Du bist mein Leben

POV Артема Владимировича Саша… Как же я люблю это имя. Этот прекрасный мальчик. Я заприметил его сразу, как только начал работать в их классе. Бедняга, сколько же он натерпелся издевательств со стороны своих одноклассников. Эти паршивцы видят, чувствуют насколько он умнее и красивее, чем они. Особенно этот выродок Паша. Мерзкий болван. Я ничего не могу сделать. Сейчас маленькие террористы по полной программе пользуются тем, что учителям не позволено даже кричать на них. Я миллион раз разговаривал с директором по поводу отношения к Саше, но эта старая клуша настаивает на том, что Саша сам провоцирует этих придурков. Господи, что же я наделал? Бедный мальчик. Я так поторопился. Я не мог больше сдерживать себя. Я безумно хочу, чтобы Саша принадлежал только мне. Теперь по моей вине он напуган. Он убежал из моего дома, словно я хотел изнасиловать его. Я лишь хотел подарить ему минуты удовольствия, хотел стать его любовником, хотел исполнить его мечты, о которых он писал в своих сочинениях. А получилась попытка изнасилования и совращения… Я придурок. Больше он не захочет видеть меня. Я пойму, если он заявит на меня в полицию и при этом использует мою записку в качестве доказательства. Я пойму, если он придет ко мне и вонзит нож в спину. Я сам виноват. Все произошло слишком быстро, потому что я абсолютно не умею себя сдерживать. Надо попытаться извиниться перед Сашей. Буду пытаться дозвониться до него. Я бы лучше пошел к нему домой, но я боюсь, что его родители меня совсем не поймут. Если что, я сразу побегу к нему. Да… Всё…Так и поступлю. POV Саши Домой я бежал со всех ног, не разбирая дороги и сталкиваясь с прохожими. Вечером стало намного холоднее, пошел дождь. Я промок до нитки и замерз. Когда я подходил к своему дому, меня уже сотрясала дрожь. Трясущимися руками я достал из кармана ключи. Прежде чем я открыл дверь своей квартиры, я несколько раз ронял связку и еще не сразу попал в скважину. Наконец дверь поддалась, и я буквально ввалился в прихожую. Еле сняв с себя мокрую обувь, я поплелся в свою комнату. Дома все равно никого не было. Я разделся и пошел в ванную, смывать с себя всю ту грязь, в которую я сегодня окунулся. Я взглянул в зеркало. От туда на меня смотрела мерзкая шлюха. Только шлюхи ведут себя так, как повел себя я сегодня. Как я мог? Теперь я противен сам себе. Теперь все слова моих одноклассников о том, что я тупое отродье, кажутся мне правдой. Да, я хотел его. Да, я мечтал о близости с ним. Но это же были лишь фантазии! Как я теперь буду учиться, ходить на уроки к нему? Как я смогу спокойно заниматься, зная, что его член побывал у меня во рту? Вы скажете: «Саша, ты кретин. Ты ведь любишь его. А он, передав тебе ту записку, дал знать тебе, что ты ему не безразличен. Возможно, и он влюблен в тебя. Так что же вам мешает быть вместе?». Я помылся и вернулся в свой храм. С плаката на меня смотрит Томас Райнер. Почему его взгляд такой осуждающий? Или это я рехнулся? Кошмар! Мой взор упал на тот пакет, что мне всучил учитель. Я решительно поднялся с постели, схватил его и хотел, уже было, выкинуть в форточку. Но что-то меня остановило. Я откинул его в угол комнаты и в ту же секунду зазвонил мой сотовый. А-а-а… Это объект моего вожделения. Сбрасываю и ставлю на беззвучный режим. Пусть мучается. Решаю послушать музыку. Мне всегда становится легче от этого. Волшебно… Oomph… Их дивные песни Unsere Rettung и Mitten Ins Herz. Как же они расслабляют. Вся агрессия и обида уходят, когда я их слушаю. Oomph наверное моя самая любимая группа. Именно с их клипа «Labyrinth» началось мое увлечение сначала их творчеством, а потом и творчеством всех остальных моих любимчиков. Если бы не они, я бы и не узнал о том, что немецкая музыка и немецкий язык настолько восхитительны. А теперь человек, который учил меня этому восхитительному языку, превратил меня в шлюху. Осталось только переспать со всеми остальными учителями. Тогда гран-при «орал года» мне обеспечено. Самое ужасное заключается в том, что весь этот разврат, который между нами произошел и который я сейчас обдумываю, мне жутко понравился. Я не знаю, что выбрать: роль