Big Brother Brian /Старший брат Брайан/

Мы вернулись домой, и я с нетерпением смотрю на свою великолепную, мягкую постель. Но меня удручает мысль, что я пока что не могу лечь спать. Есть вероятность, что Анхель выживет и расскажет о помнящей меня шлюхе. Я не знаю, было ранение смертельно или нет. И я уверен, что Деб вызовут на место происшествия в любую секунду. Она может провести у Анхеля всю ночь. Достаточно времени для Ледяного Убийцы, чтобы обставить свое возвращение. Ну, пока что у меня есть прекрасный вид на ложбинку Деб. Я беззастенчиво смотрю. Мы сидим на моей кровати, рядом бутылка с перекисью водорода и ватные шарики. Она опускает шарик в прозрачную жидкость и протирает мне губу. Я вздрагиваю, но не сопротивляюсь. Я из первых рук знаю, как раздражает корчащийся пациент. Еще один ватный тампон, смоченный в чистой воде, касается моих губ. Она мягка и нежна, убеждена, что я ее возлюбленный. Как мне хочется убить ее. Я доктор, и я могу промыть рану и вылечить себя гораздо лучше, чем она, но она все еще считает, что ей есть дело до моей губы. Я должен убить шлюху, которая рассказала обо мне. Чем раньше, тем лучше. Сегодня вечером. Если Анхель проживет достаточно долго, чтобы рассказать о ней, к ней придут другие. А потом ко мне. Конечно, когда я ушел из гаража, то не оставил никаких улик, я точно знаю, но было бы лучше, если бы он там умер. Может, если мне повезет, я все-таки убил его. Знаю, что не попал в главную артерию, чтобы он за секунды истек кровью, но, возможно, я попал в достаточно важную артерию, и он все-таки истек кровью, просто это заняло больше времени. Вот и вся моя надежда. Теперь мне остается подождать, пока Деб вызовут. Как только ей позвонят, она поедет на место преступления, а затем, уверен, проведет несколько часов рядом с операционной, ожидая, спасут Анхеля или же он умрет на операционном столе. Пожалуйста, пусть случится последнее. Мне нужно чуть больше времени, чтобы побыть Руди Купером. Только для Декса. У Деб звонит телефон. Слава Богу, наконец-то. Должно быть, диспетчерская. Она берет его и читает сообщение. Я пристально смотрю на ее лицо. Небольшое разочарование, вероятно, из-за позднего вызова на работу, к смятнию, переходящему в ужас. Да, моя дорогая подруга, пора уходить. «Батисту ударили ножом…», шепчет она, скорее себе. Она откашливается и пытается притвориться, что не собирается плакать. «Парня, с которым я работаю, ударили ножом…» Она останавливается в затруднении. Я вижу взволнованный взгляд на ее лице, довольный, что мои планы снова работают. «Он в порядке?», я в самом деле хочу знать. Мне хочется услышать совсем другой ответ, чем Деб, но я хочу знать. «Не знаю… Мне нужно идти… Мне очень жаль», начинает она, но я не могу терпеть дольше. «Нет, все в порядке. Я имею в виду, твоего друга ударили ножом. Это своего рода чрезвычайная ситуация», я изображаю понимающего и любящего парня. «Просто позвони мне завтра, если захочешь, и мы встретимся снова». Я встаю и целую ее. Только слегка; моя губа опять начинает болеть. «Спасибо за понимание, Руди…» Она набрасывает куртку и убегает. Я улыбаюсь сразу после ее ухода. Прибираю кровать, выбрасываю использованные ватные тампоны и убираю перекись водорода на место. У меня есть немного времени, чтобы найти, убить, разделать и заморозить шлюху, которая рассказала обо мне, но я не могу оставить тут беспорядок. Я звоню и заказываю конкретную шлюху. Я разделаю ее. Она будет мертва. Я выбрал место встречи и еду к нему. Чем меньше времени кто-то будет видеть меня с ней, тем лучше. Я стою там, на тротуаре, жду. Она идет в толпе, вызывающе одетая, пластиковая рука с ногтями, раскрашенными в разные цвета. Именно поэтому я не позволяю себе предаваться своему фетишу слишком часто. Ей понравилось, как я покрасил ногти. Они нашли ее. Я оставил след. Я показал ей Брайана Мозера, гребанного социопата, и она ушла. Ушла с частью того, что скрывается во мне, что я прячу от мира. Я не повторю этой ошибки. «Неужели. Это с тобой я должна встретиться?» Она совершенно меня не помнит. Черт. Интересно, сколько информации просочилась. Я должен был убить ее в первый раз. Но эта рука… Я не совершаю ошибок дважды. «Именно так», скоро твое тело будет заморожено и станет утренним подарком под рождественской елкой. Я собираюсь показать тебя, а поскольку скоро Рождество, я даже оберну тебя лентами и подготовлю к празднику. «Знаешь, а я как раз на днях про тебя говорила». С полицейским, глупая сука. Ты рассказала полицейскому обо мне. Ты заплатишь за это. Я киваю и помогаю ей зайти в машину. Снова не по-моему. Удар ножом Анхелю слишком прост, чтобы быть связан с Ледяным Убийцей. Они могут даже посчитать это неудачным грабежом. Но с этой женщиной я поступлю в своем обычном стиле. Вот почему мне придется быть осторожнее. Я везу ее к себе в квартиру. Я пересплю с ней. Я не буду этого делать как в прошлый раз, но я так часто был с Деб, что мне нужно разнообразие. Я обычно не балуюсь со своим фетишем. Не люблю убивать инвалидов, и они обычно свободно уходят. Я должен быть нежен с ними. Трудно объяснить, но они напоминают мне о матери. Так же легко могут развалиться на части. Удивительно. Их совершенство. Конечности, сделанные из пластмассы, застывшей во времени. Вот почему я трахнул ее нежно. Ее и ее руку. Ногти разных цветов. Она словно вышла из моих сексуальных фантазий. Я воспользовался ей, и, хоть мне это и не нравится, пришло время ей умереть. Я беру маркер и рисую линии на ее