Корица

Александр. Я знаю, чего я хочу. Я смогу этого добиться. У меня все получится! Ты никогда не будешь моей, моей женщиной. Ты будешь моим другом, моей любимой сестрой, моей Прекрасной Дамой, моей Королевой. Ты всегда будешь в моей жизни. Я смогу, я буду твоим верным другом, твоим любящим братом, твоим рыцарем, твоим защитником. Я приручу Цербера, я покорю Дракона, я договорюсь со Стражем. – Здравствуй, Марго. – Привет, привет, Сандро. – Марго, как долго вы пробудете в столице? – Муж сказал: «До пока не выздоровеет твой любимый мальчик». – Марго, могу я сегодня приехать к тебе? – Конечно, но только если ты себя хорошо чувствуешь. – Я здоров и бодр. Через час будет удобно? – Отлично. Жду. Ровно через пятьдесят девять минут я звоню в ее дверь. Мне открывает Марго. Она тепло улыбается мне, но одна ее бровь чуть-чуть взлетает вверх. «Я стараюсь соответствовать и быть также точен, как моя королева». – Это для тебя, Марго, – я вручаю ей охапку дивных бледно желтых роз. – Надеюсь, понравятся. Прости, я не знаю, какие цветы ты любишь. И снова я лукавлю. Я знаю, что ты любишь розы и предпочитаешь желтые. Я выяснил это у Боба. Он предупредил: «Можешь выбрать любой оттенок желтого, но ни в коем случае не оранжевые, такие она принимает только от мужа». «О, Маргарита, тебя не проведешь». Я вижу хитринку в ее глазах и удостаиваюсь легкого поцелуя. Из комнаты выходит Питер, за ним выбегают дети: пара милых мальчиков и очаровательная девчушка. – С Питером ты уже знаком, а это наши дети: Александр, Максимилиан и Софи. Дети, это Александр, наш друг. Прости, Алекс, в нашей семье как-то не прижилось обращение «дядя» и «тетя». Я пожимаю руку Питеру, склоняюсь и пожимаю маленькие ладошки мальчиков. Малышка Софи тянет меня за одежду, заставляя опуститься на колени, обхватывает меня ручонками за шею и чмокает в щеку. Дети удивительно похожи между собой: у них глаза отца и улыбка матери. Я вручаю приготовленные подарки. «Спасибо за подсказки, Боб». – Какие красивые у вас дети. – Спасибо, мы старались, – Марго и Питер переглядываются, их глаза светятся гордостью. – Маргарита, Питер, могу я с вами поговорить? Они кивают, Марго ведет меня в гостиную, Питер уводит детей и через пару минут присоединяется к нам. Маргарита. – У меня есть для вас подарок в благодарность за мое спасение, – говорит Александр и протягивает мне пакет. Я достаю и открываю коробку. В ней на подставке, имитирующей озеро, керамические фигурки уток-мандаринок: уточка, селезень и три маленьких утенка. «Какой символичный дар». Алекс делает глубокий вдох. «Что ты задумал, мой мальчик?». Выдох, и он начинает разговор. – Питер, я люблю Вашу жену. Но я клянусь Вам, что наши отношения никогда не переходили грань дружеских. – Я чувствую себя королем Артуром. «Королева Гвинерва невинна!» – клянется юный Ланселот. Я склонен ему верить. – Я хочу просить Вашего разрешения изредка видеться с Марго, звонить ей. Я обещаю, что наши отношения всегда будут только дружескими, братскими. Но если Вы будете против, я уверяю Вас, что исчезну из вашей жизни навсегда, не буду искать встреч, не буду вас беспокоить. – Молодой человек, мы с Вами говорим об одной и той же женщине? Женщине, которую зовут Маргарита и которая находится в этой комнате? Женщине, которая делает вид, что она легкий бриз, а на самом деле мощный ураган? Вы когда-нибудь пытались удержать ветер, Вы можете запретить что-либо тайфуну? Уж если Марго что-то решила, остановить ее может только она сама. Марго моя жена, но она не моя