Весь этот мир - наш!(?)

Когда чего-то очень ждешь, время тянется невыносимо медленно. Особенно если на дворе ночь, и все кругом спят, а ты предоставлен самому себе. Каждая прошедшая минута ощущалась почти физически. Взгляд постоянно возвращался к циферблату часов в тщетных попытках загипнотизировать стрелки, чтобы те двигались быстрее. До подъема оставалась целая вечность, а до отборочных в сборную Слизерина по Квиддичу - и того дольше... Собственно, я ждала не самих отборочных - как бы ни волновала меня судьба Адриана - а того, что должно было произойти после них. Встреча с Регулусом. Пусть даже короткая, чтобы всего лишь отдать книгу, но он сам назначил ее. И осознание этого заставляло сердце биться быстрее. Не в силах больше ворочаться в постели, я спустилась в общую гостиную. В камине потрескивал огонь, наблюдение за которым могло помочь скоротать оставшиеся часы. В ночной тишине раздалось ворчание Полной Дамы - портрета, закрывающего вход в гостиную Гриффиндора, - и через несколько мгновений в комнату вошел Сириус Блэк. На нем были узкие темные брюки и голубая рубашка, с закатанными до локтя рукавами. Увидев, что на диване перед камином кто-то сидит, он вздрогнул и остановился. Но узнав меня, снова продолжил движение обычной уверенной походкой. - Не спится, Крейл? - Тебе, как я погляжу, тоже. Юноша пожал плечами и откинул со лба прядь волос. Ненавижу, когда он так делает. - По милости Джеймса и Хвоста мне еще неделю будет плохо спаться. Желания вникать в смысл только что услышанной фразы не возникло, и я вновь повернулась к огню, надеясь, что Блэк просто уйдет. Не тут-то было. - Скажи, а ты какие цветы любишь? - внезапно раздалось возле самого уха. Сириус облокотился на спинку дивана и теперь был так близко, что кончики его волос почти касались моей щеки. Я уловила исходящий от него аромат табака, имбирного печенья и мятных пастилок. Сочетание оказалось на удивление приятным - захотелось зажмуриться и вдохнуть поглубже. Но я вовремя остановилась - все-таки позади тот самый Бродяга, всегда раздражавший своей заносчивостью, и одному Мерлину известно, что за игру он затеял на этот раз. К чему это любопытство? Не собрался же он и впрямь подарить мне букет? - Не надо цветов, Блэк, - я чуть отодвинулась, чтобы видеть выражение его лица, - лучше мороженное. В ответ юноша скривился так, будто ему предложили пару глотков слизи флоббер-червя: - Пфф... Может, еще и кольцо подарить? Спустись на землю, Крейл, я не собираюсь за тобой ухаживать. - Хоть одна приятная новость, - холодно отозвалась я, искренне не понимая, как кому-то может нравиться эта самодовольная свинья. - Зачем тогда эти вопросы? - Ищу универсальный цветок, который придется по вкусу каждой из вас, - с готовностью объяснил Сириус, - надоело всякий раз заново ломать голову. И тут мне почему-то стало жалко Бродягу. А что еще остается, когда человек думает об окружающих, как о безликой серой массе или роботах, с заранее заложенным списком возможных реакций? За возвеличиванием самого себя он просто не видит, что каждая девушка индивидуальна, - отсюда и стандартные, заученные жесты, призванные сразить наповал всех и сразу, и кратковременные отношения, заранее обреченные на провал. Его огромная популярность - не дар, а проклятье для него самого. - Но ведь такой цветок уже давно найден, - теперь в моральном отношении я чувствовала себя на две головы выше Блэка и могла позволить себе немного ему подыграть. - Розы нравятся почти всем. - Правда? - с легким разочарованием спросил юноша. - Тебе тоже? - Не люблю цветы. При этих словах в заскучавших было серых глазах Сириуса вновь появились задорные огоньки. Или это отблеск пламени камина? - Брось, Крейл, все девчонки любят цветы, - он снова придвинулся почти вплотную. - По крайней мере, те, кому их дарили. Второй раз за пять минут слышать намеки на то, что ни один парень в твою сторону и не смотрит, довольно неприятно. Даже от того, на чье мнение, по большому счету, наплевать. Мысленно еще раз проговорив о своем моральном превосходстве и предстоящей встрече с Регулусом, я поборола желание залепить этому хаму пощечину. - Да пошел ты, - я поднялась с намерением вернуться в женскую спальню, но Блэк, надавив на плечи, тут же опустил меня обратно. И сам, одним легким движением перелетев через спинку дивана, уселся рядом. - Ты чего