ногах. Линии, отмечающие разрезы. Да, я сделаю хороший, чистый разрез по верхней части ее бедра. Она смеется. «Щекотно», и я на миг останавливаюсь. Правильно, она еще не умерла. Я забегаю вперед. Мне нужно еще слить кровь и заморозить ее. «Продолжай», бормочет она. «Разумеется я буду продолжать», говорю я, продолжая рисовать линии. Я не могу позволить тебе жить. Я не собираюсь останавливаться. Потому что если я не убью тебя, они тебя найдут и опросят. И тогда у них будут доказательства, чтобы взять меня. И Воссоединение не случится. Декстер потеряет брата, а я не могу так поступить с ним. Ему нужен его старший брат. «В этот раз ты совсем другой… Нежный… Снова будешь дрочить на мой протез?», нет, не буду. Если стану, то у меня не хватит сил, чтобы убить ее. В них есть только одно, что мешает мне убить. Моя ахиллесова пята. Но, в отличие от Ахилла, она не станет причиной моего падения. Я исправлю ошибку и убью эту женщину. «Честно говоря… только твое несовершенство спасло тебя в первый раз», я обычно убиваю своих шлюх. Но я не мог ее убить, с такой рукой. На сей раз удача ей не поможет. «От чего спасло?», спрашивает она, смеясь. Она еще не знает, что вот-вот умрет, даже после такого намека. Я продвигаюсь, чтобы нарисовать линию пониже на ее ноге. Еще одно прекрасное место для разреза. «От настоящего искусства», на этот раз она будет прекрасна. Великолепна для моего дорогого младшего брата. Я позволяю своей маске упасть. Декстер любит говорить с жертвами про их прошлое. Мне тоже это нравится. Единственный момент, когда мы можем говорить правду. Услышьте наши тайны и разделите наши скрытые мысли. Позор, что им никогда не нравятся наши идеи, когда мы открываемся. Вот почему так замечательно сказать кому-то правду, кому-то, кто выслушает, поймет. Это захватывает дух. Удивительно. «Суть моей работы не в результате, скорее в том, как он представлен», и мне интересно, понимает ли она хоть что-то из того, что я говорю. «Сморщенная кожа у тебя на кистевом суставе далеко не идеальна. Очень неприглядно, если честно», я принимаю к сведению ее испорченную культю. Ее надо удалить так, чтобы Декстер этого не увидел. Он не заслуживает ничего, кроме совершенства. «Слушай, неужели обязательно быть таким засранцем?», она садится, прерывая мою работу. Разговор был хорош, но пора положить ему конец. С живым телом слишком трудно работать. «Эй, эй, нет, нет… Тише, тише…», стараюсь ее успокоить. Я сижу за спиной и массирую ей плечи. Как при кошерном забое, когда успокаивают животное, которое вот-вот умрет. Убивают его комфортно. Я наклоняюсь и шепчу ей на ухо, что мне жаль. Она, кажется, расслабляется. Хорошо. «Не хотел тебя обидеть», так и есть. Я просто художник, размышлявший над пятном на его пустом холсте. Я тихонько обнимаю ее за шею, готовясь задушить. «Если честно… я тебе даже благодарен», она прижимается и трется об руку, которая скоро отнимет у нее жизнь. «Ты для меня — план побега», и она займет полицию. Возвращение Ледяного Убийцы приоритетнее раненного ножом полицейского. Меньше внимания к моей неудачной охоте и больше к успешной. «Побега откуда?», она до сих пор не понимает. В незнании сила, это правда. Если бы она знала, что сейчас произойдет, она бы не улыбалась. «Из лап полиции», отвечаю ей честно. Она выглядит смущенной. «Из-за тебя мне пришлось ускорить свой… проект», и как я ненавижу тебя за это. Никогда не любил спешки. «Мне нужно что-то, чтобы их отвлечь. А мне всегда казалось, что расчлененное тело — очень неплохой способ», и я поднимаю руку и сжимаю ее. Она умоляет, просит меня остановиться, пытается отбиваться, но ничего не помогает. «Не надо. Это не поможет», ты могла бы спросить об этом любую из моих бывших шлюх. «Я пережал тебе сонную артерию, приток кислорода к мозгу прекратился. Примерно через 10 секунд ты потеряешь сознание», говорю я по привычке. Врачи обычно рассказывают пациентам, какие медицинские манипуляции с ними совершают. Она отключается достаточно быстро. Я мягко поворачиваю ее голову, осматриваю ее. Ее последние секунды были ужасны. Мне не нравится пугать ее, но думаю, я использую ее чуть дольше. Мне нужно великолепное возвращение, чтобы потрясти полицейских. Видео будет великолепно. Там не будет ничего важного, но все полицейские будут анализировать его несколько часов. Анхель останется без внимания. Я беру ее на руки и перекидываю через плечо, как охотник, несущий мертвое животное. Вот на что это похоже. В конце концов, говорят, что опаснее всего играть людьми, и это так. Но эта игра еще и самая забавная. Я несу ее в свой морозильник и кладу на стол. Беру пульт, и он поднимается. Ненадолго выхожу из комнаты, чтобы установить видеокамеру. Я поставил ее на коробку вверх тормашками, так что шлюха появится справа. Потом беру несколько больших листов бумаги и пишу на них сценарий. Ерунду о том, что меня бесит их ошибочный арест. Мне на это срать. Декстер никогда бы не купился на это, и это все, что имеет значение. Конечно, Декстер знает лучше. Он мой брат. Социопат. Он единственный, кто понимает, видит мою работу такой, какая она есть; шедевр. Я завязываю волосы шлюхи в пучок. Не хочу, чтобы кровь испачкала ее хорошенькие волосы. Даю шлюхе пощечину, чтобы разбудить ее. Поначалу она кажется немного пьяной, но потом вспоминает. Ее глаза расширяются от ужаса. «О, Боже…», шепчет она. «Ты можешь помолиться, если хочешь, но быстро. Мне нужно записать видео. Я никогда так не делал, но, может быть, Бог любит тебя чуть