Return to...

Маленький мальчик, завернувшийся в серые, давно потерявшие цвет лохмотья, так, что из-под них едва выбивались спутанные тёмно-каштановые пряди волос, в которых был песок и зелёные водоросли, стоял среди скал, у которых ярилось море, и смотрел вдаль, туда, где находилась линия горизонта. Одна из худых — кожа да кости — рук его крепко сжимала деревянную, сделанную из обломанной с двух концов ветки, палку, на которую ребёнок опирался. Этот его импровизированный посох был неошкурен, и потому у низа его лохмотьями висела кора, а верх грозил оставить в ладони немало заноз, но мальчик и не думал расстаться со своей дополнительной точкой опоры. Другой же рукой он придерживал ветхий, уже начавший кое-где расползаться по ниточкам, плащ. Услышав голоса, доносящиеся из-за отделяющей море от остальной суши цепочки холмов, ребёнок даже не шелохнулся. Вскоре пятеро всадников оказалось на песчаном пляже, и появилась возможность услышать их разговор. Впрочем, и без слов, по тону говорящих можно было понять, что они чем-то обеспокоены. — …Всеотец нам головы оторвёт, — мрачно констатировала единственная среди пятёрки всадников девушка. — Это вы его упустили. Я же говорил: глаз да глаз нужен за этим мальцом. — возразил ей рыжий бородач. — Несмотря ни на что, его искусство обмана никто не отменял, не говоря уже о том, чтобы… — Не забывай: он — мой брат, и он уже не тот, что прежде, — резко оборвал его светловолосый воин с молотом на поясе. — Тем не менее, прежние черты частенько проявляются столь ярко, что я тут же начинаю прикидывать: а не пора ли бежать за кандалами? — хохотнул другой блондин, державшийся, впрочем, поближе к самому молчаливому члену команды, который, судя по всему, был ваном. — Помолчали бы вы… — вновь подала голос девушка. — Мало ли, где он может прятаться и что услышать… а если поймёт как-то по своему, то что тогда? Неужто хотите, чтобы всё повторилось? Мужчины пристыженно замолчали ровно до тех пор, пока не поравнялись со стоящим на скалах ребёнком. — Эй, малец! — крикнул ему бородач. — Тут мальчишка не пробегал? Чуть постарше тебя, худой такой, рыжий, лохматый, с веснушками. Видел такого иль нет? Обернувшись, опираясь на палку, мальчик смерил их долгим взглядом зелёно-карих глаз, после чего отрицательно покачал головой: — Не видел. Всадники переглянулись, пожали плечами и поехали дальше, продолжая обсуждать пропажу. Когда они скрылись из виду и голоса их затихли вдали, оставленный в одиночестве ребёнок пристукнул палкой о камень, и море откатилось от скал, обнажив полосу пляжа и явив сидящего у скалы абсолютно сухого рыжеволосого мальчишку: худого, лохматого, с россыпью веснушек на лице и восторженно сверкающими небесно-синими глазами. Опираясь на свой посох и прихрамывая на левую ногу, к нему спустился его завернувшийся в лохмотья товарищ и уселся рядом. — Спасибо! — искренне поблагодарил рыжик. — Это было нечто! Как у тебя так получается? — Не знаю, просто я люблю воду, а она — меня, потому и слушается. Поминутно оглядываясь, он едва ли не кубарем скатился с холма и, едва касаясь песка, побежал к скалам. Локи чрезмерно увлёкся тем, чтобы не оставлять следов во время своего побега, а потому чуть не налетел на завёрнутого в рубище мальчишку. — Тшш! — сделав большие глаза, рыжий негодник приложил палец к губам и заозирался. — Слушай, никому не говори, что ты меня видел. — Что? Почему? Что происходит? — растерялся его собеседник. — Я… они… их пятеро… — сбивчиво объяснял юный принц, сползая на животе со скалы и потому ободрав кожу на ладонях. — Мне бы от них спрятаться… они уже близко… — Друзья или враги? — Кто? — Они. — А в чём разница? — Ну… — Допустим, если друзья, то что? — То прятаться не стоит. — А если враги? — Тогда я помогу. Маленький бог задумался на пару секунд, после чего твёрдо решил: — Враги. До вечера они точно мои враги. Его собеседник хихикнул. — Что? — поднял на него обиженный взгляд Локи. — Смешной ты. Как могут быть враги до вечера? — Покою мне от них нет! Следят постоянно, везде, и