Golden Roses

Дни в Штормовом Пределе тянулись ужасающе медленно. Традиции, образ жизни, да и сами люди здесь сильно отличались от всего, к чему Лорас так привык в Хайгардене. Даже погода была непривычно прохладной и жесткой – однажды ему довелось видеть, как на море, в заливе Губительных Валов, разыгрался шторм, и волны, кажется, высотой почти доставали стен крепости, поднимаясь по белому камню утеса и наполняя воздух вкусом морской соли. По легенде, строитель Штормового Предела семь раз пытался поставить замки в этом месте, и шесть раз они рушились под напором бурь с Узкого моря, и только седьмой выдержал силы природы и морских богов, и с тех пор так и остался непобежденным. Говорят, в этих камнях была заложена древняя магия, которая помогает им выстоять. Эту крепость пытались захватить бесчисленное множество раз, но мощные толстые стены никогда не сдавались. Даже отец Лораса, лорд Мейс Тирелл, держал замок в осаде почти целый год во время восстания Роберта, но так и не смог победить. Однако, если быть до конца честным, Лорас не понимал, зачем нужно было обязательно строить крепость в настолько недружелюбном месте. Штормовые земли вполне плодородны и богаты, но здесь замок окружают только поля и каменистые холмы. Даже деревья в близлежащих редких рощах наклонены в сторону залива из-за постоянных могучих ветров. То ли дело Хайгарден в сердце Простора. Там солнце всегда было таким теплым и его лучи грели так нежно, что девушки могли себе позволить носить открытые платья из легких летящих тканей. Фруктов и ягод там было вдоволь, охота, на которой чаще всего предпочитали использовать соколов, всегда была удачной, а урожаи бесчисленных полей – обильными, и в реках никогда не иссякал запас рыбы. Замок Тиреллов утопал в садах, украшенных мраморными статуями и фонтанами сложных конструкций, и река Мандер всегда была открыта для лодочников на украшенных цветами лодках – любимом развлечении местных знатных особ. Здешние же леди были укутаны в плотные ткани с ног до головы. И погода была так же переменчива, как их легкомысленные мнения. Летом – невозможно было дышать из-за слишком душного воздуха, а грозы здесь были таким же частым явлением, как и огромные волны в беспокойном море. Зиму Лорас еще не застал, но был уверен, что здесь ее переносить было бы гораздо сложнее, чем в Хайгардене. Не то чтобы юноша сильно скучал по своим родным, хотя и был бесконечно им предан, но он все-таки считал, что более прекрасного и приятного места, чем его родной замок, во всех Семи Королевствах найти невозможно. Даже люди там, кажется, были добрее и терпимее. Штормовые лорды, конечно, не северяне, но и на их лицах и в их поступках была видна несгибаемая сталь, они были суровыми людьми. Как например, старший брат лорда Ренли - Станнис, мрачный и жесткий жилистый мужчина, улыбки которого, кажется, никто никогда не видел. Глаза у него были такого же цвета, как у младшего, но казались такими тяжелыми и серьезными, что от их взгляда становилось не по себе. Хотя он большей частью жил на Драконьем Камне, пары встреч с ним хватило, чтобы начать испытывать к мужчине неприязнь. Может быть, Станнис просто был разочарован тем, что лордом Штормового предела стал его младший брат, ведь по справедливости, земли должны были достаться ему. Но Ренли все время шутил над ним, и иногда Лораса удивляло, как у него хватало духа на это. Кто же знает, что на уме у этого жуткого человека. В такие моменты лицо у Станниса становилось просто каменным, что юного Тирелла одновременно забавляло и пугало – смеяться перед его темным взглядом он так и не решался. Ренли совсем не был похож на среднего сына Стеффона Баратеона. Он был обаятелен, и люди любили своего молодого лорда. Внешне он напоминал