больше». Если бы Бог действительно существовал и знал обо всем дерьме, что я делаю, он бы меня остановил. «Почему я?», она начинает плакать. Ответ гарантирован. Она заслуживает того, чтобы знать, за что будет наказана. «Потому что ты рассказала обо мне. Тот человек, которому ты все рассказала, полицейский, связал меня с Ледяным Убийцей. Это заслуживает наказания», она начинает учащенно дышать, правда сражает ее как тонна кирпичей. «Ледяной Убийца?», она рыдает. Потом надоедливо и визгливо кричит. Я поворачиваюсь, уделив ей внимание. «Во плоти», моя темная шутка. Она начинает кричать, но я закрываю ей рот. Не нужно соседей, которые вызовут полицию. Конечно, они вряд ли что-то услышат сквозь толстые стены. Когда я заказывал этот морозильник, то сделал все, чтобы стены были почти звуконепроницаемы. «Теперь мне нужно видео. Ты мне поможешь?», спрашиваю я спокойным и терпеливым тоном. Деб должна вернуться гораздо позднее, так что у меня есть время. Она сопит и пытается сдержать крик. Хорошая девочка. Вскоре она кивает. «Хорошо, тогда ты должна прочитать этот текст», я становлюсь на колени, держа сценарий вверх тормашками на уровне ее глаз. Включаю камеру и съемка начинается. «Вы арестовали не того человека. Все подумали, что я жалкий любитель, и я очень, очень зол, а вам придется отвечать за свои ошибки…» Она снова рыдает. Отлично, я не хочу делать еще один дубль. Я пользуюсь видеокассетой, а не DVD — диск хранит слишком много лишней информации, — и у меня не миллион лент. «Помогите мне, пожалуйста…», она снова рыдает. Лучше ей продолжить в ближайшее время. Меня не волнует, есть ли на ленте просьбы, но я бы не хотел, чтобы запись была слишком длинной. Не хочу утомлять Декстера слезами умершей женщины. Она продолжает плакать. Достаточно хорошо для записи. Знаю, что не получу рыданий лучше, чем эти, и мне не придется всю ночь ее успокаивать. Я беру нож. «Не надо. Пожалуйста, не надо…» Снова просьбы? Вряд ли они помогут лучше, чем в первый раз. Некоторые говорят, что безумие постоянно повторяет одно и то же снова, снова и снова, и ждет разных результатов. Может быть, я единственный здесь в здравом уме. Я подхожу к ней, закрывая ее от камеры, и перерезаю горло. Выхожу из кадра, чтобы показать ее разрезанное горло и капли крови, текущие по ее лицу. В лучшем случае они получат хороший обзор моей задницы, когда я вышел на сцену. Я беру камеру и выключаю ее. Достаю кассету и кладу ее в папку. Это даст им пищу для размышлений. Опускаю стол, снимаю обескровленное тело и перекладываю на свой рабочий стол. Включаю свет. Мне нужно хорошее рабочее пространство. Я замораживаю тело жидким азотом. И они говорили, что химия скучна. Потом я режу ее на куски. Эта морщинистая плоть ее культи беспокоит меня. Я отрезал ей другую руку по культе, но здесь я не могу оставить этот недостаток. Что подумает мой брат? Нет, она должна быть совершенна, безупречна. Я отрежу культю. Не очень ровно, ну да ладно. Отпусти это, Брайан, отпусти это Не все в жизни прекрасно. Но как мне жаль, что я не могу сделать ее прекрасной. Только для Декстера. Отпусти это. Я выбрасываю эту мысль из головы. Кроме этого неравномерного разреза она выглядит потрясающе. Ее плоть светится, почти как пластик. Но на сей раз она настоящая. Я заверну половину из них, как обычно делаю, но на сей раз я делаю кое-что еще. Это почти Рождество. Я помню Рождество в лечебнице. Консультанты заставляли нас играть в Тайного Санту. Они даже брали нас на улицу, в магазины. Малыми группами, конечно. Им не понравилась бы дюжина детей с психическими расстройствами, бегающая по Wal-Mart. Нам нужно постоянное наблюдение, когда мы не находимся в своих одобренных правительством палатах для буйных. У нас было от двух до десяти долларов для похода по магазинам, в зависимости от того, сколько денег выделили лечебнице. Я помню свой лучший подарок от Тайного Санты; пакет зефира. Наверное смешно, но это не самый худший подарок. Меня поместили к самым дефективным детям, так как я был один, а у них было не очень много идей о хороших подарках. Но те времена прошли. Я напевал «Deck the Halls», пока завязывал банты. Я привязал ленту на каждую из них. Разные цвета, блестящие ленты и украшения. Думаю, я буду наслаждаться следующим Рождеством. У меня будет семья. Декстер. Конечно, он, скорее всего, как и я, не большой любитель праздников, но хорошо быть вместе с семьей. Даже в этом году можно сказать, что я праздную Рождество с семьей. Это мой подарок Декстеру. Напоминание, которым я говорю ему, что не бросил его. Я никогда не брошу его. У него скорее всего нет ничего для меня, но я могу назвать наше Воссоединение подарком. И это как раз то, чего я всегда хотел. Я поправляю руку на столе. Вертикально ноге. Так лучше, красивее и аккуратнее. Точно. Я осматриваю тело. Хорошо выглядит. Беру искусственную руку. на ней обручальное кольцо. Симпатично. Может, это будет хороший способ убить Деб. Сначала сделать ей предложение, а потом убить. Конечно, с Декстером. Хороший повод, чтобы позвать ее на яхту. Яхта, значит, полиция станет искать ее в море, они так глупы. Мне надо закончить эту игру. Полиция найдет меня в ближайшее время. Мне нужно, чтобы это случилось на моих условиях, чтобы я держал это под контролем. Поэтому мне нужно показать, кто я, как можно скорее. Декстер, должно быть, к этому времени нашел статью. Теперь все, что нужно — знак, что надо пойти домой. И причина пойти домой. Без сомнений, он будет искать Деб. Он соберет