Return to the Past

Машина бесшумно остановилась у входа в здание. Уилл поспешил выйти, глотнуть свежего воздуха, пока снова не окунулся в разум безумного маньяка. С другой стороны машины дверцы хлопнули и к Грэму подошли Маркхем и Кроуфорд. Неспешным шагом они направились к двери. — Фредди Лаундс написала, что по неподтвержденным сведениям Чесапикский Потрошитель уже схвачен, — Джек поравнялся со своими подчиненными. — А я их подтверждаю? — Грэм двинулся следом за Кроуфордом. — Проверяю факты для Фредди Лаундс? — Нет. Для меня. Они приближались ко входу в огромное мрачное здание с белыми колоннами и массивным подъемом. — Всегда нервничаю в таких местах, — Грэм нервно осмотрелся по сторонам. — Почему? — Клер перевела взгляд на Грэма. — Боюсь, что не выпустят. — Я тебя тут не брошу, — заверил Джек. — Сегодня, нет.

***

— Доктор Блум позвонила мне, мистер Грэм. Или, может, доктор Грэм? — немолодой, ухоженный мужчина средних лет в дорогом костюме протянул Грэму руку. — Я не доктор. — И не из ФБР. Временное удостоверение, — тёмный взгляд доктора Чилтона опустился на бейдж Уилла. Клер усмехнулась, решив не поправлять доктора. За неё это сделал Джек. — Мистер Грэм преподает у нас, — Джек пожал ему руку. — А, педагог, — его взгляд устремился к протянутой руке Маркхем. Девушка откровенно посмеивалась над Чилтоном. Было видно, что доктор ей не очень-то нравился, но ради этикета, да и Джека, она лишь мило улыбнулась. Доктор Чилтон был необычным главврачом с изощренным чувством юмора и невероятной для психиатров харизмой. — Доктор Чилтон, сколько лет? — доктор судорожно пожал руку, смерив её высокомерным взглядом. — Агент Маркхем, как поживаете? — Несколько минут назад жизнь стала скучной, — Джек перевел на Маркхем испепеляющий взгляд, который заставил её заткнуться. — Присаживаетесь, — Чилтон указал на два кресла напротив его стола. Клер осталась стоять рядом с Уиллом, немного облокотившись об его спинку кресла, когда мужчины расселись по своим местам. — Доктор Чилтон, нужно осмотреть место преступления, пока оно не тронуто, — Кроуфорд старался сохранить дружеский тон. — Там все в порядке, если можно так сказать. — Почему медсестра осталась наедине с пациентом в охраняемой клинике? — Грэм бросил беглый взгляд в сторону доктора. Маркхем улыбнулась, и, конечно, Чилтон это подметил. — Уже год, как его перевели сюда. Гидеон вел себя идеально, всегда шел нам навстречу. Как сказали администраторы — его охраняли не так тщательно, — голос Чилтона был спокоен и размерен, как у каждого хорошего психиатра, но Грэму и Маркхем он заведомо не нравился. — Я чувствую свою ответственность за то, что случилось. Он сидел напротив меня, и я понятия не имел то, что он скрывает, — Чилтон указал на кресло, где сидел Грэм, которому показалось, что его сравнивает с Гидеоном. — А теперь погиб человек. Маркхем скользнула взглядом по кабинету доктора. Профессионал своего дела, но он был слишком увлечен своими «новыми» идеями. Клер вспомнила, как Чилтон предлагал ввести в некоторые больницы инсулиновую терапию, что с первого дня оттолкнуло её от Чилтона, воздействующего на людей, словно удав на беззащитных кроликов. Опасности он не представлял, но, по мнению Маркхем, типом он был скользким. — Понимаю, доктор, но мистеру Грэму не должны мешать в процессе осмотра, — голос Кроуфорда оставался спокойным. — Ах, да. Ваш метод, — Уилл перевел негодующий взгляд на Чилтона. — О вас много говорят в психиатрии. О вас двоих, — взгляд доктора метнулся к Маркхем. — Да? — О, да. Уникальная смесь изменения личности и нервозов породила талантливого психолога, — вниманием Чилтона полностью овладел Уилл. — Прошу вас, не надо его анализировать, — Кроуфорд кинул недовольный взгляд в сторону доктора. — Ну почему же? Нам очень не хватает информации о таких, как вы, — Чилтон поднялся со своего места, направляясь в сторону Грэма. — Может, пообщаетесь с персоналом? — Не сейчас, — холодно оборвал его Кроуфорд. — Нет, нет, не в этот раз. Приезжаете как-нибудь, — Чилтон встал рядом с Уиллом, вынуждая его подняться. Клер подошла ближе, склонив по-птичьи голову и сосредоточив свой взгляд на докторе. — Думаю, что скажу за Уилла Грэма, но он не приедет к вам, даже если вы останетесь единственным психиатром в нашем мире, — холодный тон Маркхем заставил Чилтона улыбнуться. — Не сомневаюсь, что без вашей помощи мистер Грэм долго не протянет. Как дела у вашего последнего пациента? Ах, да. Вы же решили поиграть в жертву. — Хорошо, что я на работе, доктор Чилтон, иначе жертвой были бы вы. — Агент Маркхем, немедленно прекратите, — голос Джека прогремел на всю комнату. Клер отошла от Чилтона, наблюдая за его реакцией. Он был вполне осведомлен о неприязни к нему, и спокойно к этому отнесся. — У вашего агента длинный язык, — лишь прокомментировал он. — Я бы хотел поработать, — Уилл кинул взгляд на Маркхем. Они вышли из кабинета Чилтона и направились на место происшествия. — Итак, Гидеон был связан, — уточнил Кроуфорд. — В наручниках. Он спрятал в ладони зубчик от вилки и вскрыл замок. Грэм с Маркхем плелись позади них, стараясь не шуметь. — Где он сейчас? — задала вопрос Маркхем. — В камере. Вы заметите также, что органы он удалил, как Чесапикский Потрошитель, — Чилтон открыл дверь, ведущую к месту преступления. — Да, труп изуродован, но Потрошитель все ещё на свободе, — с легкой усмешкой произнес Кроуфорд. — Джек, думаю сейчас вы убедитесь в обратном. Дверь отперлась с неприятным звуком. — Он консультировал нас, когда мы не смогли поймать Потрошителя после последней серии убийств, — Джек обращался к Уиллу. — А ты, — он указал на Клер, — перестань вести себя, как избалованный ребенок. — Слушаюсь, — сквозь зубы процедила Маркхем в тот момент, когда они вошли в медпункт. На столе лежала жертва, пронизанная штативами от капельниц. На полу растекались лужи алой крови, вся белая одежда превратилась в сплошное месиво, а к завершению, он выколол бедняжке глаза. — Вы не смогли поймать Чесапикского Потрошителя, потому что он был тут, — уверенный голос Чилтона прорезал загробную тишину комнаты.

