Салазар и Философский камень

       Наверное, ничего лучше с Салазаром приключиться просто не могло, хотя тело кое-где болело, а тёмная фигура в лесу напрягала.        Долиш понёс его прямиком в больничное крыло. Мадам Помфри уже приготовила койку и растирала в ступке какой-то порошок. - Несчастный ребёнок. Джон, кладите его туда, возле окна. Я уже почти приготовила мазь, - проговорила школьная медсестра, которую ранее Салазар видел только издалека. Это была приземистая полная женщина преклонных лет. - Гораций, мне нужно идти и разобраться с моим факультетом, - заявила МакГонагалл, явно забыв, что Гриффиндор уже не её. - Вы останетесь здесь? - Да, разумеется, Минерва, - очень серьёзно заявил Слагхорн. - Я останусь тут до тех пор, пока Салазар не придёт в себя. - Замечательно, - почти спокойным голосом отозвалась директор, понемногу расслабляясь. - Я думаю, что всё будет в порядке к утру, но если что-то случится, дайте мне знать, - проговорила МакГонагалл.        Когда шаги директрисы удалились, Долиш и Слагхорн наперебой стали крутиться вокруг Салазара, ощупывая его шишку на лбу и делая предположения. - Сотрясение, Джон! - Сильное. - А все эти царапины? - Ужасно. - Дети стали столь жестоки… - Руки бы им оторвать, да в Азкабан на год! - Главное, столько на одного напало! - Но ведь это Салазар Блэк, он выдержал! - Необычный ребёнок, не поспоришь, - тягостно вздохнул Слагхорн. - Так, хватит тут! - шикнула на них медсестра. - Ему нужен покой! И вы оба ведете себя странно. Не помню, чтобы Блэк состоял с вами в родстве. - Я смотрю, вы что-то о нём знаете, - уже шепотом произнёс Долиш. - Конечно, - деловито отозвалась Помфри. - Кто его осматривал десять лет назад, после того ужасного взрыва в Лестрейндж-холле?        Салазар вдруг почувствовал, как рука Джона Долиша на его плече сжалась, но это было ровно на секунду.       «Наверное, он потерял там бойцов,» - подумал мальчик. - И не говорите про это, - глухо произнёс отставной аврор. - Я был в Холле, и ужаснее зрелище я видел только в битве за Хогвартс. - Да, мы все помним те кошмарные дни, - кивнула Помфри. - Никогда не забуду, как у меня на руках умирали дети… - Полноте, прошу, не будем об этом! - попросил Слагхорн.        Медсестра раздела Салазара по пояс и стала мазать многочисленные ушибы и царапины. Какое-то время в палате была тишина. Но потом Помфри заметила у мальчика на руке след от выжженной когда-то Метки. - Вы видели это? - спросила она. - Мы знали об этом, - негромко ответил Слагхорн. - Не представляю, каким чудовищем нужно быть, чтобы поставить темно-магическое тавро годовалому малышу, - посетовала мадам Помфри. - Я помню, когда я его осматривала в девяносто восьмом, на ручку было страшно смотреть. От локтя до кисти - огромный ожог, и глаза такие… Ужас просто. Прям красные, как у Сами-Знаете-Кого.        Слагхорн изобразил кашель. - Может, его задело каким-нибудь заклинанием? - предположил Долиш. - В Лестрейндж-холле была ужасная бойня. - Может, и так… - пробормотала медсестра.        Тут Салазар решил, что ничего интересного он уже не услышит, поэтому поёжился и приоткрыл глаза. - Слава Моргане, - едва слышно выдохнул Слахгорн, сидящий в ногах больничной койки. - Наконец-то! - воскликнул Долиш, коршуном подлетая к мальчику от окна, куда до этого отошёл. - Как ты себя чувствуешь? Где болит? Голова кружится? Тошнит?        Профессор ЗОТИ в один миг оказался рядом со слизеринцем и помог ему сесть, когда студент захотел это сделать. Не совсем понимая, чем вызвано такое бурное внимание обычно равнодушного к нему Долиша, Салазар удивленно на него уставился. Теперь в тёмных глазах мужчины плескалось одно беспокойство, а смешинок не было и в помине. Салазар не понимал, куда делась вся веселость профессора. - Голова немного кружится, - пожаловался Слизерин. - И тут холодно.        В мгновение ока Джон Долиш укрыл Салазара толстым одеялом и поправил под ним подушки, всё ещё взволнованно глядя на школьника.        Слагхорн тоже казался удивленным таким странным поведением бывшего аврора. Впрочем, зельевар поспешил ретироваться, как только понял, что всё в порядке. Теперь Салазар остался наедине с Помфри и Долишем, что немного его напрягало. Он не привык, чтобы к нему хорошо и заботливо относились, возникало подозрение, что профессор просто хочет втереться в доверие и выудить из него какую-нибудь информацию. - Какие ещё жалобы? - поинтересовалась медсестра. - Где болит? - Живот немного. И голова слегка кружится, - честно ответил Салазар. - Ну ничего, к утру пройдёт, - теперь, когда всё было в порядке, голос Помфри стал сухим, как и почти у всех, кому приходилось разговаривать с Салазаром. - Выпей это и ложись спать.        Слизерин послушно опрокинул какой-то флакончик и тут же почувствовал, что его стало клонить в сон. Едва его голова легка на подушку, глаза стали закрываться. Последнее, что успел различить Салазар, так это Долиша, который как-то странно на него смотрел.

