Return to the Past

Уилл Грэм медленно открыл дверь. В помещении находилась Джорджия Мэдхем, которая все ещё лежала в специальной узкой камере, наполненной кислородом. Девушка, заметно похорошевшая за время, которое спецагент ее не видел, быстро оглядела прибывшего к ней гостя. Сам Уилл выглядел лучше, пусть даже и таскал за собой капельницу. Халат в крупную синюю клетку был потрепанным, старым и растянутым до неимоверных размеров, но придавал своему хозяину милый домашний вид. Грэм неспешно подошел к камере, под звук приборов жизнеобеспечения. Джорджия приподняла голову с подушки, улыбнувшись искренней приветливой улыбкой. Уилл понял, что девушка с ним поздоровалась. Грэм спохватился и нажал на громкоговоритель. — Выглядишь лучше, — искренне улыбнулся спецагент. — Живой? — её голос был хриплым и тихим, она ещё не до конца восстановилась. — Красивой. Девушка смущенно потупила взор, продолжая улыбаться. Поправив светлые волосы, она снова перевела взгляд на Уилла. — Кислород влияет, — немного смущено отозвалась Джорджия. Они улыбнулись друг другу. Лицо девушки тут же приобрело серьезное выражение, когда она вгляделась в Уилла. — Узнали, что с тобой? — Лихорадит, — уклонился от прямого ответа он. — А почему, пока не знают. — Ничего не найдут, — с грустью проговорила девушка. — Будут искать, брать анализы, ставить неправильные диагнозы, лечить не от того. Но не узнают, что с тобой. Кроме того, что ты нездоров, — Джорджия грустно улыбнулась. — Надеюсь, у тебя хорошая страховка. — И я, — еле слышно проговорил Уилл, внутренне соглашаясь с Медхем. — На мне опробуют шокотерапию. Называют её электроконвульсивной, но шоковая звучит лучше. — Шоковая терапия помогает от этой болезни. — Знаешь, сколько раз мне говорили, что меня вылечат? — Уилл опустил глаза в пол. — Говорили, что смогу вспомнить, что натворила. Но я не хочу вспоминать. — Ты и так знаешь, — склонив голову на бок, проговорил Уилл. — Но не помню этого, — голос Джорджии дрогнул. — Больше похоже на кошмар, в котором я убила подругу. Уилл тяжело вздохнул. Для него любой такой кошмар — кристальная реальность. Он не мог убежать от него. — Другие убийства не снились? — Снилось, как ты убил врача, — девушка нахмурилась, вспоминая о чем-то. — Но я не видела твоего лица. Джорджия искренне надеялась, что никогда чужое лицо не воскреснет в ее памяти.

***

Перед глазами все расплывалось. Сфокусировать зрение стоило немалых трудов, и Грэм сильно удивился, когда увидел темно-зеленое пальто. Он несколько раз моргнул, прежде чем его взгляд сосредоточился на Ганнибале Лектере. Мужчина что-то доставал со своей большой сумки. — Пахнет вкусно, — сонно пробормотал Грэм, учуяв приятный аромат куриного бульона и специй. — Суп из шелковой курицы, — снимая крышку с тарелки, проговорил Лектер. — В Китае её называют черной и с седьмого века ценят её лечебные свойства. Дереза, женьшень, имбирь и бадьян. — Куриный бульон? — поинтересовался Уилл. Лектер на секунду замер, обдумывая ответ. В его разуме это блюдо не ассоциировалось с чем-то настолько простым и домашним. — Да. Уилл сел за стол, неспешно начиная дегустировать суп. Сам психиатр сел напротив Грэма, разливая кофе по стаканчикам и незаметно разглядывая Грэма. — Медсестры говорят, ты где-то ходил, — протягивая Уиллу стаканчик, проговорил Ганнибал. — Не во сне, — выдохнул Уилл. — Встал с койки по собственной воле и с благими намерениями. — Посещал несчастную девушку с синдромом Котара? — вежливо поинтересовался Лектер. — Она меня поддерживает. — Надеюсь, ты её тоже. Психически больные — одиноки. Они продолжали есть в полном молчании. Уилл отложил ложку, задумчиво рассматривая деревянный стол и едва заметные царапины на нем. — Мои галлюцинации, сомнамбулизм и потеря памяти… их могла вызвать лихорадка? — Лихорадка может быть симптомом деменции, — прямо посмотрел на него Ганнибал. — А деменция может указывать на многие изменения в организме и рассудке. Уилл странно улыбнулся, продолжая рассматривать стол. — Джек знает? — О возможных причинах лихорадки я ему не сказал. Маркхем тоже, — губы Ганнибала чуть дрогнули. — Но ведь должны. — Сейчас это лишь домыслы. Уилл тяжело вдохнул, пробегая взглядом по комнате. Пустые стены и больничный запах действовали на него гнетуще. — А мы пока будем продолжать стремиться излечиться, — вытирая руки салфеткой, произнес Ганнибал. — Девушка, которую ты навещал, поправляется? — По-моему она не хочет. Боится вспомнить, что натворила. — Её можно понять, — темные глаза Лектера сверкнули холодным блеском. На этом разговор был окончен, а приговор вынесен.

***

Джорджия свернулась калачиком, пытаясь уснуть и ненадолго забыться. Из забытья её вытащил шум закрывающейся двери. Джорджия быстро распахнула глаза, оглядывая помещение. Никого не было. Девушка заметила расческу. Она взглянула в зеркало, рассматривая свое лицо. Джорджия провела расческой по волосам, один раз, второй… далее она услышал странный треск. Пламя появилось неожиданно. Оно поглотило фигуру, быстро, неумолимо двигаясь снизу вверх. Кажется, Джорджия кричала, но сама она это не слышала. Лишь странный шум стоял в её ушах. Огонь уже захватил её лицо. Она попыталась закрыться руками, отдалиться, но пламя безжалостно опаляло её. Оно распространилось по всей камере. Джорджия утонула в нем, продолжая кричать и пытаться вырваться.

***

Перед Уиллом дверь открыл сотрудник полиции. Грэм быстро осмотрелся и прошел внутрь, волоча за собой штатив с капельницей. В помещении стоял тошнотворный запах горелой плоти. Уилл поморщился. Джек смерил агента холодным взглядом, отвернувшись к телу. Клер встала рядом с Уиллом, слабо кивнув ему в знак приветствия. Как раз вытаскивали обугленное тело Джорджии Мэдхем. Послышался звук затвора фотоаппарата. Уилл опустил глаза, стараясь не глядеть на обугленное черное месиво из кожи и волос, оставшееся от юной девушки. — Сотрудники считают, что произошло короткое замыкание, — обратился Кроуфорд к Уиллу. — Выглядит так, но камера была исправна, — окинув взглядом обгоревшую камеру, проговорил Прайс. — Ужасная смерть, — тихо выдохнул Уилл. — Мне жаль, — так же тихо ответила Маркхем. — Был подобный случай с пареньком из Италии. Статическое электричество от пижамы создало искру, и весь кислород в камере мгновенно воспламенился, — поведал им Прайс. — Она могла сама себя сжечь? — спросил Кроуфорд. — Она сняла заземляющий браслет, который предотвращает электризацию, — в руках Зеллера была обугленная нить. — Самосожжение? — недоверчиво уточнил Грэм. — Её обвиняли в двух убийствах, — повернулся к нему Джек. — Но она не хотела умирать. Она была больна. Я с ней разговаривал. Все на секунду замерли, недовольно посмотрев на Грэма. — Зачем ты с ней говорил? — наконец спросил Кроуфорд. — Понимал, что она чувствовала. — Она подозреваемая и пыталась тебя убить, — напомнил Джек. — Ваше общение влияет на исход дела. — Но теперь исход дела не имеет значения. Джек смерил подчиненного странным изучающим взглядом, будто бы проверял, вменяем ли сейчас Грэм.

