Турпоход поневоле

      Хибари, стремительно шел по лесу, зло откидывая от себя встречающиеся на пути ветви и то и дело спотыкаясь о корни деревьев, попадающиеся на его пути, «украшенном» наступающими потемками. Отойдя на достаточное расстояние и потеряв из виду костер, юноша устало опустился на сухие листья, усыпавшие подножие дерева и, закрыв лицо руками, оперся лбом о свои колени, часто дыша.       Истерика, вот, что это такое.       Кёя обнял колени, пряча в них лицо и стараясь собраться с духом. Когда никого нет рядом – не надо постоянно изображать «статую война», которую разве что голуби обгадить могут, да и то – без особого эффекта. Не надо постоянно «держать марку». Не надо даже просто озабочиваться тем, чтобы терпеть кого-либо, особенно…       Хибари скрипнул зубами, невольно вздрагивая.       Последние дни стали для него самой настоящей каторгой. Как минимум, потому что наглое травоядное ананасовоголовое херувимоподобное создание в костюме шлюхи-рокера и с повадками Асмодея (не иначе), каким-то стремным образом проведало о…       Хранитель Облака, не выдержав, хмыкнул.       …о его, Кёи, слабости, за которую он презирал себя, что есть сил. Хибари не мог дать четкого определения для этого самого феномена, что происходил с ним с самого момента знакомства с гадким иллюзионистом, однако, стоило только немного расслабиться, как перед глазами тут же рисовалось лицо Рокудо. Да и весь он. Поначалу глава Дисциплинарного комитета старательно списывал это явление на злость, терзающую его из-за, пусть и не чистого, но проигрыша, однако, чем больше он задумывался над всем этим, тем больше приходил к выводу, что все не так-то просто. Как минимум, потому что при попытке понять, что же так сильно хочется сделать с обидчиком на самом деле – рисовались сцены совсем уж неподходящего для боя, впрочем, как и для самого хранителя Облака, характера. Даже более чем.       Кёя откинул голову назад, пару раз ударяясь затылком о дерево.       Эти «сцены» - навязчивой паутиной заполняли сознание, вовлекая в свои липкие сети все его мысли. Они являлись и ночью, когда юноша пытался уснуть, и днем, когда он бодрствовал. Но так часто и остро, как в последнее время, этого еще никогда не было. Близость столь желанного тела, запах и голос – сводили с ума, заставляя молчать там, где стоило бы ругаться и терпеть то, за что непременно надо было бы разбить лицо. Заставляли и совершать попытки убедить самого себя, что дело только и исключительно в запрете Реборна и острой необходимости боя с ним.       Хибари вздохнул, нехотя поднимаясь на ноги и опираясь спиной о ствол дерева.       Все это ложь. И он – просто ведется на эти странные и неуместные шпильки и провокации со стороны хранителя Тумана. Не потому, что аркобалено Солнца что-то там пропищал, а потому, что он сам хотел бы, чтобы все было так. Вот только – вряд ли оно могло бы так быть… - Кёя-кун, - голос, раздавшийся совсем рядом с ним одновременно с прикосновением чужих ладоней к лицу носителя кольца Облака, вырвал последнего из мыслей, заставляя прянуть назад и упереться спиной в преграду, распахивая глаза. Мукуро из десятилетнего будущего, возвышающийся сейчас над ним весьма заметно, улыбнулся, впрочем, не вкладывая в это действие привычную насмешку. – Ну и чего ты убежал?.. Как маленький, честное слово. - Чего ты приперся, травоядное?.. – хмуро поинтересовался глава Дисциплинарного комитета, старательно не подавая вида и искренне пытаясь не обращать внимания на гладящие его скулы руки, лишенные привычных в то время перчаток.       Рокудо хмыкнул и, покачав головой, склонился к нему, уверенно накрывая чуть распахнутые губы хранителя Облака нежным неторопливым поцелуем.       Хибари вздрогнул и, скосив на него непонимающий взгляд, невольно вцепился в плечи старшего, прижимаясь ближе и неуверенно отвечая на действия партнера. - Вот так… - улыбнулся иллюзионист, наконец, завершая поцелуй и крепко обнимая юношу, склоняясь к его уху. – Времени совсем мало, поэтому, я расскажу тебе кое-что, ладно, Кёя?..       Тот лишь кивнул, не осознавая ситуацию и вдыхая запах чужих волос, перебирая длинные шелковистые пряди, собранные в низкий хвост. Мукуро горячо прошептал что-то, обдавая ухо черноволосого дыханием и заставив щеки молодого хранителя Облака покраснеть, а затем окутался розоватой дымкой, заменяясь на свою младшую версию, которая, изумленно моргнув, так и не отстранилась, лишь только расслабившись и притянув к себе брюнета покрепче.