***

      Салазар, еще вчера бывший одним из самых популярных учеников Слизерина и любимцем всего факультета, в одно мгновение превратился в кумира половины слизеринцев. Сразу после того, как с утра он упросил Помфри отпустить его на занятия, Салазар всё рассказал взволнованным друзьям, а те разнесли новости по всем Слизерину. Другой вопрос, что остальная школа стала ещё больше его ненавидеть.        Но МакГонагалл всё-таки вычла со Слизерина двадцать очков за то, что Салазар вышел ночью из спальни. Зато Гриффиндору больше досталось - с Тедди Люпина, с Викки Стимпсон, с Маклаггена, Таулера и Джордана директор самолично вычла по пятьдесят очков.        С тех пор даже квиддич стал нравиться Салазару. Ему вообще теперь почти всё нравилось, так как настроение было отменным.        А вот Рэйнолс закатила ужасающий скандал, как только увидела «Блэка» на следующее утро после его прогулки в лесу. С тех пор Салазар не разговаривал с ней около недели.        Салазар был почти рад, что до экзаменов осталось не так уж много времени. Сразу после них он планировал привести в действие свой план. А пока что надо было только готовиться, как к его выполнению, так и к экзаменации. Салазар, Фин, Бел и Стюарт после ужина возвращались в Общую гостиную, садились вчетвером и занимались до поздней ночи, запоминая составы сложнейших зелий, заучивая наизусть заклинания и контр-заклинания, зазубривая даты волшебных открытий и восстаний гоблинов.       Однако, когда до экзаменов осталась примерно неделя, решимость Салазара ждать конца экзаменов подверглась серьезному испытанию. Как-то днем, возвращаясь в одиночестве из библиотеки, он услышал подозрительно знакомый голос, доносившееся из соседнего кабинета.       Подойдя поближе, он услышал из-за двери голос Лонгботтома. — Да, да, я вчера говорил с МакГонагалл о том, что рецепт необходимо лучше спрятать. - Это не помешает, но куда и зачем? - вопросил Долиш.        Салазар огляделся и бесшумно приблизился вплотную к двери. - Об этом я расскажу вам, когда всё будет точно, - важно заявил Лонгботтом.       В следующую секунду Невилл уже вышел из кабинета. Салазар чудом успел отскочить в нишу, и профессор не заметил его.        Он стал свидетелем странного разговора, и это очень беспокоило его. Он готов был поспорить с кем угодно хоть на десяток философских камней, что если рецепт камня перепрячут, ему уже не добыть его. А судя по тому что Салазар успел услышать, Лонгботтом своего добился. Потому что было похоже, что МакГонагалл сдалась и вот-вот поддастся его уговорам.        Салазар развернулся и пошел обратно в библиотеку, где Финеас проверял познания Стюарта в астрономии. — Значит, Лонгботтому удалось уговорить директора! — заключил Нотт, когда Салазар рассказал об услышанном. — И теперь рецепт перепрячут… - Так что мы будем делать, Салазар? - спросил Забини.        У Стюарта заблестели глаза — похоже, ему снова захотелось приключений. Но не успел Салазар открыть рта, чтобы ему ответить, как в разговор встряла Рэйнолс, неожиданно вышедшая из-за книжных полок вместе с Бел. - Что ты опять задумал, Блэк? - Я не виновата, - шепнула Паркинсон. - Она сама за мной увязалась. — Тебе не хватило прогулки по лесу? Опять хочешь пострадать? — Тебе то какое дело? - отмахнулся Салазар.        Стюарт согласно кивнул, но у Финеаса было свое мнение. — Если мы проведем небольшое расследование… — начал он. — Нет, — тихо, но весомо произнес Салазар. — Хватит с нас расследований. Надо быстрее всё спланировать и привести в жизнь.        Он притянул к себе карту Юпитера и начал изучать названия его лун. Сперва экзамены.

