Кукла

POV Пит Я падаю на пол, больно ударяясь бедром. По длинному коридору разносится звук, захлопнувшийся двери. Я шокировано рассматриваю свою руку, будто бы до сих пор чувствуя холод руки Китнисс. Китнисс… Я встаю с земли и бросаюсь на дверь в попытке открыть ее. Надо вернуть Китнисс. — Пит, — Финник останавливает меня, — дверь уже не открыть. — Нет! — яростно смотрю на парня, — мы не можем оставить там Китнисс. Не можем! — Она знает, на что идет, — жестко говорит Боггс, — Китнисс дала нам возможность выполнить наше задание. Станьте в строй, солдат Мелларк, Пит, — внезапно смягчившись, говорит командир, положив руку мне на плечо и сжав его, — Китнисс девочка сильная, она справится. А как только мы разберемся с президентом Сноу, отправим кого-то за ней. Бросаю отчаянный взгляд на дверь, которая все же остается безучастной к той боли, которая разливается внутри. Обессилено киваю Боггсу и, становясь за Финником в строй, глубоко вдыхаю. Перед глазами стоит лицо Китнисс, на котором впервые за время нашего знакомства был страх и отчаяние. Как они не могут понять! В ее взгляде было прощание. — Не теряй веры в нее, — серьезно говорит Финник, поворачиваясь ко мне, — Китнисс обязательно выживет. У нее есть ради чего жить, и это не позволит ей сдаться. Слова Финника наполнены той верой и надеждой, которая успела покинуть меня. Мне становится стыдно за то, что я начал сомневаться в девушке, в то время, когда сама Китнисс ни на минуту не засомневалась во мне. Я благодарно киваю Финнику. Я буду верить в Китнисс до самого последнего вздоха. Наш отряд продолжает движение. Боггс предупреждает, что раньше ловушек здесь не было, но сейчас вполне могли появиться, поэтому надо быль очень внимательными. Нам осталось пройти совсем немного и казалось бы удача, сопутствующая нам всю дорогу, все еще с нами. Однако это не так. В самом конце, когда уже видна лестница наверх, произошло то, чего никто не ожидал. Явно расслабившись, увидев вожделенную дверь, Майс сделал лишний шаг в сторону. Спустя пару напряженных секунд мы все почувствовали, как задребезжала земля. — Я не могу сдвинуться с места, — в ужасе завопил Майс. Мы уже хотели подойти к нему и попробовать освободить парня, как Боггс внезапно скомандовал всем упасть на землю. Как и все остальные, я упал на землю. Всего через пару секунд слышу непонятный свист, и краем глаза замечаю, как что-то проносится над головой. — Подъем, — спустя пару минут раздается хриплый и немного дрожащий голос Боггса. Поднявшись, я оглядываюсь, и спустя пару секунд понимаю, что так потрясло нашего командира. В отличии от остальных, ловушка не позволила Майсу упасть на землю, и то, что пролетело над нами отсекло парню голову. Я отворачиваюсь, стараясь не смотреть на все еще стоячее обезглавленное тело. Неловкая тишина повисает между нами. Смерть Майса до такой степени неожиданна, что никто не может и слова сказать. После минутного молчания, Боггс говорит, что пора идти. — Мы потом вернемся за его телом? — тихо интересуется Микаэлла, быстрым движением руки, смахивая слезы. — Конечно, — отвечает Боггс. — Мы не оставим его здесь. — Хорошо. Мы добираемся до лестницы, и начинаем подъем. Пройдя третий пролёт, я удивляюсь, насколько же глубоко мы успели спуститься. Вскоре, еще через четыре пролёта, мы упираемся в обычную деревянную дверь. Мы точно не знаем, что или кто может находиться за дверью. Скорее всего, там выставлена охрана. По первоначальному плану Китнисс должна была первой зайти внутрь, обезвредить охрану. Боггс решает идти другим путем. Достав из рюкзака дымовую шашку, одну из тех, что мы использовали в капитолийских казематах, он передал ключ от двери Грейсону. Именно этот ключ Китнисс забрала из Капитолия и передала Боггсу. Осторожно вставив ключ в замочную скважину, Грейсон чуть приоткрывает дверь. На наше счастье без единого скрипа. Боггс забрасывает внутрь шашку. Спустя тридцать секунд мы входим внутрь. Посреди большого и роскошного коридора валяются четыре миротворца. Быстро отобрав у них оружие и связав, мы идем в сторону личного кабинета Сноу. На пару секунд мое внимание привлекает происходящее на улице. Окна выходят на Главную Площадь, где в этот момент происходит настоящая бойня. Даже отсюда видно, что миротворцам не выстоять. Как подкошенные куклы они падают под градом пуль повстанцев. Сотни тел валяются на Площади. Миротворцы, обычные жители со своими детьми, вышедшие на улицу в надежде найти укрытие в стенах Президентского Дворца. Вот только сам Президент остался безучастным к своим людям, оставив ворота закрытыми. Сноу