The one who cares.

Джеймс пока не мог понять, с какой стати Ларс решил именно сегодня потащить всех в бар, чтобы просадить последние несколько баксов. Весь день ходил довольный до жопы. Однако Рон сегодня уехал к родителям, а у Дэйва с кем-то была забита стрелка. Опять его тёмные дела с местными наркоманами, в которые Хэтфилд решительно не собирался вмешиваться. А вот ему самому сегодня делать было всё равно нечего. Так что теперь они вдвоём расположились за одним из дальних столиков местного бара. Вполне себе типичный лос-анджелесский бар: тёмный, прокуренный, с уставшими барменами и не особо привлекательной публикой. Не сказать, что это место было одно из любимых, зато пиво здесь было самое дешёвое в округе. А это очень даже немаловажно в их положении. Ларс, вроде бы, получал деньги на прошлой неделе за тот месяц, что отработал на заправке, но они как-то очень быстро уходили на еду и выпивку. Ладно, на выпивку уходила основная часть. Ну не чай же вечером пить, правильно? Он уже представлял себе эти тупые вечеринки: "Ребята! Кому ещё чаю?", "Урааа! Два чайника с чаем!!!", "Так, а ему не наливать! У него уже все губы в заварке!". Джеймс усмехнулся этой бредовой картинке, где трэшеры Лос-Анджелеса дуют на горячую жидкость в чашках под тяжёлые риффы Venom. А тем временем Ларс уже возвращался от барной стойки с двумя открытыми бутылками пива. По его пальцам из горлышка ползла струйка пены. Бутылку растрясли, что ли? Ларс плюхнулся на своё место у потёртой, грязной стены, где было нацарапано: "motherfuckerrrrr". Он поставил бутылки на стол и встряхнул пальцами, пытаясь смахнуть липкую жидкость, потом облизнул их и, наконец-то, сделал глоток из запотевшей бутылки, издав звук крайнего наслаждения. — Ну и... где ты сегодня был? — спросил Хэтфилд, просто чтобы спросить,тоже принявшись за своё пиво. — Поэтому я и хотел нас сегодня здесь собрать... ну, думал, посидим вместе, пивка попьём, я новость расскажу, — он снова довольно улыбнулся, пытаясь выглядеть чуточку загадочным. Джеймс сдержался, чтобы не закатить глаза. — Новость? Что, Universal подписывает с нами контракт? — фыркнул Хэтфилд и снова отпил горьковатый напиток. Признаться, сегодня у него не было особого настроения пить. Он бы лучше сейчас посидел с гитарой, в голове даже крутится какой-то рифф. — Ну почему сразу Universal и контракт? — кажется Ульриха чуть раздосадовало, что Джеймс с самого начала настолько поднял планку своей иронией. — Ладно, говори уже, — вокалист тряхнул головой, чтобы убрать чёлку, которая беспрестанно лезла в глаза. — Я сегодня разговаривал с Митчеллом, который из Сан-Франциско, помнишь? — Который в Whiskey? — Ага. — Ну, помню. — Так вот, он сказал, что через пару недель мы сможем отыграть там концерт! — в полном восторге заключил Ларс, едва не расплескав пиво. — А, понятно... — "Понятно"?! — рот датчанина смешно приоткрылся в совершеннейшем удивлении, а улыбка начала сползать с его лица. — Ну, круто. Поедем, значит, — Джеймс пожал плечами. — И всё? — А что ещё надо? — Мог бы хоть порадоваться как-то... — теперь в голосе отчётливо слышались обида и разочарование. — Я рад, что мне теперь прыгать что ли? — Да пофиг, короче! — он тут же поднялся со своего места и, прихватив бутылку, резко направился обратно к барной стойке. Джеймс гадал, какого чёрта он убежал. Но судя по тому, что он уселся на один из высоких барных стульев, возвращаться он не намерен. Понятно, мы обиделись. Хэтфилд продолжил потягивать пиво, глядя на замусоленную столешницу массивного деревянного стола. На нём везде виднелись крошки и следы от соуса, которые оставили предыдущие посетители. Ладно, положа руку на сердце, он прекрасно знал из-за чего Ульрих надулся. И да, Хэтфилд в глубине души был охренительно рад! Это же первый концерт в Сан-Франциско! Первый концерт не в их родном городе! Они долго мечтали попасть туда, это же, мать его, прорыв! Все четверо уже устали от грёбанных позеров, которые хотят слушать только всякое дерьмо вроде Motley Crue. Говорят, в Сан-Франциско народ совсем другой, говорят там бы Металлику оценили по достоинству. И естественно от осознания этого всего внутри всё просто взрывалось от восторга! Джеймс не знал, почему ему так не хотелось показывать этого Ларсу. Может потому что тот раздражал своим щенячьим восторгом, а Джеймс не хотел вести себя как идиот. Эх, всё-таки какое же тут отстойное пиво... горькое, как будто его из полыни сделали. Какого хрена они туда добавляют?.. Джеймс бы с удовольствием оставил это дерьмо на столе и пошёл отсюда. Но Ларс, похоже, решил дотратить всё до цента и просадить свою скромную получку ради обогащения этой забегаловки. Бармен с подозрением смотрел на паренька, который сидел сейчас напротив него. Судя по лицу, пытался прикинуть, правда