***

Уилл лежал в своей постели, провалившись в сон. Его что-то разбудило. Скорее всего, это было чувство странной тревоги и обеспокоенности. Перед ним стояла Джорджия Мэдхем. Только выглядела она не как здоровая улыбающаяся девушка, а как та убийца, которую он встретил. Мэдхем повернулась и направилась к двери. Уилл понял, что это была не сама Джорджия, а её призрак, её страшные воспоминания. Двигалась она странно, как в самом дешевом фильме ужасов о приведениях, но Уилл все равно встал с постели и направился за ней. Джорджия стояла напротив его входной двери, наблюдая. Волосы раскачивались от несуществующего ветра, глаза стали такими же безумными и выцветшими. — Видишь, — раздался её знакомый грустный голос с нотками отчаяния. — Видишь! Что-то проткнуло её. Она успела посмотреть Уиллу в глаза, прежде чем её охватило пламя. Нет, на этот раз она не кричала. Она просто превратилась в пепел. Стряхивая с себя остатки Джорджии Мэдхем, перед Уиллом предстал его кошмар — большой грациозный черный олень. Животное выпрямилось в полный рост, всматриваясь в глаза Уилла.

***

Джек тяжелым взглядом смерил своего агента. Клер стояла перед ним в элегантном красном платье до колен и неприятной ухмылкой на лице. — Это просто вечер, Клер. Не делай трагедию, — вздохнув, проговорил Джек. — Это тебе не нравится красное платье. — Потому что моя жена тоже будет в красном платье. — Превосходно. Тогда, может, я лучше не пойду на прием в честь чего-то там? — Клер обошла стол, быстро просмотрев бумаги на столе. — Ты поможешь Белле, потому что я занят. Примешь гостей, улыбнешься, где надо. Не мне тебя учить. — Отлично, Уилл в больнице, самовозгорания, серия убийств неизвестного «Потрошителя», а я хожу на танцы. — Если Уилл сбежит, я тебе позвоню, — злорадно улыбнулся Джек. Клер фыркнула и вышла из кабинета, поплотнее запахивая пальто. Спустя всего жалкий час перед Джеком возникла понурая фигура Уилла Грэма. — Почему не в больнице? — сразу же спросил Джек. — Выписался. — Впишись обратно. Я обещал Маркхем, что если ты появишься — позвонить ей. А ты знаешь, что за этим последует. — Жар прошел, — пожал плечами Уилл. — Но… — Джорджия Мэдхем не покончила с собой. Её смерть не несчастный случай. — Я заставлю Зеллера поставить тебе градусник и если… — Её убили, Джек, — не выдержал пустых и глупых угроз Грэм. Кроуфорд снял очки, делающие из него старика, и коснулся переносицы. — Кто? — раздражено поинтересовался босс. — Тот, кто убил доктора Сатклиффа. — Она вся была в его крови, а на нем её ДНК. — Она сказала мне, что там кто-то был, — Уилл приблизился к Кроуфорду. — Она не видела лица. — Кто-то — это доктор Сатклифф, не видела лица, потому что разрезала его напополам, — повысил голос Джек. — Уилл, ты ищешь объяснения, которые помогут тебе успокоиться. Это не понятно? — Нет, — вскрикнул Уилл, отходя от Кроуфорда. — Дело не в этом. Мы никогда не узнаем, что с ней было не так. Несмотря на то, что ей помогали врачи, она была вынуждена бороться в одиночку. — С этим ничего не сделать. — Всю жизнь её неправильно понимали. Я должен сделать так, чтобы хотя бы смерть поняли правильно! — Джек смерил его долгим взглядом. — Это не самоубийство. И не случайность. Уилл ходил по холодному помещению с металлической стеной. В морге холодно, слишком много света и въедчивых запахов. Он видел, как разговаривают Кроуфорд и Зеллер, но не слышал их, а лишь передвигался из одного угла в другой, вслушиваясь в собственное тяжелое дыхание. — Мы разобрали камеру, — вытаскивая тело, проговорил Зеллер. — Никаких следов порчи проводки или короткого замыкания. — Откуда искра? — задал вполне логичный вопрос Кроуфорд. — Не установлено… — Не совсем не установлено, — перебил коллегу Прайс. Прайс отдал начальнику небольшую прозрачную коробочку с обгоревшим кусочком, больше напоминающим стружку или зубчик от расчески. — Масс-спектрометр установил, что это целлулоид, а пластмассы в камерах нет, — закончил Прайс. — Из-за статического электричества, — быстро сообразил Грэм. — Волосы сплавились, — указал на коробочку Зеллер. — Сохранились, как в янтаре. — Может, это расческа? — задумчиво произнес Уилл. — Статический разряд от пластмассовой расчески мог вызвать возгорание, — со знанием дела проговорил Прайс. — Все, что горит, загорелось. — Это орудие убийства, — указал Грэм на коробку в руках Кроуфорда. — Или же самоубийства. Уилл тяжело вздохнул и нервно заметался по комнате. Он быстро подошел к одной из ячеек и под протестующие возгласы Прайса и Зеллера, вытащил тело доктора Сатклиффа. — Тот, кто убил Сатклиффа, хотел сделать то же самое, что сделала Джорджия Мэдхем. Но не совсем, верно? Уилл взглянул на Прайса и Зеллера. — Мэдхем резала лицо жертвы, у Сатклиффа голова практически отсечена, — указал Зеллер. — Со второй жертвой она зашла дальше. Так часто бывает, — опроверг Кроуфорд. — Подражатель. Как убийца Морисы Шур или Касси Бойл подражал Гаррету Джейкобу Хоббсу, — Уилл задумался, вспоминая погибших девочек. — Но не совсем. — Стой, — Джек вперил в Грэма задумчивый взгляд. — Хочешь сказать, что Подражатель Хоббса убил доктора Сатклиффа? Уилл едва заметно закивал головой. — И Джорджию Мэдхем тоже. Думал, что она видела его лицо. — Но ты говорил, что Подражатель — это Николос Бойл, — напомнил Джек. — И он мертв. — Значит, Подражатель не он, — потрясенный собственной догадкой, Уилл поспешил выйти. Кажется, чувство зыбкости под ногами начинало расти.

***

Джек сидел напротив доктора Лектера, бросая на него косые взгляды. — Может это не лихорадка. Уилл пытается связать два несвязанных убийства. — Не только своим участием? — поинтересовался вежливо Ганнибал. — Да. — Спрашиваете себя, подводит ли его разум или он прав? — О многом спрашиваю, — признался Кроуфорд. После недолгой паузы Джек решился спросить прямо. — Какие у него отношения с Эбигейл Хоббс? Ганнибал тяжело вздохнул и опустил глаза. — Думаете, он защищает её? — спросил Лектер. — С тех пор, как убил отца. Но я не знаю, отчего. — Вряд ли он стал скрывать от вас нечто преступное. Он порядочный человек. — Но вы же видите, этот порядочный человек не в себе. — Ему нужна поддержка, даже если он психически болен, — взгляд Лектера заметались по столу. — Болезнь ли это? Или его образ мышление столь необычен, что мы не знаем, как ещё это назвать? — Иногда он и сам себя не понимает. Кроуфорд долго вглядывался в лицо Лектера, прежде чем заметил небольшое волнение доктора. Джек был уверен, что Уилл Грэм что-то скрывает.

