...и в прах вернетесь

Когда доктор Бисс достал тело Виктории Ндонгу из холодильника и сбросил белоснежное покрывало, Венцля посетила мысль, что его обманули. Несчастное обнаженное существо, искромсанное местами чуть ли не в фарш, с растерзанными ногами, перечеркнутой глубоким порезом шеей и чудовищной гримасой, застывшей на лице, и близко не походило на красивую и гордую женщину, которую комиссар видел в квартире Ндонгу. Но наваждение быстро прошло, а уверенность в том, что убийство совершил третий маньяк, никуда не делась, а только усилилась. В принципе, делать здесь было больше нечего, но Венцль для виду подробнее осмотрел труп, почесал подбородок, постоял с закрытыми глазами. Он знал, что дальнейшее исследование бесперспективно. Несмотря на явную неопытность в делах кровавых, убийца ухитрился не оставить ни единой зацепки. Оставалось только терпеть. Чутье подсказывало комиссару, что правда вскоре всплывет на поверхность. Он еще раз осмотрел свою команду. Сэма откровенно мутило, что вселило в Венцля надежду о непричастности помощника к злодеянию. Т’Лейа смотрела на Викторию Ндонгу с бесстрастным выражением лица. Разобраться в чувствах Ансаруса и Гарала было и подавно невозможно. Они стояли, точно каменные истуканы, и взирали на убитую, словно хищные птицы на падаль. Комиссар попросил Бисса вернуть бренное тело Виктории во временное пристанище и вышел прочь из лаборатории. Коллеги последовали за ним. Венцль уже открыл рот, чтобы распустить команду, как вдруг ожило переговорное устройство Т’Лейи. Азари на пару минут отошла в сторону, а когда вернулась, смогла выговорить лишь одно: «Отец Николай сбежал». - Чтоб его! – выругался Сэм. - Не его, - проговорил Венцль. – Ему помогли. Я прав? - У его камеры найдены остатки взрывного устройства, - подтвердила Т’Лейа. - Куда ты определил Николая, Ансарус? - Это не я. Я передал его Гаралу, - замахал руками младший исполнитель. – Он сказал мне, что отправит его в карцер. - В какой карцер? – спросил Венцль, поворачиваясь к Гаралу. - Двадцать три. - К двум охранникам и пустым камерам? – взвилась азари. – Что за непростительная ошибка! И тут Венцля осенило. - Это не ошибка. В тот же момент Гарал выхватил пистолет. Лязгнул выдвижной ствол, и первый выстрел навылет пробил шею Ансаруса. Младший исполнитель крутанулся на месте и грянулся навзничь, а Гарал перескочил через него и бросился прочь по коридору, на ходу продолжая палить наугад. Венцль прыгнул на Т’Лейю, увлекая ее на пол. Рядом с ними свалился, хватаясь за простреленное бедро, Сэм. Понимая, что теряет драгоценное время, Венцль вскочил на ноги. Гарал уже успел скрыться за углом, зато из лаборатории высунулась голова доктора Бисса. - Бисс, Дасс, оставайтесь с ранеными, - приказал комиссар, и побежал. Он несся мимо перепуганных врачей и медсестер, опрокидывая каталки с инструментами. Сердце бухало где-то в районе горла, во рту пересохло и, казалось, что остановилось само время. Остались только спина Гарала, маячившая где-то вдали, тяжесть верного «Глока» и мучительный азарт гончего пса, преследующего лисицу. Венцль настиг турианина у скоростного лифта. Не дав створкам закрыться и спасти Гарала, комиссар врезался в противника и повалил его на пол. Пистолет убийцы несколько раз громыхнул, но пули прошли мимо. Одна из них вдребезги разнесла панель управления. Двери моментально сошлись, и Венцль остался один на один с Гаралом. Турианин оказался силен. Даже то, что Венцлю удалось увлечь его на пол, было огромной удачей. Двумя ударами кулака в живот Гарал выбил из противника воздух, затем легко, словно котенка, сбросил с себя и одним прыжком поднялся на ноги. Задыхающийся Венцль вскинул руку с пистолетом, но Гарал пинком выбил оружие. Рука повисла плетью: удар турианина определенно сломал несколько косточек кисти. Резкая боль заставила комиссара отдернуть руку и съежиться в углу. Гарал оскалился, не спеша прицелился Венцлю в голову и спустил курок. Выстрела не последовало. - Проклятье, - Гарал отбросил перегревшийся ствол и нагнулся за «Глоком», но в этот момент двери лифта начали открываться. - Сдавайся! – рявкнул