***

Уилл начал сеанс. Клер стояла в стороне, наблюдая за ним и стараясь не мешать. Его лицо на секунду исказилось, а потом стало совершенно спокойным. Уилл тихо шевелил губами, на его лбу выступила испарина. Маркхем приблизилась в Грэму, услышав за спиной недовольное ворчание Джека. Уилл резко распахнул глаза, судорожно вдыхая воздух. Его била мелкая дрожь, руки дрожали, а глаза никак не могли сфокусироваться в одной точке. Клер положила ладонь на плечо Уилла, стараясь вернуть ему ясность незамысловатым движением. — Уилл, — тихо позвала она его. — Всё хорошо. Дыши глубже. Грэм поднял недовольный взгляд, рассматривая лицо Клариссы, будто впервые заметил, кто рядом с ним стоит. Отрывисто кивнув, спецагент поспешил надеть свои очки, тем самым отдаляясь от спутницы. — Последний раз Потрошитель убивал больше двух лет назад? — дрожащим голосом начал говорить Уилл. — Да, — Джек подошел к нему ближе. Грэм тяжело вздохнул. — Когда арестовали Гидеона? — Почти два года назад. Воспоминания невольно всплыли в голове у Джека. Юная Мириам Ласс, его стажерка, вселившая в него надежду. Девушке не хватало практики, и Джек до сих пор ненавидел себя за то, что взял её к себе в отдел. Клер только уехала, а ему нужен был взгляд со стороны, чтобы поймать психа. Молодая блондинка помогла ему, в каком-то смысле, Джек даже восхищался её проницательностью и свежестью взгляда. Но за все надо платить, а цена для Мириам Ласс была слишком высока. Кроуфорд постарался отбросить надоедливое прошлое и сосредоточился на деле. Уилл смотрел в окно, на унылый пейзаж больницы. Его всегда приводили такие места в легкий трепет, пусть даже сейчас рядом с ним были Алана и Кларисса. — У Абеля Гидеона столько почты, что это начинает раздражать, — Чилтон откинулся на спинку кресла, разглядывая Алану и Клер, сидящих напротив него. — Иногда чувствую себя его секретарем. Маркхем усмехнулась, прошептав себе под нос «привыкай». Фредерик сделал вид, что не расслышал. — Может, есть необычная корреспонденция? — тихим голосом поинтересовалась Блум. — В основном, это просьбы об интервью. И с десяток дам, желающих связать с ним судьбу. Клер подняла взгляд на доктора. — Насколько мне не изменяет память, он убил свою жену и детей на День Благодарения, — Маркхем кинула взгляд на Алану. — Вкусы у всех разные, интеллект тоже, — Чилтон вперил изучающий взгляд в Клер. — Убийство жены было импульсивным, — Грэм отошел от окна. — Потрошитель методичен и скрупулезен, поэтому его сложно поймать. — Было сложно поймать, — поправил его главврач. У Маркхем уже лезло очередное высказывание по поводу умственных способностей доктора, но взгляд Аланы и легкий кивок головы заставил проглотить все слова. — Вы проведете совместный допрос? — поинтересовался доктор. — Раздельный. Сравним впечатления, — поспешно выпалила Алана. — Я знаю, вам не терпится начать. Когда-то вы уже разговаривали с Гидеоном, — Чилтон обращался к Блум. — В основном в суде. Я писала о нем статью в журнал о криминальной психологии. — Он хорошо вас помнит, — Чилтон поднялся со своего места. — Много о вас думал. — У тебя с ним были сеансы? — Грэм вперил недовольный взгляд в Алану. — Да, два. Когда его только поместили в эту клинику. Чилтон надел очки, копаясь в кипе бумаг на столе. — Я читал ваши записи. В чем-то они помогли мне в моих собственных беседах с доктором Гидеоном, — Чилтон торжествующе улыбнулся. Маркхем перевела на него глаза и чуть усмехнулась. — Рада помочь, — холодно улыбнулась Алана. — В чем-то, — монотонно процедил Уилл. Маркхем подняла на него взгляд, заметив напряжение в позе. Неприятное чувство больно кольнуло по сердцу Клер, когда она поняла, чем вызвана такая реакция. Ревность. Грэм ревновал Алану к Чилтону, пусть даже между ними ничего не было. Маркхем отвела взгляд, пытаясь не встречаться глазами ни с одним из присутствующих в комнате. — Сначала я, — после недолгой паузы проговорила доктор Блум.

