Мама, ты ли это?!

На Торина было страшно смотреть. Казалось, узбад сейчас просто разнесет запертую предусмотрительной сестрой тайную дверь, найдет Дис, попутно порвав несчастного дракона на ленточки. Отряд притих, отдалившись от разъяренного Дубощита на почтительное расстояние, дабы не попасть под горячую руку, и тщательно прислушивался. Из глубины Горы не доносилось ни звука, несмотря на то, что еще четверть часа назад почва под ногами содрогалась от яростного рыка Смауга. Еще немного, и Торин бы сорвался с места и, наверное, попытался бы проникнуть в Одинокую Гору через главный вход. Не найдя ключа, утянутого Дис из кармана брата, узбад горестно застонал, уронил голову на руки и спрятал лицо в ладонях. Тихо заскрипела, открываясь, вожделенная дверь, и оттуда, все в саже и пепле, выглянули Дис и Бильбо. На лице хоббита от уха до уха играла счастливая улыбка, гномка же была насторожена и косилась на брата, замершего и неверяще глядящего на женщину. – Нет там Смауга, – все еще улыбаясь, сообщил Бильбо и помахал перед глазами гномов золотой чашей. Мгновение над отрогом царила полная тишина. А потом она взорвалась счастливыми воплями гномов, которые, толкаясь, бросились к двери. – Дис… – тяжело произнес Торин и поднялся с камня. Гномка занервничала. Синие глаза брата стали темнее грозовой тучи и так же успешно метали молнии. – Кажется, – Дис заполошно огляделась, поймала за руку Двалина и выставила его перед собой, как живой щит, – я что-то забыла. Воин только тяжело вздохнул и закатил глаза. Ситуация показалась до боли знакомой. Тихо скрипнул рычаг, щелкнул механизм, и потайная дверка открылась. Дис выбралась из прохода, отряхнула мужские штаны, в которые была облачена, поправила рубаху из темного полотна с узорной вышивкой по краям рукавов и поплотнее запахнула плащ – в долине вовсю царствовала осень. Воздух был студеным, кристально прозрачным и легким. Шаловливый ветерок вился вокруг молодой гномки и ласково поглаживал ее по раскрасневшимся от предвкушения и какого-то необычного смущения щекам, остужая юношеский пыл. В Дейле был праздник Осени. Со всего Средиземья в это время стекались купцы, торговцы, да и просто путешественники – сегодня был второй день ярмарки, которая будет длиться всего неделю. Только в этот праздник здесь можно было увидеть мастеров на все руки, а уж гномьи изделия расхватывались в первые три дня: украшения, посуда и, конечно же, оружие, ценившееся на вес золота. Кроме всего прочего, в городе устраивались гуляния: с танцами, соревнованиями и в стрельбе, и в бое на мечах, а также приезжали бродячие артисты, и всю неделю Дейл сверкал, словно наряженная молодка. Яркий, шумный и невероятно привлекательный для молодежи. Вот только гномок туда не пускали, разве что только под присмотром строгих отцов. Но разве Траин согласится отвести свою дочь на этот праздник? Наследник Короля-Под-Горой только прожег Дис взглядом, отрицательно покачал головой и запретил дочери покидать Эребор. Дис, конечно, повозмущалась для виду, даже потопала ногой и обиженно надула губы, но особо не расстроилась. На этот праздник она уже второй год успешно сбегала без ведома строгого родителя. А самое главное – об этом не знали даже обожаемые братья. Потому что… Он стоял на условном месте. Светло-голубые глаза искрились весельем и радостью от встречи. Он осторожно обнял ее, и румянец на щеках юной гномки вспыхнул еще ярче. – Я рад тебя видеть, Дис, – тихо сказал Аор ей на ухо, щекоча шею затейливо заплетенным усом с тяжелой горошиной бусины на конце. – Здравствуй, – улыбнулась гномка. – Праздник уже в самом разгаре. Чем порадуешь меня на этот раз? И каверзно прищурилась, стараясь скрыть чувства, вспыхнувшие в синих глазах при виде молодого светловолосого гнома. Аор рассмеялся низким бархатным смехом и подставил ей руку, за которую она немедленно ухватилась и потянула его за собой. Он выиграл в стрельбе из лука, с которым управлялся с мастерской легкостью, задвинув даже напыщенного эльфа из Лихолесья, который, будучи уверенным в своей победе, сплоховал в финальном раунде, зато потом долго оскорбленно сверкал зелеными глазищами в сторону смешливой парочки гномов. Когда Аор отдавал ей награду – неплохой работы ожерелье с россыпью мелких изумрудов, – Дис готова была визжать от восторга. Не от того, что получила украшение – принцесса Эребора имела доступ к таким произведениям гномьего мастерства, о которых мечтали короли этого мира, а потому, что шагающий рядом красавец не только в очередной раз доказал свою силу, но и сделал это исключительно для нее. Они оставались на празднике до самой темноты, до того момента, когда Дейл вспыхнул мягким, золотистым пламенем уличных витых фонарей с витражными стеклами и стал похож на сказочный город, погруженный в мелодии веселья. Дис очень хотелось еще немного пробродить по окруженным таинственным ореолом улочкам; потанцевать до момента, когда начнут подгибаться ноги; попробовать хваленые сладости из далеких земель, до которых они еще не