Кукла

POV Пит – Куколка! – на громкий крик разворачивается ползала, и я вместе с ними, наблюдая за тем, как к сидящей у стены Китнисс приближаются Джоанна с Финником и усаживаются рядом. Они начинают о чем-то оживленно разговаривать. Переборов желание все бросить и пойти к ним, я удобнее перехватываю меч и разворачиваюсь к своему персональному тренеру, который согласился подтянуть мое физическое состояние. На вопрос, зачем мне знание холодного оружия в битве против миротворцев с автоматами, мне никто так и не ответил. Китнисс кстати к тренировкам не допускают, поэтому ей приходится сидеть у дальней стены и ждать пока я освобожусь. Меня бы такое отношение обидело, но Китнисс сказала, что ей такие тренировки без надобности. Потом с легким смешком добавила, что здешние вояки просто боятся, что она не дай Бог покалечит кого-то. С того момента, как Китнисс находится в Тринадцатом прошла неделя. После того, как мы отсняли новый агитролик, нас больше не вызывали в Штаб. «Сидя за столом в Штабе, я жду пока придут Китнисс с отцом. С одной стороны, я чувствую себя виноватым из-за того, что оставил девушку с ним наедине, а с другой стороны, Китнисс надо перестать бегать от своей семьи и поговорить с ними. Открывается дверь, и я в который раз поворачиваю голову, смотря на вошедших. Это Китнисс. Пробежав взглядом по присутствующим, Китнисс молча присаживается рядом со мной. – Вы? – Поговорили. – И? – внимательно смотрю на нее, стараюсь уловить хоть малейшую смену эмоций на ее лице. Она слегка улыбается и пожимает плечами. А затем переводит взгляд на вошедшую Койн. В комнате гасят свет и все смотрят на экран. Видимо Бити уже успел смонтировать видео. На экране появляюсь я, рассказывая о Китнисс, о наших встречах, о ее помощи. Затем нам показывают сцену освобождения победителей, а именно то, как Китнисс спрашивает меня, зачем я в который раз рискую своей шкурой. А дальше показывают то, как мы спасались из капитолийских каземат. Внимательно смотря на экран, я замечаю то, что не заметил там. Оказывается все то время, девушка прикрывала меня от миротворцев, и та пуля, которая попала ей в живот, предназчалась мне. Последнее, что показывают на экране, это то, как мы с девушкой взявшись за руки идем по коридору Тринадцатого. Все выглядит так, будто бы воспитанница Сноу бросила его, лишь бы быть вместе с возлюбленным. Хотя в принципе, так оно и есть» Отвлекшись на секунду, я не замечаю выпад тренера. Хорошо поставленный удар выбивает из моих рук меч и заставляет его улететь прямо к ногам Китнисс. Оторвавшись от разговора с Джоанной, девушка какое-то время разглядывает меч, а потом переводит взгляд на меня. Я досадливо морщусь, украдкой поглядывая на тренера. За все время, что мы тренируемся, я не смог достичь ни единого прогресса. Ну, не дается мне такое искусство как фехтование. – Расслабься, – подходит ко мне Китнисс и вкладывает в мои руки меч, – ты слишком напряжен. Фехтование сродню танцу. Ты должен почувствовать меч. Да и движения должны быть более плавными. Однако, – она посмотрела на тренера, который внимательно смотрел на нас, – меч – это не то оружие, которое подходит Питу. Из холодного я бы порекомендовала метательные ножи, а так он и с огнестрельным прекрасно справляется. А вообще, нам пора на обед, – резко перескочив с одной темы на другую, сказала девушка. – Черт с вами, – устало вздохнув, махнул рукой тренер и, развернувшись, уходит. Бросив благодарный взгляд на девушку, я иду в сторону раздевалок, чтобы переодеться. Через десять минут мы уже все вместе идем в сторону столовой. Взяв подносы с