***

Маркхем вызвалась последней, дав время своим коллегам опросить Гидеона. Она сидела в кабинете Чилтона и ждала, пока с ним закончит Грэм. Уилл и Алана были профессионалами и отлично бы справились без неё, но звонок от Джека и его тон заставил агента выслушать сумасшедшие речи Гидеона. Она шла вдоль коридора, где находилась камера. Гнетущая атмосфера страха и безысходности заставила улыбнуться. Слышались различные стоны и крики, какой-то псих слишком бурно отреагировал на приход молодой женщины. Один взгляд заставил его заткнуться, но не свести похотливого взгляда с фигуры в обтягивающей черной блузке и широких штанах. Клер прошла в дальнюю камеру, стараясь не замечать стоны сумасшедших, не слушать их голоса и не смотреть в их стороны. Единственный, ради кого она сюда пришла, был Абель Гидеон. Маркхем остановила отчужденный взгляд на Гидеоне, который с интересом рассматривал её. — Бог ты мой! Мне сегодня чертовски везет. Вы вторая симпатичная женщина за сегодняшний день, удача мне улыбается. Перед Клер предстал мужчина средних лет, с пронзительными голубыми глазами и неприятной усмешкой, от которой веяло безумием. Но, в общем, он сохранил вполне нормальный вид здравомыслящего человека. Довольно плотный, легко мог покалечить девушку, прямая осанка и небольшая растительность на лице производили впечатления обеспеченного человека. Когда-то он таким был. — Меня зовут Кларисса Маркхем. — Вы доктор? Агент ФБР? Журналистка? Маркхем улыбнулась холодной улыбкой, заставив Гидеона подойти ближе. — Агент. С моими коллегами вы уже пообщались, и я выслушала их мнения о вас. Вам интересно узнать? Гидеон заморгал чаще, удивляясь. Но ненадолго, в следующую секунду он спокойно улыбнулся. — Они считают меня психопатом. Я знаю. — Да неужели? — Маркхем подошла ближе, чувствуя, что сейчас за ней наблюдает Чилтон. Камеры в коридоре обратились к ней. — Думаю, вы находитесь в психиатрической лечебнице, потому что у вас не все в порядке с психикой. Но вы были психопатом, когда поступили сюда, доктор Гидеон? Он усмехнулся, окидывая взглядом Маркхем. Она и вправду отличалась от его бывших психиатров. — Я убил свою жену и детей, Кларисса Маркхем. Как вы думаете? Искренняя улыбка непроизвольно заиграла на губах девушки. Ещё чуть-чуть, и она зальется настоящим радостным смехом, не вписывающимся в обстановку помещения. Она смогла совладать с собой, но легкая улыбка так и не сошла с её бледного лица. Гидеон явно не знал, как реагировать на эту выходку. — А вы странная, — лишь проговорил он. Маркхем приблизилась к решеткам, чего не ожидал Гидеон. Он отшатнулся, когда она прикоснулась к прутьям его камеры. — Вы так считаете? Считаете меня странной, почему? — Вы засмеялись, когда я сказал, что убил свою жену и детей. Ненормально для агента ФБР или же для врача. Клер кивнула, внимательно вслушиваясь в голос Абеля Гидеона. — Хотите знать, что я думаю, доктор Гидеон? Мужчина сдержано кивнул и прошел к стулу. — Через две минуты к вам влетит Чилтон с обвинениями, а ещё наорет на меня. Но, в общем-то, плевать. Гидеон усмехнулся, продолжая всматриваться в зеленые глаза. Почувствовав, будто его затягивает водоворот, он постарался отвернуться. Через минуту титанических усилий ему это удалось. — Что это было? — вскочив со своего места, зло прошипел Гидеон. — Небольшая проверка моей гипотезы. Что же, поздравляю, вы блестяще её прошли. — Кто вы такая? — Гидеон встал возле решетки, оказавшись на одном уровне со своей собеседницей. — Вы не Чесапикский Потрошитель, доктор Гидеон. Мне жаль вас разочаровывать. Но я хочу вам помочь. — Я не обязан… — … никому доказывать. Да, я знаю. Но ваш голос вас выдает. Вы убили жену, потому что она была стервой, а детишки пошли в расход, потому что были не в то время не в том месте. Но я не отрицаю того, что вы больны. Причем очень давно и очень сильно. Думаю, вы мучили животных, а стали хирургом, потому что нравился вид крови. Гидеон отошел от неё, не сводя взгляда. Девушка спокойно стояла, слегка улыбаясь своей победе. — Для Потрошителя вы слишком, — Маркхем запнулась, подбирая слова, — мягкотелы и импульсивны. Одним словом, если бы вы были им, то вас бы схватили гораздо раньше. А ещё я думаю, что вам нужен хороший психиатр и новая клиника. — Вы меня поразили, — кивнув, произнес Гидеон. — Только вы кое в чем неправы. Маркхем кивнула, давая заключенному выговориться. — Я сначала убил детей, мисс Маркхем. Улыбка постепенно сползла с её лица. В глазах появился огонь жгучей ненависти, близкой к ярости. — Что ж, все ошибаются. Всего наилучшего, доктор Гидеон. Она развернулась к нему спиной и направилась к выходу. Сквозь гомон сумасшедших голосов она расслышала четкий и вменяемый голос Гидеона. — Я бы мечтал о таком психиатре, как вы. Охранники открыли ей дверь, пропуская в хорошо освещенный коридор, где не пахло отчаянным безумием. Чилтон встретил Маркхем в коридоре. — Ни слова, — угрожающе прошипела Клер. — Я не сломала тебе нос, только потому, что рядом были Уилл и Джек. Сейчас их нет. — О, я тебя умоляю, эти пустые угрозы, — доктор вперил в девушку холодный взгляд карих глаз. — Думаю, тебе лучше будет уехать отсюда и не возвращаться без сопровождения твоего начальника. Или ручного психа. Клер сжала челюсти, надевая пальто. Обернувшись к нему с отстраненным выражением лица, она произнесла: — Браво, доктор Чилтон. Не видела более поломанной психики, чем у Абеля Гидеона. Ты превзошел себя. Она вышла из кабинета, мечтая о том, чтобы по дороге никого не встретить. На улицу опустились сумерки, и солнце окрасило холодное небо в розовато-желтые тона. Ветер обдувал лицо, стараясь его охладить. Клер стояла с закрытыми глазами, пока не услышала позади себя тихие шаги. — Я думала, вы все уехали. — Уилл уехал. А я задержалась. Ветер трепал темные волосы Аланы. Доктор Блум мило улыбнулась, но, увидев выражение лица Маркхем, насторожилась. — Что-то случилось? — поинтересовалась она. Клер вытащила сигарету и закурила. Дым повалил изо рта при выдохе, от этого Алана слегка закашляла. — Извини, — без особого участия проговорила Маркхем, делая ещё одну затяжку. Алана кивнула. Немного помявшись с ноги на ногу, Блум постаралась привлечь к себе внимание. — Может, тебя подвести? — С чего такая забота? — Клер обернулась к девушке. — Просто у тебя нет машины. — Есть. Я вызову такси, спасибо. Алана кивнула, собираясь уходить. Клер выкинула сигарету, растоптав её. Противное чувство оцарапало ребра, заставляя агента поморщиться. — Алана, — позвала её Маркхем. — Если тебе не сложно, подвезешь? Блум улыбнулась и кивнула. Машина была чистой, элегантной, приятная музыка играла из магнитолы, Маркхем удивилась, когда услышала знакомые ноты «Broken Bells — October». — Думала, кроме Моцарта и Баха я никого не слушаю? — увидев чужую реакцию, поинтересовалась Алана. — Нет. Просто ставила на «Muse». — Грешу и этим, — усмехнулась Блум. По дороге они разговаривали на отвлеченные темы, все больше нащупывая друг у друга одинаковые интересы. — Да, мне нравится Данте. Его «Божественная комедия» уникальна, — Блум кинула взгляд на Маркхем. — «Есть сила та, что разумом зовется», — процитировала Маркхем. Алана улыбнулась, следуя указаниям Клер на шоссе. — Забыла предупредить, что живу у черта на рогах, — с улыбкой проговорила Клер. — Ничего. Я ездила к Уиллу, так что этот заезд на короткую дистанцию. Клер опустила взгляд, задумавшись. — Это твой дом? — поинтересовалась Алана, отвлекая Маркхем от раздумий. — Моих бабушки и дедушки по матери. Они не очень-то мной интересовались, но когда они умерли, дом стал моим. — Не делала ремонт? — Только этим и занималась, — ухмыльнулась Маркхем, когда они заехали на подъездную дорожку дома. — Зайдешь? — Нет. Мне ещё обратно ехать, спасибо. Клер задержалась в машине, будто решаясь про себя, сказать ли Блум. — Ты что-то хочешь мне сказать? — Да, — неуверенно начала Маркхем. — Это по поводу Грэма. Лицо Аланы осунулось. Она насторожилась. — И что же ты хочешь сказать? Алана посмотрела на Клер прямо и решительно. — Я больше не смогу его удерживать, Алана. Мне нужен человек, которому он дорог. Блум отвела взгляд в сторону. — А поточнее? — Ты ему нравишься, я это вижу. И он тебе, — Алана хотела перебить Маркхем, но та качнула головой. — Я не слепа, к сожалению. Но ты боишься, я тоже это вижу. Не думай, я не сводничаю. Просто хочу, чтобы Уилл был счастлив. — Клер, я не понимаю, зачем ты начала этот разговор? — Я сама не понимаю, — Маркхем открыла дверцу машины и вышла. Услышав, как ещё одна дверца захлопнулась, Клер обернулась. — Я долго наблюдала за тобой, — Алана говорила тихо и отстраненно. — Ты показалась мне сначала циничной стервой, у которой нет души, да и интереса к жизни особо нет. Но потом я вспомнила, что Уилл любил тебя. По-настоящему. И задумалась: может ли он любить куклу? Клер отвела взгляд. — Знаешь, я не изменила своего мнения. Ты холодная расчетливая стерва, сломавшая его жизнь, — Маркхем усмехнулась, удивившись правдивым словам Блум. — Но он не забыл тебя. И если когда-нибудь сделает это, в чем я сильно сомневаюсь, я буду рядом и поддержу его. Как всегда. Потому что, ты права, он мне дорог. Маркхем кивнула и развернулась. — Не бросай его. Дай шанс, я же вижу, как сильно ты его любишь, — подхватил слова доктора Блум ветер. Послышался шум заводящегося мотора, и Клер вздохнула с облегчением.

