Медведи

Проснувшись, Мэтью совсем не хотел видеть сочувственные взгляды Ивана и терпеть его осторожные расспросы по поводу вчерашнего. Вселенная, с присущей ей злобной иронией, это желание выполнила, хотя сам Уильямс об этом пока не подозревал. Когда Мэтью вошёл в гостиную, России там не было. Он ушёл, оставив записку, что удалился по делам. Мэтт сел на диван, радуясь неожиданно выдавшейся минуте покоя, взял с полки книгу, раскрыл её и... - Мэтью, мальчик мой! - Франция как будто бы возник из воздуха. Мэтью тут же попытался прикинуться рисунком на обивке дивана. Не вышло. Франция уже сел рядом с ним и крепко обхватил руками, - как ты, милый? Россия рассказал нам, что вчера было. "Спасибо, Иван!" - Мэтью мысленно закатил глаза и решил абстрагироваться от происходящего. В принципе, сопереживание Франсиса было достаточно терпимым. Он был чуток как раз настолько, чтобы понять через пару-тройку неопределённых хмыков, что собеседник не расположен разговаривать на данную тему. Единственную проблему составляли возможные его приставания, но и они были знакомы Мэтью в основном по словам Англии... Как же хорошо, что здесь нет Англии! Он хороший парень, но он-то сразу, не церемонясь, начал бы допрашивать Мэтта. Хотя нет, сперва бы он наорал на Францию и только после этого принялся бы с увлечением тыкать метафизической палочкой в ноющую рану в душе Мэтью. - Перестань лапать Мэтта, извращенец! Русские в таких ситуациях используют слово: "сглазил" и огромное количество нецензурной брани. Мэтью был воспитанным юношей и ограничился скромным: "О нет!", обращённым к ехидно улыбающейся Вселенной. Англия уже запрыгнул на диван и вцепился в Францию, пытаясь оторвать его от Мэтью. - Эй, поосторожней! - воскликнул Мэтт и сам вывернулся из рук Франции. Англия тут же обратился к нему, выражая голосом сочувствие: - Ты в порядке? После того, что ляпнул этот придурок Америка, ты, должно быть... - Я в норме. Я не злюсь на Альфреда, правда - осторожно сказал Мэтью, внутренне напрягаясь. "Вот сейчас, - подумал он, - Англия решит, что исполнил свой моральный долг и начнёт выведывать мою "тайну", о которой я сам имею только приблизительное представление" - Мэтт сжался, пытаясь придумать как бы ему уйти от разговора. - Всё и в самом деле хорошо? - уточнил Франция - Америка всё-таки тебе такое сказал... - Я же говорю, что я его простил. Если он придёт или позвонит - я не стану на него кричать. У меня всё хорошо. Я, кстати, уже говорил про это Ивану вчера. - Да, он сказал, но мы подумали... - Франция опустил глаза и мягко, боясь ненароком задеть, произнёс, - что ты просто храбришься. Не показываешь как тебе тяжело. Может быть, щадишь Америку, потому что он твой брат... - Ничего подобного. Мы закончили с этим разговором? - Да, милый. - Да, - подтвердил Англия, - А теперь... - Мэтью еле удержался, чтобы не вздрогнуть, - теперь мы вернёмся к делам! Ты представляешь, оказывается Россия просмотрел все документы и... он не нашёл ничего странного. Эта ниточка оборвалась. Но мы распутаем клубок преступлений! Мэтт, ты читал свой дневник? - Мэтью растерялся от неожиданности. Его охватило странное чувство облегчённого разочарования, которое приходит, когда различные опасения так и остаются в тёмном чулане несбывшегося. - Ну... я... - Мэтью, понимая, что от него ждут ответа, издавал какие-то звуки, но, так как его голова была забита другим, произносил он нечто весьма нечленораздельное. Еле как собравшись, Уильямс ответил - Вчера перед сном я прочитал его полностью. Никаких зацепок. Разве что... - Дверь в вышеупомянутый чулан опасно заскрипела. Мэтт поспешно оборвал фразу. - И что же? - Нет... ничего. Просто показалось