паззл раньше полиции. Он лучше знает, что им сказать. Он будет искать Деб без полиции. Я скажу ему, что она у меня. А потом он вернется домой, чтобы спасти Деб. Но потом он вспомнит. А потом он убьет Деб. Я беру кольцо с протеза, порадовавшись новому плану. Напряжение в игре нарастает. Она почти закончена, но находится на самой смертельной стадии. Нет, я не могу расслабиться. До этого я наделал ошибок. Я думал, что сейчас будет самое время отдохнуть, но на самом деле сейчас то самое время, когда дела идут полным ходом. Мигает красный огонек, жужжит звонок. Я смотрю на экран, чтобы понять, кто может быть тут так поздно вечером. Деб. Конечно же. «Черт. Только этого не хватало», после объяснения с ней я не могу позволить себе развернуть ее и оправить домой. Мне нужна романтичная встреча на яхте. Придется впустить ее и удостовериться, что она будет достаточно далеко от моего морозильника. Не хочу убивать ее раньше времени. Сбрасываю одежду и бегу в спальню. Накидываю тренировочные брюки. Надеюсь, она решит, что я спал. Выбегаю, чтобы открыть дверь. «Привет», стараюсь выглядеть удивленным и счастливым. «Я знаю — уже поздно. Наверное, ты не слышал сообщения», нет. Анхелю лучше умереть. Но кажется, она слишком рада для этого. Вот дерьмо, он выживет. И он расскажет обо мне и о шлюхе. Шлюха мертва. Это хорошо. До тех пор, пока Деб не зайдет и не увидит ее. Хотя, раньше ее не интересовал мой морозильник. После долгого неудачного дня я хочу выбросить шлюху и лечь спать. «Я ехала мимо, увидела твою машину.» Отлично, как и ожидалось, она хочет меня. «Могу уйти», говорит она, когда я ничего не отвечаю. Я не могу быть плохим парнем сегодня вечером. Еще несколько дней игры в мистера Идеального, и я свободен. «Ладно, проходи уж», я беру ее за руку и тяну внутрь. У меня еще есть время. Хороший перетрах, и она будет спать. Тогда я смогу избавиться от тела."Все равно, пора тебе увидеть, где я живу», я закрываю дверь и обнимаю ее. «Ты не представляешь, как мне это было нужно», говорит она мне в плечо. «Как приятно», меня все еще поражает, как людям может быть комфортно со мной. Я улыбаюсь и делаю все правильно, но это фальшивка. И они понятия не имеют о правде. «Только ты холодный. Ты замерз?», в морозильнике. Хоть и пришлось побегать, я не мог так быстро согреться. «Ну, так останься и согрей меня», я провожаю ее внутрь. «Подожди, я схожу за рубашкой», я вернулся в спальню. Темная рубашка с длинным рукавом, пара бокалов вина позже, и я на диване рядом с Деб. «Тебя расстроило то, что случилось с Батистой?», спрашиваю я, поглаживая ее по голове. Она кивает и говорит: «Там была дочка Анхеля». «Сложно ей, наверное. Дочь полицейского… Как и ты», потому что я снова идеальный парень, который знает, что сказать. «Да. Я помню, каково это… Целуешь папу, когда он уходит, и боишься, что это в последний раз». Она эмоциональна. Мне стоит поспешить, чтобы закончить дела с ней. Меня ждет мертвая шлюха в морозильнике. Но сейчас не время спешить. Я долго ждал того времени, когда смогу убить Деб. Время подходит. Я должен все подготовить. «Давай уедем из города на выходные. Вдвоем», она улыбается, но не соглашается. Если какой-то план и должен сработать, то этот. Я не могу испортить Воссоединение. И часть Воссоединения включает убийство Деб. «Надо поговорить». Верно, «надо поговорить» обычно означает «я не хочу тебя больше видеть». Я устал от ее лица, но на сей раз «надо поговорить» значит: «Я собираюсь сделать тебе предложение, а потом убить». «Ну так вот она я», кротко говорит она, пытаясь скрыть смесь страха со счастьем. Это обычно для людей. Они притворяются точно так же, как и я. Только мы скрываем разные вещи. Я заставлю ее немного понервничать. Я не могу рассказать ей о своих планах, будь то предложение или убийство. «Нет», я улыбаюсь и, надеюсь, что она понимает намек, что я не собираюсь бросать ее. Я просто собираюсь убить ее. «Нужно подходящее время», это поможет, если она будет следовать моему плану. И она скорее ему последует, если решит, что это сделает ее счастливой. Она кивает и соглашается. «Тогда подождем… Хотя бы до момента, когда мы поймаем этого мудака». Черт бы тебя побрал, Деб. Как только ты поймешь, кто этот мудак, ты вряд ли захочешь встретиться со мной снова. Я тоже не хочу видеть тебя каждый день, но это не самое правильное решение. Нет, Батисте придется подождать. Мое дело важнее. «Но учти — я могу быть очень настойчив. Мне надо уехать из города, и мне надо, чтобы ты поехала со мной», говорю я, перемежая слова с поцелуями. Она покинет город вместе со мной. Мое Воссоединение с Декстером ни в коем случае не должно быть сорвано. Я много лет планировал, и это — сердцевина моей игры. Все остальное, включая Деб, Батисту и даже мою жизнь, ничего не значит по сравнению с встречей с моим братом. «А мне надо поспать, только это будет непросто. Я по-прежнему на взводе». Да, я знаю, что ты имеешь в виду. Я тоже сейчас на взводе. Я не смогу уснуть, пока мертвая девушка из моей морозильной камеры не окажется под елкой. «Ну, тебе повезло, у меня есть идеальное средство», например, мои руки. «Любящие руки». Однако, я могу ее усыпить. Она смеется и падает в мои объятия. Будь хорошим парнем. Свали с ног свою подругу. Уснуть в такой адский день непросто. «И еще одна мелочь, которая тебе поможет». Если она сама согласится принять препарат, это будет прекрасно. Если я дам наркотик без ее согласия, он сработает точно так же. Она смотрит на мою промежность. И