***

Тяжелые трудовые будни вступили в свои права. Джек Кроуфорд и его команда снова начала разбирать дело Потрошителя по кусочкам. Лаборатория наполнилась неприятными запахами химических веществ и легким запахом разлагающегося трупа. Джек выглядел угрюмо, у Маркхем сложилось стойкое чувство, что её босс не спал этой ночью. Наверняка вспоминал о Мириам Ласс. Клер так же заметила, что Грэм тоже присматривается к начальству. — На первый взгляд эта жертва не связана с жертвами Потрошителя, — Катц подошла ближе к столу. — Он не охотился внутри определенной этнической группы. — У неё точно такие раны, как у последней жертвы Потрошителя, — Зеллер остановил свой взгляд на Джеке. — Тело последней жертвы так и не нашли, — голос Кроуфорда звучал уверено, но Клер показалось, что он был очень далеко от этого места. В помещении воцарилось гробовое молчание. — Значит, предпоследней, — Зеллер попытался сгладить неловкую ситуацию. — Я вижу Потрошителя, но не чувствую его, — Грэм сложил руки на груди. — Это плагиат. — Согласна, — Маркхем кивнула головой. — Гидеон не Потрошитель, я это точно знаю. Пока что мне не доводилось работать с его жертвами, но он умен, и когда убивает своих жертв, спокоен. Абелю до него далеко. — Но нигде не публиковали, как именно были нанесены раны, — Джек перевел свой взгляд с Клер на Уилла. — Может он Потрошитель, не знаю. Но если он плагиатор, то настоящий Потрошитель сделает так, чтоб об этом узнали все, — Грэм осмотрел помещение отсутствующим взглядом.

***

Катц работала за компьютером, вычисляя звонок в дом Кроуфорда. Зеллер сидел на стуле, Прайс, Маркхем и Грэм стояли чуть в стороне от спокойного на вид Кроуфорда. Опытному психологу достаточно двух минут, чтобы заметить огонек беспокойства в темных глазах Джека. — Я подключилась ко всем базам данных и провайдерам США, — Катц повернулась к Джеку. — Ничего. — Перепроверь. — Уже. А потом ещё и ещё раз. Я не могу отследить звонок к вам домой в «2:46». — Говорю вам: телефон звонил, — Джек четко произносил каждое слово, будто от этого зависело доверие его подчиненных. — Жена проснулась? — Зеллер мельком взглянул на Джека. — Я был один. — Звонок мог быть сделан из телефонной будки рядом с домом или с одного телефонного узла, — Прайс выглядел немного взволнованным. — В этом случае его нельзя отследить. — Это точно была Ласс? — наконец задала всех волнующий вопрос Катц. — Да. — Вы два года не слышали её голос, — Зеллер сегодня явно нарывался на неприятности. — Продолжишь сомневаться в этом? Может, лучше выйдешь отсюда, пока что-нибудь не случилось? — Кроуфорд кинул на Зеллера испепеляющий взгляд. Маркхем и Уилл переглянулись, стараясь не привлекать внимание озлобленного Кроуфорда. — Два года назад Потрошитель записал её голос, когда убивал её. Вчера ночью он позвонил мне домой в «2:46» и включил эту запись, — Джек пытался разъяснить своим коллегам простые вещи, и это ужасно нервировало его. — Значит, доктор Гидеон не Чесапикский Потрошитель. Звонок был сделан не из клиники, где его держат, — Уилл постарался поддержать начальника. — Мы бы это отследили, — согласно кивнула Катц. — А ты уверен, что это была запись? — голос Грэма был успокаивающим, он подошел ближе к Джеку. — Ты сам сказал, что тело не нашли. — Мириам Ласс мертва, — негромко, но с чувством, произнес Джек. — А Потрошитель дает понять, что кто-то присваивает его заслуги. — Это было посреди ночи, Джек. Вы спите, вас внезапно будят. Это могло быть продолжением сна, — Зеллер посмотрел прямо в глаза Джека. — Я знаю, когда я не сплю.