Роберта, покуда тот не обрюзг из-за своих привычек и любви к выпивке. Однако женщины, вино и охота мало интересовали Ренли. Как и битвы. Все то время, пока Лорас находился в замке, лорд почти не участвовал в турнирах, так что юноше не совсем было понятно, зачем же ему нужен был еще один оруженосец. Лорасу приходилось заниматься самому, постигая ратную науку, или с другими сквайрами, а Ренли он почти не видел – он всегда был чем-то занят, или просто делал такой вид. Владение мечом постепенно проходило мимо Тирелла, хотя упражняться в турнирных битвах ему удавалось чаще, и ему все еще не было равных в этом деле, которое он совершенствовал с каждым днем. - Лорас, Лорас. Юноша поднял голову на голос и уткнулся взглядом на недовольного и укоризненно смотрящего мейстера. Старик постучал пальцем по раскрытой книге, лежащей перед Тиреллом. - Вам следовало бы учиться прилежнее, милорд, - сказал он сухим шелестящим голосом, - не все битвы можно выиграть с помощью меча, некоторые из них будут подвластны только знаниям. Лорас тяжело вздохнул, с большой неохотой отворачиваясь от окна. Внизу башни, во дворе, под строгим надзором мастера над оружием сражались мальчишки. Их крики и звон тупых учебных мечей долетал даже до душной комнаты, где проходило обучение златокудрого юноши. Обидно было в такой хороший и ясный день сидеть за книгами. Лорас вообще не понимал, зачем ему нужно знать на зубок всю историю Вестероса. Неужели эти знания смогут помочь посреди битвы на ратном поле? Разве что если он начнет цитировать эту нудную книгу, и враг его уснет прямо с занесенным над головой мечом. И мать, и отец, настаивали на том, чтобы он продолжил прерванное в Хайгардене учение. Но Лорас был слишком горяч и неусидчив, чтобы пламенно полюбить книги, не то что его брат Уиллас – этот целыми днями торчал в библиотеке. - Может быть, нам пока остановиться здесь и выбрать что-нибудь более легкое и интересное для милорда? – предложил мейстер весьма сердобольно, глядя на унылое лицо юноши, - Сходите в покои лорда Ренли и выберите любую книгу, которая вам приглянется. Легче Лорасу не стало, но он все равно был рад любой возможности пройтись. От медленного и тихого голоса этого старика ужасно клонило в сон, и глаза закрывались сами собой, спина затекала от долгого сидения, а звон мечей со двора только подливал масла в огонь нетерпения Тирелла. В стенах замка было прохладней, чем в той душной комнате. Медленно бредя по каменным ступеням лестницы, Лорас глубоко вдохнул морской воздух, чувствуя на своих губах легкий привкус соли. Штормовой Предел вчера пережил еще одну бурю, пришедшую из Узкого моря. Она стихла только к утру, и камни казались пропитанными соленой водой. Грозу слышно было в каждом помещении крепости, и ее эхо, возможно, гуляло еще где-то в толще стен. Покои молодого лорда располагались в единственной круглой башне замка, издалека напоминающей кулак из-за устремленных в небо зубьев. Приоткрыв дверь, Лорас проскользнул внутрь спальни. Здесь царил полумрак из-за того, что со стороны моря у барабанной башни не имелось окон, и витал приятный аромат душистой воды. Последнее вовсе не было удивительно – Ренли всегда ухаживал за собой и тщательно следил за своей внешностью, часто мылся и тратил на свой богатый гардероб больше денег, чем некоторые придворные дамы. Тирелл мог бы над этим смеяться, если бы в глубине души это ему не нравилось. Раньше он такого просто не встречал. Молодой лорд одевался аккуратно и со вкусом и никогда не ограничивался только черным и золотым, в дорогих тканях его костюмов присутствовали яркие краски, и старый мейстер говорил, что он таким был с детства. Юноша оставил дверь приоткрытой и, осмотревшись, подошел к столу, где громоздились книги, письма и несметное