шагу свободно не ступишь! — досадливо поморщился рыжик. — Мне бы отдохнуть от них хоть денёк… — Хорошо, я тебе помогу, — решился его собеседник. — Садись тут и сиди тихо! Когда волна нависла над ним, сидящим на песке, отрезая его от остального мира, маленькому богу стало немного страшно. Впрочем, вскоре он успокоился: вода и не думала обрушиваться на него, чтобы утопить в своих глубинах, а значит, всё было в порядке. Весь день мальчики играли и болтали, и лишь когда солнце, окрасив небо в цвета крови и золота, стало погружаться за воды моря, чтобы уйти на покой до следующего утра, Локи засобирался домой. Он свистнул, подзывая свою лошадь, и та, несмотря на отделяющее их друг от друга расстояние, услышала его и немедленно отправилась на зов: этот свист был по-особому сплетённым заклинанием. Вслед за кобылой примчалась и троица воинов с Сиф и Тором. — Локи, мы тебя обыскались, а ты! — недовольно выговаривал ему старший брат. Младшему принцу только и оставалось, что делать как можно более невинное выражение глаз и лица и молчать. — Ты! Почему ты убежал?! Локи! Локи, хватит на меня так смотреть! Ох, Локи… я так беспокоился! — Громовержец заключил мальчика в крепкие объятия, а потом вновь заглянул в его лицо. — Я же говорил тебе: пока ты ещё совсем мал, и враги слишком сильны для тебя, ты не сможешь постоять за себя, как следует, и можешь попасть в беду, и… — Ну не попал же! Серьёзно, Тор, я… — Локи, брат, прошу тебя, не делай так больше! Я чуть с ума не сошёл от беспокойства… — Хорошо, я постараюсь так не делать… — вздохнул юный принц, после чего, наконец, был выпущен из плена сильных рук. Следующее заявление мальчика повергло всех воинов в шок. Крепко удерживая своего нового знакомого за локоть, маленький бог объявил. — Это Ньёрд, и я забираю его с собой! — Но… Локи, ты не можешь просто так взять и забрать… — попыталась было возразить Сиф, однако была бессовестно перебита рыжим упрямцем. — Могу! — У него наверняка есть семья, они будут беспо… — Нет, — внезапно подал голос Ньёрд. — Семьи нет. — Я забираю его с собой, — повторил Локи. — Отец говорил, что мне нужны друзья. Ньёрд — мой друг, и потому я забираю его с собой. После ещё нескольких неудачных попыток уговоров, младший принц всё же настоял на своём. Прибыв во дворец, он первым делом занялся обустройством быта своего нового друга, а потому Ньёрду были отведены комнаты рядом с покоями маленького бога. Оказалось, что найдёныш принца, как окрестили его придворные, был примерно на полвека младше Сигюн, которая до этого считалась среди компании Локи самой маленькой. Впрочем, на этом сюрпризы не закончились, хотя и Ньёрд ходил за своим благодетелем молчаливой тенью, а потому в разных частях дворца то и дело можно было заметить рыжую и тёмно-каштановую макушку. Сигюн и Скади, впрочем, долго дулись на младшего принца, поскольку тот с появлением нового друга на несколько месяцев забросил все привычные дела, кроме учёбы. — Надо подтянуть его до нашего уровня, — объяснял рыжик юной Повелительнице змей, когда наставник-альв устраивал небольшие, в пять минут, перерывы во время занятий, — а потом всё будет в порядке. Честно. Девочки, тем не менее, продолжали обижаться. * * * — Да, я говорил о том, что нам нужно подобрать Локи подходящую компанию, — задумчиво промолвил Один. — Однако же он прекрасно справился с этим сам. Это хорошо. Принцам всегда нужны верные товарищи, на которых можно будет положиться в любой ситуации. — Две девчонки-белоручки и мальчишка с улицы? — критически покачал головой Фандрал. — Они вполне доказали свою верность ему, — отметил Хогун. — Одной верности мало, нужно иметь достаточно сил для того, чтобы она не пропала даром, — парировал блондин. — Нужна не только опора, но и защита. Вспомните наши походы. — Значит, их следует обучить владению оружием, — вставил своё слово Тор. — Девчонок? — Но-но! — погрозила пальцем Сиф. — Хорошо-хорошо, никто не возражает! Только как же с мальчишкой? Он хром. — Любого можно научить обращаться с оружием, а хромота может