Пока ты учил меня улыбаться.

Слышу только шум дождя. Все тело ноет, не позволяя забыть о вчерашнем дне. Я высунул голову из одеяла и посмотрел на не полностью занавешенное окно. Сквозь окна в комнату проходил холодный сероватый свет. Я протер кулаками глаза, чтобы видеть четче. Куча крохотных капель покрывает стекло, при этом постепенно сползая. Я уже понял, что проспал, но для пущей уверенности хотел взглянуть на часы. Пол - десятого. Я вытянул руки, чтобы поднять сползшее на пол одеяло, и обнаружил на своей руке кучу синяков сливового цвета. Мышцы болят,рука стала тяжелой. Я провел по синякам кончиками пальцев, почувствовав небольшую и немного приятную боль. Подняв край одеяла я снова лег на кровать, продолжая разглядывать руки. Тут настолько тихо, спокойно. Довольно непривычное для меня утро, я привык встречать его в шумных стенах школы. Тут настолько тихо, что я стараюсь бесшумно дышать, чтобы не нарушить этот покой. Сейчас я не чувствую одиночества. Может потому, что я не чувствую себя? Кажется, что как только я остаюсь наедине с собой – я перестаю существовать. Существовать для всех окружающих. В моем сознании вспыхивают бесконечные школьные коридоры, толпы учеников, которые проходят, толкая меня и при этом даже не замечая этого столкновения. Я вижу себя, то, как все мое тело и сознание всем своим внешним и внутренним кричит о помощи. И все это безразличие вокруг... Или нет? Я вспоминаю руку, протянутую мне парнем с черной челкой. То, как он спросил, могу ли я идти. Ему не все равно? Или это было просто дело случая? В моей голове твориться хаос. Какая-то часть меня загорается синим пламенем, вопит о том, что у меня есть шанс. Шанс стать другим. Поменяться для себя и для окружающих. Только потому, что кому-то не все равно? - спросите вы. Да. Для вас это просто снежинка в сугробе. Каждый день с вами здороваются и прощаются, случайно наступают на ноги и извиняются, спрашивают и отвечают. Каждый день. А меня игнорируют. Игнорируют так, что я порой сам начинаю сомневаться в собственном существовании. Как будто это просто страшный сон. Вы бы знали, как бы я хотел проснуться. Одно дело, если ты сам по себе, и чужое дерьмо с чужими проблемами на тебя никак не влияет. Но как никак, я все таки в обществе. Этакая невидимка. И то, что валиться на остальных, валиться и на меня. Еще и с приправой в качестве издевок и унижений. В качестве козла отпущения для окружающих я очень даже существую. "У тебя проблемы? Так иди отпинай этого, как его там, Джерарда кажется". И это невыносимо трудно- разгребать все самому. Все кончается тем, что я начинаю биться в истерике, вызванной кучей аффектов, не имеющих выхода из моего сознания. Это что-то вроде быть эмоционально выебанным. Причем жестко. У других для всякого такого дела есть друзья или хотя бы собеседники, которые могут выслушать и выдавить из себя скупое «мне жаль» и «все наладиться». А все мои утешения самого себя заканчиваются слезами и разбитой об стену макушкой. Я, кажется, говорил, что утешать совершенно не умею. Моя кровать сейчас была похожа на большое гнездо: все подушки подмяты, а одеяла похожи на сугробы. Зато в такой обстановке я чувствую себя комфортно. В комнате было довольно прохладно, поэтому я закутался в одеяло и прижался к стене. Люблю, когда в комнате именно прохладно. Осознание того, что за пределами одеяла холод, придает уюта. И тепла. Или же греет что-то другое. Что-то появилось такое, совершенно новое, чего я раньше не испытывал. Искра среди моих душевных страданий. Она светиться и горит. Что это? Как будто указывает на что-то светлое. Кажется, я понимаю, хотя чувствую это в первый раз. Чувствую надежду. Или я в очередной раз обманываю сам себя?.. Напридумывал тут. Дождь все не прекращался. Да и не особо хотелось, чтобы он кончился. Он уже успел стать какой-то неотъемлемой частью моей жизни. Я очень быстро привыкаю к вещам. Дождь не вгоняет меня в депрессию, или вроде того, скорее наоборот. Благодаря ему я чувствую хоть какую-то жизнь вокруг себя. Когда на улице спокойно и безветренно, такое ощущение, как будто мир замер. Я снова взглянул на свои лиловые синяки. Повертев рукой так, что бы посмотреть, как выглядят гематомы при определенном освещении, я понял, что они довольно-таки красивые: лилового оттенка, местами более синеватые или розоватые, и хорошо сочетаются с бледно- кремовым цветом кожи. Кожа кремовая, синяки фиолетовые, небо серо - голубое, трава зеленая, мои волосы черные, дождь прозрачный. У природы идеальный вкус, кроме шуток. Ни один художник не смог бы придумать подобную совокупность форм, текстур и цветов, даже обладатель самого изощренного воображения. Хотя, порой мне кажется, что все, что встречается мне каждый день - плод моего воображения. Точнее, не совсем все. Я попробую объяснить. Я иду по улице, навстречу мне идет множество спешащих куда- то людей, которые проносятся мимо, как тени. Их лица, которые отпечатываются в моей памяти в ту же секунду, когда мой взгляд падает на того или иного, исчезают, как отпечаток руки на запотевшем стекле- пара мгновений, и стекло снова мутное. Кто, кто они, эти люди? Порой я задумываюсь - вот он идет по улице, его ботинки, очевидно, ненароком наступившие в лужу, оставляют следы на сером асфальте. Должно быть, у него есть имя. Нет- нет, у него точно должно быть имя! У него, как и у всех, есть мама и папа, он ходит в парикмахерскую и читает утреннюю газету . Мне становиться интересно узнать его историю. Но проходит секунда, и он проносится мимо. Кто это был? В любом случае, он есть. А может и нет. Может, это моя мимолетная мысль, иллюзия. Я не должен верить в его существование. Я верю в своих одноклассников, в родителей... Да, хоть я и не лучшего мнения о них, но тот факт, что они действительно существуют, я отрицать не могу. Но кто он? Может, я его придумал? Или это он придумал меня?