это меня называют извращенцем! «Это не мелочь». Шутка про член. Хорошо. Идем дальше. «Я про валиум. У работы в больнице есть свои плюсы». Интересно, она знает, насколько это мощное дерьмо? Оно уложит ее. Мне не придется беспокоиться, что она проснется и увидит, что я ушел. «Вино с валиумом? Я буду абсолютно беспомощна». Она предлагает мне себя изнасиловать? Глупая Деб, как я могу тебя изнасиловать, если ты и так согласна. «Читаешь мысли», и мы целуемся, снова и снова. Я не могу изнасиловать по согласию, но я, безусловно, могу ее адски трахнуть. Алкоголь плюс валиум, плюс интенсивный секс равняется чертовски бессознательной Деб. Хватило одного часа, чтобы объединить все три. Деб теперь спит на моей кровати. Той самой, на которой я всего несколько часов назад трахнул и задушил шлюху. Если бы она только знала, что я сделал, ее бы и близко тут не было… Я складываю шлюху в свой большой холодильник. Надеваю обычный костюм для таких дел. Темная рубаха с длинным рукавом, черные брюки и солнцезащитные очки. Я уже выбрал место, хижину Санты. Это небольшой тематический торговый центр для детей, чтобы они пришли туда и поверили, что Санта реален и живет в Майами. Адский способ сбежать с Северного полюса. Я очень не хочу давить на Декстера, но мне в самом деле нужно, чтобы он кое-что понял, и как можно быстрее. Я планирую подготовить Деб в эти выходные. Он не должен слишком долго копаться, верно? Я иду в постройку 103. Останавливаю часы и устанавливаю их на 1:03. Это очень важное число. Полиция ничего не поймет, и дерьмо с ней, но Декстер поймет. Я иду к украшенному дереву с фальшивыми подарками под ним. Я раскладываю части тела. Они выглядят так хорошо, словно и должны были лежать там. Размещаю их под случайными углами, на равном расстоянии друг от друга, как будто это другие подарки. Разница лишь в том, что это настоящие подарки. Они для моего младшего брата. Воспоминания возвращаются ко мне. Рождество. Самое раннее, которое я помню. Декстер был малышом, и Джо еще был с нами. Декстер, должно быть, был еще совсем мал. Еще до того, как Джо привез нас в стриптиз-клуб. Декстер сидел там, безучастный и чистый, каким может быть только очень маленький ребенок. Но я помню, как сидел с ним. Джо хотел выйти поиграть со мной, но я захотел остаться с Декстером. Было Рождество, Рождество с семьей. Декстер был моей семьей, не Джо. Я знал это даже тогда. Я помню второе Рождество с Декстером. Ему уже был год, и он умел ходить. Он ковылял за мной, а я смеялся. Он попытался съесть пластиковые украшения с дерева, тогда он все пытался съесть. Джо тогда уже не было. Только я, мама и Декстер. Третье, последнее Рождество с Декстером. Ему было два, и он умел говорить. Он постоянно что-то спрашивал. Хотел узнать что это было, и почему кто-то сделал что-то. Мать не любила, когда он приставал с вопросами, но мне нравилось. Мне нравилось быть его старшим братом. Показывать ему мир, делать все понятным. А потом все изменилось. Мама умерла, и Декстер ушел. Нет, его забрали у меня. Я вернулся к реальности. Верно, тело и дерево. Я в гневе. Я сердит из-за того, что случилось, и что можно было бы предотвратить. Я кладу кассету под туловище и быстро ухожу. Рано, солнце взойдет в ближайшее время, и я опаздываю. Мне нужно было разложить вещи слишком быстро, я сломал несколько украшений и веток. Несмотря на то, что подарки еще не найдены, я все еще чувствую, что встречаю это Рождество с Декстером. Я спешу от дешевого торгового центра домой. Теперь, когда адреналин от наличия трупа поблизости пропал, меня охватывает усталость. Гребанный финал. Единственная мысль, которая приходит в мою голову прежде, чем она падает на подушку. Пять утра. Два часа до работы. Хоть что-то, по крайней мере. Будильник звонит через два часа. Обычно я жаворонок, но сейчас мне не хочется вставать. Мне надо поспать. После Воссоединения я смогу спать столько, сколько захочу. Счастливая мысль для начала дня. После Воссоединения. Я встаю и иду на работу. Не то, чтобы я работаю, сегодня я слишком устал для этого. Скорее подремать в своем кабинете для изготовления протезов. Звонит телефон, и я поднимаю голову с искусственных ног, которые мне служат замечательной подушкой. Деб хочет пообедать со мной. Мне не нравится мысль о том, чтобы оставить мой кабинет и прервать свой сон, но мне нужно побыть хорошим бойфрендом чуть дольше. Только до ночи. Я могу справиться с этим. И вот я на месте, иду к столу, за которым сидят Декс и Деб. Хорошо, быть может, Декстер останется. Это сделает встречу более терпимой. «Декс, а Деб мне не сказала, что ты придешь». Пожалуйста, останься. Я слишком устал, чтобы иметь дело с ней наедине. «Вероятно, просто забыла», интересно, что это может значить? Я занял место за столом. «Твою мать. Это по работе. Придется уйти. Вот, забирай мое», говорит она, глядя на телефон. Она отдает мне свою еду, целует меня в щеку прежде чем извиниться и уходит. Ничего себе. Это хорошо. Она соврала про работу, но без разницы, почему, я теперь могу провести больше времени с Декстером. Я делаю глоток из чашки Деб. Кока-кола. Еще бы сделали ее, как говорят, с настоящим кокаином. Тогда бы я проснулся. «Что у тебя с губой? Деб приложила тебя правым хуком? Я знаю, за пульт она убить может», шутит он, и приятно видеть, как он со мной расслаблен, даже если он просто притворяется для меня. «Да нет… в мастерской поранился сегодня утром», не говоря уже о том, что я не трогал ни одного инструмента сегодня