Вечно первозданные

      — ...значит, второй облик не только для разведки?       — Нет, конечно, это было бы нерационально. Многие наши мастера десятилетиями осваивают облики других рас, чтобы с их помощью создавать то, что нашим драконьим лапам неподвластно.       — И какая же раса позволяет делать столь тонкие орнаменты и узоры?       — Несколько. Сильно я в это не вникала, но знаю, что у фейри очень миниатюрные пальчики, у гномов тоже, может ещё у диких эльфов. Это не Высшие, так вы их, вроде, называете, не похожие на людей, а другие, ростом до вашего бедра или ниже, лопоухие и смешные.* У них тонкие и ловкие пальцы и даже особая магия есть, завязанная на крови.       — Никогда раньше не встречал подобных существ, даже не слышал о них, —Джон с интересом рассматривал огромные, но невероятно точные и искусно созданные иллюстрации в драконьей энциклопедии. Это было редкое издание, принадлежащее королевской библиотеке, и Молли не отказалась провести их туда. Она также охотно делилась информацией и выслушивала ответные комментарии.       Сама энциклопедия состояла из двенадцати томов ростом с самого Джона, как раз под драконьи размеры, была испещрена непонятным текстом мелкого шрифта на драконьем языке и содержала великолепные рисунки, схемы и даже карты. Правда, ни одной территории Джон на них не узнал, но подумал, что с высоты драконьего полёта мир кажется совершенно другим, а человеческие карты крайне далеки от совершенства; профессия картографа была прибыльной, но редкой и очень сложной. Мало того, что нужно было хорошо рисовать, так ещё и иметь обширные знакомства с авантюристами и торговцами, которые согласятся поделиться новыми тропами и обследованными территориями. Вот у драконов с этим явно не было проблем, карты не содержали белых «необследованных» пятен, были точны, красочны, с идеально подогнанным масштабом. Даже в библиотеке, в которой они сегодня были, одну из стен полностью занимала огромная карта с изображением их материка, делением на страны, океаном и морями вокруг, а плюсом к этому шли несколько других крупных островов, точнее тоже материков, до которых было крайне трудно добраться даже на хорошем корабле.       Молли отвлеклась на пространные рассуждения о плюсах и минусах облика диких эльфов для живописного искусства, и Грегори в человеческом обличии взял слово. До этого он крайне внимательно рассматривал этот «атлас мира» на всю стену.       «Джон, ты обратил внимание на некоторые обозначения?»       «А должен? Я не силён в картографии, больше разбираюсь в схемах сражений».       «Человеческие города легко угадываются, этакие замки разных размеров с подписями, мне больше интересно, что драконы обозначают деревом, оплетённым виноградом? И если я правильно помню, то вот на том месте... — друиду пришла в сознание мимолётная картинка с точными координатами, — ...недавно были найдены руины скрытого города Высших эльфов. И этот значок чёрный, но есть же ещё и несколько зелёных».       «Хочешь сказать, что где-то сохранились Высшие эльфы? Я слышал о них только в сказках».       «Вот именно, да за копию этой карты, даже схематическую, нас могут убить или озолотить. А ведь значки на этом не заканчиваются, и сколько рас нелюдей считаются вымершими в мире?»       «Это слишком опасная информация, Грег, я бы посоветовал тебе о ней никогда не распространяться. Вряд ли Молли вообще осознаёт, что именно позволила нам увидеть».       «У меня мурашки по коже от мыслей о неприятностях, что нам светят, если кто-то узнает о нашем путешествии в Белый Город».       «Если конечно, нас отсюда выпустят».       «Чёрт... А у меня было неплохое настроение», — Уотсон не сдержался и саркастично хмыкнул в ответ, тут же обращая на себя внимание Молли, которая упоённо тащила на подставку для книг какой-то большой фолиант, меньше тома энциклопедии, но всё равно слишком большой для людей.       — Мистер Л... Уотсон, говорить по мыслесвязи одновременно со мной нехорошо.       — Кхм-кхм, а ты нас что, слышала? — друид похолодел.       — Не совсем, — успокоила его драконица, — но окружающий нас магический эфир ощутимо колеблется при таких разговорах, особенно если они незащищены и эмоционально окрашены.       — Неожиданно, не знал.       — Вам простительно.       Особенности человеческого обращения Джон и Грег разъяснили принцессе из королевского рода в тот же день, в который они случайно встретились на главной площади Дворца. В дальнейшем она иногда запиналась, но больше людей странными словосочетаниями не смешила.       