***

— Готов поспорить, что теперь вы серьезно задумаетесь, прежде чем нарушить школьные правила. Если вы спросите меня, я вам отвечу, что лучшие учителя для вас — это тяжелая работа и боль… Жалко, что прежние наказания отменили. Раньше провинившихся подвешивали к потолку за запястья и оставляли так на несколько дней. У меня в кабинете до сих пор лежат цепи. Я их регулярно смазываю на тот случай, если они еще понадобятся… А какой режим был при Долорес Амбридж! А при Кэрроу! Ну все, пошли! И не вздумайте убежать, а то хуже будет.        Они шли сквозь тьму — света от лампы Филча хватало ровно настолько, чтобы увидеть, что у тебя под ногами. Викки Стимпсон беспрестанно всхлипывала, а Салазар злился и гадал, какое именно наказание их ждет. Должно быть, это было что-то ужасное, иначе Филч так бы не радовался.        В небе светила яркая луна, но на нее все время наплывали облака и погружали землю во мрак. Вдруг впереди показались огоньки. Салазар понял, что они приближаются к хижине Хагрида. А потом послышался и голос великана. — Это ты там, что ли, Филч? Давай поживее, пора начинать.       У мальчика словно камень на душе появился. Если наказание заключалось в том, чтобы выполнить какую-то работу под руководством Хагрида, это было просто ужасно. Лесничий его ненавидел. А сама мысль о том, чтобы чистокровный волшебник, сын Беллатрисы Лестрейндж и Темного Лорда Волдеморта, прислуживал полукровке-полувеликану претила Салазару. Должно быть, испытанное им унижение красочно нарисовалось на его лице, потому что Филч издевательски произнес: — Вам предстоит пойти в Запретный лес. И я сильно ошибусь, если скажу, что все вы выйдете оттуда целыми и невредимыми…        Дело было в том, что на следующее утро после ночных приключений за завтраком Салазару принесли записку.       «Для отбытия наказания будьте сегодня в одиннадцать часов вечера у выхода из школы. Там вас будет ждать мистер Филч. Проф. М. МакГонагалл»        Салазар совсем забыл, что из-за набранных им штрафных очков ему придется отбывать наказание не смотря на то, что он был потерпевшим. А всё потому, что он вышел ночью из помещений Слизерина! Ну хоть баллов мало вычли...        В одиннадцать часов вечера он попрощался с друзьями и поднялся наверх. Филч был уже там вместе с гриффиндорцами. По их лицам было видно, что если Филч хоть на секунду отвернется, первокурсники разорвут Салазара на куски. — Идите за мной, — скомандовал Филч, зажигая лампу и выводя их на улицу. А потом зло усмехнулся.        Услышав это, Викки застонала, а Салазар остановился как вкопанный. — В лес? — переспросил он, и голос у него был совсем не такой самоуверенный, как обычно. Он помнил, как за ним что-то бежало. И помнил, как это что-то сомкнуло пальцы на его руке. — Но туда нельзя ходить ночью! Там опасно. Я слышал, там даже оборотни водятся. А акромантулы? А проклятья времен войны?        Стимпсон крепко ухватила Люпина за рукав и судорожно глотнула воздух. — Ну вот, какой ты рассудительный стал. — В голосе Филча была радость. — Об этом надо было думать прежде, чем правила нарушать.        Из темноты к ним вышел Хагрид. Он держал в руке огромный лук, на его плече висел колчан со стрелами. — Наконец-то, — произнес он. — Я уж тут полчаса как жду. Тедди, как дела то у вас всех? — Я бы на твоем месте не был с ними так дружелюбен, Хагрид, — холодно сказал Филч. — В конце концов, они здесь для того, чтобы отбыть наказание. — А, так вот чего ты так опоздал-то? — Хагрид смерил Филча суровым взглядом. — Все лекции им читал небось, ага? Не тебе этим заниматься, понял? А теперь иди, нечего тебе здесь делать. — Я вернусь к рассвету… и заберу то, что от них останется. — Филч неприятно ухмыльнулся и пошел обратно к замку, помахивая лампой.        