кое-что... Ничего особенного. - Как знаешь, - пожал плечами Англия, - значит, нам придётся вернуться к допросу свидетелей! С кем ещё ты общался, кроме своих однокурсников? - Особо и ни с кем... - А может мы идём по неверному пути? - предположил Франция. - Что?! - тут же вызверился Англия, - да чтобы я... Я! - он демонстративно ткнул себя пальцем в грудь, - и повёл расследование по неверному пути?! Ты... да что ты вообще понимаешь в сыщиках?! Все великие детективы всегда принадлежали мне, понятно?!! - Великие детективные романы, ты хотел сказать... И не то что бы совсем все... Но я не об этом. Мы договаривались, что не будем устраивать скандалов. Я всего-то хотел сказать, что ты опрашиваешь знакомых Мэтью, а надо бы поговорить со знакомыми Канады. - Да с кем он общался-то, кроме нас?! - не пожелал признавать своё поражение Англия. - Ох... Он всё же страна, так что со всеми. Да, с кем-то только по делам, с кем-то только несколькими словами перекинулся... А вот с тем же Кубой он дружил. И с Пруссией тоже. А ещё есть Силенд. И Арктический Союз в полном составе. - Ладно. Я понял - Англия скрестил руки на груди и спесиво прибавил, - говорить с ними буду я. Несмотря на твои новоприобретённые и, к слову, крохотные заслуги в нашем деле, главным сыщиком здесь всё же остаюсь я. - Как хочешь, - Франция демонстративно развёл руками, - если тебе, мой дорогой Артур, так хочется провести весь день, общаясь с нациями, которым, конечно, больше делать нечего, кроме как выслушивать твои безумно важные вопросы по поводу Канады, с которым ещё и непонятно что случилось. - Что значит непонятно что?! По-твоему, я не смогу ничего объяснить? - Ага. То есть ты расскажешь странам, которые неоднократно вели завоевательные войны, захватывая друг друга чуть ли не в рабство, что кое-кто из них, кто обладает большими территориями и ресурсами, вдруг потерял память, а следовательно и боеспособность? - Ладно, я понял! И что же мне, по-твоему, делать? - Для начала придумать правдоподобное объяснение своим вопросам. Если ты попросишь, я мог бы помочь... - Просить тебя?! Да ты спятил! Я сам решу все проблемы! Да я... я... - продолжение данной занимательной дискуссии Мэтт не услышал. Он стоял в коридоре, так же как и пару дней назад, набирая чуть дрожащими пальцами номер России. В этот раз, однако, никаких сомнений по поводу этого звонка не было. Мэтью был совершенно уверен в том, что ему стоит поговорить с Россией прямо сейчас, когда Франция и Англия так удачно отвлекают друг друга и не следят за его приватными беседами. Россия снова ответил почти сразу же, но Мэтью был этому только рад. "По крайней мере, я его не разбудил, не побеспокоил и не заставил бежать за телефоном на другой конец дома". - Привет, Мэтью. Проблемы? Брат беспокоит? - Иван был слегка напряжён. Видимо, звонок оторвал его от работы. - Нет, - чуть удивлённо отозвался Уильямс, - почему Альфред должен меня беспокоить? - Да так... Я подумал, что он попытался перед тобой извиниться, но снова ляпнул какую-нибудь глупость. Хотя, тогда бы ты не стал мне звонить, сам бы справился. - Точно. Я хотел спросить кое-что... Почему вы не рассказали Англии и Франции насчёт вчерашнего? - А ты хотел, что бы я рассказал? - Нет, но, как мне показалось, вы должны были сказать им об этом. Всё-таки моя тайна - ключ к причине, по которой я больше не Канада. - Но всё-таки твоя тайна - это твоя тайна. Разумеется, рано или поздно тебе придётся её вспомнить. Но пока ты к этому не готов. Так что сейчас тебе лучше будет о ней вовсе не думать, чтобы не причинять себе лишних страданий... - Ясно... Я могу ещё кое-что спросить? Вряд ли это имеет отношение к моей проблеме, но я