стать преимуществом при должной тренировке. — Вдобавок, похоже, у альвского мага прибавится учеников: мальчишка-то с даром. Я не удивлюсь, если вторая девчонка, Сигюн, тоже окажется с каким-нибудь магическим талантом. Похоже, Локи изменился гораздо глубже, чем мы предполагали, и теперь к нему всяких магов тянет, как будто им там мёдом намазано. Раньше-то к нему только змеи липли да ерундовина всякая, а теперь… — Неспроста это, да. — Есть, над чем подумать. — Довольно болтовни, — Один поднял руку, и все замолчали. — Я поручаю вам обучить детей всему тому, что вы знаете сами, и продолжать наблюдать за ними. * * * Была уже глубокая ночь, когда Локи, наконец, закончил свою ежедневную тренировку-обучение с помощью книги. Привычно устроив своё наследство под подушкой, мальчик подошёл к зеркалу и устало потёр глаза руками, после чего вздрогнул от неожиданности, услышав чей-то тихий голос: — Здравствуй, Локи. Заглянув в зеркало и быстро оглядев комнату на наличие посторонних, мальчик удивился: он был совершенно один. Кто же тогда говорил, да ещё и так, что содрогнулось даже доставшееся от прошлого него чутьё на знакомые и незнакомые вещи? Отгадка на этот вопрос, впрочем, нашлась сразу же. Отражение в зеркале подёрнулось дымкой, а затем из неё проступили контуры чужого, далёкого мира, где нынешний он ни разу не был и вовсе не горел желанием побывать. — Долго же ты прятался. Я уже начал было подозревать, что ты забыл о нашем уговоре, — хмыкнул его безобразный собеседник. Похоже, у него с Локи-прошлым были какие-то дела, и не самого радужного характера. — Я буду рад, если ты мне напомнишь, о чём там говорилось. Забыл, знаешь ли, закрутился в этом водовороте событий… — юный принц, старательно копируя манеры другого себя, неопределённо повёл рукой, после чего вальяжно плюхнулся в ближайшее кресло, дабы скрыть то, как дрожат и подгибаются у него колени. — Ну ладно, раз ты так того желаешь, я пройду очередную твою проверку, — хохотнул злодей. — Мы вторгаемся в Асгард, а для того, чтобы всё прошло без лишних жертв среди твоих любимых асов, ты показываешь нам лучшие пути к тому, что нам надо, и в довесок к тому, что уже имеешь, ты получаешь трон Асгарда. — И что же нам надо? — язвительно поинтересовался маленький бог. — Тессеракт, разумеется. Ну, и ещё пару мелочей, которая будет совершенно бесполезна для тебя и очень нужна нам. Ты выиграл нужное нам время, и мы уже через неделю будем в Асгарде, молодец. — Спасибо. Я ценю твою похвалу, — хмыкнул, нехорошо ухмыльнувшись, рыжик, после чего, непроизвольно создав в руке иллюзионный бокал с чем-то красным, но совершенно безвкусным, как вода, немного отпил псевдожидкость. — Кстати говоря, ты странно выглядишь, — подметил его собеседник. — Неужто был резон в том, чтобы становиться таким… хиляком? И этот твой наряд, милая пижамка, космы во все стороны… где твоё чувство стиля? — Никто не ждёт подвоха от ребёнка, не так ли? — рассмеялся в ответ Локи. — Возятся с ним, глаз не спускают, а того, что творится в паре метров от их носа, не замечают. Не переживай, когда всё начнётся, я приведу себя в порядок. — Что ж, надеюсь на это, — хмыкнул злодей напоследок и исчез безо всякого предупреждения, только зеркало вновь подёрнулось дымкой, а затем вновь стало послушно отражать комнату. Облегчённо выдохнув, мальчик развеял иллюзию-бокал и на негнущихся ногах доковылял до постели, после чего забрался под одеяло и долго лежал, обхватив руками и прижав к себе книгу, оставленную прошлым им. Всё это время маленького бога терзали разные переживания, начиная от мыслей о другом Локи, его планах и знакомых, и заканчивая тем, как и куда можно припрятать на некоторое время как можно большее количество асгардианцев, чтобы ещё сократить количество возможных жертв, как и стоит ли объяснить это брату и отцу, и как при всём при этом победить недавнего собеседника и его армию, не отдать ему вожделенных артефактов. Наконец, усталость взяла своё, и младший принц Асгарда заснул, пообещав себе попытаться поговорить с матерью.