Волны

В гостиной он обнаружил мрачную, задумчивую Беллс и внушительный футляр черного бархата, небрежно брошенный среди диванных подушек. На футляр она смотрела как на ядовитую змею. - Детка, там что бомба? – хмыкнул Тони. – У тебя такой священный ужас на лице… Она молча открыла футляр и продемонстрировала Тони его содержимое. - Ого! В таком топиться в самый раз, - съязвил он, оправившись от удивления. На алом шелке покоилось ожерелье: форма полумесяца, причудливая вязь золотых нитей, гигантские рубины и россыпь бриллиантов. Поистине варварское великолепие. К ожерелью прилагалась пара таких же массивных браслетов. Тони припомнил, что, кажется, именно так выглядят традиционные арабские свадебные украшения. - Шейха Зафира, - мрачно сказала девчонка. – Супруга эмира Катара, - пояснила она, поняв, что это имя Тони ничего не говорит. – И подруга Бьянки. Именно с этой дружбы в свое время начался процесс, с легкой руки Сандро прозванный Великим Крестовым походом на Ближний Восток. Монархи стран Персидского залива вовсе не мечтали иметь дело с корпорацией, которую возглавляла женщина, и тогда Бьянка избрала обходной путь. Ровно через год после ее знакомства с шейхой был заключен первый контракт: катарский бастион пал, а остальные дрогнули. - Она прибудет в Эр-Рияд через два дня, - продолжала девчонка. – Сопровождает сына во время дипломатического визита и заодно желает повидаться, лично поздравить со вступлением в брак, - тут на ее губах возникла нервная улыбка. – Я не могу ей отказать, и она это знает. - Так не отказывай, - невозмутимо сказал Тони, садясь рядом. – Сделаешь невинное лицо, поулыбаешься чуть-чуть… - Энтони, - вздохнула девчонка, - не стоит ее недооценивать. Она сделала своего сына наследником престола в обход прав его старшего брата. Это будет та еще беседа. - Тут цель - понять обстановку и оценить твой настрой, только и всего, - заметил он с прежним спокойствием. – Этого стоило ждать. Девчонка несколько мгновений хранила угрюмое молчание. - Я и ждала, - призналась она, наконец. – Просто не так скоро. Повисла пауза. - Хватит паниковать, - твердо сказал Тони, садясь рядом с ней. – Такой разговор всегда планируют заранее, и времени еще полно. Мы все обсудим, только сначала вернись за стол и поешь по-человечески. Нас, конечно, пригласили на ланч, но до него еще пара часов. И у меня для тебя, между прочим, сюрприз. С этим не сравнится, - усмехнулся он, указав глазами на футляр, - но вдруг тебе придется по душе. – И тут же повторил, заметив, как в ее взгляде зажглось любопытство. - Завтрак. Уголоки ее губ слегка дрогнули. - У нас были другие планы, - шутливо упрекнула девчонка. Он хмыкнул. - Были, только ты свалишься в голодный обморок. Поэтому сначала я тебя накормлю. С ложечки, - пообещал Тони со своей фирменной ухмылкой. - Это целиком меняет дело, - улыбнулась девчонка. – Начинай. После всех приятных упражнений Тони, как обычно, испытывал неодолимое и банальное желание закурить. Но сигареты, как назло, были запрятаны в ящик прикроватной тумбочки, дотянуться до которого лежа поперек кровати не было ни малейшего шанса. Он тяжко вздохнул, потом ощупью нашел макушку Беллс, устроившейся у него на животе, и легонько потянул за вьющуюся прядь. - Детка, - позвал он, - прояви героизм и откопай у меня в ящике… Как ты их называешь? Ядовитые дымилки! В ответ послышалось недовольное бурчание: не одному ему было смертельно лень пошевелиться. Тони пустил в ход тяжелую артиллерию: - Кстати, где-то там и твой сюрприз, если хорошо пороешься. Эта попытка возымела успех: лохматая голова вскинулась, а в сонном взгляде появился интерес. Скорость, с которой был атакован ящик, заставила Тони усмехнуться. Пачка сигарет шлепнулась на простыню рядом с ним, за ней последовала зажигалка. Тони с грустью подумал, что все равно надо бы встать и выйти на балкон: про вред пассивного курения он был в курсе. Его размышления прервал удивленный вздох. - Ты… Ты привез его с собой? – Беллс появилась в поле его зрения, бережно держа в руках пресловутый альбом. Она уже успела нацепить футболку, и Тони недовольно хмыкнул: ее привычка прикрываться при любой возможности пока коррекции не поддавалась. Она как будто была не в ладах с собственным телом. Хотя еще бы: когда с одиннадцати лет заставляют мыться в специальном мешке, чтоб лишний раз не видеть наготу… Черт бы побрал эти религиозные школы! Ладно, время излечивает и не такое. - Угу, - согласился Старк и сел в кровати, нехотя передвигаясь к изголовью. Курение придется отложить, да и черт с ним. Он вздохнул и поманил к себе девчонку, которая немедленно устроилась у него под боком. Первой в альбоме, как водится, шла фотография Тони с пустышкой во рту и в чем мать родила. Ему жутко хотелось отпустить какую-нибудь колкость, но он проявил чудеса выдержки даже тогда, когда девчонка с самым невинным видом сообщила, что он до сих пор обожает спать в похожей позе. На следующей фотографии Тони предстал годовалым, растрепанным и в компании плюшевого пса. Девчонка так внимательно рассматривала снимок, что Тони все-таки не выдержал: - А ты думала, что я родился в обнимку с учебником ядерной физики? Она мельком взглянула на него и ответила с