всё равно хочу об этом знать. - Конечно спрашивай, Мэтью. Мне нравится болтать с тобой, так что можешь задавать какие угодно вопросы. - Ну... с чего бы начать... - Мэтью призадумался на секунду, - вот иногда... вы говорите таким голосом... не таким, как обычно, а очень серьёзным. Кажется, это случается тогда, когда вы говорите о важных для вас вещах. И вот... я помню, что однажды слышал, как вы поблагодарили меня этим голосом... В общем... я хочу знать, что я для вас тогда сделал - он перевёл дыхание и сильнее сжал трубку в руке, ожидая, что Иван рассердится из-за такого личного вопроса. - Прости, Мэтью. Это уже моя тайна, - Россия ни капельки не злился. Напротив, он, кажется, улыбался, - кстати, не пытайся этого вспомнить. Тогда ты тоже не мог понять, за что я тебя благодарил. Но я рад, что ты решил поинтересоваться именно этим. Возможно, когда-нибудь я тебе всё расскажу... - А... - "А почему вы обрадовались моему вопросу?" - хотел было спросить Мэтт, но вовремя одумался, поняв, что всё равно не добьётся ответа. Иван сейчас находился в вальяжно-игривом настроении и мог сколько угодно долго общаться с ним, мягко улыбаясь и не сообщая практически ничего, - Тогда... До свидания. Когда вы вновь придёте ко мне? - Думаю, ближе к вечеру... Подожди прощаться, - Россия издал короткий смешок, - мне тоже хотелось бы кое-о чём спросить. Помнишь как мы целовались? - Мэтью покраснел, но до конца самообладания не потерял, поэтому ответил спокойно, хотя и с лёгким оттенком вызова: - Как вы поцеловали меня, потому что разозлились и хотели досадить Альфреду? Это помню, это ведь всего пару дней назад было. - Не горячись... - Россия тихонько засмеялся, - после этого у нас был интересный разговор с Кумаджиро. Если опустить ненужные нам сейчас детали, то он потребовал от меня в следующий раз спрашивать у тебя разрешения, прежде чем целовать. Так вот, я исполняю это его требование. Можно мне поцеловать тебя, когда мы встретимся? Наедине, конечно, не при всех. - Меня? Поцеловать? З-зачем?.. - Ну, я так хочу. - Я... - Мэтью замолчал, не зная что ответить. Пауза в разговоре затягивалась. Россия ничего не говорил и не вешал трубку. Мэтт понял, что его собеседник будет ждать ответа, пусть даже ему придётся ради этого оставаться у телефона весь день. - Я не знаю, - честно признался Мэтью. - Нет, в смысле... Думаю, вы можете поцеловать меня, но я не знаю как я отреагирую на это, - послышался некий странный звук, впрочем весьма похожий на обыкновенные помехи. Во всяком случае, его издал не Россия, в это время говоривший: - Опять ударишь меня? - Н-нет. Ни-ничего такого. П-п-п-просто... скажу, если мне не понравится. И если понравится, тоже скажу. - Странный звук повторился. Мэтью нахмурился и, аккуратно вытянув телефонный провод, двинулся вместе с аппаратом по направлению к гостиной. - Значит, как скажешь... - Россия хмыкнул и замолчал, не прощаясь и не вешая трубку, оставив Мэтью возможность самому завершить диалог. - Да... а ещё я могу сказать, что... я звоню вам сейчас не с мобильного, а с обычного телефона, которых у меня в доме несколько, и... - Я понял. - В голосе России опять зазвенели прозрачные льдинки - Чьи-то бывшие, - явственное ударение на слово "бывшие", - опекуны решили проконтролировать личную жизнь своего бывшего, - снова ударение, - воспитанника, не обращая внимания на то, что он давно уже вырос и может сам о себе позаботиться - Англия дёрнулся, оборачиваясь на стоявшего в дверях Мэтью, а Россия, не давая ему опомниться, продолжал свою речь, - а так даже лучше. Поцелуемся прямо при всех. Раз уж они узнали, как я к тебе отношусь, пусть узнают ещё и как ты относишься ко мне, тем более, что