После инцидента у Древа, Молли предложила прогуляться и сама выступила в роли проводника. Они тогда посетили вычурный, ювелирно подстриженный королевский сад, аллею статуй, даже зашли в главный холл Дворца, но дальше не продвинулись, драконица побоялась вести гостей города в святая святых их народа без особого разрешения. На вопрос о том, где же пропадает всё население немаленькой долины, ответила, что большинство под землёй, на ежегодном турнире, где знать развлекается на боях и поединках между собой и более простыми драконами. Сам турнир растянут на три дня: первые два посвящены физическим боям своими когтями и зубами и магическим дуэлям — чья огненная мощь будет сильнее. Третий — это небесные гонки среди скал. Так как в самой долине нет места для арен, их устроили под землёй в довольно обширном комплексе пещер, которые дополнительно увеличили и облагородили. Шерлок и Майкрофт же то ли специально подгадали, то ли так получилось, но в Белый Город они вернулись в первый день, на начало турнира, когда все жители развлекаются внизу. Зато теперь у них есть необходимое время, чтобы привести себя в норму перед аудиенцией с нынешним королем, а Джон и Грегори могут вволю осмотреться без прилипчивых и любопытных толп крылатых ящеров над головами, ведь большинство нынешнего населения ни разу не покидало города и не видело настоящих представителей других рас.       На следующий день именно Молли принесла друзьям завтрак в поместье Холмсов и забрала их с собой вновь осматривать достопримечательности. А после полудня неожиданно сообщила, что получила для них доступ в Белый Дворец, конечно, с ограничениями, но и того, что есть, гостям хватит, чтобы не заскучать.       Лейстрад и Уотсон и правда не скучали, у них не было на это времени. Уже несколько часов они ходили по монолитным, сверкающим залам, подсвеченным либо солнцем, либо факелами, горящими небывалыми для огня цветами, заглядывали в многочисленные комнаты: малые гостиные, трапезные и бальные залы, и в конце зашли в такую желанную для Джона библиотеку. Несмотря на незнание языка, его это не остановило, и Молли была атакована вопросами и рассуждениями.       — А про что эта книга, Молли?       — О, решила, что вам, как доктору, это будет интересно. Самоучитель для тех, кто желает овладеть вторым обликом. В основном здесь про физиологию и анатомию. Будете смотреть?       — Открывай. И что именно нужно, чтобы принять второй облик?       — Если вкратце, то необходимо особым образом сконцентрировать свою магию, пропустить её через тело, а потом детально, буквально держа в голове не только каждую клеточку, но и её строение, представить себе новое тело. Нельзя терять концентрацию, это может очень плохо закончиться, вплоть до летального исхода.       — М-да, одновременно удерживать в голове столько информации... Понятно, почему у вас это редкий навык.       — Вот-вот.       — Ты не знаешь, а сколько обликов может принять Шерлок?       Молли показательно поморщилась:       — По мне, так бесконечно много. Вы же знакомы с устройством его памяти, доктор?       — Да, глупый вопрос.       — Ему достаточно лишь изучить пару картинок с иллюстрациями или самолично покопаться в нужном теле — и вот он уже всё знает. Это, вообще-то, секрет рода Холмсов. У них периодически, где-то через поколение, рождаются такие самородки. Вот сейчас редкость: оба брата гении. Даже и не упомню, когда такое бывало.       — На это только Холмсы способны?       — Ага. Но другие драконьи рода имеют свои исключительные особенности, — драконица раскрыла самоучитель, и у Джона запестрело перед глазами от многочисленных и невероятно подробных иллюстраций скелетов, внутренностей и физиологических особенностей различных существ. Причём приведены были особи как мужского, так и женского рода.       — Молли, а дракон принимает облик лишь своего пола?       — Нет, с чего вдруг? Смоделировать можно любые клетки и ...эм, вы знаете, что такое хромосомы?       — Что-то слышал, наши учёные выделили эти клетки*, как различия между полами. Но волшебники сильно потратились на увеличительные заклинания.       — А что, вы не используете увеличительные стекла? — вполне искренне удивилась драконица.       — Это как? — тут же заинтересовался Грег, но получить ответ ему не дали. Снаружи, куда выходили небольшие окна под потолком, раздался многочисленный утробный рёв и шелест множества крыльев, вспарывающих воздух. Молли всполошилась, захлопнула только что принесённую книгу, чуть не прищемив заинтересованному Джону нос, и затараторила:       — Как я могла забыть?!? Уже вечер, магические бои заканчиваются раньше, чем физические! Надо срочно доставить вас обратно в поместье Холмсов, никто пока не должен знать о вашем присутствии! Быстрее, садитесь на спину, я спрячу нас под скрывающим заклинанием!       