кто-то. - Это «Си-Сек»! Гарал, сложи оружие! - Никогда! – выкрикнул турианин. Он подпрыгнул, вышиб решетку и ловко, словно обезьяна, подтянулся и исчез в шахте лифта. - Дьявол! Черт! Черт! – зашипел Венцль. Теперь он просто не имел права дать убийце уйти. Подобрав «Глок», он сунул его за пояс и, не обращая внимания на предостерегающие крики оперативников, полез следом за Гаралом. Правую руку до самого локтя сводило чудовищной болью, и первая попытка комиссара провалилась: он позорно плюхнулся на пол и стиснул зубы, чтобы из глаз не полились слезы. Но сдаваться Венцль не собирался. Он поднялся и снова полез наверх. На этот раз чьи-то сильные руки подсадили его, и комиссар очутился в темной стальной трубе. Метрах в десяти над ним по тросу карабкался Гарал. Двужильный турианин словно и не ведал усталости. Но насколько бы вынослив он не был, пулю не обогнать. - Спускайся, Гарал! – заорал Венцль. – Твоя песенка спета! - Не думаю! – откликнулся Гарал. Рядом с комиссаром что-то звякнуло. Он опустил взгляд: граната. Черт! Венцль спихнул ее в отверстие между стенкой лифта и стеной, но было уже поздно. Взрыв прогремел совсем близко. Кабину дернуло вбок, угрожающе заскрипели тросы, а комиссар потерял равновесие и крепко приложился затылком. Он лежал на спине и мог только смотреть, как Гарал уходит от него. До сервисного этажа и свободы турианину оставались считанные метры, а прицелиться со сломанной руки, валяясь на раскачивающемся лифте и пытаясь прийти в себя после болезненного удара головой, не смог бы, наверное, и сам коммандер Шепард. Оставался только один выход, который Венцль подсмотрел в одном из кинобоевиков далекого прошлого. Он свесил голову в лифт: - Всем выйти из кабины! Отойдите! Оперативники повиновались, и на секунду Венцлем овладела гордость. Да он практически стал знаменитостью! К нему прислушиваются инопланетяне! Неплохо для столь короткого временного отрезка, Йозеф, совсем неплохо. Комиссар взвел «Глок», ухватился левой рукой за один из тросов и двумя выстрелами перебил второй. Лифт со скрежетом полетел в черную пропасть, а высвобожденный противовес потянул Венцля наверх. Рывок был настолько стремителен, что комиссар едва не выронил оружие. Пять невыносимо долгих секунд он летел вверх, затем выпустил трос и успел зацепиться за самый край вентиляционного отверстия, в котором несколько секунд назад исчез Гарал. «Глок» покатился вдоль по трубе. Вздумай турианин задержаться или вернуться – и у него появится превосходный шанс расправиться с Венцлем. Но, с облегчением понял Венцль, убийца уже твердо вознамерился спастись бегством. Повиснув над бездной, комиссар кое-как подтянулся. На этот раз про сломанную кисть он просто обязан был забыть. Сорвавшись вниз, Венцль неминуемо разбился бы, поэтому, скрежеща зубами и воя от боли, он упрямо лез наверх, и когда, наконец, смертельная опасность миновала, он позволил себе тридцатисекундную передышку. По лицу стекал пот, руки и ноги дрожали, из глаз капали горькие злые слезы. Ну и жалкое зрелище, должно быть! А впереди еще схватка с Гаралом. Ну же, Йозеф, соберись! Соберись, черт бы тебя побрал! Он подобрал пистолет и, пошатываясь, поплелся вслед за преступником. К счастью, никаких ответвлений у трубы не было, так что Венцль твердо знал, что идет по правильному пути. Оставалось надеяться, что силы Гарала тоже небезграничны. Завибрировал мультиинструмент, но Венцль сбросил вызов. Перед его глазами уже пылал неоновый свет в конце тоннеля: вентиляционная шахта обрывалась. Комиссар подошел ближе и взглянул сверху вниз на оживленную улицу, полную летунов и прохожих. И те, и другие размером не превышали насекомых. Венцль стоял на высоте сотни в полторы метров. Рядом обнаружилась лестница. Комиссар полез на крышу. Мультиинструмент вновь затрясся, внизу завизжали сирены «си-сековских» аэромобилей. Что ж, по крайней мере, он не один. - Йозеф, ты слышишь меня? - На связи, Дасс. - Он на крыше. Оттуда не уйти. Прошу тебя, если ты поблизости – не рискуй. Подмога уже в пути. - Не могу обещать, - вздохнул Венцль, отключая Т’Лейю. Он уже и в самом деле не мог