***

- И сейчас, когда стемнело – наступило самое время для того, чтобы рассказывать друг другу стра-а-ашные истории… - сделала «пугающие глаза» Хару. – Главное, нам всем надо четко помнить о том, что мы находимся ныне в глухом лесу, где полно всякого зверья. И о том, что единственным источником света сейчас является этот маленький костер…       Савада невольно вздрогнул, поворачиваясь на звук тихого хруста, раздающегося со стороны кустов и, поежившись, подобрался поближе к Рёхею, который невзирая на «устрашающую обстановку» экспрессивно тыкал палкой в угли и довольно рассматривал столпы искр, возникающих при передвижке «топлива». - Еще полезно было бы помнить и о том, что до того, как мы узнали про кольца, базуки и прочие реалии нашего нынешнего существования – мы-прежние, услышав о таком, скорее всего бы просто не поверили в существование всего этого, расценив все не более чем детскую сказку. - Другими словами девочки хотят сказать о том, что если после всего случившегося на нас внезапно выпрыгнет мохнатая Бабайка – удивляться и кричать будет совершенно излишним, потому что, быть может, это кто-то из нас. Просто в нулевом поколении допотопных времен… - подытожил Ямамото. - Эй, бейсбольный придурок!.. – ткнул того в живот Хаято, пользуясь тем, что плечо мечника ныне исполняет роль подпорки для него, той самой правой руки. – Бабайка – это парень, неужели ты не знал даже этого?.. - Ээээ… - Тсуна примирительно улыбнулся. – Ребята, давайте не будем про такое, темно же… - Это экстремально весело, Савада!.. – ржанул Сасагава. – Сам подумай: кто, как не мы, сможем напугать друг друга?!! - Не, пугаться – не прикольно, старший братик, - отозвался тот. – К тому же, это совсем не честно, что не все будут бояться. - Ты хотел сказать, что имел в виду то, что никто, кроме тебя, бояться не будет. Так, травоядное?.. – хмыкнул Хибари, умостившийся напротив них вместе с хранителем Тумана, ныне просто довольно разглядывающим огонь и вальяжно полулежащим на ногах главы Дисциплинарного комитета.       Мукуро куфуфукнул, заворачиваясь в вынутое для этой цели одеяло и устраиваясь поуютнее, невзирая на непонимающие взгляды Хром, которыми та одаривала своего господина начиная с прибытия из чащи. - А ведь верно. Может, помочь?.. Как ты думаешь, Кёя-кун?.. - Лучше сразу отстрелять, чтобы не мучились. - Ты такой жалостливый, - снова куфуфукнул тот. - Кхем, - прервал разговор Реборн, мрачновато поглядывая на старших хранителей. – Не хотелось бы начинать кошмарики с рассказа о Содомском грехе.       Тсуна откровенно подавился. - Реборн, пожалуйста, давай не будем начинать с самого страшного, а?.. - А, по-моему, это весьма интересный и познавательный рассказ, - потер затылок Такеши. - Заткнись уже, знаток. - снова толкнул его локтем Хаято. - Кхем, - встрял в разговор Рёхей, покосившись на говорящих и, повернувшись к сестре, улыбнулся. – Кёко, так кто начинает страшилки рассказывать?.. - Ну… - Сасагава-младшая задумалась. – Тсуна?.. - Вперед, Джудайме!.. – искренне поддержал босса Хаято, показывая ему большой палец. – Уверен, это будет устрашающе!.. - Ага, Тсуна, давай, напугай нас!.. – хмыкнул бейсболист. - Ямамото, тебя-то я точно напугать могу, - надулся Десятый. - Интересно, чем?.. – рассмеялся мечник. - Помнишь, как ты позавчера вазу в классе разбил?.. – мило улыбнулся тот, наблюдая за темнеющим от недовольства лицом Хибари. - Травоядное, ты испортило собственность средней школы Намимори?.. – Кёя повернулся к мечнику, щуря глаза. - Да это его ваза была, Хибари-сан!.. Просто в школу притащил!.. – тут же замахал руками Савада, оборачиваясь к бейсболисту. – Ну что, страшно было?.. - Немножко, - весело засмеялся тот.       