утром. Он этого не знает, и не должен. Если я ему скажу, что заработал шрам вчера вечером, то он бы мог соединить одно с другим, как тогда, когда умер Джо. «Не похоже, что сегодня. Порез уже заживает». Конечно, он легко поймает меня на лжи. Или оговорке, если я сделаю все правильно. «Я сказал… Я имел в виду вчера. Заработался…» я смеюсь, чтобы он ничего не заподозрил. Декстер силен в анализе фактов, но дайте ему человеческие эмоции, и его мозг мертв. Сейчас я рассчитываю именно на это. Он кивает, и я меняю тему. «В любом случае, думаю, Деб подстроила эту встречу не из-за моей губы.» Рано или поздно мы должны перейти к сути дела. «Моя сестра боится, что все не так хорошо, как кажется», с прошлой ночи, скорее всего. Наверное, эпизод с 'надо поговорить' на самом деле сразил ее. «Твоя сестра ошибается». Хорошо, чтобы обмануть Декса много времени не потребуется. «Так к чему это «надо поговорить»?» Я скажу Декстеру первую часть своего плана. Он передаст ее Деб, и больше не будет драмы. Ну, ничего такого, что испортит наше Воссоединение. «Я задумался о своей жизни. И мне кажется, что ее остаток я хочу провести с Деб, понимаешь?» «Не понимаю», говорит он невозмутимо. Ясно, он не романтичный тип, как и ожидалось. «Я понимаю другое, Деб тебя любит. Очень. Сделаешь больно ей…» «Ты сделаешь больно мне», заканчиваю я. Завтра он будет чувствовать себя иначе. Вскоре он узнает правду. Тогда он сам сделает больно Деб. «Что-то вроде того», отвечает он. Я не покупаюсь на это. Еще одна вещь, которой его научил Гарри, уверен. Быть защитником своей фальшивой сестры. Есть только один способ, которым он может причинить людям боль, и он хранит его для тех, кто делает вещи намного хуже, чем причиненная боль Деб. Декс мог бы причинить мне боль по обоим пунктам, но я знаю, он не станет. Не тогда, когда он узнает. Я просто смеюсь и откусываю тако. Больше он не говорит. Хорошо просто тихо пообедать с ним. Я не пытаюсь завязать разговор, как раньше, просто наслаждаюсь тишиной. Полагаю, такое будет случаться много раз после нашего Воссоединения. Вскоре, однако, мы расходимся, и мне приходится вернуться к работе. Настоящей работе на этот раз. Я не могу больше тратить время на сон, Думаю, мне придется выпить кофе. Спустя несколько часов я могу написать сообщение Деб. Если она думает, что я позволю ей помешать Воссоединению, она ошибается. «Согласна поплавать со мной на яхте на выходных?» и смайлик в конце. Мне было сложно говорить с ней об этом без нецензурных слов и угрозы убийством. Но тогда бы у меня ничего не получилось. Мне нужно, чтобы она была со мной на яхте в эти выходные. Безо всяких оправданий. Это для Декстера. Я рано ухожу с работы. Обычно я не испытываю много чувств, но сейчас я чувствую многое. Волнение, радость, нервозность. Страх, разочарование. У меня проблемы с их классификацией, потому что большинство из них новы для меня. Дома я ставлю запись «Born Free» Энди Уильямса на свой проигрыватель, рядом новую Барби. В моем морозильнике ничего не изменилось с прошлой ночи. Я ставлю куклу, на фартуке которой написано «Дом, милый дом» на крышку плеера. Все намеки, что могут понадобиться Декстеру. Мысленно пробегаю по пунктам, чтобы убедиться, что ничего не забыл. Я зашел в квартиру Декстера, установил песню так, чтобы она начала играть, как только он войдет. Новая заставка на экране, «Львы на охоте», чтобы он вспомнил, что он не охотничья собака Гарри, а свободный зверь. У него будут кукла Барби, «Born Free» Энди Уильямса, в морозильнике есть доказательства того, что я — Ледяной Убийца. Конечно, Декстер уже узнал о матери. Он поймет намеки, что приведут его в наш дом, о котором знаем только мы. Он захочет спасти Деб. Наш старый дом полностью готов. Там есть все принадлежности Декстера для убийства и немного еды на всякий случай. Он придет, просто я не знаю, когда. Беру яхту в аренду под именем «Руди Купер» — прекрасная затравка для полицейских, которые решат, что Деб на яхте. Я стою на яхте и звоню ей. Я заполучу ее задницу на этой гребанной яхте, даже если мне придется караулить в туалете, пока она захочет отлить, стукнуть ее по голове и утащить на яхту. После нескольких гудков она отвечает: «Привет!» «Привет, суперкоп. Что скажешь?» Я пытаюсь не показать своего вызванного нервозностью безумия, потому что сейчас мне не надо ни о чем беспокоиться. Единственное, что есть во всем мире — я, моя яхта и манда по имени Деб. «Я сейчас занята немного». Какого хрена! Твоя задница должна быть на этой яхте. «Ладно. Я быстро. Ты так и не ответила на смс. Могу я надеяться на твою компанию в эти выходные?» Чтобы резать и калечить тебя, пока ты не умрешь? Хорошо, наверное, я просто убью ее. С Декстером. Мы сделаем это вместе. «Да… понимаешь…» Нет! Это недопустимый ответ. «Деб, это всего два дня». Иди уже на эту проклятую яхту! «Я знаю, знаю… Просто… Мы почти что взяли за жопу Ледяного Убийцу» Почти взяли? Я снова где-то ошибся? Анхель рассказал о шлюхе? Возможно, у меня меньше времени, чем мне казалось. Тем больше причин, чтобы она приехала к яхте прямо сейчас. «Обещаю, как только мы поймаем этого выродка, мы проведем все выходные в постели. И хрен тебе удастся от меня избавиться.» Да… Я не думал, что все пойдет так. Если у меня меньше времени, то зачем мне алиби на два дня? «Ладно, ладно, но… Может, поужинаем?» Все, что может тебя привести к этой яхте. «Боже, какой же ты зануда!» Только в вопросах жизни и смерти. «Ну тебе же надо есть, хоть иногда? Так почему