ли ему не 15 лет. У них уже бывали такие случаи, когда Ульриху ни в какую не хотели продавать выпивку. Даже по фальшивому водительскому удостоверению. Это всегда было предметом шуток в их компании. Благо, в этом баре работники далеко не такие сознательные. Но бросать здесь его одного - уж точно не дело. Выпивший датчанин непременно вляпывался в неприятности. Так что через полчаса Джеймс поднялся и направился к барной стойке, потому что, к его удивлению, Ульрих не собирался возвращаться, чтобы подоставать его ещё. Подойдя ближе, Джеймс заметил, что Ларс пьёт виски. Ого! Гулять, так гулять? При этом глаза у драммера уже явно постепенно собирались в кучу. Ему и так-то обычно хватало пары бутылок пива, чтобы стать "весёлым", а он тут догоняется виски, да ещё и на пустой желудок. Ларс положил локти на столешницу и подпёр ладонью щёку, печально глядя в свой стакан. Господи, вот любит же из мухи слона раздувать! Джеймс вздохнул и сел рядом, потрепав его по плечу. Тело почти безвольно пошаталось в ответ, после чего на него уставились зелёные глаза, расфокусировано глядя из-под нахмуренных бровей. Джеймс едва сдержал смех, потому что они редко напивались порознь, а тут он почти что впервые видел дошедшего до кондиции датчанина. Комичное зрелище. — Ну и чего ты убежал, как ужаленный в задницу? — спросил Джеймс. — Сам ты узаленный в жадницу... в занди... а, нахрен, — кажется он понял, что язык не собирается сегодня сотрудничать с ним. — Всё, хватит ужираться, пошли домой, — Джеймс постарался забрать у него виски, но драммер проявил сопротивление. — От'вли! — Его что, девушка бросила? — спросил официант, кивнув в сторону Ульриха. — Нет, его бросил мозг, так что ему не наливать больше, — заявил Джеймс, и официант понимающе кивнул, отходя от них к другому клиенту. — Какая тебе разн'ца, что я тут... я столько звонил, столько стра... старался! Я устал, как... как... как н'знаю кто! Я думал ты буд'ш рад! А ты ведёшь себя, как пооооолный мудак! — Ларс дыхнул на него виски, вдруг оказавшись у самого его лица. Джеймс закатил глаза. — Слушай, я рад, честное слово, — Ларс недоверчиво его разглядывал, потом сделал ещё один глоток, и сморщился. — Тебе всегда пофиг! — заключил он и тыкнул в него указательным пальцем, Джеймс поймал его руку и отвёл в сторону от своего лица. — Мне не пофиг, понял? Это и моя группа тоже, если ты не забыл. Я очень-очень рад, так лучше? — Не надо мне олд... олдл... олдолжений! — Ларс резко качнулся в сторону, и Джеймсу пришлось ухватить его за плечо, чтобы тот не свалился со стула на пол. — Это самая лучшая новость за последнее время, я очень-очень рад, — как можно более убедительно заявил Хэтфилд, всё ещё удерживая шаткого драммера за предплечье. — Правда? — как быстро у него меняется выражение лица. — Правда, правда. Теперь мы идём домой, — Джеймс поднялся и потянул его за собой. — Неееет, я хочу ещё... — он пошарил в карманах, — У тебя не будет ещё пять долл'ров? — Нет, мать твою! Вставай и пойдём. Иначе поползёшь домой в одиночку! Ларс вздохнул и позволил закинуть свою руку на плечо Джеймсу, чтобы опираться о него и сохранять вертикальное положение. Хэтфилд был несказанно рад тому, что датчанин был худым, маленьким и почти невесомым, это, конечно, не Мастейн! Так что теперь они кое-как миновали столики и нетрезвых посетителей, и вышли, наконец-то, на прохладный ночной воздух. Хорошо хоть дом МакГовни находится всего в квартале отсюда, иначе они такими темпами до утра будут добираться. Правда, из-за разницы в росте Джеймсу пришлось заметно согнуться, подстраиваясь под разомлевшее тело Ульриха. Таким образом они прошли пару длинных домов, и Хэтфилд решил, что будет куда проще донести этого горе-пьяницу. — Эй, бухарик, забирайся на спину, а то меня достало уже так идти, — Хэтфилд повернулся к нему спиной и присел. Ларс без всяких возражений обхватил руками его шею и повис на спине. Джеймсу пришлось самому подхватит его бёдра, чтобы тот смог закинуть ноги на талию, а не тащиться сзади мешком. Да, так было чуть тяжелее, зато куда удобнее и быстрее. Волосы Ульриха щекотали его шею, когда тот уткнулся в неё лицом, так что ужасно хотелось почесаться. Теперь Джеймс отчётливо чувствовал запах перегара и разгорячённые губы, которые периодически касались кожи у ворота жилетки. И он что-то тихонько бубнил себе под нос. — Что ты там бормочешь? — запыхавшись спросил Хэтфилд, и чуть подкинул Ларса повыше, потому что он снова начинал сползать. — Ты меня несёшь, Джеееймс, — пьяно хихикнув сказал он. — Гениальное наблюдение! А я-то думаю, какого хрена мне так тяжело идти... — Эт'круто! — улыбнулся он. — Нравится тебе, да? — Мхм... — сонно вздохнул он и окончательно положил тяжёлую голову Джеймсу на плечо. Хэтфилд покачал головой и еле заметно улыбнулся.