ни я, ни ты этого тоже не знаем. - Англия отчётливо ругнулся и закричал: - Если ты думаешь, что мы позволим тебе прикоснуться к Мэтту, то сильно ошибаешься! Ты... - Франция повесил трубку, не давая ему договорить, и тем самым направив весь гнев Англии на себя. Мэтт негромко попрощался с Иваном, отнёс телефон на место и вернулся в комнату. - Не могли бы вы больше так не делать? Не могли бы вы не лезть в мою жизнь? - сухо спросил он. - Я бы не полез в твою жизнь... но это же, чёрт побери, Россия! Ты будешь с ним встречаться только через мой труп! - Англия и не собирался успокаиваться, а вот Франция повёл себя более сдержанно: - Пойми, мы просто волновались за тебя... Когда ты в последний раз поговорил с Россией по телефону, то потом был просто сам не свой от ужаса! - Не преувеличивайте. Я просто... просто смутился. - А теперь, значит, тебя он больше не смущает, да?! Что вы, блин, там с ним делали?! - Боже, Артур, помолчи немного... Ведёшь себя как торговка на базаре! - Англия ответил бы с превеликим удовольствием, но, к счастью, Франция смог успешно зажать ему рот ладонью и продолжать говорить, - так вот, Мэтью... Твоя жизнь, безусловно, только твоя, ты уже взрослый, можешь обращаться с ней как хочешь... Я всегда был за свободную любовь. Я не могу осуждать тебя ни за что. И всё же... Россия далеко не лучший выбор. Ты мог бы встречаться с кем угодно, мы бы тебе даже слова против не сказали... Ну, Англия бы сказал, но ты ведь его знаешь, он повозмущался бы и затих, а тут... - Что тут? Чем Иван хуже других? - Ох! Мальчик мой, неужели ты сам не заметил? Он же безумен! - Нет, - твёрдо возразил Мэтью, - я знаю, что он способен себя контролировать. И я знаю, что могу ему в этом помочь. А вас я попрошу не лезть больше в мои отношения с кем бы-то ни было, - Франция глубоко вздохнул и опустил голову. - Ладно. Поступай как знаешь. Твой брат, конечно, будет не в восторге... Англия тоже... Ну, он-то уже бесится... и кусается, кстати. Я только ради тебя терплю... Так вот, ты вправе встречаться с кем угодно, как угодно и когда угодно. Только с любыми проблемами ты тоже должен будешь справляться сам. И, напоследок, один совет: не договаривайся больше о поцелуях по телефону. Честно, это очень странно, - после этих слов Мэтью засмеялся: - Да я и не пытался договариваться... Это всё Иван. - Тогда передай ему мои слова, хорошо? - Франсис тоже улыбнулся. - Хорошо. А теперь, может быть, вернёмся к нашей основной проблеме? - Ладно! О`кей! Хорошо! По рукам! - наконец-то получил возможность высказаться Англия. - Когда Россия начнёт угрожать тебе, или попытается захватить твои территории, или нападёт на тебя... Я тебе помогать не буду! Ты сам напросился! - Напросился - ровным тоном подтвердил Мэтью. - А вот теперь... - Знаю-знаю. Наша проблема. Надо придумать, чего бы наврать Кубе и остальным. Вообще, несмотря на то, что наплёл мне этот виносос, я пришёл к выводу, что проще всего сказать правду. А правда включает в себя то, что если кто-то попытается напасть на Канаду, то ему придётся бороться сразу с четырьмя странами. Не думаю, что тут у нас под окнами соберутся толпы желающих меряться силами с Россией и Америкой. - Звучит более-менее разумно, - признал Франция, - но ты уверен, что угрозы помогут нам в расспросах? - Угрозы? Просто сообщу факты. Я, ты, Америка и Россия пообещали защищать Канаду от всего. Разве эту фразу можно назвать угрозой? - Действуй, Шерлок. Мы с Мэтью, как я понял, к расследованию не допущены? - Да вы же всё равно понятия не имеете, как допрашивать свидетелей! Сам справлюсь, - отмахнулся Англия, хватаясь за телефон и мимоходом командуя, - Мэтью, принеси свою телефонную книжку!