бы не поужинать со мной…» Приходи уже на мою яхту! Я чувствую себя педофилом, заманивающим ребенка в фургон. Мне нравится думать, что со стороны это выглядит лучше. «На моей яхте?» Добавляю я. Приезжай, Деб, это последний раз, когда я спрашиваю. Потом я просто применю силу. «Откуда у тебя яхта?» Она удивлена. Хорошо, возможно ей будет неловко отказать после того, как я потратил столько денег на «романтический ужин». «Арендовал», это правда. Это заставит полицейских искать нас в море, они не узнают, что мы не покидали землю. Украденную яхту выследить сложнее, чем арендованную. «Думал, проведем там с тобой пару дней, но… можем провести хотя бы вечер», мне бы хотелось, чтобы они как можно позднее узнали об отсутствии Деб, но это все, что я могу получить. Тишина, я не могу победить ее. Хорошо, если это не поможет ей решиться, то я применю силу. «И есть кое-что, о чем нам надо поговорить…», и я уверен, что Декстер сказал, что это за «Кое-что». Правда, тот обед с ним был великолепен. Прекрасный способ одержать верх. Даже не зная об этом, Декстер все еще мне помогает. «Ладно, попробую выбить себе час на ужин.» Наконец! Она сдается! «За час я успею.» Это ускорит процесс чуть больше, чем я хотел, но несомненно, оно сработает. «Только час, а не как обычно. «давай еще пару минут, а еще можно заняться сексом…» Да, Деб, фору в один час, прежде чем полицейские приедут за мной. Просто небольшое неудобство со временем. «Ладно. Обычный час. Не якобы час. Понял.» «Ладно, смоюсь отсюда, как только смогу. Увидимся», я улыбаюсь, когда она вешает трубку. Я заполучил Деб на яхту. План начинается. Я занимаюсь подготовкой. Если ее захватит волшебство и страсть момента, вероятно, она взойдет на яхту. И она должна взойти на яхту. Я украшаю яхту гирляндами для рождественской елки, полностью белыми, и украшаю док белыми розами. Ее любимыми. Я одел свой лучший костюм, и я выгляжу настолько хорошо, насколько это возможно. Как она может отвернуться от этого? Так что я стою на яхте, в руке одна белая роза для дорогой, в скором будущем покойной, Деб. Наконец, она подходит. Хорошо. Даже если она попытается сбежать, как в худшем варианте, я просто стукну ее и отнесу на яхту. Но она смотрит на меня с благоговением и радостно смеется. Смейся, пока можешь. «Ебааать!», она снова смеется. «Кажется, мы решили, что сегодня не получится», бойко отвечаю я, и она идет к яхте. Я протягиваю руку, чтобы ей помочь. Хорошо, Деб, заходи на яхту. «Это все ТЫ сделал?», она в восторге от вида яхты. «Если честно, да», мне пришлось потратить несколько часов, но оно того стоило. Каждая часть подстраховки стоит того. Воссоединение должно пройти без помех. «Нравится?» «Да», она так счастлива. Глупая маленькая Деб. «Мне так нравится, что сказать, то, что я должна, будет еще сложней». Твою мать, нет. Я могу вырубить ее за тридцать секунд. Уезжай, если хочешь. У тебя только два варианта: то, что будет забавно тебе, или то, что позабавит меня. «Только не говори, что ты уходишь», я бы предпочел фору в час. И мне не нужны свидетели, которые вызовут полицию, потому что неизвестный мужчина душит неизвестную женщину и тащит ее на яхту. «Извини. Попала в пробку. Полчаса сюда добиралась. Надо потихоньку ехать обратно», хорошо, пришло время для резервного плана. Я достаю кольцо, которое снял с последней шлюхи, и опускаюсь на колено. «Боже мой. Подожди», шепчет она. «Стой! Да постой ты!», события происходят слишком быстро для нее. Твою мать, Деб, более важные вещи происходят намного быстрее для меня. «Ты сама меня вынуждаешь», я шучу, скрывая настоящее разочарование. Она не сможет мне отказать после этого. «Я хотел дождаться, пока мы выйдем в море, но…», и я протягиваю ей кольцо. «Приходится так. Я знаю, это слишком быстро… Но мне кажется… Мне кажется, что всю свою жизнь я ждал тебя. И теперь, когда ты здесь, я не хочу, чтобы ты исчезла. Дебра Морган… Ты выйдешь за меня?» Главным образом, настоящие эмоции, только не для нее. Я большую часть своей жизни ждал Воссоединения с Декстером, и теперь, когда он снова вернулся в мою жизнь, я не позволю ему исчезнуть. Но Деб не должна узнать это сейчас. «Я знала! Блин, я так и знала!», визжит она и смеется. «Это означает «да»?», потому что в мелодрамах человек всегда ждет четкого «да». «Да, да, да, но…» Черт, нет! «Нет, нет! Давай остановимся на «да». Грязная сука. «Мне нравится это слово». «Да, но давай сбавим обороты. Давай так. Мне нравится быть с тобой. И я хочу этим насладиться. Так, что «да», но…» Я не знаю, означает это, что она уйдет или останется, но я надеюсь, что останется. «Ладно, я понял.» «Понял?» «Вообще-то нет, но разберусь», я в самом деле очень гибок в последнее время. Обычно я поступаю намного хуже, когда планы летят к чертям. «Хорошо», она снова смеется. «Но я могу носить кольцо, да?» «Да, но… Есть условие. Я знаю, что тебе надо на работу, но… Если хочешь носить кольцо, мы должны отпраздновать. Бокал шампанского. О большем не прошу». Зайди в каюту яхты. Там мы уединимся. Там никто не услышит твоих воплей. Я тоже хочу насладиться моментом. «Руди, я…» Наверное, это последний раз, когда меня кто-то называет так. «Я серьезно. Ты не можешь оставить своего «типа жениха» на яхте с холодной едой и непочатой бутылкой. Это жестоко», я усиливаю вину. Все, чтобы спрятать ее на яхте, подальше от посторонних глаз. «Один бокал шампанского… отпраздновать. А потом вернешься, будешь дальше спасать Майами от Ледяного Убийцы», заканчиваю я, глядя на нее