***

Уилл выходил из здания ФБР вместе с Зеллером. Агенты молчали. Уилл погрузился в раздумья, а Зеллер просто не хотел ему мешать. Они уже были у машины Зеллера, когда заметили знакомую машину на парковке. — О, боже, — тихо вздохнул Уилл. Зеллер смущено улыбнулся, когда увидел Маркхем. Он явно хотел уйти подальше, но бросить Уилла не мог. Джек приказал довести Грэма до дома. — Как самочувствие? — холодно спросила Клер Грэма. — Ты не моя мамочка, чтобы таскаться за мной повсюду, — ощетинился Уилл. — Зеллер меня довезет. — Я тебя довезу. — Клер… — Уилл, просто сядь в мою машину, — Клер выглядела спокойной и собранной. — Я не буду капать тебе на мозги, обещаю. Грэм тяжело вздохнул и перевел взгляд на коллегу. Зеллер пожал плечами, но было видно, что он не против. Уилл молча прошел к машине Маркхем. Девушка повернулась к Зеллеру, одними губами прошептав «Спасибо».

***

Беделия дю Морье открыла дверь. На пороге её дома в бежевом пальто стоял темнокожий мужчина средних лет. Он быстро пробежал глазами по женщине. — Доктор дю Морье? Специальный агент Джек Кроуфорд, ФБР, — Джек вошел в прихожую, показывая значок. — Хочу поговорить о вашем пациенте. Беделия прошла к себе на кухню. Следом за ней, быстро сканируя взглядом комнату, прошел Джек. — У вас есть ордер? — не глядя на собеседника, поинтересовалась дю Морье. — Надеюсь, он мне не понадобится, — улыбнулся Джек. — Значит, это не допрос. — Пока нет. Не люблю портить репутации без надобности. — И о ком вы хотите поговорить? — Беделия взяла в одну руку винный бокал на длинной тонкой ножке, а в другую бутылку с красным вином. Она медленно наливала ягодное вино, что бы как можно меньше встречаться с Джеком взглядом, который мог без труда прочитать её настроение. — Я подозреваю, что доктор Ганнибал Лектер утаивает информацию об убийстве. Беделия предложила вина, попутно рассматривая Кроуфорда. Джек отрицательно покачал головой. — Значит он не доверился ФБР, но вы надеетесь, что он доверился своему психиатру, а я вам все расскажу? — Да, мэм, — вежливо улыбнулся Кроуфорд. — Но я не считаю, что доктор Лектер не опасен. Я обеспокоен его отношением с одним пациентом, Уиллом Грэмом. — Без его согласия или ордера я не нарушу врачебную тайну. — Верно, — кивнул Джек. — Раз мы не можем обсуждать доктора Лектера, поговорим о вас. Уголки губ Джека дрогнули в предверии самого любопытного. — Не так давно на вас напал один из пациентов. Я читал отчет. Знаю, что доктор Лектер давал показания. — Пациент, который напал на меня, был бывшим пациентом доктора Лектера. — Его направил к вам доктор Лектер? — Да, — вздохнула доктор. — Вас чуть не убили. — Он проглотил язык во время нападения. Только это и спасло, — Беделия отпила немного вина, пытаясь забыть тот день. — Слава Богу, — кивнул Кроуфорд. Доктор закивала головой. — В кабинете доктора Лектера произошло ещё одно нападение, — начал говорить Джек. — Погибли два человека, включая пациента. — Хороший прием, агент Кроуфорд, — сухо улыбнулась Беделия. — Теперь я должна либо защищать, либо не защищать Лектера. — У него странные отношения с некоторыми пациентами, — перед глазами Джека вспыхнул образ Маркхем и Лектера в кабинете. — Со сложными пациентами не бывает простых отношений, — согласилась Беделия. — Ладно, по вашему мнению, как далеко может зайти доктор Лектер при лечении пациента? Конкретно, Уилл Грэм. Беделия на секунду задумалась. — Для Ганнибала Уилл Грэм скорее друг, чем пациент. — Как далеко он может зайти при лечении друга? — повторил свой вопрос Кроуфорд. — У него немного друзей, полагаю, будет верен ему, — доктор немного нахмурилась. — Я знаю, что он беспокоится о Уилле Грэме и хочет ему помочь. -Я тоже считаю Уилла другом. И хочу ему помочь. Дю Морье немного помолчала, с улыбкой рассматривая агента. — Уилл больше нуждается в таких друзьях, как доктор Лектер, — вынесла вердикт доктор, катая на языке вкус вина и пролитой крови.