завелась-то? - Сириус, кажется, почувствовал, что перегнул палку. - Я ни о чем дурном и не думал. Просто еще не сталкивался с девушкой, которой не нравится, когда ей дарят цветы. Для этого наверняка должна быть какая-то причина. Впервые в его голосе слышались забота и заинтересованность. Да и вообще его как-будто подменили: открытый взгляд и нежная, чуть растерянная улыбка... Отброшенные назад волосы изящно ниспадали на плечи, а природная бледность кожи выгодно оттенялась отблесками огня. Интересно, где у Блэка тумблер, который заменяет обычного самодовольного болвана на это очаровательное, ангелоподобное создание? Наверное, именно в таком обличье он и заманивает в свои сети неосторожных, доверчивых дурочек. К сожалению, последняя мысль пришла в голову уже после того, как поддавшись гипнотическому обаянию гриффиндорца, я пустилась в пространные рассуждения о своей нелюбви к сорванным цветам. О том, как неестественно они смотрятся в дурацких вазах на людских подоконниках и столах. А также о том, как быстро они увядают, и как печально наблюдать за их смертью. - Но ведь с помощью заклинаний и зелий, добавленных в воду, можно годами поддерживать их первоначальное состояние, - Блэк, заскучавший уже на середине монолога, все же сделал попытку меня "вразумить". - Или еще проще - каждые два дня менять их на новые. - Или любоваться ими в природных условиях, - я начала злиться на саму себя за попытку что-либо объяснить этому бесчувственному чудовищу с ангельским лицом. Ведь заранее было ясно, что он не поймет. Никто не понимает, даже Лили и Адриан, что уж говорить о Сириусе? В подтверждение этих мыслей Блэк покачал головой и с воодушевлением заявил: - Ты больная, Крейл. Если я когда-нибудь захочу подарить тебе цветок, это будет кактус в горшке: он и живет долго, и очень естественно будет смотреться на твоем фоне. - Отлично, когда найду на своем стуле кактус, буду знать, от кого он, - процедила я, ругая себя последними словами. Нашла с кем откровенничать! Тоже мне моральное превосходство - повелась, как последняя дура! Хорошо еще, что "законченная скотина" в нем гораздо сильнее "ангелочка", и пелена на моих глазах долго не задержалась. Блэк одобрительно закивал и рассмеялся. Он чувствовал себя победителем, и был абсолютно прав. - Один-один. Я же говорил, что в долгу не останусь, - юноша подмигнул мне и встал с дивана. - Даже не собираюсь соревноваться с тобой или играть в какие-то дурацкие игры, слышишь? - я раздраженно теребила рукав халата, пока Сириус молча удалялся. Но стоило отвернуться, как с его стороны донеслось: - Придется, детка, ты в списке участников, - обернувшись, я увидела довольно ухмылявшуюся блэковскую физиономию, а также направленную на меня палочку. - Акцио, очки! Последние тут же послушно сорвались с переносицы, оставляя меня в мире размытых форм и неясных очертаний. - Это не смешно! Отдай немедленно! - вскочив на ноги, я кинулась к тому месту, где стоял гриффиндорец. Но уже через пару шагов умудрилась обо что-то запнуться и рыбкой полететь вперед. Меня подхватили неожиданно сильные руки. Они же вернули мне вертикальное положение и тут же взмыли в воздух, судя по всему, продолжая удерживать очки. Сириус сделал шаг назад. - Блэк, отдай! - вновь наступая, я пыталась выхватить отнятое, но юноша держался на расстоянии и ловко уклонялся от моих беспомощных замахов. - Они же тебя портят, - со смехом отозвался он и через мгновение, нырнув под мой локоть, оказался позади. - Так до самой старости никто цветов и не подарит. - Не твое дело, придурок! - только и успела прорычать я перед тем, как снова услышать недовольный сонный голос Полной Дамы. Вот и все. Почти вслепую гоняться за ним по замку - занятие бесполезное. Внутри меня поднималась, закипала и бурлила жгучая волна неприязни, подступавшая к глазам непрошеными слезами. Ненавижу Сириуса Блэка! Пусть только попадется - испепелю и рассею прах над Черным озером! В то же время где-то на краешке сознания, как на испорченной граммофонной пластинке, крутились его последние слова. И это раздражало сильнее всего: раньше комплексов по поводу собственной внешности у меня не наблюдалось, почему же сейчас так остро реагирую на мнение какого-то эгоистичного выскочки? Еще немного посотрясав воздух, я на ощупь поплелась в спальню. И, как ни странно, уже через пять минут погрузилась в сон.