Салазар, проводив его полным шока взглядом, повернулся к Хагриду. — Я в лес не пойду, — заявил он. — Пойдешь, если не хочешь, чтобы из школы выгнали, — сурово отрезал Хагрид. — Нашкодил, так теперь плати за это. — Это опасно для моей жизни, — продолжал протестовать слизеринец. — Я думал, нас заставят сто раз написать какой-нибудь текст или что-то в этом роде. — Тексты он, понимаешь, писать собрался! А кому от того польза? Ты чего-то полезное теперь сделать должен — или выметайся отсюда. Ну давай, чего стоишь?        Салазар не двинулся с места. - Люциус Малфой узнает об этом, - прошипел мальчик. - И тогда у всех тут будут проблемы.        Он бросил на Хагрида яростный взгляд, но тот отвёл глаза. — Значит, с этим закончили, — подытожил Хагрид, стараясь не обращать внимания на разозленного Салазара. — А теперь слушайте, да внимательно, потому как опасная это работа — то, что нам сегодня сделать нужно. А мне не надо, чтоб с кем-то из вас случилось что-нибудь. За мной пошли.        Хагрид подвел их почти вплотную к лесу и, высоко подняв над головой лампу, указал на узкую тропинку, терявшуюся среди толстых черных стволов. Салазар сжал руки в кулаки, убеждая себя, что уж ему-то ничего не грозит. — Вон смотрите… следы на земле видите? — обратился к ним Хагрид. — Большие такие, глубокие? Это следы оборотней, так вот. Где-то там оборотень бродит, который что-то тут разведывает. Уже второй раз за неделю такое. Я в среду логово одного нашел, вместе с аврорами мы его изловили. А этот жив еще, и надо нам с вами его найти берлогу. — Вы все совсем идиоты? — спросил Салазар, едва скрывая охвативший его ужас. - Это оборотень! Мы первокурсники! Он нас укусит или убъёт! Что ты улыбаешься, как умалишенный, Люпин? Думаешь, твой Поттер прилетит на помощь? Или оборотни в тебе родственничка признают? А, нет, ты, вероятно, почувствуешь себя похожим на папашу. - Салазар выдал эту убийственную тираду на одном дыхании. — Эй, ты, молчи давай! — прикрикнул Хагрид, придерживая встрепенувшегося Люпина. — С тропинки не сходите — тогда нормально все будет. Оборотень сейчас на охоте, в той части леса, где живут единороги. Логово пусто. Сейчас на две группы разделимся и по следам пойдем… в разные стороны, потому как их тут… ну… куча целая, следов. - Если со мной что-нибудь случится, - Салазар выразительно промолчал, но в его глазах заплясали черти.       Хагрид пожал плечами и проигнорировал его. — Значит, так, Тедди, Билеус и Льюис со мной пойдут, а ты, Викки, и ты, Тиберий, с Блэком будете. Если кто находит логово, зеленые искры посылает, поняли? Палочки доставайте и потренируйтесь прямо сейчас…        Салазар запустил в сторону лесничего сноп искр, но тот только сделал шаг в сторону и опять не обратил на слизеринца внимания. - Ага, вот так, Тедди. А если кто в беду попадет, тогда пусть красные искры посылает, мы сразу на помощь придем. Ну все, поосторожнее будьте… а сейчас пошли, пора нам.        В лесу царили тьма и тишина. Они углубились в него, и вскоре тропа разделилась. Салазар, Викки и Тиберий пошли налево, а вторая группа двинулась направо.        Они шли абсолютно молча, шаря глазами по земле. Лунный свет, пробивающийся сквозь кроны деревьев, освещал следы, врезавшиеся в землю.        Салазар заметил, что не он один выглядит очень озабоченным. - Может, это вовсе не оборотень? - с надеждой спросила Стимпсон. — Да конечно, - фыркнул Салазар. - Тут и оборотни, и тролли, и… акромантулы, - на последнем слоге он сделал ударение.        Они прошли мимо поросшего мхом пня, а гриффиндорцы не решались отвечать. Салазар услышал шум воды, должно быть, поблизости был ручей. На извилистой тропинке то здесь, то там виднелись следы. — Ты в порядке, Викки? — прошептал Макгаллен. — Не волнуйся, не найдём мы ничего. - БЫСТРО ЗА ДЕРЕВО! - рявкнул Салазар, схватив первокурсников за вороты мантий и затащив за толстенный ствол.        Слизеринец выхватил палочку и встал в позицию. - Ты псих? - вопросил Тиберий. - Молчать! - шикнул мальчик.        