Мукуро хмыкнул. - Оя-оя, я лежу на Бабайке, несущей камикорос во имя Намимори!..       Глава Дисциплинарного комитета обреченно закатил глаза. - А хочешь, я тебе скажу кое-что страшное?.. – предложил Саваде Такеши. - Ну?.. – отозвался будущий босс клана Вонгола. - Мукуро.       Тсуна поперхнулся, растерянно моргая. - И я должен испугаться?.. - Ладно… - хмыкнул Такеши. – Голубой Мукуро. - Все равно не страшно. - Озабоченный голубой Мукуро в костюме женщины-кошки из «Бэтмена», который находится под воздействием сильных мозгодействующих наркотиков и обожрался Виа-грой!.. Что тогда скажешь?.. - Я скажу «прощайте, Хибари-сан»… - обреченно отозвался Савада. - Это что, вечер стеба надо мной, травоядные?.. – возмутился хранитель Облака. - Хи…Хибари-сан, что вы!!! – замахал руками Тсуна, часто моргая. – Все совсем не так, просто вы у нас это… Очень грозное Облако. Да. - Может, грозовое?.. – предположил Ямамото, потягиваясь. – Ходит и искрит глазами… - Ламбо-сан и не такое может, - сонно протянул хранитель кольца Грозы. - Тупая корова даже во сне себя нахваливает, - скривился Хаято. - …а когда он подрастет, вместо грудастых девиц будет видеть только голого себя… Онанюжка… - куфуфукнул Рокудо. - Тут девушки как бы есть, эй!.. – осек его Колонелло, высунувшись откуда-то из кустов. - Оя-оя, а я-то смотрю вы там засели… А оно вон оно как… - пуще прежнего заулыбался иллюзионист. – Так чья страшилка следующая?.. - Моя. Ведь я – правая рука Джудайме, - хмуро посмотрел на разноглазого Гокудера. – Кстати, вы в курсе, что в следующем году министерство образования намеревается ввести нам такие радости, как дифференциальные уравнения, векторный и тензорный анализ, дифференциальную геометрию и… - он обвел взглядом явно позеленевших хранителей. Нервный "ик" Тсуны возвестил о том, что контрольный в голову прошел успешно. – Эй, а что с вами?.. - Вот это звучало экстремально жутко… - протянул Сасагава, ежась. – Зачем к ночи припоминать-то?.. - Да это ж не история, а к слову… - не понял Хаято. - Это самая страшильная страшилка… - передернулся Савада. – Дальше… Кёко-тян?.. - Однажды, в таком лесу, как этот, а может быть даже именно в нем, - начала Сасагава-младшая, - случилась одна история, которой до сих пор никто не смог придумать пояснение… - девочка уселась поудобнее, подкидывая в костер толстую ветку и обводя взглядом слушателей. – Это было еще во времена второй мировой войны. Говорят, тут, неподалеку, располагалась небольшая деревенька, в которой от силы насчитывалось полтора-два десятка домов. Деревенька была глухой, рядом ведь нет городов и все такое…       Савада, сделав до крайности заинтересованное в рассказе лицо, стал потихоньку подползать поближе к объекту своих треволнений. - …Так вот. Из-за военных действий – обеспечение продуктами и прочим прекратилось и люди вынуждены были то и дело отправляться в лес, чтобы добыть себе дрова и пропитание, - продолжила Кёко. – И все было бы ничего, да только заприметили