***

Клер снова взглянула на Уилла. Они уже подъезжали к его дому, а Маркхем все ещё пыталась переварить информацию. Её вниманием полностью овладела дорога, темная и заснеженная, но, к сожалению, не сказочная. Машина медленно остановилась у подъездной дорожки дома. Маркхем не сводила глаз с улицы, стараясь как можно реже обращаться к попутчику. — Уилл, ты ведь понимаешь, насколько это тебя компроментирует? Грэм тяжело вздохнул и привычным движением потер переносицу. — Думаю, Ник Бойл не Подражатель. — То есть, Эбигейл убила безвинного парня? Уилл немного нахмурился и слабо кивнул. — Я обещала Джеку, что найду виновного. — Ты и нашла. — Да, но не сказала ему. Уилл, Кроуфорд не идиот. Мне здорово влетит, если он узнает, что я покрывала тебя и Эбигейл. — И что ты предлагаешь? — раздражено поинтересовался агент. — Сдать Эбигейл? Сказать, что Ник Бойл восстал из мертвых или Джорджия Мэдхем совершила самоубийство? Уилл быстро открыл дверцу машины и вышел. Клер наблюдала, как он вошел в дом, как постепенно свет озарял окна. Немного подумав, Маркхем вышла из автомобиля и направилась к дому. Уилл не удивился, когда входная дверь открылась и на пороге оказалась продрогшая Маркхем. — Где мои собаки? — спросил Уилл и удалился на кухню. — Бетти, Жан-Клод и Винсент у меня, остальные у Аланы. Клер сняла пальто и прошла на кухню, Уилл поставил чайник и отсутствующим взглядом смотрел на плиту. — Уилл? Спецагент перевел взгляд с голубого огонька на Маркхем. Красное платье здорово выделялось на фоне его дома, оттого Грэм тихонько вздохнул. — Будешь меня контролировать? — А ты в этом нуждаешься? — Не знаю, — честно признался Уилл. Чайник пронзительно взвыл, вытаскивая их из раздумий. — Чай или кофе? Хотя, кажется, у меня нет кофе. Видимо, выбор небольшой, — Уилл немного смущено улыбнулся. Маркхем чувствовала, насколько был взвинчен Уилл, насколько сильно он хотел побыть один, переосмыслить информацию. Эти мысли прямо-таки бегали по его лицу. — Я лучше пойду, пока ты не спалил кухню, — Клер вернулась в коридор. Взяв в руки пальто, Маркхем открыла дверь. — Снова сбегаешь? — раздался позади неё голос. — Иногда это единственный выход. — В прошлый раз ты даже не задумывалась над последствиями. Просто сбежала. — Да, после того, как ты обвинил меня в своем сумасшествии, которого, по сути, и не было. Грэм немного улыбнулся. — Его звали Пол, кажется. — При чем тут он? Я хотела тебя позлить. Каюсь, не подумала. Но, в конце концов, мы просто разошлись. Уилл кивнул. Клер повернулась к нему, вглядываясь в лицо. Грэм немного осунулся и похудел, работа его сильно вымотала. Но он выглядел лучше, чем раньше. В глазах появился тот странный блеск, когда человек уже приблизился к цели, но не может осуществить её до конца. — Ты хорошо себя чувствуешь? — неожиданно для себя спросила Маркхем. Грэм немного удивился и пожал плечами. — Лихорадка не наблюдается. Галлюцинации тоже. Хотя, возможно, ты одна из них, тогда это плохо, — отрывисто проговорил он. — Думаешь, я твоя очередная галлюцинация? Клер подошла ближе. Расстояние сократилось до одного шага. — Нет. Сейчас ты реальна. — А когда я была не реальной? Уилл странно посмотрел на Маркхем. Девушка немного прищурила глаза. С того дня, как она приехала, они ни разу не поднимали эту тему их прошлых отношений. — Давно, — Уилл коснулся её руки, убеждая себя, что это не мираж. Клер подошла ближе. Она провела рукой по его небритой щеке, немного улыбаясь. — Я настоящая, Уильям, — с усмешкой произнесла Маркхем. Уилл подался вперед, обнимая за её за талию. Небольшое замешательство, когда их губы встретились. Никто не решался нарушать странное, но такое близкое прикосновение. Губы Маркхем дрогнули, превращая прикосновение в поцелуй. Нежный, хрупкий, желанный, тёплый. Дыхание участилось, как и стук сердца. Клер провела рукой по темным волосам Грэма. Прямо как раньше, — подумалось Клер. Она почувствовала слабую дрожь, когда руки Грэма спустились по спине, когда он прижал её ближе, будто для него она была спасательным кругом. Из робкого и нежного, поцелуй потихоньку становился напористым и нерушимым. Клер почувствовала, как пальцы Уилла нащупали молнию на платье. Одно движение, и оголенную кожу обдул прохладный ветерок. Теплая ладонь легла на обнаженный участок спины, принося одновременно тепло и желание. Маркхем скинула с себя платье. В доме было прохладно, но они это не чувствовали. Поцелуй не прекращался, даже когда темно-синяя в клетку мужская рубашка полетела в сторону. Клер провела кончиками пальцев по шее, спускаясь к ключицам и груди Уилла. Она почувствовала, как его ладонь легла на затылок, прижимая ещё ближе к себе. — Ты точно хорошо себя чувствуешь? — выдохнув фразу прямо в губы Уилла, прошептала Клер. — Думаю, сил хватит, — кивнул мужчина, улыбаясь в поцелуй. На их лицах появились глупые улыбки. Уилл возобновил поцелуй, медленно отодвигая Клер в свою спальню. Грэм ничуточки не изменился с того момента: все тот же небольшой шрам на левом боку, все те нежные, но требовательные губы, все тот же запах моря, ассоциирующийся с запахом свободы. Клер слабо помнила, как они ввалились в спальню, как скинули одежду, не переставая трогать и изучать друг друга будто заново. Но зато запомнила его дыхание, его прикосновения и его губы, которые, казалось, полностью овладели ей. Снова и снова, мысленно проговаривая про себя, что это не очередная галлюцинация, Уилл расстегнул застежку бюстгальтера. Усмехнувшись про себе, что он словно школьник, увидевший первый раз женскую грудь, Уилл медленно возобновил поцелуй. Он чувствовал прохладные пальцы в волосах, особенно остро он чувствовал, когда пальцы пробегали по шее и спускались ниже. Было так странно снова почувствовать одновременно знакомое и неизвестное чувство, когда этот человек рядом, когда впивается тебе в плечи, когда произносит твое имя, когда выгибается в мольбе о поцелуе. Все чувствовалось острее, больше. Безумие, кровь, смерть, боль, вранье… все это отошло на задний план. Хотя бы на время, на тот момент, когда они были вместе. Как раньше.

***

Лучи солнца нагло пробивались сквозь окно, заставляя отвернуться или зажмуриться. Уилл потянулся в кровати, открывая глаза и осматривая комнату. В постели он был один. Грэм нахмурился, вспоминая вчерашний вечер. Машина, Клер, поцелуй, секс… Он снова заморгал, будто от этого зависело, увидит ли он Маркхем или нет. Но кровать так и осталась пустующей. Встав, Грэм надел удобные штаны и белую футболку. Он медленно вышел в коридор, раздумывая, не очередной ли это сон. Грэм сразу почувствовал запах готовящейся еды. Медленно пройдя на кухню, он остановился в дверях. За плитой стояла Клер в его синей рубашке, которую вчера сама сняла, и что-то тихо проговаривала себя под нос. — Доброе утро, — девушка помахала ложкой, не поворачиваясь к Грэму. — Доброе. Все ещё хороший слух? — Не жалуюсь, тем более ты ходишь, как слон, — улыбнулась Клер. Уилл медленно подошел к ней и обнял со спины. Привычный жест в их старых отношениях. Клер улыбнулась, в то же время, стараясь, что бы ничего не подгорело. — Обычно ты готовишь завтраки, но я встала раньше и решила сготовить сама. Уилл не ответил. Похоже, он даже не шевелился, лишь зарылся носом ей в волосы и вдыхал знакомый аромат шампуня. — Уилл, — позвала его Маркхем. В ответ снова тишина. Клер повернула голову, стараясь встретиться взглядом с хозяином дома. — Ты в порядке? — А ты? — улыбнувшись, спросил Грэм. — Да, в полном. Просто ты странно себя ведешь. — Потому что обнял тебя? — Потому что думал, что я твоя очередная галлюцинация, — Грэм немного поморщился. — Да, представь, я знаю, о чем ты думаешь. — Да неужели? — усмехнулся агент. Клер хотела что-то возразить, но Уилл прервал поток бесконечных слов поцелуем. Маркхем полностью развернулась к нему, медленно проведя рукой по волосам, по груди и вернулась к шее. Уилл прижал её ближе к себе, впиваясь жадным, таким необходимым поцелуем. Оба почувствовали запах гари. — О, нет! Клер попыталась спасти свое кулинарное творение, осыпая плиту, сковороду и Уилла ругательствами. Когда она потерпела фиаско, то села за стол, напротив Грэма, который предложил ей чашку горячего чая. — Какие планы на сегодня? — поинтересовалась она. — Позавтракать, — усмехнулся Грэм. — Очень смешно. — Не знаю. Навещу Лектера, а потом заберу своих собак. Клер насторожилась. — К Лектеру? Зачем? — Он мой психиатр, Клери, и друг. Хочу рассказать ему об Эбигейл. Маркхем забарабанила пальцами по столу. Уилл помнил, если она так делает, значит нервничает. — Что-то не так? — задумчиво спросил он. — Да, понимаешь, Ганнибал и мой психиатр, — Маркхем опустила глаза на стол, скрывая тем самым неловкость. — И у нас с ним довольно странные отношения. — В смысле? Говорить, что они с Лектером чуть не переспали, и сделали бы это, если бы Кроуфорд не пришел так вовремя, она не стала. Просто улыбнулась, пытаясь не выдавать лишних эмоций. — Я не хочу, чтобы он знал о наших с тобой отношениях. Лишний повод для манипуляций. — Ты что-то не договариваешь, Клер. Я хорошо тебя знаю, — напомнил Грэм. — У нас с Ганнибалом своя игра. Не хочу, чтобы он знал мою самую главную слабость. — Я твоя слабость? — нахмурился Уилл. Клер не сдержалась и засмеялась. Странным звонким смехом. — Да, Уилл Грэм. Ты самая большая моя слабость. Ведь я люблю тебя, а любовь — слабость.