***

Тихий стук в дверь заставил Джека подпрыгнуть от неожиданности. Он уже решил проклясть того сослуживца, посмевшего оторвать его от дел. — Привет, можно? — голос Маркхем был тихим, девушке самой было неловко оттого, что она пришла. — Да, Клер, входи. Она прошла по кабинету и села напротив Кроуфорда. Он старался вчитаться хоть в один рапорт, но никак не мог понять смысл слов. Перед глазами снова предстала Мириам Ласс, а он в очередной раз отогнал надоевший образ. — Может, тебе стоит поспать? — Маркхем внимательно наблюдала за ним. Джек вздохнул и отложил исписанный лист, сосредотачиваясь на Клер. — Тебе надо работать, — без злобы сказал Кроуфорд. — Джек, я хочу помочь. Ты можешь мне доверять. Кроуфорд перевел дух. Сейчас он меньше всего нуждался в чьем-либо обществе. — Я успокоюсь, когда мы поймаем Потрошителя. — Значит, ты очень долго не успокоишься. Джек перевел на Клер недовольный взгляд. — Сомневаешься, что мы поймаем его? — Да. Когда ещё только приехала сюда, достала его дело. Он умен, хитер и опасен. Если ты не успокоишься и не сосредоточишься, то нам его никогда не поймать. Джек устало потер лоб, переваривая слова Маркхем. — Ласс думала, что я его поймаю. Что первый замечу его, — Джек краем глаза взглянул на Маркхем. — Теперь не знаю. Все катится к чертям, и я не могу это остановить. Клер потупила взгляд. Джек замолчал, словно его остановили, но потом улыбнулся. — Мой диагноз, доктор? Клер на секунду задумалась. — Забудь о Потрошителе, Мириам Ласс, о жертвах и Абеле Гидеоне. Думаю, проблема не в них. Твоя жена умирает, Джек. Люди гибнут вокруг тебя, — Клер говорила спокойно и даже холодно, но все равно слышались сочувствующие нотки в голосе. — Ты пытаешься найти выход, это нормально. Джек усмехнулся, отрывисто кивнув головой. — Ты предлагаешь уйти в работу? Начать пить? Может, принимать наркотики? Маркхем вздохнула, осознавая приятность и последствия каждого из перечисленных выборов. — Я предлагаю не винить себя во всем. В смерти Мириам нет твоей вины, в болезни жены нет твоей вины, Джек. Так сложились обстоятельства. Кроуфорд встал со своего места, не в силах выслушивать Маркхем. Нерв бил мужчину от макушки до пят, мешая мыслить трезво. Он, как раненый зверь, готов был защищаться до последнего, нападать, кусать. Ему нужно было залечить раны, вылизать их бережно, одному. И желание Джека было почти выполнено. — Что, если его выманить? Агент остановилась уже в дверях, услышав его мысль. Медленно развернувшись к начальнику лицом, она нахмурилась. — Он начнет убивать. — И проявит себя. Взгляд Джека был твердым и холодным, будто его подменили. Регенерация ран заработала с бешеной, неправильной скоростью, Клер начала жалеть, что вообще пришла сюда. — Будут трупы. Ты сможешь вынести это, Джек? Легкий кивок означал приговор для Кроуфорда и его души.

***

Уилл сидел один в своей аудитории и пытался не заснуть. Это была не первая его бессонная ночь, что сказывалось на состоянии здоровья агента. Он спрятал лицо в ладонях, защищаясь от мира.Тяжелый вздох, вырвавшийся из груди, заставил Грэма сменить позу. Он прикрыл ладонью глаза, услышав тихий стук шагов. Его рука соскользнула со лба, открывая полосу обзора. В комнату неспешно входил огромный черный олень с ветвистыми массивными рогами. Такое животное Уилл встречал впервые: грациозное и устрашающее одновременно, смоляное и мертвое, сделанное из плоти и стали… — Уилл? — раздался голос Аланы. Грэм распахнул глаза, стараясь избавиться от наваждения. — Ты как будто спал, — улыбнулась Клер. — Да, нет. Просто задумался. — Ну да. Джек, Алана и Клер подошли к столу Грэма. — Вот тебе повод подумать, — Джек наклонился к Уиллу. — У нас есть способ напрямую связаться с Потрошителем. Я хочу его подтолкнуть. Грэм кивнул и перевел взгляд в сторону от босса. — К чему? — Он вполне может выдать себя, — кивнула в подтверждение Блум. — Если разозлится, — продолжал мысль Джек. — Зачем, Джек? Что ты хочешь? Уилл отодвинулся, разглядывая Кроуфорда. Сосредоточенное отстраненное лицо профессионала, никаких лишних эмоций на лице его начальника. — Как думаешь, есть ли какой-нибудь способ привлечь внимание Потрошителя? — Сейчас он сосредоточен на Гидеоне. Не надо, — Уилл кинул беглый взгляд на Блум и Маркхем. — Это пока что сплетня. Сделаем её правдой, — Кроуфорд не сводил взгляд с Грэма. — Потрошитель может начать убивать, чтобы только доказать, что в клинике не он. — У нас нет выбора, Уилл. — Ты хочешь договориться с Фредди Лаундс? — Грэм выпрямился в кресле. — Сам знаешь, это лучший способ зацепить Потрошителя. У Уилла не спрашивали согласие, лишь ставили перед фактом. И факт этот Грэму совсем не нравился.