ни одну странность – возвращались оттуда не все. Люди заволновались, стали гадать – кто крадет у них юношей?.. Хозяин леса ли, или блудный дух?.. А, может, зловещий преступник?.. Но, сколько бы не думали они – правды было не изменить: те, кто пропадал – вскоре находились в весьма тяжелом состоянии, словно бы их танком переехали. Но один юноша, который был сыном главы деревни – так и не находился ни спустя день, ни спустя три…       Бровь Мукуро дернулась. - И тогда, крутые сельские мачо – пошли искать его. Они были настолько крутыми, что не сомневались в своих силах и поклялись остановить чудовище вне зависимости от того, человек он или нет. Они шли долго, преодолевая природные препятствия, падая в ямы и борясь с дикими животными и вот, дойдя до лесной поляны, расположенной в самом сердце леса – увидели это…       Хибари кашлянул. - Истории такого рода не предназначены для прослушивания в среде присутствующих. - Если задуматься, прям как про Кокуё рассказ, - хмыкнул Такеши, потирая затылок. – Ямы и зверюги, преступник, уперший некоего юношу для своих извращений, группа придур… - Это экстремально стремное предположение, Ямамото!.. – передернулся Рёхей, косясь на расположившихся в сторонке хранителей. – Кёко явно простое избиение имела в виду!.. - Конечно нет!.. – возмутилась та. – На поляне пришельцы увидели акт дикой и страстной содомии!!! А потом, после экзорцизма, украденный парень всю жизнь гонялся за своим демоном, все продолжая и продолжая начатое на поляне!..       Тсуна, подавившись воздухом, рухнул лицом в колени рассказчицы и, спохватившись, густо покраснел, моментально что-то виновато бормоча и уползая подальше. - Так давайте же выпьем за это!.. – Сасагава, сыгравший в фокусника, достающего из шляпы кролика, вытащил из мешка довольно большую бутылку саке. - Пристрастился, когда в будущем были, - мрачно заметила Хару, прикрывая рот ладонью и обращаясь к подруге. - Да, да… - задумчиво закивала та, принимая из рук брата стаканчик с выпивкой, - …и не говори…       Мукуро с сомнением понюхал предложенное питье и, выгнув бровь, хмыкнул, видимо, признавая его неожиданно достойным внимания. - Оя-оя, за что пить-то будем? - За дам, конечно!.. – отозвался боксер. - Ну да, - хмыкнул Хибари. – За «не дам» и пить-то неприятно. - Не за дам, - поправил его Реборн, забирая свой стаканчик. – Бесполезному Тсуне не наливать. - Реборн!.. – возмутился тот. – Даже девочки пьют же! - Они не настолько никчемны, - отозвался репетитор, поворачиваясь к подопечному. – К тому же, что будет, если кто-то нападет на вас?.. - Маньяк?.. – подала голос впервые за вечер Хром, заканчивая категорическую начитку любимой мантры и вопросительно глядя на аркобалено. - Или хищник какой?.. – поддержала тему Кёко. - Я тут подумал… - внезапно выпрямился Такеши, видимо, осененный какой-то особенно дельной мыслью. – Мукуро против Хибари… Это же другими словами «Чужой против Хищника»!..       Гокудера закашлялся, стараясь скрыть смех. - Он – не чужой, травоядные, - холодно ответил Хибари.       Хранитель Тумана спрятал довольную улыбку. - Мукуро-кун ведь помогал нам, - поддержала Кёко. - Экстремально невовремя вы завели грузлявые темы!.. – возопил Рёхей поднимая свой стакан. – Пьем! - За дам!.. – налив себе питье, поддержал Тсуна, косясь на Сасагаву-младшую и густо краснея.

***