***

Пробуждение нельзя было назвать приятным - кто-то довольно грубо тряс меня за плечо. С трудом разлепив веки, я различила склонившееся надо мной рыжеватое пятно, и преспокойно перевернулась на другой бок - это всего лишь Лили. - Энди, просыпайся, пора на завтрак, - "всего лишь Лили" продолжала трясти меня за плечо (теперь за другое, но с тем же упорством). - Я не голодна, но можешь захватить мне пару бутербродов, если хочешь, - сонно пробурчала я и попыталась укрыться с головой. Но Эванс одним резким движением полностью стащила с меня одеяло. - Спать нужно по ночам, а не тогда, когда родному брату нужна твоя поддержка. Сегодня отборочные. Кто, кроме тебя, пожелает ему удачи? - Ты и Барти Крауч. Младший, - ляпнула я первое, что пришло в голову. - А ну-ка, подъем, Крейл! - рыжая вырвала из-под меня подушку. - Не заставляй применять к тебе магию! Временами Лили напоминала мою мать - в детстве та примерно тем же способом будила меня в магловскую школу. Да еще и причитала при этом, что худшего наказания, чем ребенок -"сова", для родителей быть не может. Обреченно вздохнув, я потянулась к тумбочке и попыталась нашарить очки. Их на месте не оказалось, что тут же напомнило о ночном инциденте. Я села так резко, что столкнулась лбом со все еще нависавшей над кроватью Эванс. - Ой, - пискнула та и отстранилась. Хлопнула входная дверь, и раздался недовольный голос Мэри: - Держи, пока ты всех тут не поубивала. Через секунду в моей ладони оказались прямоугольники стекол, которые я тут же нацепила на переносицу. Мир в полном объеме обрел краски и привычные формы. - Где ты их нашла? - от радости я готова была расцеловать МакДональд. - Сириус отдал, - кисло промямлила Мэри, - сказал, ты забыла их ночью. При одном упоминании ненавистного имени меня бросило в дрожь. Унижение и гнев, пережитые накануне, возвращались с новой силой - и это не говоря еще о двусмысленности оброненной им фразы. Какой все-таки гад! Я со злостью выхватила подушку, которую все еще держала в руках Лили. И, чтобы хоть как-то успокоиться, несколько раз припечатала кулаком по несчастной постельной принадлежности, представляя на ее месте физиономию Блэка. МакДональд продолжала топтаться на месте, все не решаясь задать вертевшийся на языке вопрос. - Нет, мы с этим уродом не вместе, - бросила я, так и не дождавшись, когда Мэри наберется смелости. О том, что рослая, неуклюжая и стеснительная МакДональд неровно дышит к общепринятому школьному сердцееду, знали абсолютно все. - И никогда не будем. Глаза бы мои его не видели! - от понимания, что вчера это пожелание частично исполнилось, невольно пришлось поморщиться. В Большой зал я вошла, когда большая часть студентов уже дожевала свои завтраки и запила их традиционными утренними напитками: чаем или тыквенным соком. Адриана застать не удалось (и, как выяснилось чуть позднее, не только мне, но и Эванс, пришедшей гораздо раньше). Регулуса тоже не было видно, равно как и его старшего брата. Из всей четверки мародеров за гриффиндорским столом сидел только Люпин. Он что-то конспектировал, то и дело оглядываясь по сторонам. С мыслями, что можно было бы и дальше мирно спать, я опустилась рядом с Лили и потянулась к ближайшему блюду. Надо сказать, как раз вовремя - задержись я чуток, и не успела бы схватить кусок яблочного пирога с последней исчезающей тарелки. - Подождем его здесь, - предложила рыжая, протягивая свой ополовиненный стакан сока. Несколько секунд ушло на понимание того, что речь идет об Адриане. Конечно, придется ждать. Кто же пустит гриффиндорцев на отборочные Слизерина? Получив согласие, Эванс достала из сумки книгу и погрузилась в чтение. Или сделала вид, что погрузилась, - как только двери в зал открывались, она тут же принималась взглядом выискивать около них моего брата. Я же, закончив скромную трапезу, принялась украдкой рассматривать свое отражение в карманном зеркальце. Увиденное не слишком радовало: зубы показались мне слишком длинными, рот - чересчур широким, кончик носа - непозволительно большим, а уши и вовсе торчали в разные стороны (теперь понятно, почему Адри говорил, что с распущенными