***

Фредди встряхнула рыжими кудрями и приветливо улыбнулась. Она протянула руку Кроуфорду, бегло окинув взглядом сопровождающих. — Агент Кроуфорд, спасибо, что пригласили, — журналистка изящно протянула Джеку руку. — Мисс Лаундс, — поприветствовал её Джек. — Доктор Алана Блум. Наш консультант-психиатр, — Джек указал в сторону Аланы. Женщины пожали руки. Настала очередь Грэма и Маркхем. Клер без лишних слов кивнула головой, холодно улыбнувшись. — Мистер Грэм, рада видеть, — Лаундс также протянула Грэму руку. Уилл сел в кресло, смерив журналиста неприятным взглядом. Лаундс сохранила вежливую улыбку на лице; уже привыкла, что с ней так обращаются. — Фредди, — привлек её внимание Джек. — В тебе есть все задатки хорошего репортера. Ум, смелость, интуиция. Как же ты оказалась там, где оказалась? — В смысле? В криминальной журналистике? — Криминальная журналистика это все лишь эвфемизм желтой прессы, — голос Грэма был спокоен, с небольшой долей иронии. — Ты опубликовала неподтвержденные факты о Чесапикском Потрошителе. И ты же их подтвердишь, — холодно проговорил Кроуфорд. Лаундс склонила голову набок, всматриваясь в его темные глаза. — Эксклюзивный репортаж — это бомба. — Именно так. И ты будешь наблюдать, как «Лос-Анджелес Тайм», «Вашингтон-Пост», и даже «Нью-Йорк Тайм» будут перепечатывать этот материал со ссылкой на тебя и с фотографией, — Джек положил руки на стол, победно улыбаясь. — Есть минус для вас и для нас, — Грэм выпрямился в кресле. Взгляд Лаундс, словно лазеры, сфокусировались на Уилле. — Ваша журналистика и ваши статьи отвратительны. Люди их не любят. Лаундс опустила взгляд, усмехнувшись. — Да. Это проблема, — с улыбкой ответила Фредди. — Мне отказали в интервью с доктором Гидеоном. Видимо, с эвфемизмом не вышло. Лицо Уилла превратилось в непроницаемую маску. Маркхем откровенно веселилась, что ещё больше раздражало Грэма. — Я дружна с главврачом. Устрою вам встречу, — заверила Алана. Лаундс перевела взгляд на Маркхем. Увидев её улыбку, Фредди повернулась к Джеку. — Не сочтите за наглость, но в чем моя позиция? Он правда Потрошитель или вы хотите, что бы я так написала? — Он может быть им, — ответила Алана. — Выбранная профессия — это показатель. — Знаешь, какие профессии психопаты выбирают чаще всего? — Джек будто пытался подловить Лаундс. — Руководители, юристы, духовенство, — немного подумав, сообщила она. — Пятым номером в списке — хирурги. — Я знаю. — Тогда и шестой знаете? — Уилл смотрел в одну точку, не встречаясь ни с кем взглядами. — Журналисты, — перевела на него свой смеющийся взгляд Лаундс. — А вы знаете седьмой, мистер Грэм? — Копы и федералы. — Ты пойдешь одна, пробудешь там не долго, — спокойным голосом сообщила Маркхем. — Конечно, мы проверим, что ты написала. — Что ж, прекрасно. Психопаты помогают друг другу, — Фредди скользнула взглядом по всем присутствующим. Клер согласно кивнула, усмехнувшись. Взгляды Грэма и Лаундс встретились впервые, как он сюда вошел.

***

«Его зовут доктор Абель Гидеон. И появились улики, утверждающие, что этот обходительный хирург не только убил свою жену, но и может, я подчеркиваю, может оказаться одним из самых известных серийных убийц, который долгие годы водит за нос лучших специалистов ФБР. Этот убийца «Чесапикский Потрошитель». Это объяснило бы, почему от него нет вестей уже два года».

***

Телефон надрывно запиликал. Джек взглянул на входящий звонок. «Дом». Взглянув на Абеля Гидеона, Джек поспешил выйти в коридор, где не раздавались сумасшедшее мычание пациентов. — Ты рано вернулась, — Кроуфорд хотел побыстрее приехать домой к Белле, забыть о Ласс и насладиться вечером. — Белла, все хорошо? В трубке раздался совсем не тот голос, который он ожидал услышать. — Джек, это Мириам. Я не знаю, где я. Я ничего не вижу, я ошибалась. Как я ошибалась… Прошу, Джек, не хочу умереть так… Связь оборвалась. Кроуфорд застыл с телефоном в руках, судорожно перебирая варианты развития событий. Ему нужно домой и срочно.

***

— В моем доме. В моей спальне, где спит моя жена, — Джек готов был взорваться. Его команда была в сборе, стараясь не раздражать босса ещё больше. Все были заняты делом, осматривая дом, телефоны и кровать Кроуфордов. Сейчас все собрались в спальне. — Проверил телефон, — сообщил Прайс. — Много отпечатков. И достаточно четких: три вообще хоть в музей. Ваши, вашей жены и, предположительно, Потрошителя. — С чего бы ему внезапно оставлять отпечатки? — не выдержал Зеллер. — Он клал голову на подушку вашей жены, — Катц беспокойно посмотрела на Джека. Он развернулся к Грэму и Маркхем. — Он спал в моей постели. — Или она, — Катц подняла пинцетом светлый волос. — Мириам Ласс была блондинкой? — Да, — неохотно произнес Джек. — Я взял её отпечатки из нашей базы данных, — Прайс поднял взгляд на Кроуфорда. — Совпадение. — Она мертва! И её тут не было. Грэм перевел взгляд на босса. — Джек, — тихо позвал Уилл. — Она знала, где ты живешь? Кроуфорд развернулся к своему спецагенту. — Захотела бы узнать, узнала бы. — Она могла сказать «…Потрошителю» перед смертью. Ты знал, что посылаешь её за ним? Кроуфорд отвел взгляд. В душе он рвал и метал, но изо всех сил старался сдерживать вид спокойного профессионала. — Я посылал её за информацией. — Тот, кто звонил, знал, что она тебе нравилась, — Грэм лишь констатировал факт. Джек и сам об этом догадывался. — И что ты чувствуешь ответственность за её смерть.