бедной овечки или похотливого хорька. Так и не дождавшись родителей, я засыпаю. Сегодня я выспался, благополучно забив на первые три урока, в числе которых был и немецкий. На моем телефоне сорок три пропущенных вызова от Артема Владимировича. Насрать! Не удосужившись одеть хотя бы трусы, я иду на кухню. Все равно родители УЖЕ ушли. Я съедаю последние в пачке прянички с чаем и решаю, что я заболел. Не пойду в школу. Все равно осталось три бесполезных урока: история и две физкультуры. Пусть сегодня у меня будет выходной. Около трех часов дня раздался звонок в дверь. Я, ругаясь, натянул шорты и пошел открывать. Дурацкая привычка не смотреть в глазок! Передо мной стоял Артем. -Что вам нужно? - спросил я. -Саша, я бы хотел…- он замялся. -Я слушаю! -…хотел бы поговорить. -О чем? -Разреши войти… -Нет. А вдруг вы вампир?! -Саша! - рявкнул он, но тут же опять смутился.- Просто соседям лучше этого не слышать. -Заходите. Он вошел в квартиру, но дальше чем на полметра я его не пустил. -Саша, прости меня…- начал он, - мне не следовало так торопиться. Я…я… -Это по-немецки?- с издевкой спросил я. -Опять ты за свое. Я слов не могу подобрать, чтобы выразить свои чувства к тебе, а ты начинаешь паясничать. -И о каких же ты чувствах говоришь? -Ты вызываешь во мне просто бурю эмоций!- он стал как-то, я бы сказал, театрально размахивать руками. -Ну, это я вижу. Он снял куртку и кинул ее на тумбочку. -Ты очень красивый и талантливый… -Ой, спасибо за комплимент! -Я не заметил, как увлекся тобой. Почему ты не брал трубку? -Не хотел. Я был занят. Что вы от меня хотите?! -Ich brauche dich sehr! Ich will bei dir sein! Ich denke immer nur an dich die ganze Zeit. Вот пидорас! Знает куда надо бить. От слов, произнесенных на немецком языке, да и еще таким бархатным голосом, я поплыл, словно масло на горячем тосте. -Nein!- я решил не сдаваться. -Warum? -Darum! Вдруг Артем Владимирович, словно молния, подлетает ко мне, сжимает так, что ребра хрустят, и просто впивается в мои губы. А я говорил, что он вампир! Этому гаду удается заставить меня отвечать на его поцелуй. Вот же сука! Как он мог придти ко мне домой и вытворять такое?! Потащил меня… Куда-а-а!!! В мой храм?!! Охренел что ли?! -Не пущу! - ору я. – это моя территория! -Тогда может уединимся в спальне твоих родителей? -Нет! -На кухне? -Нет! -А где же? Я недовольно зарычал, но в комнату его все же пустил. Он толкнул меня на мою же кровать. Взгромоздился на меня сверху и стал раздеваться. Затем безжалостно сорвал с меня шорты. Тут же навалился на меня сверху, снова сжал в стальных объятиях и принялся жадно целовать мои губы и шею. Если честно, то я думал, что он меня съест. Его руки почти сразу сместились вниз, а в мое бедро уже упирался его член. Артем больно кусал меня за плечи, а я в отместку царапал его спину. Его глаза просто помутнели. Словно наркоман, получивший желанную дозу… -У тебя есть смазка?- буквально прорычал он. -Ага, та, что ты мне подарил. -Где?! Я лениво указал ему на пакет в углу. Артем метнулся к нему. Уже через мгновение он смазывал себя. -Нет! Неужели ты хочешь трахнуть меня?! -Разве не понятно? -Не бывать этому!- я вскочил и замахнулся для удара. Но он лишь перехватил мою руку, заломил ее и поставил меня раком. -Ах ты, сука!- орал я. -Нет… сейчас ты станешь моей сучкой. Он повалил меня на спину, грубым движением развел мои ноги. Говнюк начал шпаклевать мой проход смазкой. Одной рукой он держал меня, а указательный палец другой ввел в мою попу. Жуткое ощущение, как в туалете, ей богу! Крутит им там, поглаживает изнутри. Добавляет второй. Уже больнее… -Ах, котенок… Не могу больше сдерживаться.