Вокруг стояла полная тишина, но постепенно все начали различать какие-то звуки. Похоже, кто-то крался к ним по опавшей листве, кто-то, одетый в волочившуюся по земле мантию. Салазар пристально смотрел туда, откуда доносился звук, но через какое-то время звук исчез. — Так я и знал, — прошептал Слизерин севшим голосом. — Он ещё бродит тут. — Волк-оборотень? — спросила Викки, вцепившись в руку Маклаггена. — Дура, — мрачно заключил Салазар. — Ещё скажи - единорог. Ладно, пошли за мной, и поосторожнее. Давайте.        Они медленно двинулись дальше, вслушиваясь тишину. Все были так напуганы, что даже не продолжили спор. И вдруг уловили какое-то движение на видневшейся впереди опушке. — Кто там? — крикнул Салазар. — Покажись — или прокляну!        Из темноты вышло нечто непонятное — то ли человек, то ли лошадь. До пояса это был человек с рыжими волосами и бородой, но от пояса начиналось лоснящееся, каштанового цвета лошадиное тело с длинным рыжеватым хвостом. Школьники от удивления раскрыли рты. — Что ты такое? - потребовал Салазар, не опуская палочку.        Существо фыркнуло и загорцевало. - Это кентавр, - шепнул Маклагген. - Добрый вечер! Прости его, пожалуйста! Мой друг просто очень напуган, мы боимся встретить оборотня! — Добрый вечер, человеческие жеребята, — приветствовал их кентавр. Голос у него был низкий и полный печали. — Ты хотел меня убить, мальчик? — Да нет… я ж не знал, что вы безопасны, - негромко сказал Салазар, решив не затевать ссору, так как не знал, на что способно это магическое животное. - Я Ронан, - представился кентавр. — Викки Стимпсон, — слабым голосом ответила гриффиндрка. - Тиберий Маклагген, - гордо заявил первокурсник. — Добрый вам вечер, — обратился к ним кентавр. — А ваш друг почему не представился? - Салазар Блэк, - коротко сказал слизеринец, всё ещё готовый в любой момент пустить животному огненную струю промеж глаз. - И тебе добрый вечер. Значит, вы школьники? И много вы уже выучили в школе? — Немножко, — робко ответила Викки. — Немножко. Что ж, это уже кое-что. — Ронан вздохнул, откинул голову и уставился в небо. — Марс сегодня очень яркий. — Ага, — подтвердил Тиберий, тоже посмотрев вверх. — Послушайте, Ронан, мы рады, что мы вас встретили. Мы тут логово оборотня ищем, вы не видели ничего?        Ронан медлил с ответом. Какое-то время он не мигая смотрел в небо, а потом снова вздохнул. — Всегда первыми жертвами становятся невинные, — произнес он. — Так было много веков назад, так происходит и сейчас. — Ага, — согласился Салазар. — Так что там с логовом? — Марс сегодня очень яркий, — повторил Ронан, словно не замечая нетерпеливого взгляда Слизерина. — Необычайно яркий. — Да, но я-то не про Марс, а про кое-что поближе, — заметил Салазар с язвительностью. — Так вы ничего странного не видели?        И снова Ронан ответил не сразу. Прошло какое-то время, прежде чем он открыл рот. — Лес скрывает много тайн.        Звук, донесшийся из чащи, заставил Салазара снова вскинуть волшебную палочку, но это оказался второй кентавр, с черными волосами и черным телом. Вид у него был более дикий, чем у Ронана. Он подошел к Ронану, не обращая внимания на притихших детей, и тоже поднял глаза к небу. — Марс сегодня очень яркий, — заметил он. — Да слышали мы уже про Марс-то, — сердито проворчал Салазар. — Ладно, мы ничего не узнаем тут, идёмте.        Викки и Тиберий двинулись за ним, оглядываясь на кентавров, пока тех не загородили деревья. - Звездочеты проклятые! - ругался Салазар. - Это же надо быть такими кретинами! Ох, и водится же в этом лесу всякая гадость! — Интересно, их тут много? — поинтересовалась Стимпсон. — Да хватает, судя по всему, — неопределенно ответил Маклагген. — Знаешь, умные они, кентавры… и знают много всего… вот только не рассказывают. — Так ты думаешь, что тот звук, который мы слышали, прежде чем встретить Ронана, что это тоже был кентавр? — спросил Салазар, криво усмехнувшись. — Разве похоже было, что копыта по земле стучат? — ответил гриффиндорец вопросом на вопрос.        