едой, мы устраиваемся за крайним столиком. Рядом с нами присаживается Цинна. Разговаривая с ним, я краем глаза замечаю, что Китнисс ничего не ест, лишь возит ложкой по тарелке. – Китнисс? Ты почему не ешь? Тебе нехорошо? – Все в порядке, – она передергивает плечами и рассматривает зал. – У меня плохое предчувствие. – Что… – начинаю я, но меня прерывает включившийся экран на дальней стене. На экране появляется тот, кого я точно не ожидал увидеть. Президент Сноу. – Жители Панема! Хочу предупредить вас об опасности, которая грозит всем, поверившим победителю последних Игр, Питу Мелларку, – вещает Сноу с экрана. – О чем он? – Кажется, я знаю, – шепчет Китнисс, стремительно бледнея. – Я покажу вам правду о моей воспитаннице, – мерзко улыбается президент, – а точнее убийце со стажем. Сноу исчезает, и на экране появляется большой зал чем-то похожий на Тренировочный для трибутов. В зале находятся пять детей лет восьми-десяти. Они тренируются на мечах, не задумываясь нанося раны своим оппонентам. Лучше всего получается у маленькой и хрупкой девочки с черными косичками и серыми глазами. Следующая сцена, эти же дети стреляют из автоматов так, как не стреляют миротворцы. Еще несколько таких сцен, которые показывают насколько хороша Китнисс в искусстве убийц. Это ужасно. Следующая сцена заставляет сидящего рядом Финика в ужасе замереть. На полу лежит мальчик лет тринадцати, очень похожий на Одэйра (вспоминаю, что я его уже видел, когда нам показывали тренировки детей). На него больно смотреть – на теле нет ни единого живого места. За кадром звучит холодный приказ: «Убей», и десятилетняя Китнисс со слезами на глазах перерезает мальчику горло. Не отрывая взгляда я наблюдаю за тем, как уже шестнадцатилетняя Китнисс выходит одна против десяти огромных мужланов. Спустя минуту они все валяются убитыми. Экран гаснет. Чувствую, как все взгляды медленно останавливаются на сидящей рядом девушке. Когда я смотрю на Китнисс, на ее лице я вижу прежнее выражение – холод и равнодушие. Она закрылась. – Не обращай внимания, все хорошо. – Я крепко обнимаю ее. Она прижимается ко мне, пряча лицо на груди. Возле нас появляется бледный Николас. Бросив нечитаемый взгляд на Китнисс, он говорит: – Вас зовут в Штаб. Всех. Мы встаем и под напряженные взгляды молча выходим из столовой. В Штабе нас уже ждут. Стоит нам только сесть, как Койн с холодным прищуром переводит взгляд на Китнисс. – Что это было? – Ответный шаг Сноу на видео, которое вы выпустили в эфир. – И зачем же он раскрыл твою ''тайную'' личину? – Скорее всего он понял, что я его предала, – задумчиво тянет девушка, – и решил показать меня настоящую. – Но на что он рассчитывал? – недоуменно спрашивает Боггс. – Мы итак знали, кто ты на самом деле, и это, – он кивает на экран, – не стало для нас шоком. – Скорее всего это было рассчитано на капитолийцев и обычных жителей дистриктов. Подумайте сами, Пит – лицо революции. Люди не захотят видеть рядом с ним капитолийскую убийцу. Думаю, Сноу рассчитывал увидеть мою казнь после того, как выйдет этот ролик. – Однако Сноу совершил ошибку, – задумчиво говорит Джоанна. – Какую? – все смотрят на нее. – Всем известно, что Лилит постоянно была подле Сноу, а это значит, что он был в курсе всех ее деяний, и возможно поощрял их. – Действительно. Все не так плохо, как кажется, – произносит Койн. – Но мы не можем так просто это оставить. – Я знаю, что делать, – тихо говорит Китнисс, однако все ее слышат. Когда все взгляды сводятся к ней, она произносит, – я расскажу свою историю. Историю ребенка из Двенадцатого Дистрикта, который попал в Ад.