***

Джек стоял возле тела доктора Сатклиффа, когда в помещение вошла Маркхем. Она быстро окинула начальника профессиональным взглядом. Вроде он был спокоен. Девушка улыбнулась Прайсу и Зеллеру, которые в ответ лишь кивнули. — Ты опоздала, — сообщил ей Джек. — Извини. Не могла найти, — она на секунду задумалась. — Одежду. Джек немного повернул к ней голову, осматривая внешний вид. Все, как обычно. Голубая блузка, темно-синие брюки и темно-синий пиджак. Только Маркхем мило улыбалась и была в явно хорошем настроении. — Уилл высказал теорию о том, что Подражатель и Хоббс связаны, — Джек внимательно посмотрел в глаза Клер. — Я знаю. — Что он был в курсе жизни Хоббса, что они были знакомы или даже убивали вместе, — продолжал Кроуфорд. — Это скорее не теория, а гипотеза, — поправил начальника Зеллер. — Теория требует доказательств, — согласился с коллегой Прайс. — Игра наоборот, — немного смягчился Джек. — Ответ: этих людей убил Подражатель, связанный с Хоббсом. Расскажите, как именно? Клер быстро перевела взгляд с тела Джорджии Мэдхем на тело Сатклиффа. Прайс и Зеллер сильно удивились просьбе Кроуфорда. — Делая безумные догадки и необоснованные выводы? — уточнил Зеллер. -Да, слушаю. Глаза агентов округлились. Клер немного усмехнулась, увидев их реакцию. Джек пока временно забыл о Маркхем, так что девушка с интересом выслушивала двух других агентов. — Я так долго ждал возвращение к основам следствия, — Прайс посмотрел на своего коллегу. Клер засмеялась вслух. — Где Беверли? — с досадой проговорил Кроуфорд. — В суде, — ответил Прайс. Зеллер едва заметно толкнул его плечо, добавив: — Дает показания. — Вытащите её оттуда, — грозно посмотрел на агентов Джек. — Маркхем, как продвигается твое дело с Бойлом? — Ничего интересного. Я пока не могу найти убийцу. — Так, вот чем мы займемся, — Кроуфорд вышел из помещения. Следом вышли трое других агентов. — Проверим аэропорты, вокзалы, гостиницы, везде, где был Хоббс. Отследим перемещения Гаррета Джейкоба Хоббса по камерам наблюдения. Достаньте данные обо всех его звонках и откуда они были сделаны. — Попробую выпросить пару ребят для обработки данных, — кивнул Прайс. — Так же мне нужен список мест, где он побывал, с кем он побывал, как долго он там прожил и расстояние до места пропажи девушек в деле «Сорокопута». Вам ясно? Прайс и Зеллер дружно закивали. Джек отпустил их и теперь его вниманием полностью овладела Маркхем. Он долго и молча глядел на неё, хмурясь. — Если я спрошу, ты ответишь честно? — такой вопрос можно было ожидать от Кроуфорда. Клер кивнула. — Почему ты не раскрыла дело Бойла? — Последнее, что он видел перед своей смертью, Джек, была его сестра. Я не вижу лица убийцы, потому что он думал о мертвой сестре. Клер видела, что Джек не верит ей. Что он просто смерился с такой правдой. — Ты странно выглядишь, — Джек двинулся прямо по коридору. Маркхем последовала за ним. — Мне вечно ходить с каменным лицом? — Нет, просто странно. Я бы сказал, ты выглядишь удовлетворенной, — Джек мельком взглянул на Клер. — То, что я видел в кабинете Лектера… хм, у вас давно такие отношения? — Тебя интересует моя личная жизнь? — чуть раздраженно спросила девушка. — Ну, я считаю тебя членом своей семьи, Клер. И беспокоюсь. — Не стоит беспокоиться. Между мной и Лектером ничего нет. То была минутная слабость. — Да? Не похоже, — Кроуфорд ещё раз посмотрел в глаза Маркхем. — А между тобой и Уиллом? — К чему такие вопросы, Джек? Скажи прямо. Кроуфорд немного подумал, прежде чем произнес: — Я думаю, Грэм покрывает Эбигейл Хоббс. А его покрывает Лектер. Но вот в чем? — Думаешь, Уилл в чем-то виноват? — Не Уилл. Эбигейл. Выжидающий долгий взгляд со стороны Кроуфорда заставил Маркхем немного поежиться. Он чувствовал, что Клер что-то знает, но он был уверен, что она никогда не скажет ему правду, если в этом замешен Уилл Грэм. — Не знаю, о чем ты. И я не думаю, что Уилл покрывает Эбигейл. Она лишь жертва, — улыбнулась Маркхем. — Жертва, да. И ты в это веришь? В её непричастность ко всему этому? — задал вопрос Кроуфорд. — Верю, — Клер развернулась и пошла вдоль коридора, стараясь не замечать тяжелый взгляд Кроуфорда.

***

Уилл сидел рядом с Эбигейл, сосредоточено наблюдая за ней. — Вы говорили, что когда убиваешь, чувствуешь себя отвратительней всего, — Эбигейл говорила почти шепотом, повсюду сновали врачи и пациенты клиники. — Почти, — так же тихо отзеркалил Грэм. — Я думала, со мной что-то не так. Не чувствовала это после того, как убила Ника. Мне было приятно, поэтому и врать было легко, — Эбигейл оглядела других больных, не похожих и похожих одновременно. — Будто не сделала ничего плохого, — ровным тоном поддержал Грэм. — Когда вы убили папу, было не так? — Я был в ужасе, — Уилл немного покачал головой, избавляясь от лишней честности. — И чувствовал силу. — Приятно. Прекратить все это, закончить. Я думала, что свободна от него. — Но мы оба не отделались от твоего отца. — Жаль, не я убила, — в глазах Эбигейл отразилась настоящая злость. — За то, что убил маму и этих девушек. И заставил меня… Эбигейл осеклась. — Договаривай, — попросил Уилл. — Быть частью этого. Я оказалась замешана. Я не должна была так жить. Кажется, что отец все ещё жив, — Эбигейл с опаской огляделась, будто ожидая увидеть его. — В каком-то роде, — Грэм не отрываясь, смотрел в лицо девушке. — Подражатель. — Я могу его поймать, — Уилл бережно взял ладони Эбигейл в свои. — Но мне нужна твоя помощь. Эбигейл согласно кивнула головой.

***

Беделия медленно вошла в комнату. Спиной к ней стоял Лектер, разглядывая открывающейся вид из окна. Услышав шаги, Ганнибал обернулся и посмотрел на неё. — Ко мне приходил агент ФБР, — сообщила доктор дю Морье. — Спрашивал о ваших отношениях с Уиллом Грэмом. — Джек Кроуфорд? — Он усомнился в ваших словах об этом пациенте настолько, что решил их проверить. — Он считает, что Эбигейл Хоббс помогала отцу, а Уилл её покрывает, — сухо произнес Лектер. — И что вы покрываете Уилла, — доктор тяжело вздохнула. — Это так? — Спрашивайте как врач? — Сейчас я беседую с вами не в качестве вашего психиатра, а как коллега, — Беделия присела на удобное голубое кресло. — Что бы вы не делали с Уиллом Грэмом, прекратите. — Ему нужна моя помощь, — Ганнибал отвернулся обратно. — Это не профессионально. — Завести друга? — Вы не можете быть другом человеку, который оторван от этого понятия, потому что сами оторваны от этого понятия. — Он, неверно, понимает, что делает его таким, каков он есть, — Ганнибал взглянул на доктора. — Я пытаюсь помочь ему осознать. — Не факт, что можете. — Не хочу говорить, что попытки помочь ему и моя преданность поставлены под угрозу, — Лектер прошел вдоль стены и обратно. — Скажите что-то иное, — посоветовала дю Морье. — Агент Кроуфорд спрашивал о нападении на меня. Лектер замер, пристально вглядываясь в лицо женщины. — Ясно. И что вы сказали? — Полуправду, — Беделия смотрела в одну точку, не отрываясь. — Что пациент проглотил язык, когда напал на меня. Я не сказала как, почему и кто в ответе за это. — Вы защитили пациента от Джека Кроуфорда, а я не могу, — усмехнулся Лектер. — Больше не можете, — тихо поправила его доктор. — Возможности даже лучших психиатров ограничены в профессиональном плане. Возможно, вам тяжело это принять. — Да, тяжело. — Есть границы, соблюдайте их, — дю Морье поднялась с кресла. Лектер развернулся. Косые солнечные лучи освещали его фигуру, создавая странное золотое свечение. — Когда давление профессиональных и личных отношений станет слишком велико, уверяю, я смогу устранить проблему.