Они шли сквозь почти сплошную черную стену деревьев. Салазар не переставал нервно оглядываться. У него было неприятное ощущение, что за ними следят. Он всегда чувствовал на себе чужие взгляды, этот раз исключением не был.        Извилистая тропинка снова сделала резкий поворот, но едва они прошли его, как Викки опять ухватила Тиберия за руку. — Смотрите! Красные искры, они в опасности! - И что предлагаете? - раздраженно поинтересовался Слизерин. - Если уж даже Хагрид не смог им помочь, мы же ничего не сможем сделать. Предлагаю вернуться в школу. - Нет! Мы не можем! - возразил Тиберий. - Нам что было сказано? - вспылил слизеринец. - Не сходить с тропинки! - Давайте тут немного постоим? - предложила Стимпсон. - Если сигнал повторится, побежим в замок за подмогой.        Мальчики согласились. Стояла тишина, только листья шелестели вокруг. Всем было страшно. Гриффиндорцы стояли и смотрели друг на друга, словно это поможет им не увидеть того, чего следует опасаться, а то, чего следует опасаться, не увидит их. Зато Салазар медленно озирался, сжимая в руке волшебную палочку. — Ты думаешь, они попали в беду? — прошептала девочка. — Если так, то это всё из-за тебя, Блэк, и я буду мстить, - смело заявил Маклагген. - Это не я выращиваю акромантула, - с ангельской улыбкой отбрил Салазар.        Время словно застыло — минуты тянулись, как часы. Слизерин ощутил, что слух его обострился до предела. Ему казалось, что он слышит каждый вздох ветра, каждый треск ветвей. А в голове его вертелись два вопроса: что произошло с остальными и что им делать дальше?        Вскоре откуда-то издалека донесся звучный голос Хагрида. - У нас всё в порядке! - Идиоты, - процедил сквозь зубы Салазар, и они двинулись дальше.        Они уходили все глубже в лес, и где-то через полчаса деревья окончательно преградили им путь. Салазару показалось, что следов оборотня тут куда больше. Все корни деревьев были расцарапаны, словно какое-то дикое создание металось здесь, обезумев. Сквозь толстые ветви стоявшего перед ними древнего дуба Салазар увидел поляну.        Они пролезли между ветвями дуба и вышли на поляну. Салазар сделал еще шаг вперед и вдруг застыл, услышав шорох. Кусты на другом конце поляны зашевелились, и из тени выступила облаченная в длинный балахон фигура с наброшенным на голову капюшоном. Кто-то крался к ним, как вышедший на охоту зверь. Салазар, Стимпсон и Маклагген были не в силах пошевелиться. Однако фигура в балахоне их не замечала, так как Салазар предусмотрительно оттащил гриффиндорцев в тень. Некто подошел к огромному буку, в корнях которого была глубокая яма, и заглянул туда. Не найдя того, что искал, неизвестный вдруг повернул голову в сторону ребят. — А-А-А-А-А!        Викки, издав дикий крик, бросилась бежать, а вслед за ним устремился трусливый Маклагген. Фигура в балахоне подняла голову и уставилась на Салазара. Салазар отчетливо видел, как некто поворачивается к нему всем корпусом. Потом фигура поднялась с земли и сделала несколько быстрых шагов по направлению к мальчику. Салазар стал медленно поднимать палочку, опасаясь поворачиваться к фигуре спиной, чтобы бежать. К тому же, ему было дико интересно, кто это. Ну а как, тот самый Пожиратель, пославший ему Метку? Вдруг он ощутил, как его предплечье пронзила боль, какой раньше никогда не было: по-настоящему ощутимая. Салазар попятился назад. - Я Салазар Блэк, назови себя! - потребовал мальчик. - Я невероятно рад видеть вас, Мой Лорд, Салазар Слизерин, - донесся до мальчика явно изменённый чарами глухой, но почтительный, голос, обладатель которого склонился в глубоком поклоне.        Салазар забыл, как дышать. Он замер, словно окаменел, в голове лихорадочно забились самые разные мысли. Откуда знает? Кто? «Мой Лорд»!? Что он хочет? Давно он тут живёт? «Мой Лорд»!? Он один? Есть другие? Он сказал «Мой Лорд»!? Что это значит!?        Внезапно сзади раздался стук копыт, и что-то огромное пронеслось мимо Салазара, воинственно устремляясь к фигуре в балахоне.        