***

— Подвезешь? — раздался позади Грэма голос Клер. — Ты же не любила, как я водил машину. — Ну, я и сейчас это не люблю. Ты выглядишь так, будто вот-вот отрубишься. Думаю, я сама себя подвезу, — девушка протянула руку, взглянув на ключи от машины. — Это моя машина, — слабо запротестовал Грэм. — И? Уилл закатил глаза и кинул ключи. Агент ловко подхватила их на лету, направляясь на водительское место. Машина отъехала от дома Джека. Грэм и Маркхем не разговаривали, каждый думал о своем, желая оказаться дома. Уилл смотрел на унылый пейзаж, стараясь не заснуть. Хорошо, Маркхем не пустила его за руль. Он замкнул глаза, а когда открыл в следующий раз, они подъезжали к дому Маркхем. Стемнело. Сырой холодный ветер заставил Уилла продрогнуть до костей. Такое чувство, что он попал на север. Они вышли. Уилл уже обогнул машину, собираясь побыстрее убраться отсюда. — Ужин? Грэм пару раз моргнул, не понимая смысл слов. — Что? Клер вздохнула. — Может, поужинаешь. Думаю, за пять лет ты не стал гениальным шеф-поваром. — Нет, спасибо, — Грэм постарался пройти мимо неё. — Уильям, я все лишь приготовлю ужин, и ты поедешь к своим собакам. Не волнуйся. Грэм застыл напротив Клер. Девушка пожала плечами и поплелась домой. Услышав позади себя тихие шаги, она усмехнулась. Дверь бесшумно открылась. Маркхем прошлась по всем комнатам, включая свет. Грэм окинул отсутствующим взглядом обстановку. Гостиная выдержана в классических светлых и бежевых тонах, Уилл отметил про себя, что Маркхем не прикладывала усилия в обстановке комнаты. Кое-где были её книги, в основном много бумаг на журнальном столике. Плазма и колонки находились возле стены, у нее огромная коллекция разнообразных дисков. Большой удобный бежевый диван. И всё. Голые стены: ни фотографий, ни личных вещей. Уилл готов был дать руку на отсечение, что и в спальне у неё, кроме шкафа с одеждой и кровати, ничего нет. Клер ворвалась в гостиную, осмотрев Грэма с ног до головы. — Что? — не выдержал он. — Можешь телек посмотреть. Будь, как дома. Ужин скоро будет, — с этими словами она удалилась на кухню. Грэм снял куртку, неловко присев на край дивана. Глаза начали слипаться, а голова упорно не хотела работать. Уилл провел пальцами по лбу. В телевизоре кто-то разговаривал, мелькали какие-то картинки, но его мысли сводились к черному оленю, который преследовал его каждую ночь. Мысли уносили его прочь, и Грэм сам не заметил, как уснул. Его разбудил шум. Грэм резко выпрямился, отчаянно стараясь прийти в себя и вспомнить, где он находится. Осмотрев обстановку комнаты, он понял, что ещё в доме Маркхем, а шум раздался откуда-то с кухни. Грэм огляделся и встал. Легкий голубой плед поплелся следом за ним, удерживая на диване. Уилл откинул его, стараясь скорее очутиться на кухне. Клер стояла у раковины, держа руку под струей воды. Она стояла спиной, но Грэм уже видел, что Клер его заметила и сейчас последует ряд указаний. — Аптечка в ванной под раковиной, — прервал размышления Уилла голос Маркхем. Грэм кивнул и повернулся, но, вспомнив, что не знает, где находится ванна в этом доме, поинтересовался. — Первая дверь слева. Если там нет, значит в спальне, — Клер запнулась. — Дверь справа. Уилл кивнул. Порывшись под раковиной, он ничего не нашел и прошел в спальню Клер. Грэм не сильно удивился, предугадав интерьер спальни. Тяжелые темные шторы было единственное, чего он не учел. Аптечка находилась на тумбочке рядом с кроватью. Взяв с тумбы коробку с красным крестом, Уиллу на глаза попались старые фотографии. Одна была из детства Клер. Маленькая Кларисса с сестрой Кристин мило улыбались в камеру. На обратной стороне было написано «Кристи и Клери. 9 и 6 лет». Грэм отложил фотографию, заметив ещё четыре. Совсем малышка, на фото ей было года два, со своей матерью, отцом и сестрой. У Клер были глаза матери, цветом свежей зелени. У Кристин они отдавали голубым и были похожи на отцовские. Третья фотография заставила Грэма тяжело сглотнуть: улыбающиеся Уилл и Клер. Их первая фотография. Грэм невольно вспомнил, как смущался. Тогда Маркхем носила преимущественно черный цвет одежды и красила волосы в цвета радуги. По сравнению с ней, он был блеклым студентом. Другая фотография сделана на озере Эри. Снова Клер и Уилл. Он обнимает её сзади, улыбаясь в объектив. Стеснения он больше не испытывал рядом с ней, одна из последних их фото. — Я там кровью истекаю, — вырвала его из размышлений Маркхем. Она держала полотенце в руках, грозно сверля глазами мужчину. — Ты ведь умеешь обращаться с ножом, — Грэм достал бинт. — Я тарелку разбила, — запротестовала девушка. Грэм аккуратно старался перебинтовать руку. В конечном счете, у него хорошо получилось вызвать ойканье со стороны пострадавщего. — Когда ты последний раз спал? — неожиданно задала вопрос Маркхем. — Несколько минут назад, — усмехнулся Уилл, делая узелок. — Я не про то. Ночью. Когда ты последний раз спал? Уилл поднялся и положил аптечку обратно на тумбочку, не встречаясь с глазами Маркхем. И она поняла, что ответа не дождется. — Ужин готов, — бодрым голосом сообщила Кларисса. — Поможешь накрыть? Я теперь ранена. Грэм усмехнулся. Маркхем старалась заполнить тишину, говоря о Нью-Йорке, Мадриде, Риме и Лондоне. Обычно она старалась поддерживать тишину, но сейчас не затыкала рот, даже когда они сели за стол. Уилл лишь слушал, изредка кивая головой и задумываясь все больше. — Я бы переехала туда. А ты? Грэм поднял глаза с тарелки на Клер. Девушка улыбнулась, когда поняла, что Уилл снова ушел в свой мирок. — Прости, пожалуйста, — извинился Грэм. — Я все больше думаю о Потрошителе. Клер отпила глоток красного вина, не сводя глаз с Грэма. — Думаю, Джек тоже о нем думает. Половина отдела думает о нем. Уилл согласно кивнул. Клер отвела взгляд, стараясь подобрать новую тему для разговора. — Как сеансы с доктором Лектером? — Нормально, — кивнул эмпат. — Что происходит, Клер? Она пожала плечами, делая вид, будто не понимает. — Я знаю тебя. Ты не из болтливых. — Ошибаешься. — Клер… Маркхем вздохнула, бегая взглядом по кухне. Мысль билась в её глазах, что заметил Грэм. — Уилл, слушай. Я давно хотела тебе сказать, — она запнулась. Было очевидно, что ей сложно продолжать. — Тебе нужно уйти. Грэм пару раз моргнул, сдавлено улыбнувшись. — Без проблем. — Я говорю не о своем доме, Уильям. О ФБР. Уилл кивнул, догадавшись, о чем она. — Не сейчас, Клери. — У тебя был шанс. — Я его упустил. Клер отвела взгляд. Она продолжала говорить, не глядя в глаза Уилла. — Я не имею права такое говорить, но послушай меня. Тебе здесь не место. Мы много раз поднимали эту тему, Уилл. Называй, как хочешь, но рано или поздно такая работа доконает нас обоих. Уилл с непроницаемым выражением лица выслушал. — Клери, — Уилл подался вперед, невольно касаясь чужих прохладных пальцев. — Не сейчас. Маркхем согласно кивнула, выдыхая, расслабляясь. Ей потребовалось выпить еще пару бокалов, чтобы оставить этот разговор окончательно. Клер нетвердой походкой направилась обратно в гостиную. Очередное бессмысленное шоу, в которое Уилл просто пялился, но не слушал, о чем говорят. За два часа они прикончили бутылку вина и перешли на бурбон. — Твоим коварным планом было споить меня? — произнес Уилл, когда Клер вошла обратно в комнату. — Да, — села рядом с ним агент. Взяв с журнального столика стакан с янтарной жидкостью, Клер поинтересовалась: — Что смотришь? — Передачу о том, что не надо изменять жене с секретаршей. — О, да. Возьми на заметку. Уилл пробормотал что-то, похожее на «очень смешно». Клер его не услышала. — Мне звонила Алана. Она умирает на ужине с Чилтоном. Уилл перевел непонимающий взгляд на Клер. — С Чилтоном? — Я тебе не говорила? Лектер пригласил их на ужин. Уилл вскинул бровь, стараясь не показывать раздражения и удивление, что Клер нашла общий язык с Аланой. — Разве ты не должна быть с ними? Вы ведь подружились с доктором Лектером. Клер прыснула в сторону. Уилл перевел тяжелый взгляд на смеющуюся девушку. — Ну да. Сдружились, — согласилась Маркхем. — Но, думаю, мне больше не стоит с ним видеться. — Только не говори, что «прослушала» его, — Уилл заметил едва различимый кивок. — О, Боже, Клери. Маркхем задорно улыбнулась, вскакивая с дивана. Порывшись в ровных стопках разных дисков, она вытащила один и открыла дисковод. Уилл наблюдал за её действиями, гадая, что на неё нашло. Алкоголь? Хорошее настроение? И то и другое? Заиграла знакомая песня. Улыбка сама расцвела на хмуром лице Уилла. — Как-то раз, Уильям, ты сказал мне, что я единственная женщина, способная тебя заставить танцевать. — И ты решила снова доказать свой статус? Клер протянула руки к Грэму. Он отрицательно покачал головой, но легкая улыбка не сходила с его лица. — О, Грэм, если я начну тебя просить, это будет просто свинство с твоей стороны, — Клер взяла его за руку, заставляя подняться на ноги. Уилл немного кивнул, помявшись на одном месте. — Серьезно, Клер? — Да, — Клер взяла его ладони в свои, и немного закачала под музыку. — Ты хорошо танцевал. Расслабься. Уилл ухмыльнулся, когда она прошла вглубь комнату, поманив его. Места было много, им ничего не мешало. Сначала Грэм просто наблюдал за плавными движениями Клер, полностью поглощенный только одним. Клер применила силу, выпихнув Уилла в центр комнаты и улыбаясь немного пьяно, но открыто. Грэм усмехнулся. Под музыку он закружил Маркхем и на те несколько минут они оба забыли о Потрошителе, о Джеке Кроуфорде, о вечных проблемах и постоянных страхах, неизменно сопровождающих их повсюду.