Грег и Джон сразу же подорвались с места. Друид со знанием дела помог инспектору забраться на мощное драконье тело, обхватил его со спины и вцепился в короткие иглы драконицы. Та подобралась и неожиданно выдохнула странное, дымчато-серое пламя, которое окутало их всех полупрозрачной дымкой, пробежавшись ледяными мурашками по коже.       Молли резво выскользнула в коридор, сразу направившись к одному из тех огромных арочных окон, что в достатке украшали Белый Дворец. Правда теперь, стало понятно, для чего именно они создавались, потому что хищная рептилия не стала заморачиваться лестницами и сразу сунулась в оконный проём, мощным толчком оторвавшись от подоконника, и в этот короткий момент падения успела раскинуть свои крылья, извернувшись в воздухе.       Стоило сказать, что она вовремя спохватилась. Джон и Грег уже могли наблюдать разноцветную волну вылетающих откуда-то из-под земли драконов самых разнообразных размеров, оживлённо галдящих и рассредотачивающихся по всей долине. И когда первые достигли королевского дворца, она уже закладывала вираж, не тормозя влетая в раскрытую дверь поместья Холмсов.       Их встретила Антея, нервно прислушивающаяся к происходящему снаружи, и Майкрофт, не выказывающий никаких эмоций или волнений.       Джон почувствовал, как ощутимо напрягся Лейстрад при виде своего похитителя, и как скрипнули чужие зубы.       — Вы успели вовремя, принцесса Моллиера. Благодарю вас за оказанную услугу, — чинно и благопристойно произнёс старший Холмс.       Молли раздражённо поморщилась:       — О, не стоит, лорд Холмс, не стоит. Мне несложно, — скрывающая дымка после этих слов спала с их фигур, и Джон рискнул спуститься с тёплой драконьей спины, насильно утягивая за собой окаменевшего волколака.       «Грег, что с тобой? Возьми себя в руки».       «Знаешь, ощущать его в своей голове, как нечто незнакомое и непонятное не напрягает. А вот теперь мне очень хочется ему врезать и влепить пару десятин отсидки за несанкционированное похищение стража правопорядка и насильное удержание в неизвестном месте. Ещё этот холёный аристократический вид... Даже наш король так не может».       «Я так и не понял, что именно тебе не нравится».       «Забей, Джон. Просто забей».       — Инспектор, мистер Уотсон, — голова дракона мимолётно качнулась в приветствии, — прошу прощения за столь долгое отсутствие, мне нужно было время на восстановление.       — Раз вы восстановились, может, окажете мне честь и вернёте обратно? — Грегори невольно сорвался на злобное рычание, но тут же взял себя в руки. — Пожалуйста.       Майкрофт улыбнулся так, что сразу стало ясно — вся ситуация искренне его забавляет.       — Пока это невозможно. Некоторое время нам всем придётся мириться с данными обстоятельствами. Однако завтра я представлю вас Королю, как гостей нашего города, и подниму вопрос о вашем максимально комфортном возвращении в Лондон. Естественно, некоторое время займёт фрагментарное стирание памяти и создание приемлемых ложных воспоминаний, а потом вас, инспектор, вернут домой.       — Стоп-стоп! Что за стирание памяти!? Я на это не подписывался!       — Но это необходимая процедура...       — Меня притащили сюда насильно! Какого хрена вы решаете за меня!?       — Грег, успокойся...       — Так не пойдёт! Если хоть кто-то прикоснётся к моему сознанию, то я за себя не ручаюсь! — лицо Грега приобрело хищные, звериные черты, на руках заострились когти и кожа частично покрылась светлым мехом. Он подкрепил своё решение яростным рычанием, с хрипом вырвавшимся из человеческой глотки, и даже одежда, столь тщательно подобранная, затрещала по швам.       — Инспектор, прошу вас, спокойней...       — Майкрофт, это беспредел, — даже Джон поддался столь отчаянно транслируемой ему по мыслесвязи злости и ярости. Стоявшие в ближайших кадках какие-то незнакомые вьющиеся растения, оплетающие притолоку и балки потолка, затрепетали, зашумели листьями. Словно змеи, толстые лианы соскользнули вниз, угрожающе изогнулись вокруг их компании. Где-то на периферии сознания испуганно пискнула Молли и торопливо покинула дом, даже не прощаясь. Антея пригнулась к каменному полу, нахмурилась, чуть выступая вперёд и частично прикрывая начальство.       — Если вы помните, я вполне успешно удерживал подобными корнями Мориарти, а он явно был побольше вас размером. Грегори хороший человек, он не виноват в том, что оказался втянут в ваши драконьи разборки, и имеет право покинуть этот город безболезненно.       — Джон, прошу вас, усмирите свою магию, иначе о присутствии в этом доме друида узнает вся округа.       Но доктор показательно проигнорировал просьбу, увеличивая приток сил и заставляя послушные лианы перейти на стены и барельефы. Грег, подобно Антее, занял перед ним оборонительную позицию, прекрасно осознавая, кто именно в их паре имеет наибольшую силу и ценность. Он ещё не превратился окончательно, но уже был весьма близок к этому.       — Мне кажется, что если вы, лорд Майкрофт Холмс, захотите, то проблема наших воспоминаний перестанет таковой являться.       — Джон, вы режете меня без ножа, — серый кардинал драконьей расы сокрушённо, но явно притворно вздохнул. — Хорошо, я приложу все усилия, чтобы вы, инспектор, вернулись назад без последствий. Но имейте в виду, это займет куда больше времени и сил. И боюсь, вам придётся остаться здесь до разрешения инцидента с Мориарти.       — Хорошо, это уже приемлемо, — Грег успокаивающе задышал, усмиряя звериную кровь.       — Как насчёт меня?       И от этого вопроса у Майкрофта, вечно спокойного и невозмутимого Майкрофта Холмса, стыдливо дрогнули ресницы, а вертикальные зрачки опустились к полу. Доля секунды, всего доля секунды потери его самообладания над самим собой стоили Джону испуганного дрогнувшего сердца и отчаянно взвизгнувшей в сознании обречённости.       Хотелось смеяться. Безумно хохотать, выплескивая из себя истерику и невозможное, сокрушительное напряжение.       — Я так и знал... Догадывался, если честно. Не просто же так за мной охотились все, кому не лень, да, лорд Майкрофт?       — Мистер Уотсон, вряд ли вы осознаёте весь масштаб катастрофы и собственную значимость.       — Не проще было меня убить сразу?       — Боюсь, это решать не мне.       — А кому? Королю?       — Именно ему, хотя мой вам совет, доктор Уотсон, чем человечнее вы будете, тем больше шансов на благоприятный исход.       — И что же со мной сделают?... ЧТО, МАЙКРОФТ?!       Сорвавшийся в хриплый крик вопрос прошёлся дрожью по корням и живым лианам, так что даже вздрогнула чешуйчатая шкура двух драконов, когда всплеск изумрудной и ослепительно-сладкой силы друида взметнулся в просторной прихожей.       — Ну что ж, позвольте мне для начала кое-что пояснить. Не соблаговолите пройти в мой личный кабинет?** Это будет долгий и тяжёлый разговор. Инспектор, если вас не затруднит, то пройдите с Антеей. Нам нужна ваша помощь в одном деликатном вопросе.       — Что-то случилось?       — Ничего страшного, но лучше этот вопрос разрешить сейчас. Гарантирую вашу безопасность.       Грег окинул дракона до странности серьёзным, но уверенным взглядом. Будто узнал нечто, что неожиданно дало ему возможность безоговорочно верить незнакомцу, которого он видит если не второй, так третий раз в жизни.       — Хорошо.       «Джон, просигналь, когда закончите», — в ответ ни слова, но согласие прозвучало в сознании туманной, зыбкой дымкой одобрения и благодарности.       Друзья разделились, каждый со своим драконом-сопровождающим, которые развели их в диаметрально противоположные стороны. И если друида повели в светлые верхние коридоры, то после недолгих блужданий по широким пологим коридорам, уходящим вниз, и покатым лестницам с крупными ступнями, волколак оказался перед тёмным и круглым зевом в каменный мешок подвала.       Небольшие бойницы, укрепленные решётками, давали мизер уже уходящего солнечного света, но в креплениях на стенах смирно полыхали синим сиянием крупные факелы, поэтому Грегори было несложно разглядеть то, а вернее, к кому, его привели.       Закованный в стальные цепи с вязью многочисленных, чуть светящихся рун, облокотившись спиной на ровную гладкую стену и подобрав под себя одну босую ногу, сверкая безумным кроваво-красным огнём со всполохами горького шоколада в глазах с вертикальным, суженным и пульсирующим зрачком, на него, неадекватно скалясь и нечеловечески рыча, смотрел светловолосый человек в потрёпанной армейской куртке.       Смутно знакомый. Уже где-то явно встречавшийся, где-то совсем недавно, вместе...       — Инспектор, это Себастьян Моран.       ...на спине Антеи в пьяном полусознании во время полёта в небесах.

•••

      — Почему именно в вашем кабинете, Майкрофт?       — Потому что это самое защищённое место во всей долине, доктор Уотсон, а информация, которую я вам дам, считается запретной к разглашению между драконами... И особенно с другими расами... И куда более опасной при разглашении таким, как вы.       — Друидам? Почему?       — Потому что, доктор Уотсон, ваш вид вымер далеко неспроста... И уж точно не сам по себе... И уж точно, не по вине безмозглых двуногих... Всех друидов, последователей, слуг и помощников, всех их потомков, даже тех, в ком дар по тем или иным причинам не проснулся, безжалостно вырезали именно мы... Драконы.       И мир на мгновение окрасился в слепяще-красный, и тысячи незнакомых голосов, что так завораживающе пели в его голове на сотнях языков, неожиданно слились в единый, шипящий и яростный крик.       Ненавижу!!!...