количество бумаг. С разгоревшимся любопытством он принялся перекладывать увесистые тома один за другим, мельком разглядывая витиеватые буквы на их обложках. И с каждым мгновением все больше разочаровывался. Несколько книг «Семиконечной Звезды», «Правдивая история танца драконов», «Жизнеописание верховных септонов», и несколько других подобных скучных фолиантов, которые, по-видимому, были присланы из библиотеки Красного Замка, переписанные аккуратным почерком с оригиналов. Стандартный набор, ничего особенно интересного юноша и не заметил. Хотя непонятно, что именно он здесь надеялся увидеть – Ренли был необычным человеком, но не настолько, чтобы иметь необычные книги. Со вздохом Лорас выудил «Историю ройнарских войн», привлекшую его внимание изображением слона. Может быть, хоть язык Бельдекара, указанного автора, будет интереснее, к тому же лучше слушать о битвах, чем о наследниках и родственных связях многочисленных семей Вестероса. Стаскивая том, он задел несколько свитков, не упустивших случай слететь на пол со стола, открывая взору карих глаз книгу с алым корешком, что лежала у стены под кипами бумаг на самом краю. Дав последний шанс своему любопытству, Лорас отложил том, который держал в руках, и потянулся за книгой, словно бы спрятанной специально за всеми этими письмами и свитками. Она была тоньше остальных, обитая пурпурно-алым бархатом, без названия и автора. Это уже становилось интереснее. Раскрыв книгу, он увидел ровный каллиграфический почерк, сообщающий, что юноша держит в руках единственный экземпляр, являющийся подарком неуказанной здесь загадочной личности. Текста в этом томе почти не было. Зато обнаружилось нечто другое. Перевернув пару листов, Лорас не верящим взором уставился на страницу, чувствуя, как к щекам приливает кровь, заставляя их покрываться неровными красными пятнами. Все рисунки в этой странной книге, сделанные явно искусной рукой неизвестного художника, изображали мужчин в разной степени близости и в разных позициях относительно друг друга. Кое-где попадались и женские фигуры, но мужчин все же было преобладающее количество. Самым странным было то, что сам Лорас испытывал не столько смущение, глядя на картины, сколько все более возрастающий интерес и… возбуждение. Он перелистнул еще пару страниц. До этого он даже не представлял себе, что подобные книги вообще существуют. Еще больше его удивляло то, что этот том оказался в Штормовом Пределе, и не где-нибудь, а именно в покоях Ренли. Ведь он же был лордом и младшим братом короля! Конечно, можно было придумать несколько вариантов того, как книга возникла на этом столе. Например, Ренли мог оказаться ярым противником подобных прелюбодеяний, набожным и невинным, конфисковавшим данную вещь у какого-нибудь изменника. Но в такое очень плохо верилось. Уставившись в следующее изображение, Лорас отметил про себя отличную детализацию картины и необычность положения нарисованных тел. У художника был явный талант и неплохое воображение. Дышать становилось труднее, и воздух, который до этого казался прохладным, стал невыносимо душным, словно солнце снаружи внезапно решило светить во всю свою силу. Вот сейчас юноша подумал о том, что ни разу не видел Ренли ни с одной девушкой. Это было странным, поскольку дамы счастливы были бы продать родных ради его внимания. Кажется, юбки с готовностью слетели бы с их ножек, стоило бы молодому лорду об этом попросить. Еще бы – Баратеон был удивительно хорош собой, и одной его улыбке позавидовало бы само солнце. До этого момента Лорас никогда не интересовался личной жизнью рыцаря, чьим оруженосцем он был, но сейчас его разобрало любопытство, граничащее со все более нарастающим возбуждением. Юноша чувствовал, как начинают гореть щеки и слегка