собственность. Я не вправе запрещать или разрешать ей, чтобы то ни было. Я лишь оберегаю ее. Александр, Вы мне симпатичны. Я верю Марго, я верю Вам, что между вами только искренняя дружба и ничего более. Друг моей жены – мой друг. Но я Вас предупреждаю, если Вы обидите Марго, я Вас уничтожу. – Питер, если Вы обидите Марго, я превращу Вас в жабу. – Договорились. Марго, как по-русски будет «брат жены»? – Шурин, милый. – Добро пожаловать в семью, шурин. – Спасибо, зять. Питер и Алекс крепко пожимают руки. Я обнимаю их обоих. «Милые мои мальчики, как же я вас люблю». – Можно? – Алекс достает из кармана еще одну фигурку селезня и ставит ее на подставку чуть поодаль от остальных. Всегда рядом, только друг, навсегда! Александр. «У меня все получилось. Не моя. Не со мной. Но рядом. В моей жизни. Мой друг. Навсегда!» – Марго, я пойду, погуляю с детьми. С тебя ужин. Александр, Вы поужинаете с нами? Мы с Марго остаемся одни в квартире. Сидим на диване в гостиной, плечо к плечу, голова к голове. – Марго, я придумал для тебя тайное имя. – Чем тебе не нравится мое? – Нравится, оно очень тебе подходит. Но этим именем тебя называют все. А я хочу называть тебя именем, которое будем знать только мы. – И это имя… – Корица. Сладкая, пряная, острая. В этом вся ты. – Я люблю корицу, – смеется Марго. – Когда со мной согласовывали парфюмерную композицию моих духов, я настояла, чтобы в ней была нотка корицы. Теперь нужно придумать секретное имя для тебя. Марго задумчиво рассматривает меня. – Придумала. Сейчас ты похож на эльфа. С этой минуты и только для меня имя тебе – Милый Лукавый Эльф. – Сандро, что мы сидим, мне же велено ужин приготовить. Бегом, а то на ужин съедят нас. – Я могу помочь? – спрашиваю я, когда мы оказываемся на кухне. – Непременно! Видишь стул? Сядь на него и не мешай мне. Будешь вести себя хорошо, дам тебе снять пробу. Если не понравится, можешь не есть, я не обижусь. «Да разве возможно такое. По-моему, даже приготовленный тобой стрихнин будет слаще манны небесной». Я наблюдаю, как Марго готовит. Что-то меня беспокоит. – Странно. Марго ты живешь в этой квартире, но она не твоя, она чужая для тебя. – Как ты узнал? – удивляется Марго. – У нас нет квартиры в столице. Питер предлагал купить, но я отказалась. Я не планировала жить в этом городе. Поэтому, когда мы приезжаем вдвоем, мы останавливаемся в отеле, а когда с детьми, арендуем квартиру. Ты экстрасенс? – У меня есть особые способности. – Я помню твой алтарь. И то, что ты делал со мной тогда, в клубе. Магия? – в голосе Марго сквозит недоверие. – Ты не веришь мне? Как я могу тебе доказать? – Принеси мне «Хрустальную руку», – в голосе Марго нет и намека на иронию. Прекрасный ужин, мы ведем приятную беседу. Мне так хорошо. Я как дома, мне здесь рады. – Марго, – просит Питер, – если ты не очень устала, сыграй нам что-нибудь. – С удовольствием. Что именно? – На Ваше усмотрение, мадам! – говорим мы с Питером хором. – Тогда Шопен, – Марго садится за кабинетный рояль, стоящий в гостиной. – Только предупреждаю, пианистка я средненькая, не суди строго, Алекс. «Марго, лукавая Марго. Ты прекрасно играешь». Чарующие звуки наполняют комнату. Я внимательно наблюдаю за Питером и Марго. Нет больше Цербера, нет Дракона, нет Стража. Есть только умный мужчина с мудрым сердцем и щедрой душой, безумно любящий свою жену. И есть восхитительная женщина, умеющая любить, умеющая научить, что значит любить, не любить которую невозможно. И эти потрясающие люди отныне мои друзья! Спасибо, Вселенная…