- Он выдернул пальцы Он прислоняется головкой к моему анусу и, чуть выждав, делает резкий толчок, войдя в меня наполовину. Я кричу от дикой боли, пронзившей мое тело. Выгибаюсь навстречу уже нежным поцелуям с его стороны. Он собирает губами мои слезы, ласкает языком мочку уха, ждет, сволочь, пока я привыкну. Начинает проникать глубже. Я кричу и судорожно сжимаю и комкаю черную простыню. Вошел до конца и через секунду начинает рвать меня на части. Мой голос охрип. Я не могу кричать. Открываю заплаканные глаза и вижу его довольное лицо. В тот же момент его головка натыкается на мою чувствительную точку. Нескольких ударов по ней хватило, чтобы я начал, как последняя блядь, двигаться на встречу. -Саша, ты такой узкий! О да-а-а! - то и дело кричал он. Учитель решил сменить позу. Он переместился вниз, встал на колени, закинул мои ноги на свои плечи и принялся трахать меня с еще большим усердием. Минуты не прошло, как меня накрыл такой оргазм, о котором я даже и не мечтал. Я забрызгал и свой живот, и грудь, и даже до подбородка долетело. С ума сойти! Я еле дышал. Артем стал еще более яростно вколачиваться в мое неподвижное тело. Я сжал мышцы ануса, как смог, но ему этого хватило. Он склонился надо мной и, выдохнув, щедро излился в мой проход. Артем лег на меня. Он отдышался, вышел из меня и снова сполз вниз. На этот раз он прильнул к моей растянутой дырочке и стал слизывать язычком свою сперму, вытекающую оттуда. Постепенно он перешел к моим яичкам и члену. Ему удавалось полностью заглотить мой небольшой член. Я чувствовал, как его язык скользит по моему стволу, как моя головка упирается в маленький язычок в его глотке. Он плавно поднял голову вверх, оставив во рту только головку. Кончиком языка он нашел уретру, затем стал облизывать всю головку. Артему удалось почувствовать, что я близок к концу. Он усилил ласки, совсем не выпускал мой член изо рта и позволил излиться в его горло. -Теперь ты понял, как надо делать минет? - спросил он, проглотив мою сперму. -Да… - еле вымолвил я. Совсем обессилив, я захрапел. Просто отключился.Вот и села батарейка... Эх, даже в душ не пошел. Вот же я ленивая задница! Знаете, от чего мы с Артемом проснулись? Нет? Почему-то именно сегодня мои родители вернулись с работы вовремя. Благо мы услышали, как повернулся ключ в замке. Артем, словно в армии, вскочил с постели и секунд за тридцать был полностью одет. Я чуть повозился, но все же к тому моменту, когда моя мама заглянула в мою комнату, мы уже сидели за письменным столом и изображали бурную деятельность. -Э-э… Здравствуйте, я так понимаю вы учитель Саши?- спросила мама, войдя в мою спальню. -Да, здравствуйте. Меня зовут Артем Владимирович. Я учитель немецкого.- улыбается ей прям как котяра чеширский. От этой его улыбочки все просто тают. Если бы и я обладал таким талантом, то мир давно бы лежал у моих стройных ножек. -А почему же вы занимаетесь у нас дома? Господи, мама! Ну почему ты такая любопытная, когда не надо? -У меня отключили свет, и Саша позвал меня к себе домой, чтобы не пропускать урок. -Хорошо. – улыбнулась мама. – когда закончите, приходите ужинать. Для конспирации мы просидели в моей комнате еще полчаса. Времени мы зря не теряли… -Артем Владимирович, что теперь будет?- спросил я. -Во-первых, перестань называть меня по отчеству. Во-вторых, как что будет? Мы с тобой теперь любовники. -Что?! Может мне вас сразу родителям за ужином представить? -Нет…Это будет неправильно. -А то, что между нами вообще что-то есть это правильно! -Саша, я же тебе уже говорил… -Да, но в моей голове это никак не уляжется. -Это придет со временем. -Успокоил! -Я хочу еще кое-что тебе сказать, но это уже не касается наших отношений, как любовников.- загадочно и тихо произнес Артем. -Слушаю…- я склонился чуть вперед. -В конце учебного года пройдет олимпиада по немецкому языку. Её организует частная фирма, в качестве рекламной акции. Типа, они поддерживают молодых и талантливых. -И что дальше? -Победитель олимпиады летом поедет в Кельн на все летние каникулы. Я хочу, чтобы победителем был ты. В зобу дыханье сперло… Я выпучил глаза и заулыбался, как дебил. -Это что, правда? -Да. -Нет! Этого просто не может быть! Прям в Кельн? -Да. -Я победю? Ой, побежу? Тьфу! -Если постараешься, то да. -О боже! Там же будет Amphi фестиваль! -Что там будет? -Фестиваль Amphi. Там будут почти все мои любимчики! Я стал прыгать по комнате словно кенгуру, обожравшийся экстази. -Там будут Крис, Алекс, Ноэль, Томас!- я стал перечислять те имена участников фестиваля, которые первыми приходили в голову. -Кто? -Не важно. Все! Я хочу победить! Хочу, хочу, хочу!!!- я подлетел к нему и обнял, так крепко как мог. -Давай договоримся.