...и в прах вернетесь

Проснувшись, он первым делом ощупал койку. Один. Ему снился чудесный сон, который вполне мог стать реальностью, но так и не стал. Венцль так и не посмел поцеловать Т’Лейю во второй раз. Комиссар продрал глаза и посмотрел на часы. Без четверти пять. Нормально. Он спустил ноги и выпрямился. Удивительно, но после пяти саларианских коктейлей практически не было похмелья. Так, чуть кружилась голова, да веки слипались, но это можно было списать и на ранний подъем. Да и кому какое дело до страданий желчного полицейского? Приведя себя в порядок, Венцль перекинул данные Гарала на смежный терминал. Предстояла долгая, нудная и кропотливая работа, причем управиться с ней желательно до того момента, как примчится Ансарус. Сэм явился ровно в пять. Похвалив помощника, Венцль сходу дал ему задание отыскать все подозрительные фамилии в общем списке Гарала, а сам сел за тех, кто находился в Вене десять лет назад, а теперь милостью случая очутился на Цитадели. Таковых нашлось целых семь человек. Немного на первый взгляд, но вполне достаточно, чтобы набегаться с визитами и поломать голову над возможными связями с делом Венского изверга. Прежде всего, предстояло наметить, в каком порядке посещать людей из списка. Номер первый отыскался сразу. Отец Николай, Храм Иуды Фаддея, жилые сектора Цитадели, сектор 4. Именно священник навел Венцля на след убийцы в Вене. Почему бы истории не повториться и здесь? Забив координаты отца Николая в адресную карту мультиинструмента, детектив продолжил изучение списка. Три следующих имени он отложил на потом: они ровным счетом ничего ему не сказали. Габриэль де Виль, старший контролер таможенной службы, портовый док 443. Эсме де Виль, старший контролер таможенной службы, портовый док 444. Цзянь Чжаулень, разнорабочий, жилые сектора Цитадели, сектор 1, Восточная авеню, 560, 667. А вот дальше пошло интереснее: Урднот Трерр, наемник, группировка «Кровавая стая», месторасположение неизвестно. Внимание, опасен! Находится в розыске. Ассоциируемая сумма вознаграждения – 2500-5000 кредитов. - Сэм, ты не припомнишь ли, видел ли хоть раз в Вене живого крогана? - Однозначно нет, сэр, - помощник посмотрел на комиссара словно на безумного. – Доступ на Землю для кроганов закрыт, разве не так? - Так-то оно так, однако границы не на замке. Некто Урднот Трерр значится в моем листе жителей Вены десятилетней давности. - Десять лет назад я жил в Лондоне, - сказал Сэм. - Да знаю я. Просто странно. Надо бы навести справки об этом Трерре напрямую у шефа. Сделаешь? - Сегодня напишу официальный запрос. Не знаю, правда, который в Вене час и сколько они будут обрабатывать данные. - Это уже не твои заботы. Пиши письмо. Сэм бодро забарабанил пальцами по кнопкам, а Венцль вновь уткнулся в монитор. Дейтон ван Врис, художник, жилые сектора Цитадели, сектор 2, Тессианское авеню, 12, 245. Офелия ван Врис, без указания занятости, жилые сектора Цитадели, сектор 2, Тессианское авеню, 12, 245. Венцль постучал указательным пальцем по столу. Художников, конечно, не мешало бы проверить. Нельсон обожал искусство. В его квартире обнаружилось несколько замечательных образцов живописи XXI века. Вряд ли он откажет себе в удовольствии украсить жилище работами земных художников... Или уже все не так? Люди меняются, особенно если они законченные психи. Такие, как Нельсон. - Отправлено, комиссар, - Сэм хрустнул костяшками и повернулся к Венцлю. - Отлично. Что интересного в файлах? - Ни одного знакомого имени, кроме всяких публичных людей. Адмирал Андерсон, например. Вряд ли у него было время летать в Вену и резать ни в чем не повинных граждан, - помощник мрачно усмехнулся. - Все равно продолжай изучать. Авось, что-то да всплывет. Сэм кивнул и углубился в пучину имен и адресов, а Венцль занес в мультиинструмент данные по ван Врисам, поставил терминал в режим ожидания и покинул кабинет. Два часа он