дошли сегодня, но Аор непреклонно заявил, что ей пора отправляться обратно, чтобы грозные родители не хватились младшей дочери, которая не давала о себе знать целый день. – Они только вздохнут с облегчением, – хихикнула гномка, но послушно последовала за Аором. Неудача настигла их возле самой окраины города, когда до тайного хода оставались считанные минуты. – Ты посмотри, какая, – восхищенно раздалось сзади, и парочка недоуменно оглянулась. Пять человеческих верзил преследовали беспечных гномов. Один из них, вероятно, заводила, похотливо оглядел красавицу-гномку и оскалился в неприятной усмешке, двое других громогласно рассмеялись, наблюдая за набычившимся Аором. – Ступай себе, – обратился человек к светловолосому гному, – а девчонку оставь нам. И уйдешь живым. В свете фонарей, уже не казавшимся волшебным, матово блеснули широкие, чуть загнутые клинки. Это было оружие воров и наемных убийц: два желобка по лезвиям, зазубрины по бокам коротких мечей, чтобы нанести как можно более обширное ранение. Аор коснулся рукоятей парных клинков и отступил назад, пытаясь начать схватку на своих условиях, встать так, чтобы противники не могли напасть одновременно. Дис вцепилась рукой в плечо своего защитника, прячась за его спину. Двое нападающих, переглянувшись и коротко хмыкнув, двинулись вперед осторожно, крадучись, а потом резко сделали выпад. Одновременно. Утвердив Дис в мысли, что это уже давно сработавшаяся группа наемников для выполнения щекотливых заданий. Люди без малейшего понятия о чести. Аор без особого труда парировал наносимые противниками удары; парные клинки уверенно ткали в воздухе непробиваемый щит, за который не могли проникнуть вражеские мечи. Два коротких движения – и оба нападающих со стонами свалились на булыжную мостовую, зажимая раскрывшуюся после хлестких ударов плоть. Трое оставшихся на мгновение замерли, неверяще разглядывая распростертых на земле товарищей, а потом, ругаясь, бросились вперед, вскидывая небольшие арбалеты. Дис не успела даже ахнуть, как Аор отшатнулся в сторону, взвился клинок вверх, перехватывая короткий тяжелый болт, направленный в лицо, но второй, злобно взвизгнув, оставил на лице гнома длинную глубокую царапину, заалевшую на скуле. Светловолосый только досадливо поморщился и сдул с лица надоедливую прядку. Увесистый камень стукнул одного из нападавших по затылку, едва не отправив его к праотцам. Две невысокие коренастые фигуры выскочили из переулка и молча вступили в бой. Еще одна, покрупнее, вынырнула из темноты сзади и с коротким уханьем метнула огромный молот. Тот провернулся в воздухе и со страшной силой врезался в лицо человека, дробя кости, опрокидывая назад. Гном с пшеничными волосами ловко увернулся от неудачного удара противника, подставил подножку и обрушил на него колющий вертикальный удар. Мелькнули иссиня-черные волосы, и последний из оставшихся в живых разбойников только коротко охнул и рухнул на колени, зажимая вспоротый низ живота. Застонал и замертво повалился на запачканную кровью мостовую. – Погуляла? – мрачно спросил Торин, одним движением стряхнул считанные алые капли с клинка и вложил меч в ножны. Фрерин с укором посмотрел на сестру, а Двалин, стоящий рядом, только неодобрительно покачал головой. Дис умильно улыбнулась и жалобно посмотрела на братьев. Плеча нахмурившегося Аора, с шелестом вогнавшего клинки в ножны, впрочем, не выпустила. На крыше одного из домов что-то тихо стукнуло, и гномы одновременно подняли головы, только для того, чтобы услышать короткий вскрик, грохот, и к их ногам свалилось бездыханное тело. Следом за ним рухнул мощный бронебойный арбалет. Фрерин брезгливо перевернул мертвеца сапогом. Из глазниц торчали рукояти двух тонких изящных стилетов. Дис застенчиво повела плечами и опустила глаза. Аор переглянулся со светловолосым братом принцессы, и они одновременно расхохотались. Хоть Фрерин и не любил этого гнома и никак не мог одобрить выбор Дис, удержаться было невозможно. Торин мрачно поглядел на давящегося улыбкой Двалина и тяжело вздохнул. Он знал, почему любимая сестра сбежала, не сообщив об этом братьям. Помнится, он устроил ей разнос, когда узнал, что она встречалась однажды с Аором, на что сестра прошипела весьма нелицеприятные вещи ему в лицо и выскочила из комнаты, хлопнув дверью так, что, казалось, содрогнулась вся Гора. Но светлоглазый гном показал себя сегодня очень хорошо – Торин и Фрерин на протяжении всего дня таскались за парочкой хвостом и блюли честь своей сестры, совершенно не доверяя Аору. Опасения оказались напрасными, и Торин уже склонялся к тому, чтобы пересмотреть свое мнение об избраннике Дис. Что ничуть не умаляло ее проступка. – Дис… – угрожающе начал он и сделал шаг к сестре. Гномка поглядела на него синими глазищами, оглянулась, выбирая кого помощнее, и спряталась за удивленно вскинувшего брови Двалина. – А ну, стой! – не по-королевски завопил Торин, когда Дис метнулась обратно в тайный проход и мгновенно исчезла из виду. Только коса за спиной мотнулась.