- сказал он, пытаясь высвободиться -Эм-м… давай… -Ты будешь приходить ко мне, и мы будем заниматься немецким. -Только уроками?- разочарованно спросил я. -Нет… - он погладил меня по голове. -Будешь хорошо заниматься, я буду доставлять тебе удовольствие… -Так же как сегодня?- я придвинулся ближе к учителю. -Может… А может нежнее или еще грубее… -Я согласен. Тогда в Кельн мы поедем вместе… -Хорошо…- легко целует меня в уголок губ.- Твои родители, наверное, уже ждут нас за столом… -Пойдем ужинать. Когда мы пришли на кухню, мама с папой уже сидели за столом. Сегодня что, праздник? На столе куча всяких вкусностей. Мясо, салаты, фрукты, овощи, вино… -Милый, - обратилась мама к отцу, - познакомься, это Сашин учитель немецкого Артем Владимирович. -Очень приятно,- папа потянулся через весь стол, чтобы пожать руку Артему. – Меня зовут Георгий Николаевич. -Приятно познакомиться,- опять улыбается улыбчивой улыбкой. -И как Сашины успехи?- папа начинает свой допрос. И вообще, можно мои «успехи» обсуждать без меня. А то при мысли о наших уроках, в моей голове всплывают недвусмысленные картинки. -Саша большой молодец!- Артем потрепал мои волосы.- Он будет участвовать в олимпиаде. -Да?!-изумилась мама -Да, главный приз поездка в Кельн на три месяца.- объяснил учитель. -На три месяца?- переспросил отец. -Да. -Ничего себе,- хором ответили родители. -Так, Саша. Чтобы победил, - сказал папа, делая глоток вина.- И чтоб не позорил семью! -Хорошо, пап. Представляете, еще полтора часа Артем и мои родители разговаривали о всяком. И все они при этом были такие искренние и радостные, что я просто не верил глазам. Я находился в кругу семьи. Впервые я ощутил себя дома. Впервые я понял, что рядом со мной мои самые близкие люди-родители и любовник, о котором первые пока что не знают. Но чувство сомнения по привычке не покидает меня. Мне кажется, что это все так мимолетно, что в одно мгновение я могу очутиться в том моем мире, который остался в еще свежих воспоминаниях о минувших днях… От этого мне становится больно. Я сделаю все, что бы это больше не повторялось. Все, что теперь в моих силах, все изменится! Артем Владимирович ушел почти ночью. После его ухода папа пошел в ванную, я в свою комнату, а мама… А мама незаметно пошла за мной. Я снял с себя футболку и лег на постель. -Сынок! Я от неожиданности подскочил на метр в высоту. -Мам! Не надо так пугать! -Что это за следы у тебя на шее и на груди? -Какие следы? Я подошел к зеркалу и увидел все отметины, которые остались у меня после нашего «занятия». -Не знаю…-растерянно пробормотал я. -Не говори ерунду! -Какая тебе разница? Мама подошла ко мне вплотную и сказала: -Если ты… -Что, если я? -Это девушка или парень? -А что? -Это странно. Ты совсем не говоришь нам о своих отношениях. Ты какой-то странный в последнее время. Может это твой учитель? Вы стали часто заниматься дополнительно. -Что?! -Если это так, то ты мне не сын! Я не потерплю чтобы в моем доме жил гомик да еще и назывался моим не то чтобы сыном, а хотя бы моим родственником! Она вышла из комнаты и хлопнула дверью. Я ушам не мог поверить. Как моя мама могла сказать такое? Она пьяна? Да вроде нет. Что на нее нашло? Боже, мои мечты рухнули… Мой самый родной человек не хочет знать меня! Что с ней? Я не верю…не верю! Чего она хочет? Она… я думал… она меня любит! Тот, кто любит, примет таким, какой ты есть! Так сделал Артем-принял меня. Я ведь не подарок, это правда. Но так не бывает на свете, чтоб матери настолько не любили детей. И что бы было если бы я признался ей, что я гей? Я свернулся калачиком и плачу. А что я могу сделать? Пожаловаться папе, чтобы он тоже наговорил мне таких гадостей? А сколько же злости было в ее голосе! Бабушка…Только она меня любила…Она была моей мамой. Эти люди словно мои соседи, а не родители! За что мне это? Я вспоминаю бабушкины похороны. Родители даже не плакали. Словно хоронили какую-то прислугу, которая сидела с противным детенышем. Я более чем уверен, что если бы бабушка была жива, она бы встала на мою сторону. Ей я рассказывал все. А с этими я теперь и видеться не хочу. Теперь ничего не изменится.