посвятил физическим упражнениям. Со дня последнего посещения спортзала прошло уже больше трех недель, так что к исходу второго часа Венцль взмок и вымотался до ломоты в мышцах. Завтра это будет болеть, подумал он, ну да и пусть. Он принял быстрый горячий душ, затем полминуты постоял под ледяными струями, оделся и направился в тир. Демонстрировать всем желающим свой «Глок» комиссар не собирался. Он ограничился стрельбой по движущимся отдаленным мишеням из снайперской винтовки класса «Богомол». К непривычному оружию Венцль приноровился очень быстро и уже через полчаса привлек к себе всеобщее внимание. Фигурки воображаемых противников загорались красным один за другим, и вокруг комиссара столпились любопытствующие оперативники «Си-Сек». - Где вы научились так стрелять? – спросил какой-то саларианин с нашивками стажера, когда Венцль отложил винтовку в сторону. - Венская полицейская академия, - сообщил комиссар, откидывая со лба мокрые от пота волосы. - Это на какой планете? Венцль усмехнулся и покачал головой. - Слишком далеко отсюда, сынок. Озадаченный саларианин отошел в сторону, а комиссар с некоторой долей сожаления сдал «Богомол» дежурному офицеру и вернулся в свою комнатенку. Сэм по-прежнему сидел за столом, но помимо него в кабинете находился младший инспектор Гарал. Турианин пребывал в отличном расположении духа. Увидев вошедшего Венцля, он буквально расцвел. Щечные пластины разошлись в широкой улыбке. - Какого дьявола вам нужно, Гарал? - Поласковей, комиссар, - ответил турианин. – На этот раз я с добрыми вестями. Весть первая. Ансарус отстранен. Теперь он только помогает вести расследование. Занимается черновой работой, если говорить начистоту. - Рад слышать. Еще что? - Прибыли результаты допроса мальчишки Конрада. Венцлю не понравилось пренебрежение, прозвучавшее в голосе Гарала, когда тот заговорил об осиротевшем ребенке, но он предпочел сдержаться. - И? - К Конраду частенько заходил один человек. Художник. - Дай-ка угадаю. Дейтон ван Врис? - В точку, - Гарал ударил кулаком по ладони. – Едем к нему? - Можно попробовать. - Попробовать? Да вот же он, наш убийца! - Это не он, - покачал головой Венцль. - Как не он? - Да вот так. Нельсон не умеет рисовать. На Земле он собирал картины, примерно как покойный Конрад, но самостоятельно не мог создать ничего стоящего. - Он мог научиться. - Не мог. Здесь нужен талант, а у Нельсона его нет. Он занимается несколько другими художествами, как вы могли заметить, младший исполнитель. Инсталляциями из плоти и кости. Турианин замялся. - Но ведь это не значит… - Это не значит, что мы не навестим ван Вриса. Просто сперва мы заедем еще в одно место. В церковь. Собирайся, Сэм! - Сию минуту, - обрадовался помощник. – А я-то и не надеялся уже. - Сегодня ты будешь крайне полезен. Ты же в курсе всех этих заморочек с религией? - Более-менее разбираюсь. - Значит, будешь поддерживать беседу. Мы едем к некоему отцу Николаю. *** «Дщери Иерусалимские! Черна я, но красива, как шатры Кидарские, как завесы Соломоновы. Не смотрите на меня, что я смугла, ибо солнце опалило меня…» Я смотрю на нее сквозь стекло витрины. Она действительно великолепна. Словно обсидиановая статуя, она стоит среди толпы, возвышаясь даже над мужчинами. Я слежу за движением ее рук, перебирающих шелк платьев и комбинезонов. Изящна. Боже, как она изящна! Неужели у Соломона был хоть один шанс устоять? Не думаю. Моя царица Савская снимает с вешалки ослепительно-белое платье и идет в примерочную. Я издаю вздох разочарования. Я хочу обладать ею, хочу познать ее тело, слиться с ней на супружеском ложе, но знаю, что этому не бывать никогда. Красота намечена в жертву, и не мне спорить с Тем, кому предназначается сей щедрый дар. Я всего лишь исполнитель, и жар моих чресел – ничто в сравнении с Его огненной любовью. Я растворяюсь в вечно спешащей толпе. До встречи, царица, скоро я приду за тобой.