***

— Последний звонок Джеку был сделан с одноразового мобильного, находящегося где-то тут, — Катц взглянула на Грэма. Маркхем, Грэм и Катц шли вдоль небольшой дорожки, ведущей в заброшенную обсерваторию. — Что проверяла Мириам? — задал вопрос Уилл. — Медицинские записи. Если Потрошитель был хирургом, мог оперировать кого-то из жертв. — Повторили её шаги? — Клер взглянула на Катц. — Которые смогли. В какой-то момент она сделала необъяснимый вывод. Как вы. Клер усмехнулась, заметив краем глаза, что Грэм напрягся. — Там должны быть улики, — проговорил Уилл, глядя на ожидающего их Джека. — Хирурги, что могли контактировать с жертвами, проверены или под наблюдением. Они подошли к Кроуфорду. — Включая Гидеона? — поинтересовался Грэм. — В моей спальне был не Гидеон, — заверил его Джек. — Там был Потрошитель и в последний раз он сделал то, что не делал раньше. Дал номер. Джек набрал номер на своем телефоне. Раздался входящий звонок сотового, который доносился из здания. Все агенты разом посмотрели на дверь, а босс тихо вздохнул. Они прошли внутрь. Телефонная трель не умолкала, так что без труда нашли телефон. Да и не заметить его было невозможно. Сотовый находился в отрубленной женской руке. Кроуфорд подошел ближе. Потрясение отразилось на лице агента. Клер и Уилл прошли следом, рассматривая место преступления. Но глаза Джека были прикованы к небольшому листочку бумаги. Ровным почерком были написаны лишь несколько слов. «Что ты видишь?» Джек вспомнил, что именно этот вопрос он задал Мириам Ласс, когда впервые привел её на место происшествия.

***

Огонь всегда завораживал Кроуфорда. Вот и сейчас, сидя в одном из удобных кресел в кабинете доктора Лектера, он неотрывно смотрел на огонь в камине. — Зачем заставлять вас верить, что ваша стажерка жива? — задал вопрос доктор Лектер. — Надежда, — Джек бросил взгляд на Лектера. — Он знает, что надежда сбивает с толку. — Иногда, позволить себе надеяться — подвиг. — Смотря на что, — Джек поднес ближе ароматный виски. Взглянув на жидкость, он слегка пригубил. Лектер перевел взгляд на Кроуфорда. — Не теряйте надежду, что жена поправится. Ещё рано. — Она потеряла надежду. — Вам нельзя. — Я это не контролирую, — Кроуфорд посмотрел на огонь. — Начните контролировать. Джек слабо кивнул. Он знал, что Лектер был прав, но что он может сделать? — Мне очень жаль, что ваша жена больна, — вздохнув, начал говорить Лектер. — Я думаю, она украшает этот мир. И мне жаль, что мертва ваша стажер. — Что бы Потрошитель не задумал, у него получилось. Я решил, что она жива, — глаза Джека беспокойно метались. — Пусть на мгновения, но я позволил себе поверить в невозможное. — Расскажите мне о ней, — попросил спокойным голосом Лектер. — Она была смелой девушкой, — напомнил себе Джек. Лектер кивнув, поднес к губам виски. Причудливые тени от огня играли на лице доктора, создавая на нем новые сюрреалистические образы. Но сам доктор Лектер оставался спокойным и бесстрастным, таким же, как и огонь. Пламени все равно, кого обжигать, оно избавляется от препятствий. Таким же был и Лектер. Он лишь избавлялся от препятствий, и Мириам Ласс была одним из них.