Шок был таким сильным, что Салазар, неловко отшатнувшись от кентавра, упал на колени. Однако он тут же стал подниматься. Когда Салазар наконец поднял голову, фигуры в балахоне на поляне уже не было, а над ним стоял кентавр. Не Ронан и не Бэйн — этот был моложе, у него были белокурые волосы и белое тело. Почему-то подумалось, что если бы Люциус был кентавром, он выглядел бы так же. — С вами все в порядке? — спросил кентавр, помогая Салазару подняться на ноги. — Да, спасибо, — неуверенно пробормотал слизеринец. — Кто это был?        Кентавр не ответил и молча посмотрел на Салазара своими поразительно зелеными глазами, напоминавшими бледные изумруды. Глаза кентавра задержались на глазах мальчика. — Вы — сын того, кого кентавры называют Полётом Смерти, и той, которая поклонялась ему. — Кентавр не спрашивал, он знал, кто перед ним. Мальчик опять едва не ахнул. — Вам лучше вернуться к Хагриду. В лесу сейчас опасно, особенно для вас. Вы умеете ездить верхом? Так будет быстрее. Кстати, меня зовут Маркус.        Кентавр опустился на передние ноги, чтобы Салазар смог вскарабкаться на его спину. И тут до них донесся стук копыт. На поляну вылетели Ронан и Бэйн. Они тяжело дышали, а тела их блестели от пота. — Маркус! — прогремел Бэйн. — Что ты делаешь? У тебя на спине человек! Тебе не стыдно? Ты что, верховая лошадь? О, сын в отца! — Вы разве не поняли, кто это? — спокойно спросил Маркус. — Это Его сын. Чем быстрее он покинет лес, тем лучше для всех. — Что ты ему рассказал? — прорычал Бэйн. — Запомни, Маркус, мы поклялись не препятствовать тому, что должно случиться по воле небес. Разве движение планет не показало нам, что произойдет в ближайшее время?        Ронан нервно рыл копытом землю. — Я думаю, Маркус решил, что так будет лучше, — мрачно произнес он. - Тебя ничему не научила судьба отца? Этого презренного изгнанника, Флоренца? — Лучше?! — Бэйн от негодования взбрыкнул задними ногами. — Все происходящее не имеет к нам никакого отношения! Кентавры не должны мешать тому, что предсказано звездами! И не наше дело, подобно ослам, бегать по лесу в поисках заблудившихся людей! А ты, Маркус, и так вот-вот будешь изгнан из табуна!        Маркус в приступе гнева поднялся на дыбы, и это произошло так внезапно, что Салазару пришлось вцепиться ему в гриву, чтобы удержаться на нем. — Ты что, не видишь всего, что тут обитает? — яростно крикнул он, обращаясь к Бэйну. — Ты что, не понимаешь, почему пропадают люди и кентавры? Или планеты не открыли тебе эту тайну? Лично я против тех, кто рыщет по лесу, и я готов помочь людям в борьбе с ними.        Маркус резко развернулся и галопом устремился в чашу, оставив позади Ронана и Бэйна. Салазар с трудом удерживался на кентавре, но думал не о том, что может упасть, а о том, что происходит. — Почему Бэйн так разозлился? — шепнул он, когда кентавр сбавил скорость. — И кстати… от кого вы меня… спасли?        Маркус перешел на шаг, попросив Салазара пригнуться, чтобы не удариться головой о низко растущие ветви. Он совсем не торопился отвечать на заданный вопрос. Они так долго шли в полной тишине, что Салазар решил, будто кентавр не хочет с ним разговаривать. Но когда они пробирались сквозь почти непроходимый участок леса, Маркус вдруг остановился. — Салазар Слизерин, вы знаете, кто живёт в этом лесу? — Полагаю, много кто, — удивленно ответил Салазар, пытаясь понять, почему кентавр задал ему такой странный вопрос.        Салазар ждал, что Маркус повернется к нему и ответит на собственный вопрос, но перед глазами его был лишь серебристый затылок кентавра. — Кто там живёт? — спросил он. — Мистер Слизерин, вы знаете, что сейчас спрятано в школе?        Салазар даже не мог с уверенностью сказать, что его больше удивило. Непривычное звучание его настоящего имени или осведомленность кентавра. — Рецепт философского камня, — не задумываясь, выпалил Салазар. — А знаете ли вы, что камень может куда больше, чем предполагал сам Фламель? - с опаской спросил Маркус.        