***

Солнце пробивалось сквозь шторы, озаряя небольшие участки пола в кабинете. Положив локти на колени и глядя прямо в темные глаза Ганнибала, Уилл тихонько вздохнул. — Теперь намного лучше, — признался агент. — Мысли чище. Наверняка дело было в лихорадке. Я наконец-то начал понимать Подражателя. Ганнибал склонил голову, внимательно слушая Грэма. — Убийства, которые ты приписываешь Подражателю, — начал говорить Лектер, но Уилл раздражено фыркнул. — Есть подозреваемые. — И что? Лектер немного прищурился, оценивая на языке вопрос. — Игнорируешь этот факт? — Оба подозреваемых мертвы, — Уилл встал с кресла и направился к шкафу с книгами. — Я учитываю тот факт в портрете убийцы. Джорджия Мэдхем видела убийцу Сатклиффа, это был Подражатель. — Почему он её не убил? — Может, не было времени. Она не надежный свидетель, мог и не торопиться. — И он её подставил, — задумчиво произнес Лектер. Уилл вскинул голову, немного хмурясь, и прошел к окну. — Он хотел подставить не её. А меня. — Думаешь это личное? Лицо Уилла стало странно отстранённым, он неспешно зашагал по кабинету. — Если и не было, то теперь личное. Может это кто-то из ФБР или полиции. Он имеет доступ к расследованиям. Лектер тяжело вздохнул и перевел на агента взгляд. — Как и ты. Уилл покачал головой, приближаясь к Ганнибалу. — Я понял принцип. Восстановлю его образ мышления, найду доказательства. — Каким образом? — насторожился Лектер. — Поеду с Эбигейл в Минессоту. Начну там, где начал Подражатель со звонка Хоббсу. — Уилл, это уже паранойя. Я не позволю втягивать Эбигейл в этот бред. — Это не бред. У меня нет галлюцинаций или провалов в памяти. Я не сплю, — Уилл едва заметно качал головой. И я прав. Лектер так и остался сидеть в кресле, со скорбью наблюдая за Уиллом. Увы, агент подписал свой приговор.

***

Джек со страной иронией наблюдал за говорившим. Он устало откинулся на спинку стула, кивая в такт. Это было странное, смятенное удовлетворение от собственных верных мыслей. — Гаррет Джейкоб Хоббс купил билеты на поезд, — сообщил ему Зеллер. — Несколько? — Два, — немного протянул Прайс. — На тот же поезд, где ехала жертва, — подхватил Зеллер. — Эллис Николс? — Ещё пересечения, — Прайс порылся в бумагах. — Счета на ужин за двоих, комната в отеле, тоже на двоих и рядом с университетом. — Он ездил не один, — заключил Зеллер. — С дочерью? — Они вместе посещали университет в Миссисипи, в котором училась Николс, — подтвердил Зеллер. — Эбигейл посещала подготовительные курсы университетов жертв, — добавил твердым голосом Прайс. — За несколько дней до похищений. — Она была с ним, когда он выбирал жертв, — озвучил общую догадку Зеллер. Джек, не перебивая, слушал агентов. В его голове кружили сотни мыслей, но наконец-то картина стала проясняться. Как фреска, выстаивалась в прекрасную и яркую картинку в голове босса. — Приманка. Она помогала ему выбирать их, — Джек перевел взгляд в пространство между агентами, на кожаный диванчик, где обычно любили сидеть его специальные агенты. — Связь между Хоббсом и Подражателем может быть семейной, — напомнил ему Зеллер. — Убила Касси Бойл, чтобы впечатлить папу, Морису Шур в память о нем, а Николоса Бойла, чтобы замести следы. — А доктора Сатклиффа или Мэдхем? — припомнил слова Грэма Зеллер. — Потому что ей понравилось. Или хочет впечатлить кого-то ещё.