щенячьими глазами. «Ладно, была не была», она обнимает меня и целует. Правильно, Деб, подойди поближе. Я кончаю целоваться и веду ее в каюту. Уединенно. Скрыто от мира. Она осматривается с благоговением. Это хорошая яхта. «Яхта потрясающая. Не знала, что ты таким увлекаешься.» «Ты еще многого обо мне не знаешь», и она узнает. Теперь мы скрыты от чужих глаз. Никто не услышит ее криков. Я не боюсь ей признаться. Если мой план потерпит неудачу и она освободится, все равно нет никакой надежды на сохранение моей невинности. Меня опознают как Ледяного Убийцу в течение нескольких дней, может, даже часов. «Это телефон звонил?» Кажется, я слышал его из другой комнаты. Лучше бы она не рассказывала никому, где она. Мне нужна каждая секунда поисков на воде, которую я могу заполучить. «Да, старший братик. Я включила голосовую почту. Пусть подождет», интересно, что хотел Декс? Зная его, я думаю, он уже вышел на меня. Он умен. Это хорошо, я хочу, чтобы он нашел меня раньше полицейских. «Хорошо. Ты нужна мне вся, без остатка», говорю я, входя к ней с двумя бокалами шампанского. «За… то, что будет дальше», Воссоединение, конечно же, а не нашу будущую свадьбу. Мы поднимаем бокалы, и она пьет. Я сую в рот пастилку от кашля. Посмотрим, получит ли она подсказку. «Ты не пьешь», сетует она. Наслаждайся своими последними минутами, одураченная и ноющая Деб. Я целую ее, давая ей почувстствовать вкус леденца от кашля. Мы вскоре отдаляемся. Я не хочу тратить время на притворство. «Вкус ментола… как-то не очень сексуально», она тянется к обертке. Точно такой же, какую она нашла несколько месяцев назад. Я обнимаю ее за шею, когда она начинает хмуриться. «В чем дело?» «Ни в чем. Плохие воспоминания», она поднимает мою руку чуть выше, что позволяет мне обнять ее сзади. Мое идеальное положение для удушения, какое совпадение. «Точно. Это ведь единственная улика, которую оставил Ледяной Убийца, да?» Вряд ли это мог знать Руди Купер. Но это хорошо. Теперь Деб может узнать правду. Она не сможет никому ничего сказать, и как мне хочется, чтобы она повернулась ко мне, чтобы увидеть ужас на ее лице. Я плотно обхватываю ее руками. Для некоторых это жест любви и защиты. Для меня просто подготовка к тому, чтобы придушить ее. «Да», в ее голосе звучит беспокойство. Она знает, что что-то не так. «Стоп. А ты откуда знаешь?», она начинает складывать два и два. «Я редко допускаю ошибки, а если допускаю, это меня угнетает», интересно, что она будет делать. Я прикасаюсь лицом к ее плечу. Нежность для кого-то, для меня удобная поза, чтобы максимально использовать силу тела при удушении. «Забавно», отрицание. Она знает, кто я. Просто не хочет понимать, что это значит. Что последние несколько месяцев знакомства с мистером Идеальным были искусной ложью. Мистер Идеальный на самом деле ненавидит тебя, Деб. И собирается тебя убить. Ты умрешь. Она пытается сбросить мою руку с шеи, но я не позволяю ей сдвинуться с места. «У тебя шампанское греется», она пытается сменить тему на что-то, что заставит ее забыть. Боже, как я люблю наблюдать за психическими страданиями. Это стоит месяцев пыток, которые я провел с этой женщиной. Но Воссоединение стоит во главе всего этого. Это лишь малая часть грядущей свободы и власти. «Знаешь, о чем мне очень хотелось тебя спросить? Почему ты не поняла, кто я?», меня всегда поражало, как правильные слова и выражения лица могут сделать из тебя прекрасного бойфренда, без разницы, любишь ты или нет. «Ты ведь коп», продолжаю я. Если она не хочет верить, то это плохо. Пора открыть тебе глаза, Деб. «Это не смешно», она сердится. Ей все еще кажется, что это шутка. Естественный рефлекс, попытка защитить себя. Так жалко выглядит. «Мне казалось, настоящий коп почувствует, если будет рядом с тем, кого он ищет. Так ведь?», и я начинаю ее душить. «Мне больно», она все еще прячется, отчаянно цепляется за иллюзию, что я ее люблю. «Я еще не показал тебе лучшую часть дома. Сам построил», говорю ей, чтобы добавить больше доказательств к бесспорному. «Прекрати!» Она начинает вырываться. «Морозильная камера», а не грузовик-рефрижератор. «Боже, зачем ты это делаешь?!» Ей сложнее бороться. О, Декстер. Это будет удивительно. Она увидит Декстера, решит, что он пришел помочь ей, а мы воткнем нож в нее вместе. «Сложнее всего было затащить тебя на яхту», и Боже мой, это было сложнее, чем казалось. Должно было быть проще. Пригласить свою девушку на яхту. «Всем остальным я просто платил», если бы с Деб было бы так же просто. «Но… ты сама все упростила… Так по-дурацки влюбилась», я глажу ее волосы свободной рукой. Она плачет и перестает бороться. «Перестань», последнее слово, которое она произносит, прежде чем затихает. Хорошо, она без сознания. Достаточно надолго. Я обматываю ее запястья и ноги скотчем, затем перекидываю через плечо. Я вытаскиваю ее на верхнюю палубу и залезаю в карман, чтобы взять ее сотовый. Он должен быть уничтожен, как только полицейские выяснят, где он. Полицейские должны искать в море, и мы выходим в море. Я завожу лодку. Это хорошая ночь. Вечер был дрянной, но закончилось все хорошо. Я выстоял после всего этого дерьма вчера. Для тебя, Декс. Через некоторое время звонит телефон Деб, я смотрю. Вижу пропущенный звонок для Деб от Декстера. Он волнуется о Деб. Он просто запутался. Я объясню ему при Воссоединении. Тогда он узнает, что я его настоящая семья, а не Деб. Выбрасываю телефон за борт. Не страдай, Декс, это к лучшему. Скоро я буду с тобой, и ты все поймешь.