остановиться. Цель была слишком близка. Он перекинул ногу через край плоской крыши. И спустя секунду на ребра обрушился удар такой силы, что они хрустнули. Затем Гарал схватил Венцля за воротник и ремень и отшвырнул в сторону. Он мог бы убить меня. Еще один удар. Живот превращается в сплошной сгусток боли. Еще один! Голова впечатывается в камень. Кажется, из носа хлещет кровь. Черт! Еще удар! Пальцы бессильно разжимаются. Где мой «Глок»? Сирены уже совсем рядом. Слышно специфическое шипение спешащих летунов. Они уже рядом. Гарал рывком поднял Венцля на ноги. К виску прижался ствол «Глока». Я стал заложником? Смешная мысль. Комиссар попробовал сопротивляться, но турианин лишь сильнее скрутил его. - Дайте мне уйти, и никто не пострадает! – крикнул Гарал. - Ставить условия не в твоих интересах, - прогремел громкоговоритель. - Тогда я убью человека. Вам нужен дипломатический скандал? - Переживем. Брось оружие. Ты же был одним из нас. Мы найдем способы помочь тебе. - Я и есть один из вас! – вдруг завизжал Гарал. – Как вы не понимаете, что я стоял на пороге раскрытия главной тайны десятилетия! Я знаю все о налете на турианский патруль на Новерии! Он пытал Викторию Ндонгу, пытаясь узнать о последней операции Трерра. Венцль захрипел, пытаясь вставить слово, но Гарал сжал ему горло. - Вы отпустите меня! - Нет, Гарал, - проговорил штурмовик. – Нам приказано стрелять на поражение. - Вы не знаете, что творите! Неужели теперь, когда остался последний шаг… Он не договорил. Первая пуля высекла искру у самой ступни турианина. - Это последнее предупреждение, Гарал! - Что ж, так тому и быть. У самого уха Венцля раздался знакомый, почти родной щелчок. В ту же секунду он из последних сил рванулся, но не прочь от Гарала, а напротив, к нему. Турианин на миг замешкался, и комиссар сумел вцепиться в пистолет. Левая рука Гарала нанесла очередной удар по ребрам, заставляя Венцля завопить и согнуться пополам. Вот только на этот раз «Глок» он не отпустил. Убийца и полицейский продолжали бороться. Ноги Венцля окончательно ослабли, и он опустился на колени, увлекая за собой Гарала. Комиссар уже не чувствовал ни боли, ни ломоты в перенатруженных мышцах; остались только злость и жгучее, невыносимое желание разорвать врага в клочья голыми руками. Послышался сухой щелчок снайперской винтовки, хватка Гарала сделалась слабее. Венцль из последних сил рванул «Глок» на себя, и пальцы турианина разжались. Преступник отшатнулся от комиссара, его плечо окрасилось кровью. - Пощади, - прошептал Гарал. - Так же, как ты пощадил Нельсона Мартинеса? - Ты догадался, - турианин ощерил пасть в улыбке. – Ты знаешь. - Я понял все. Как легко стать героем, прикончив двух маньяков. Причем сперва позволив одному из них бежать. Ты умеешь набивать себе цену. - Я и не скрывал, что ищу славы. - Да, но слава, добытая преступным путем, это не то, чем лично я бы стал гордиться. Есть правила, которые нельзя игнорировать, младший исполнитель, если хочешь стать по-настоящему хорошим полицейским. - А я буду гордиться. Средства неважны. Важна цель. Ты знаешь, что я… - Знаю. Ты издевался над беззащитной женщиной, которая все равно не знает, где материалы, отвоеванные у туриан Урднотом Трерром. - Но я был близок. Мне осталось только… - Ты не вернешь их. И не отмоешь свое имя, Гарал. Теперь ты по ту сторону закона. Жаль. Такая карьера вырисовывалась. Гарал пополз прочь от комиссара. С двух сторон к нему уже приближались штурмовики «Си-Сек». - У тебя все еще есть выбор, - сказал Венцль. - Ты предлагаешь мне убить себя? - Можешь понимать, как хочешь. В глазах турианина мелькнуло нечто похожее на благодарность, он кивнул, издал леденящий душу крик и ринулся прямо на Венцля. Комиссар вскинул левую руку. Щелк! Выстрел приподнял Гарала над землей. Пуля проделала во лбу убийцы аккуратное отверстие, а его затылок разлетелся вдребезги, брызнули кость и мозг, и к тому моменту, как турианин упал к ногам подоспевшего штурмовика, он был уже мертв. Почти не мучился. В отличие от Виктории Ндонгу. - Вот теперь точно все, - прохрипел Венцль. – Ловите отца Николая сами. И отключился.