***

Маркхем ждала Кроуфорда у входа в клинику Эбигейл. Ей очень не понравился тон Джека, а его просьба ей показалась глупой. Начальник возник у неё за спиной, как черт из табакерки. Заслонил собой солнечный свет, лишая право на отступление. Клер удивлено посмотрела на него, догадавшись, что дело не чисто по нахмуренным бровям босса. — Ты научился искусству ниндзя? Подкрадываться незаметно? Джек усмехнулся, жестом указав в сторону клиники. — Кое-кто стоял, считая ворон. Неудивительно, что не заметила, — напряженным тоном изрек Кроуфорд. Они быстрым шагом зашли в холл. Кроуфорд не ожидал увидеть гостя, а вот Маркхем отнеслась к этому неоднозначно. Джек прошел по небольшой комнатке молча, лишь не сводил взгляд с рыжих кудрей Фредди Лаундс, которая была занята упаковыванием сумки. — Агент Кроуфорд, — поздоровалась Лаундс, изобразив вполне себе дружескую улыбку. — Мисс Лаундс. — Кого пришли арестовать? Эбигейл Хоббс или Уилла Грэма? — Грэма? — Клер вышла из своего укрытия, с удивлением глядя на Лаундс. — О, значит за Эбигейл, — догадалась журналистка по реакции агентов. — Где она? — Одна из девочек сказала, что её по-тихому увез ваш спецагент. К чему такая скрытность, если он один из её опекунов? — Фредди обратилась к Маркхем. Клер тяжело опустилась на стул, стараясь быстро подстроиться под ситуацию. Она чувствовала, что Джек наблюдает за ней, что он что-то знает. Как мангуст, охотящийся на змей, он приметил себе жертву и теперь ждет, когда сама кобра выберется из своего укрытия. Кажется, Кроуфорд попросил оставить их наедине с Лаундс. Маркхем не слышала, она лишь видела, как два агента, приехавшие с её начальником, удаляются за дверь. Джек и Лаундс сели за стол рядом с неподвижной Маркхем. — Как книга? — после затянувшейся тишины спросила пустоту Клер. — Есть противоречия. — И как вы их разрешаете? — вступил в разговор Кроуфорд. Лаундс немного развернулась к Маркхем. Собеседник в лице женщины ей импонировал больше. — Эбигейл убила Ника Бойла. Тишина. Клер непонимающе смотрела на Лаундс, пока в ее голове хохотали демоны. Щурились и кривились, называя полной дурой. Посмотрите теперь, где мы, мисс Маркхем. — С чего вы взяли? — вздохнул Джек. — Эбигейл очень умная девочка, но ещё не поняла, что есть другие умные девочки, которые уже выросли и знают все её секреты. Лаундс устремила свой взгляд на Кроуфорда. — Что скрывает Уилл Грэм? -То же, что и Клер Маркхем, — улыбнулась заговорщицки мисс Лаундс. — Что вы скрываете, Клер? Маркхем усмехнулась. Джек не может давить на неё, но вот спросить прямо… — Хоббс убила Бойла. Это все, что я знаю, — посмотрев прямо в глаза Джека, вымолвила Маркхем. — Фредди, не оставишь нас? Лаундс посмотрела на Маркхем, хмуря брови. Клер кивнула и Фредди нарочито медленно вышла из комнаты. — Ты врала мне, — тихим голосом заключил Кроуфорд. — Если ты хочешь так думать… -Да, черт побери, я так думаю! Я верил тебе, Маркхем. Доверил тебе дело и каждый раз, глядя мне в глаза, ты говорила, что не знаешь. Джек поднялся из-за стола и с разочарованием посмотрел на Клер. Девушка сидела, потупив взгляд, и не разговаривала. Что-то в душе Джека Кроуфорда будто бы умерло, засыпалось само пеплом и пылью и перестало улыбаться солнечным дням. — Как давно ты знаешь? — таким же холодным тоном продолжил Джек. — Почти сразу. Лицо Кроуфорда исказилось. Он готов был хорошенько приложить собственному агенту, да к тому же и женщине. Другу. — Господи, какая у тебя была причина? — искренне возмутился Джек. — Грэм? — Джек, послушай, — Клер встала и хотела подойти к Кроуфорду, но тот отшатнулся, как от змеи. — Я понимаю, о чем ты думаешь, но Уилл тут не при чем. Он лишь хотел помочь. Я действовала по своей инициативе. — Как же. Думаешь, я такой идиот, что поверю тебе? После этого? — Боже, Джек! Я просто не могла её подставить. Мы были похожи… — Чем? Её отец был серийным убийцей, Клер. Девочка помогала ему. — Нет, все не так… — Это ты не знаешь, как было, — Джек выставил указательный палец вперед, запечатывая рвущиеся слова. — Прайс и Зеллер нашли бумаги. Эбигейл Хоббс сопровождала отца, постоянно. Она не была невинной девочкой, она не была жертвой, как ты. Она была приманкой. И я готов поставить на кон свой значок, что ей доставляло это удовольствие. Клер тяжело задышала. Джек не врал, говорил прямо и по делу и это было видно. Голова закружилась, пришлось снова сесть, уцепившись за край стола. — Мы не знаем, куда повез её Уилл? — отстранено спросил Джек. Клер подняла на него зеленые глаза, постепенно наливающиеся отчаянием. Кажется, ее игра в «помоги или убей» обернулась чем-то очень неправильным. — Ты беспокоишься об Уилле или об Эбигейл? — Я не знаю, — честно признался Кроуфорд. — Любое развитие событий неблагоприятное ни для Грэма, ни для Эбигейл. Клер слабо закивала головой. В ее мыслях были сотни мест, в которых Уилл мог бы спрятать Хоббс. — Значит так, Маркхем, — обратился к ней Джек. — Я не расскажу о вашем вранье, но и видеть вас в своем отделе не намерен. — Джек, прошу… — Хватит, Клер. Ты была права, не стоило тебе приезжать. Даю неделю, потом могу уволить. Разбирайся с делами скорее. Джек повернулся и вышел из комнаты, громко хлопнув на прощение дверью.

***

Дверь распахнулась прямо перед лицом Лектера. Мужчина удивленно посмотрел на гостя. — Извините, доктор Лектер, но это срочно, — Кроуфорд пронесся мимо доктора в кабинет. — Что происходит между Уиллом Грэмом и Эбигейл Хоббс? — Уилла посещали некоторые иррациональные мысли, — сдержано ответил Лектер. — Он воплощал их? — Насколько я знаю, нет. Но и он не знает. Уилл страдает от провалов в памяти. — Я заметил, что иногда он сбит с толку, — раздражено проговорил Кроуфорд. — Вы заметили, как он просыпался? Не знал, где он и как туда попал? — Просыпался? -Диссоциативное расстройство. С виду он абсолютно нормален, но он ничего не помнит, — кивнул Лектер. — Даже не буду и спрашивать, знала ли об этом Маркхем. Лектер немного грустно улыбнулся. — То есть, он вообще ничего не помнит? — уточнил Джек. — Помнит другой он. — Другой он? Давно вы об этом знаете? — Он рассказал об этом недавно, — припомнил Ганнибал. — Полагаю, у вас было достаточно времени, чтобы сообщить мне. Лектер опустил взгляд на спинку кресла, где не так давно сидел сам мистер Грэм. — Я пытался определить стресс ли это или диссоциативное расстройство, — быстрее вопросов изрек доктор. — Прежде чем ставить под сомнения его душевное расстройство. Кроуфорд набрал в легкие побольше воздуха. — Он с Эбигейл Хоббс. Не знаете, куда они могли поехать? Ганнибал почти удивлено посмотрел на агента. — Нет. Тишина зависла на пару долгих секунд, когда Кроуфорд прикидывал, лжет ли ему доктор или говорит правду. — Мы выяснили, что Эбигейл замешана в преступлениях своего отца. Уилл мог защищать её? Маркхем сказала, что только она её прикрывала, но я знаю, что это не так. Лектер нахмурился. Его взгляд ощупывал комнату, но не долго. Он выдохнул, опустив глаза и обдумывая дальнейшие действия. Или делая вид, что обдумывал. Джек старался не упустить выражение лица Лектера, впиваясь пронзительным взглядом и стараясь уловить малейшие признаки беспокойства. Он их так и не увидел, Ганнибал стоял с совершено непроницаемым лицом. — Послушайте одну запись, — предложил Лектер и прошел к столу. Он достал небольшой серебристый диктофон и положил на стол, включая запись. — Что вы почувствовали, увидев Морису Шур в его хижине? — зазвучал голос Лектера из динамика. -Вину. -Потому что не могли спасти? -Казалось, что я её убил. Лектер выключил запись. Джек сразу же узнал на пленке голос Уилла. — Где во время её убийства был Уилл? — Кроуфорд поднял взгляд на Лектера. — Должен был быть в номере отеля. Я стучал в дверь, он не ответил, — Ганнибал взгляд глаза на стол, не встречаясь глазами с Кроуфордом, но все равно, наблюдая за ним. — Мы знаем, что во время убийства Сатклиффа Уилл был в его кабинете. И он последний навещал Джорджию Мэдхем. Ганнибал тяжело опустился в свое кресло. Джек так не сводил с доктора взгляда. — У него диссоциативное расстройство личности, — продолжил Кроуфорд. — Кто вторая личность? — Он говорил, что очень близко подошел к Гаррету Джейкобу Хоббсу. Что становится им, — тихо проговорил Лектер. — Теперь у него дочь Хоббса. Взгляд Лектера устремился в пространство. Он не моргал, казалось, что все краски сошли с его лица. — Теперь у него дочь Хоббса, — Лектер прикрыл глаза, услышав сдавленный вздох Кроуфорда. — Простите, Джек. Джек покачал головой и молча вышел из кабинета. Лектер проводил его спокойным сухим взглядом. Все по плану.