волосами мне лучше). И это не говоря еще о назревающем прыще и темных кругах возле глаз, которые не скрывают даже очки. Может, я зря радовалась, что переросла состояние "гадкого утенка"? Или, что еще хуже, придется со всем этим жить до старости? - Чем это ты занимаешься? - поинтересовалась Лили, когда я в открытую начала изгибать шею и вертеть головой в поисках наиболее выгодного ракурса. - Как думаешь, меня сильно портят очки? Эванс явно не ожидала такого вопроса, но нашлась довольно быстро: - В них ты выглядишь старше и серьезнее. И уж точно гораздо лучше ориентируешься в пространстве, - подруга с усмешкой погладила травмированный утром подбородок. И тут же добавила. - А этот вопрос случайно не связан с тем, что они оказались у Сириуса? - Нет! - пожалуй, слишком быстро выпалила я. Но внимание Лили уже было приковано ко входной двери - на пороге появился Адриан в помятой спортивной форме без факультетских цветов. Рыжая вскочила на ноги и, кажется, хотела кинуться к нему, но в последний миг передумала, застыв на месте. Брат с понуро опущенной головой неспешно брел, волоча за собой метлу. Адри не привык проигрывать, точно так же как я - видеть его в числе проигравших. Внутри все неприятно сжалось. В паре метров от нашего стола Адриан вдруг оседлал метлу и с радостным воплем взмыл под зачарованный потолок. Все присутствующие ученики - а преподавателей по счастливой случайности в зале не было - удивленно наблюдали за тем, как мой брат наворачивал круги над их головами. Он выделывал в воздухе захватывающие по красочности кульбиты, а под конец выпустил из палочки сноп разноцветных искр. Пару раз Адри чуть не задел макушки кое-кого из слизеринцев, чем заработал их недовольное шипение. Но в целом студентам, кажется, понравилось это маленькое представление. Опустившись возле нас, Адриан вдруг поднял Лили и, смеясь, начал кружить ее на руках. Все взгляды были прикованы к ним, с разных сторон раздавалось подбадривающее "у-уууу". И тут брат, словно спохватившись, поставил рыжую обратно и неловко шагнул ко мне. - Твоя очередь, - буркнул он и, не обращая внимания на мои протесты и разочарованные вздохи остальных, сгреб меня в охапку и поднял над головой. - Судя по бурной радости, я тут не нужна. Адриан разжал руки, и, чтобы не упасть, мне пришлось схватиться за его плечо. Возле Лили стояла высокая когтевранка с чуть заостренными чертами лица и приколотым к жилету значком старосты. Ее каштановые волосы были собраны в какую-то чрезвычайно сложную конструкцию, а взгляд ярко-голубых глаз строгостью напоминал профессора МакГонагалл. Мне вдруг вспомнилось все еще не сделанное домашнее задание, а также захотелось проверить, не выбился ли локон из наспех сооруженного утром хвоста. - Эммелина Вэнс, - представила я когтевранку. - Кружок по игре в Плюй-камни, - брат расплылся в странной, глуповатой улыбке. - Это я хотел в него вступить. Эммелина поздоровалась со мной и Лили и лишь после этого обратилась к Адриану: - Я догадалась, что из вас троих "братом Энди" можешь быть только ты. Но, если правильно поняла, тебя все-таки взяли в команду по Квиддичу. - Да, я в сборной, - небрежность в тоне брата совершенно не сочеталась с гордо выпяченной грудью. - Но это никоим образом не уменьшило моего желания вступить в твой кружок, - застывшая на лице Адри блаженная улыбка, делала его похожим на имбецила. Когтевранка, видимо, подумала точно так же: - Этой весной в Хогсмиде пройдет международный юниорский чемпионат, - в голосе звучали стальные нотки, - у меня нет времени на тех, кому просто нечем заняться. - Ну, что ты! У меня самые серьезные намерения, Эммелина, - горячо заверил ее Адриан, и краем глаза я заметила, как Лили поджала губы и нахмурилась. - Я бы не стал понапрасну отнимать твое время. - Тренировки по вторникам в восемь часов в кабинете Заклинаний, - бесстрастно отчеканила когтевранка. - Пропустишь хоть раз, и пеняй на себя. Не хватало мне еще бегать за квиддичным игроком. Произнеся последнюю фразу, она, не прощаясь, направилась к своему столу. Адри, чуть приоткрыв рот, наблюдал за ее плавной, грациозной походкой. - Вот это я понимаю - серьезный подход к делу! - воскликнул он, когда Эммелина опустилась на скамью. - Ей бы армией руководить, а не школьным кружком. - А по-моему, это было грубо, - отозвалась Эванс, хмуро глядя на Адриана, но тот лишь отмахнулся. У меня же, наконец, появилось время задать очень важный вопрос: - Как тебе удалось попасть в команду? Регулус отказался? - Ты зря не верила в мои силы, сестренка, - делано обиделся Адри. - Я одолел его в честной борьбе: из трех раз поймал снитч дважды. Ты бы видела лица игроков, когда Блэк сказал, что место - моё. Сердце начало отбивать чечетку - Регулус исполнил мою просьбу о честных отборочных! - Ты хоть поблагодарил его за это? - За то, что играю лучше, чем он? Ты серьезно?- Адриан выглядел оскорбленным. - Энди, я не собираюсь делать вид, что обязан Блэку местом в команде. Оно мое по законному праву. И давайте уже отпразднуем мою победу. Очень хотелось рассказать брату о вчерашнем разговоре с Регулусом, но было понятно, что это вряд ли изменит его позицию. Сегодня Адриан слишком опьянен своей удачей, способностями и силой - он не станет слушать. Да и нужно ли вообще что-то менять? - Я чуть попозже подойду, сначала загляну в библиотеку... - Какая еще библиотека?! - насупился Адри. - Не могла, что ли, раньше разобраться с домашней работой? - Прости, что Вселенная не вращается вокруг тебя, - под одобряющим взглядом Лили я щелкнула брата по носу и поспешила удалиться.

***

Не знаю почему, но мне казалось, что Регулус придет именно в библиотеку. Поэтому я заняла ближайший ко входу стол и принялась ждать его появления. Просидеть пришлось больше трех часов. Все это время уверенность в том, что слизеринец действительно собирался прийти, а не просто нашел удобный способ первым заграбастать книгу, стремительно угасала. Собственно, зачем ему снова встречаться со мной? Разве во мне есть хоть что-то, что могло бы его привлечь? Ни привлекательной внешности, ни богатства, ни положения в обществе... - Привет. Знакомый мягкий баритон заставил меня вздрогнуть. Над столом возвышался Регулус Блэк собственной персоной. - Как и обещал, - юноша положил передо мной тоненькую книжицу. Он был одет в серебристо-зеленую мантию, и его длинные волосы, против обыкновения не перевязанные лентой, ниспадали чуть ниже плеч шелковистым темным водопадом. Не в силах отвести взгляд от его лица я потянулась к томику. Пальцы коснулись тыльной стороны его ладони, чуть задержавшейся на переплете. Мы оба отдернули руки так резко, словно дотронулись до клыков Василиска. А затем, будто устыдивших своих действий, начали синхронно изучать взглядом столешницу. - Спасибо, - с трудом выдавила из себя я, чтобы прервать неловкое молчание. И заставила себя снова посмотреть на юношу. - Не только за книгу. Регулус вопросительно поднял брови, и пришлось пояснить: - За Квиддич. Несколько мгновений Блэк растерянно оглядывался по сторонам, а затем его губы скривила усмешка: - Вот уж не думал, что гриффиндорка когда-нибудь поблагодарит меня за то, что Кубок достанется Слизерину. Мне очень не понравилась холодная надменность, зазвучавшая в его голосе. Она напомнила о Сириусе. - Ты пропустил моего брата, - упрямо настояла я. - Более сильного игрока, - поправил Регулус, сверля меня недобрым взглядом. - Иногда для всеобщего блага, нужно уметь поступиться своими желаниями. Меня так воспитали. Возле нас материализовался полноватый парень с квадратным прыщавым лицом - один из однокурсников Адриана. - Блэк, ты долго будешь болтать непонятно с кем? - довольно громко спросил он, чем сразу заработал строгое предупреждение от проходившей мимо мадам Пинс. Регулус дождался, когда библиотекарь скроется из виду, и, заложив руки за спину, недовольно протянул: - Я же сказал, что должен занести книгу, Эйвери. Вовсе не обязательно повсюду меня сопровождать. - Просто подумал, что не хорошо заставлять Мальсибера ждать , - примирительно отозвался слизеринец и окинул меня оценивающим взглядом, - особенно в день его рождения. - Так не будем же этого делать, - Блэк коротко кивнул, и они с Эйвери ушли, оставляя меня наедине с полной неразберихой, царящей в голове и сердце.