смущенно провел по ним горячими пальцами. По телу пробежали мурашки, заставив его вздрогнуть. Интересно, что сказал бы старый мейстер, если бы он принес эту книгу для чтения. И сколько людей знают об увлечениях Ренли? Слухов о нем в подобном плане не ходило, по крайней мере, Лорас о них не слышал – а слуги в замке были словно слепы и глухи, и от них вообще нельзя было узнать никаких сплетен. Тирелл поерзал, издав еле слышный вздох – почему-то мысли о молодом лорде оказались слишком уж пьянящими. Он опустил руку вниз, скользнув тонкими пальцами по бедру, и почувствовал, как натянулась ткань штанов. Коснувшись низа живота, юноша едва не застонал, зажмурившись и кусая губы. Горячее дыхание вырвалось с судорожным вздохом. С одной стороны это было так неловко и стыдно, но с другой – невыносимо будоражило и было приятно до боли. Хотелось расстегнуть ремень, чтобы снять вдруг ставшую неудобной одежду и коснуться напрягшейся ноющей плоти. Взмокшие каштановые пряди прилипли ко лбу. Сладкий жар стремительно растекся по венам, заставляя сердце биться быстрее. Юноша уже и думать забыл о том, что его ждет мейстер, что всего несколько мгновений назад он скучал и с завистью разглядывал танцующих с оружием мальчишек во дворе. С безграничным удовлетворением от победы на турнире могло сравнить только это. И спустя секунду Лораса даже перестало смущать то, что почти на каждой картине он теперь видел Ренли. До сегодняшнего дня он не думал о лорде в подобном смысле, хотя и находил младшего Баратеона привлекательным. Просто он и представить себе не мог, что Ренли, этот любимец придворных дам, стайками следующих за ним, может предпочитать нечто совершенно отличное от женских форм. Он был так хорош собой, высокий, статный, с темными волосами, спадающими на плечи, а в его синих глазах предштормовое небо теряло свой цвет. Каковы были его губы на вкус? Терпкие и пахнущие морской солью? Как выглядит он в момент наивысшей страсти? Вздрагивает ли его кожа от прикосновений? Темнеют ли его поразительные глаза от наслаждения? Как звучит его пьянящий голос, когда он возбужден? Возводя в мыслях этот образ, Лорас потерял себя в воспламененном воображении. Уже было все равно, день сейчас на дворе или ночь, зима или лето – горячее дыхание Ренли и вкус его губ занимали все мысли юноши. Он смотрел на раскрытую перед ним книгу, но видел нечто совершенно иное, что заставляло его дрожать от возбуждения. Тишину заполнили только его сдерживаемые вздохи. Неизвестно, к чему бы это все привело, если бы не мягкий вкрадчивый голос, прозвучавший вдруг над самым ухом Тирелла. - Нравится? – поинтересовался он почти невинно. Лорас резко обернулся, громко захлопывая книгу резким движением. Утонувший в своих грезах, он совершенно не заметил, как в спальню вошел человек, которого он менее всего хотел бы видеть прямо сейчас, и краска залила его лицо. - У меня есть еще, если ты захочешь ознакомиться с этим талантливым художником поближе, - продолжил лорд Ренли, с теплой ухмылкой глядя в лихорадочно блестящие золотистые глаза. Юноша встряхнул головой, пожалуй слишком быстро и яростно отказываясь от столь заманчивого предложения. Он был застигнут врасплох! А что если он был не прав в своих догадках, и Ренли вовсе не тот, кем он его представлял? Видя сейчас перед собой молодого лорда, с этой его чрезвычайно раздражающей ухмылкой, Лорас в этом почти не сомневался. Ему срочно нужно было бежать отсюда, пока напряженная плоть внизу живота не выдала всех его мыслей. Поэтому он быстро проскользнул мимо темноволосого парня, и обернулся только у самой двери. - От ваших книг септоны бы ослепли! – дерзко выпалил он на одном дыхании и вылетел из комнаты до того, как Ренли успел среагировать. Веселый смех донесся ему вслед.