Салазару показалось, что его сердце стянул железный обруч. Камень может давать вечную жизнь, может обращать всё в золото, может излечивать от смертельных недугов… Так неужели… — Вы хотите сказать, — хрипло начал Салазар. — Вы хотите сказать, что с его помощью можно вернуть жи… - Я хочу сказать, что это вещество может устроить конец нашего мира, - резко ответил кентавр. — Блэк? Блэк, ты в порядке?        К ним со всех ног, тяжело дыша, бежал Хагрид, а за ним - гриффиндорцы. — Я в порядке, — автоматически ответил Салазар, даже не отдавая себе отчета в том, что именно говорит. — Не считая того, что на меня, кажется, хотели напасть. — Здесь я вас оставлю, — прошептал Маркус. — Теперь вы в безопасности.        Салазар соскользнул с его спины. — Обычной жизни вам, Салазар, — произнес кентавр. — И раньше случалось, что движение планет истолковывалось неправильно, даже кентаврами. Я надеюсь, что этот случай как раз один из тех.        Он повернулся и исчез в лесу, а мальчик, дрожа от обилия информации и собственных догадок, смотрел ему вслед. * * *        Стюарт спал в Общей гостиной — видимо, он ждал возвращения друга и незаметно для себя задремал. Когда Салазар грубо потряс его, Стюарт начал выкрикивать что-то про нарушения правил игры, словно ему снился матч по квиддичу. Однако через несколько секунд Забини полностью проснулся и, вытаращив глаза, слушал рассказ Салазара.        Слизерин был настолько взволнован, что не мог сидеть и ходил взад-вперед по комнате, стараясь держаться поближе к камину. Его по-прежнему бил озноб, но вскоре он рассказал всё, опустив только короткую беседу с человеком в плаще с капюшоном и соображения на счёт того, что камень может оживлять. — Лонгботтом хочет укрыть от меня рецепт камня, так как боится, что с ним я обрету могущество самого Тёмного Лорда. Маркус спас меня, но он не должен был так поступать… Бэйн был в ярости… Он говорил, что Маркус помешал свершиться тому, что предвещали планеты… Должно быть, они предвещали моё восхождение к власти… Бэйн считает, что Маркус должен был позволить какому-нибудь существу убить меня. Я думаю, звезды предсказали мое бессмертие. Но этот дурак Маркус решил, что ребёнка нужно пощадить! О, какие они все глупцы! Всю мою жизнь знающие волшебники трясутся от страха, когда начинают задумываться обо мне! И они думают, что я всего лишь ребенок, поэтому не могут меня убить, пока я слаб, чтобы не позволить этого! - Салазар метался по гостиной, не в силах совладать с радостным возбуждением. - О, МакГонагалл, Слагхорн, Лонгботтом и, конечно, Поттер! Даже этот кретин Хагрид! Все они знают, но предпочитают делать вид, что нет! Как они неразумны! - мальчик жутковато расхохотался. - Я бы на их месте придушил меня ещё в мае месяце тысяча девятьсот девяносто восьмого! — Да перестань же ты так говорить! — прошептал Стюарт, немного испуганный таким невменяемым состоянием друга. — Так что мне только осталось успеть до того момента, когда Лонгботтом перепрячет камень, — продолжал Салазар. Его глаза лихорадочно горели багровым, а тело сотрясала мелкая дрожь. — Тогда никто не сможет прикончить меня… Думаю, Поттер будет счастлив. — Салазар, но ведь единственный, которому кентавры могли бы такое предсказать до тебя — это Тёмный Лорд. — Видно было, что Забини почти напуган. — Ты не можешь быть вторым Лордом, так не бывает. Да и кто сказал, что кентавры правильно истолковали расположение звезд? На мой взгляд, это обычное предсказание будущего, как по руке или картам. А многие считают, что это очень неточная наука.        Но Салазара уже было не переубедить. Когда они закончили беседу, уже светало. От долгих пламенных речей у Слизерина пересохло в горле, и сил ему хватило только на то, чтобы добраться до постели. Рухнув на неё, мальчик мгновенно забылся тяжёлым сном. Он опять видел красные глаза.