***

Эбигейл вышла из машины, поежившись от холодного ветра и неприятных воспоминаний. Послышалось карканье ворона, отчего девушке совсем стало не по себе, и она судорожно вдохнула побольше воздуха. В глазах снова начал плескаться тот панический неправильный страх и Эбигейл взглянула на Уилла. В самолете у них произошел весьма трогательный разговор, заставивший Грэма задуматься о возвращении домой. Они вошли в хижину. Оленьи рога никто не стал снимать, оставив их в качестве напоминания о маньяке-людоеде. Эбигейл огляделась по сторонам. Остались даже те рога, на которых нашли её подругу. Кровь засохла на кончиках, окрашивая в неправильный черный цвет. — Подражатель хорошо знал твоего отца, раз нашел это место, — позади Эбигейл, в шаге от неё, стоял Уилл. — Вы чувствовали, что знаете его, — напомнила ему девушка. Едва уловимый кивок головой со стороны Уилла. Он молчал, сохраняя крупицы хладнокровия. — Я хотел его понять. Чувствовал, что должен. Эбигейл, до этого стоявшая спиной к Уиллу, развернулась. — Вы охотитесь? — Рыбачу. — Это одно и тоже. Выслеживать добычу или приманивать. Грэм замер на месте. В голову начали лезть догадки, от чего Грэм буквально остолбенел. Он медленно повернулся к Эбигейл. — Ты рыбак или охотник? — Отец учил охотиться… — Я спросил не об этом, — отмахнулся Уилл. Он ближе подошел к Хоббс, заглядывая в её большие перепуганные глаза. — Девушки, которых убил твой отец… ты рыбачила или охотилась на них? Эбигейл попятилась назад. Что-то безумное промелькнуло в глазах Уилла, заставившее испугаться его. — Я была наживкой, — шепотом проговорила Эбигейл. — Ганнибал рассказал? — Он не рассказывал, — покачал головой Уилл. — Он сказал, что вы никому не расскажете, — со слезами на глазах проговорила Эбигейл. Уилл судорожно вдыхал воздух. В его глазах зажегся огонек безумия, его вторая личность мечтала вырваться наружу. Грэм перестал себя контролировать. Одним быстрым и плавным движением Уилл схватил Эбигейл за плечи и надел на рога. Девушка удивлено посмотрела на него, не ожидая, издав лишь тихий удивленный возглас. Уилл хорошо видел глаза, наполненные её болью и удивлением.

***

— С вами не все в порядке? — раздался голос Эбигейл откуда-то слева. Уилл открыл глаза, осматриваясь по сторонам. Очередная галлюцинация как всегда не вовремя посетила его. — Вы все ещё больны, — Грэм посмотрел на испуганную девушку. Она стояла почти на лестнице, недоверчиво глядя на него. — Джек Кроуфорд был прав, — быстро проговорил Грэм. — Он знал. Ты убила Ника Бойла. И помогала отцу убивать девушек. — Я не помогала ему убивать… — Ты их заманивала, — Уилл весь дрожал, прежние симптомы вернулись с новой силой. Говорить ему было трудно, он еле стоял на ногах, но продолжал вглядываться в такое детское и невинное лицо Эбигейл. — Скольких ещё ты убила? — Думаете, я Подражатель? — воскликнула Эбигейл. — Думаете, я убила Морису?! — Если не ты, Эбигейл, то тот, кого ты знаешь. Хоббс с ненавистью посмотрела на Грэма. Только сейчас он заметил, что цвет глаз у них с отцом одинаковый. — А о себе вы не думали? Видели Морису, знали об этом месте, — от истеричного голоса Эбигейл Грэму стало ещё хуже. Он провел рукой по волосам и лицу, в надежде успокоить нервы. — С вами что-то не так! Грэм зажал голову между ладонями. В глазах заплясали красные полосы, мир постепенно начал раскалываться, а он терять ориентацию. Ужасный непрекращающийся шум звенел в ушах, будто рой разъяренных пчел решил его убить. Уилл тяжело дышал, не слыша собственного дыхания. В его ушах так и застряли последние слова мисс Хоббс.

***

— Сэр, покиньте салон, мы готовимся принять пассажиров, — улыбнулась стюардесса. Уилл медленно открыл глаза, озираясь по сторонам. Он понял, что сидит в самолете, что звук разъяренных пчел, это все лишь пылесос. И что он в салоне один. — Простите, где мы? Стюардесса беспокойно посмотрела на него. В её глазах явно читалось, что пассажир не в себе. — Аэропорт Даллэса, Виргиния. — Со мной не было девушки? — немного испугано спросил Уилл. — Все пассажиры покинули самолет.

***

Эбигейл быстро шла по снегу. Её ноги то и дело утопали в снегу, заставляя оставаться сосредоточенной на своих движениях. Ключ от её дома, как и всегда, был спрятан в щели над дверью. Эбигейл без труда открыла ее и прошла внутрь. Полумрак, стоявший в доме, был редким гостем, когда мама и папа были живы. Девушка с каким-то трепетным страхом оглядела родные стены. Она закрыла за собою дверь и медленно прошла вдоль коридора. Она была у входа в кухню, когда услышала знакомый голос. — Эбигейл, — Ганнибал тихо позвал Хоббс. Она облегчено вздохнула и кинулась обнимать его. — Что вы здесь делаете? — сквозь слезы спросила Эбигейл. — Переживал за тебя. Уилл сказал, что увезет тебя в Минессоту, а я был против, — Лектер успокаивающе погладил Эбигейл по голове. — Где он? — Я бросила его в хижине, — призналась Хоббс. — Я решила, что с ним слишком опасно и ушла, — Эбигейл подняла голову, встречаясь с темными глазами доктора. — Он все знает. — Как Джек Кроуфорд и Кларисса Маркхем. От испуга глаза Эбигейл расширились. Она судорожно вдохнула воздух через рот, стараясь совладать со слезами. — Если сбежать, меня поймают, — в отчаянии произнесла Эбигейл. — Вам меня не защитить. — Арестуют, как только найдут, — кивнул с подтверждении Лектер. — Уилла тоже. Эбигейл с надеждой посмотрела в глаза Ганнибала. Она не заметила ни интереса, который был направлен исключительно в сторону Грэма, ни холода. — Он убил Морису? -Они так решат. А так же, что он убил остальных. Эбигейл нахмурилась и немного отошла от Лектера. Сглотнув подступающие слезы, она быстро проговорила: — Уилл сказал, что тот, кто звонил папе тем утром, серийный убийца, — Эбигейл подняла взгляд на гостя. — Зачем вы звонили? — Предупредить твоего отца, что за ним едут агенты ФБР. — Зачем? — она больше не скрывала свой страх вперемешку со слезами. — Мне было любопытно, — честно признался Лектер. — И когда убивал Морису тоже. Было интересно, что сделаешь ты. — Вы хотели, чтобы я убила Ника, — лицо Эбигейл озаряла все новая и новая догадка. — Надеялся на это, хотел знать, похожа ли ты на отца. Эбигейл с ужасом и непониманием смотрела на человека, которому полностью доверяла несколько минут назад. Она еле слышно прошептала «Боже», словно Бог ей бы сейчас помог. — Николос Бойл ценен тем, что ты его выпотрошила, — все тем же холодным тоном продолжал говорить Лектер. — Он изменил тебя. Это важнее жизни его сестры. Эбигейл тяжело дышала, словно пробежала марафон, а в глазах по-прежнему стоял ужас. Нет, не страх, ужас перед этим человеком. Она открыла и закрыла рот, обдумывая следующие слова. — Сколько человек вы убили? Лектер подошел к ней и бережно взял за руку. Крохи тепла от руки обожгли Хоббс, но она застыла, завороженная настоящим монстром. — Намного больше чем твой отец. — И меня убьете? — Эбигейл выдохнула. Она поняла это по странному и сочувствующему взгляду Ганнибала. Он бережно смахнул застывшую слезинку на её щеке. — Мне жаль, Эбигейл, — искренне произнес Лектер. — Мне жаль, что я не смог тебя уберечь.