проиграл. Победа в руках повстанцев. Кровавая победа… До кабинета Сноу мы добрались в рекордные сроки. Миротворцев, встрявших на нашем пути, солдаты без загрязнения совести расстреляли. Те даже и не успевали понять, что происходит. Президент Сноу встречал нас при полном параде. Вальяжно раскинувшись в роскошном кресле посреди комнаты, Президент смотрел на нас с улыбкой победителя. И это несмотря на оружие, направленное на него. — Вы проиграли, Сноу, — выйдя немного вперед, говорю я, краем глаза замечая Крессиду с включенной камерой. — Возможно, — улыбка так и не сходит с его лица, —, но победили ли вы, мистер Мелларк? — Что вы имеете в виду? — хмурюсь, отступая на шаг назад. Он оставляет мой вопрос без ответа и начинает рассматривать находившихся в комнате. — А где моя милая Лилит? — участливо интересуется Президент. — Она… — голос подводит меня. — Ей пришлось немного задержаться. — Понимаю, — кивает Сноу, — я хотел увидеть ее. Жаль только она не переживет встречу со своими друзьями. Я не понимаю, про каких друзей идет речь, но сейчас это не особо важно. То, с какой уверенностью он говорит об этом, приводит меня в ярость. Я подскакиваю к Сноу и хватаю его за воротник белоснежной рубашки. — Она выживет, — в голосе проскальзывает рычание, — в отличие от тебя. Ко мне подходит Боггс и заламывает Сноу руки, закрепляя их наручниками. Довольно бесцеремонно схватив президента за локоть, он выводит его на балкон. За время нашего разговора со Сноу битва, которая была на Площади, прекратилась. Заметив мое удивление, Микаэлла показывает рукой на огромные экраны, чудом выдержавшие эту битву. На этих экранах я вижу свое лицо. Только сейчас я начинаю понимать, что все, происходящее в кабинете Сноу передавалось в прямом эфире по всему Панему. Крессида переводит камеру на Сноу, чтобы все видели поверженного президента. Теперь даже самые неверующие должны понять — Революция закончилась. Я смотрю на людей на Главной Площади. И даже отсюда видна радость повстанцев, и покорность миротворцев, которые побросав оружие, отдались на милость победителей. Окружающие меня военные счастливо улыбаются, понимая, что они смогли, выполнили свой долг. Я бы тоже хотел улыбнуться, радостно похлопать по плечу стоящего рядом Финника, но осознание того, что моя Китнисс сейчас находиться черти где, возможно ранена, возможно все еще сражающаяся с переродками не даёт мне это сделать. Я выхожу с балкона и обессилено присаживаюсь в кресло, в котором совсем недавно сидел Сноу. Сжимая в кулаки дрожащие руки, я не могу не думать о том, что сейчас делает Китнисс. Всю дорогу сюда я старательно отгонял эти мысли, но не сейчас. Вера медленно угасала, давая волю глубокому отчаянию. Отстраненно я наблюдал за тем, как солдаты выводят Сноу с балкона. Ко мне подошел Боггс и сказал, что  спасательная группа уже отправилась в подземелье за Китнисс. Поблагодарив Боггса, встал с кресла, и нетвердой походкой вышел из кабинета. Далеко я не ушел. Устроившись на подоконнике, окна которого выходили на Главную Площадь, я прислонился головой к холодному стеклу. За окном пролетали снежинки, укрывая голую землю белоснежным покрывалом. Шли минуты, часы, а я все сидел и ждал новостей. Прилетела делегация из Тринадцатого. Я наблюдал за тем, с каким достоинством из планолета выходила Койн со своими советниками. Рядом с ней шли Плутарх и остальные победители. Последними вышли: мой отец с братьями, родители Китнисс и Прим. Миссис Эвердин и Прим плакали, да и Николас был бледен как никогда. Скорее всего они видели прямой эфир и слышали слова Сноу о том, что Китнисс не выживет. Через какое-то время пришла Прим, и молча устроилась рядом. Нам не нужны были слова. Мимо проходили военные, бросая на нас сочувствующие взгляды. На пару минут появились победители с заверением, что с Китнисс все хорошо. Вот откуда им знать?! Туда-сюда быстрым шагом проходил Боггс со словами: — Они ищут ее. Напали на след. Еще немного. Время шло, и все силы покидали меня. Было холодно, как снаружи, так и внутри. Казалось, будто без Китнисс моя жизнь утекала непонятно куда. Не было сил сдвинуться с места. Я лишь беззвучно смотрел за окно — на танец снежинок. Наступила ночь, и я не заметил даже, как закрыв на секунду глаза, провалился в беспокойный сон, в котором раз за разом я терял девушку с холодными руками. Проснулся я от того, что меня кто-то сильно встряхнул. Этим «кем-то» оказался Боггс. На улице вставало солнце. Я проспал на подоконнике всю ночь. Когда я спросил про Китнисс, Боггс улыбнулся и с немного тревожным вздохом ответил: – Они нашли ее.