спросил Гарри. Ему хотелось закричать, сломать что-нибудь в ярости на Волдеморта, Дамблдора и судьбу, загнавших его в эту ловушку, из которой не было выхода. - Нет, еще нет. - Когда вы собираетесь рассказать ему? - Я хотел, чтобы ты узнал об этом первый. Теперь я не вижу причин для промедления. Профессор Снейп узнает обо всем сегодня вечером. Гарри не находил слов, поэтому просто молча кивнул, проглотив комок. - Гарри, мне очень жаль, - мягко сказал Дамблдор. - Мне тоже. Гарри поплелся в гриффиндорскую башню, чувствуя себя обессиленным и больным. Друзья ждали его. Все трое при виде него смертельно побледнели. - Это правда? – прошептала Джинни. - Нет. Мне не нужно умирать. Дамблдор сказал, что, поскольку я был маленьким ребенком, заклинание не сработало должным образом. Наши души связаны, но Волдеморт не имеет надо мной никакой власти. Мы равны, вот почему я единственный, кто может уничтожить его. Джинни и Гермиона с победными криками бросились обнимать Гарри, а Рон яростно колотил его по спине. Они были вне себя от радости, и Гарри пожалел, что не мог чувствовать даже проблеска этого счастья. - Гарри, что с тобой? – спросила Джинни, отстранившись и глядя на него в замешательстве. - Ничего. Я просто... мне нужно повидаться с профессором Снейпом, - сказал Гарри первое, что пришло на ум. – Увидимся позже. Это была неправда. Гарри не хотел видеть Снейпа и не имел никакого понятия, куда идти. Он просто хотел оказаться как можно дальше отсюда – так далеко, чтобы его никто не нашел. Снейп стоял перед камином, скрестив руки на груди и уставившись на пляшущие огненные языки. - Я сожалею, Северус, - тихо сказал Дамблдор. Снейп поднял бровь. - Альбус, мои шансы пережить войну никогда не были высокими. Мне не нужны утешения. - Конечно, нет. Тем не менее, это нужно мне. Особенно в свете просьбы, с которой я хочу обратиться к тебе и которая наверняка тебя не обрадует. - Какая просьба? - Ты должен поговорить с Гарри. Снейп нахмурился. - О чем на этот раз? - У Гарри сердце его матери, он не готов к тому, что ему предстоит сделать. - Мальчик позволяет своим эмоциям управлять собой, Альбус. Я ничего не могу с этим поделать. - Разве нет? - Чего вы хотите от меня? - Я хочу, чтобы ты рассказал Гарри правду. Все то, чего он еще не знает. - Я не вижу, как это может улучшить положение, - помолчав, сказал Снейп. - Ты знаешь, как разрушительно чувство вины. Гарри не может сражаться с Волдемортом, будучи отягощен ею. Ты должен облегчить ему это бремя. - Нет! Мне предстоит пожертвовать жизнью, и тем не менее моей основной заботой должны быть чувства Поттера? - Не только его, но и твои собственные. Снейп повернулся на Дамблдору, сверкая глазами. - Мои? Вы правда думаете, что это пойдет мне на пользу? Как? Мало того, что я умру, - я непременно должен умереть ненавидимым и проклинаемым? Неужели это сделает мою участь более приемлемой? - Я верю, что правда пойдет на пользу вам обоим, независимо от того, насколько болезненной она может быть. - Тогда вы просто старый дурак! - Северус… - Убирайтесь! - Ну, нет. Ты можешь, конечно, попытаться выставить меня вон, но я бы тебе не советовал. - Это все еще моя собственная комната, и я хочу, чтобы меня оставили в покое! - Если бы я думал, что, уйдя, оставлю тебя в покое, я бы уже ушел. Но мы оба знаем, что это неправда. Почти двадцать лет я уважал твою частную жизнь и твое нежелание признавать боль, которую ты носишь в своем сердце. Но так больше нельзя. Твоей душе нужен мир. - Нет мира для меня в этом мире, Альбус! Дайте Поттеру шанс закончить дело, и тогда я обрету покой. - Возможно. Но это не мудро - оставлять незаконченные дела, предполагая, что они как-нибудь уладятся сами. Ты всегда предпочитал правду, какой бы суровой она ни была. Ты и Гарри должны прийти к взаимопониманию. Ты заслуживаешь того, чтобы освободиться от бремени, которое носишь, и Гарри заслуживает правды, а также твоего доверия. Я ни на мгновение не верю, что он будет ненавидеть тебя за твою честность. Ты держал его на расстоянии слишком долго, и он страдал от этого, как и ты. Достаточно больно потерять тех, кто нам небезразличен, Северус. Но вдвойне тяжело терять тех, кто даже не давал нам возможности проявить свою любовь. Не заставляй Гарри горевать о тебе дважды. Снейп пренебрежительно махнул рукой. - Альбус, вы не считаете, что это несколько мелодраматично, даже для Поттера? Я уверен, что мальчик не станет особенно переживать по этому поводу. - Тогда ты обманываешь себя. - Если и так, честно говоря, меня это не волнует. Сейчас я просто хочу, чтобы меня оставили в покое. Неужели я слишком многого прошу? Дамблдор вздохнул. - Очень хорошо, тогда я оставлю тебя сейчас, но позже мы еще обсудим это. - Буду ждать с нетерпением, - сказал Снейп. Его голос сочился сарказмом. Дамблдор ушел. Снейп никогда не задумывался о жизни после войны, не строил планов, поэтому он не был особенно разочарован тем, что не сможет разделить радость победы. Но он не собирался исповедоваться Поттеру, как того требовал Альбус. Однажды он уже сделал это, и все только осложнилось. - Северус? – Дамблдор окликнул его из камина. Снейп вздохнул. - Да, директор? - Жду вас в моем кабинете. Снейп страдальчески вздохнул еще раз и потянулся к банке с Летучим порохом. Минуту спустя он вышел из камина в кабинете директора. Рядом с Дамблдором стояли Минерва Мак-Гонагалл, Грейнджер и брат и сестра Уизли. - Что я могу сделать для вас, директор? – сухо поинтересовался Снейп, давая понять, что все еще злится. - Вы видели Гарри сегодня? Снейп нахмурился. - Нет. А почему вы спрашиваете? - Поттер исчез, - ответила Мак-Гонагалл, нервно хрустнув пальцами. - Что? - Гарри был у профессора Дамблдора, - волнуясь, заговорила рыжая подружка Поттера. – Вернулся он расстроенным, но сказал, что все в порядке. Затем он ушел, сказав, что собирается повидаться с вами. - Гарри не явился на ужин, - подхватила Грейнджер, с тревогой глядя на Снейпа. – Его нет ни в замке, ни в его окрестностях. - Он не приходил ко мне, - ответил Снейп. – Как давно он ушел? - Четыре часа, - ответила Минерва. Казалось, она вот-вот расплачется. Снейп похолодел. - Вы не знаете, куда он мог деться? - Если бы мы знали, мы бы сказали! – дерзко ответил Уизли. - Очевидно, Гарри был сильнее расстроен нашей беседой, чем я думал, - сказал Дамблдор. – Его нет ни в Хогвартсе, ни в Хогсмиде, ни в штаб-квартире. - Дамблдор сделал паузу и заключил. - Учитывая все обстоятельства, я рискнул бы предположить, что это побег.