неожиданно теплой улыбкой: - Нет. Зато всегда знала, что ты и в год был похож на картинку. Небось веревки вил из окружающих: взмах загнутых ресниц и конфетка твоя! – и потянулась погладить его по щеке. - Детка, не начинай! – резко прервал ее Тони, увернувшись от прикосновения. «Тем более, что ты не права от слова «соверешенно». Она помолчала с минуту и вдруг позвала: - Энтони. Когда он после секундного колебания перевел на нее взгляд, она сказала: - Я очень сильно люблю тебя. На сей раз не было ни недосказанности, ни намеков. Совершенно спокойный и будничный тон: так говорят о вещах естественных, привычных и совершенно очевидных. Тони вздрогнул как от холода, потом вздохнул: - Умеешь ты заставить почувствовать себя мерзавцем. Она дернула плечом ничуть не оскорбившись: - Это твой выбор. Чувствовать себя мерзавцем, - пояснила девчонка в ответ на косой взгляд. – А мой – любить тебя. Я намерена выражать свои чувства открыто, и даже не мечтай мне это запретить, - строго предупредила она, не разрывая зрительного контакта. – Ты замечательный. Твои так называемые недостатки ни капли не меняют этот факт, - и перевернула страницу. У Тони запершило в горле. Следующий снимок в отличие от предыдущих оказался цветным и был, похоже, сделан в студии: нарядный четырехлетний Тони восседал на коленях у матери, с важным и серьезным видом глядя в объектив. Его отросшие волосы и длинная челка были аккуратно причесаны, на ногах красовались лаковые ботиночки. На самом деле челка ловко закрывала здоровенный порез на лбу (который в итоге пришлось зашивать) о чем он не преминул сообщить тут же, прежде чем девчонка успела всласть налюбоваться лубочной картинкой. - Как же так вышло? – спросила она с беспокойством, как будто могла чем-то помочь тому четырехлетке. Тони дернул плечом и ответил глядя в пространство: - Я собрал свою первую плату тайком в отцовской мастерской, и она взорвалась: просто на кучу кусков разлетелась. Один из них и угодил мне в лоб. Кровищи было море… Черный дым, вся физиономия в слезах, крови и саже, нянька вызывает скорую. Тони суют в руки полотенце, велят прижать ко лбу. Мария, пожарной сиреной орущая на Говарда, Говард, орущий в ответ. Напольная ваза с цветами, летящая в зеркальное трюмо, пол весь в осколках. Беспомощность, ужас и боль. Тони четыре. Он очнулся, ощутив, что кто-то гладит его волосы, а лба и переносицы едва ощутимо касаются мягкие губы. Беллс. Ему сорок один, и Говард давно мертв. Все в прошлом. Тони испустил судорожный вздох, моргнул, отгоняя видение, и поймал рот девчонки своим. Коротко поцеловал ее, потом отстранил от себя, резким жестом захлопнул альбом и отложил его подальше. - Хватит на сегодня прошлого, - сказал он чуть хрипло и продолжил, сменив тему. - Кстати, детка, ты не забыла взять с собой учебники по физике? Девчонка поглядела на него как-то растерянно и на секунду замялась. - Ээээ… - Понятно, - хмыкнул Тони со своим фирменным сарказмом. - Ничего, скачаешь из Сети. Ответом ему был взгляд, полный вселенской тоски и молчаливого обвинения в садизме. Девчонка встала, накинула халат и направилась в сторону ванной. - Эй, а ты что думала, свадьба – повод прекратить учиться? – тяжелые воспоминания отступили, и он внезапно вспомнил, что женат на студентке. Она остановилась и вздохнула. - Ну, не то чтоб совсем прекратить, но хотя бы… - Никаких «хотя бы», - решительно оборвал ее Тони. – Ты сдаешь работу по физике в срок и возвращаешься в университет с началом семестра. Продолжаешь свои стажировки, или как это там правильно назвать… Короче говоря, твой режим не меняется. И не смотри на меня так! Пока мы вынуждены отсидеться здесь, но чуть позже нам придется созвать пресс-конференцию и объясниться, после чего жизнь вернется в нормальное русло. До сентября как раз успеется… Вдохновенная речь была прервана диванной подушкой, летевшей прямо ему в лоб, но Тони успел увернуться. - Ты хуже Бьянки! – раздался возмущенный вопль, и Старк расхохотался. - Из огня да в полымя, да, детка? Отсмеявшись, он поманил ее к себе и обнял за плечи. - Знаешь, ты в чем-то права. Мир взрослых действительно скучный и нудный: куча проблем и обязанностей. Я говорил, что не стану решать за тебя, и отступаться от своих слов не собираюсь: в конечном счете будет так, как ты решишь. Давай серьезно: ты правда хочешь все бросить? Она вздохнула с непередаваемой грустью. - Да не бросить… - Взять паузу? – скептически хмыкнул Тони. – Не майся дурью. Я в курсе, чем это заканчивается. Меня едва не выгнали взашей из Alma mater после таких вот «каникул». Ведь просил тебя не брать дурной пример. - Но как же… - Всякая светская хрень? – с пренебрежением фыркнул Тони. – Есть, конечно, неизбежности. Ты должна будешь возглавить благотворительный фонд имени моей матери, потому что это то, чего от тебя ожидают. - Помощь жертвам автокатастроф? – уточнила девчонка, не выказав ни капли беспокойства. - Да, - кивнул Тони. - Если этого не сделать, все решат, что я тебе не доверяю, а это уронит твою репутацию. - Я понимаю, - спокойно согласилась девчонка. Она явно знала правила игры, негласные законы, по которым живет высший свет, и Тони мысленно хлопнул себя по лбу. Ее простая манера держаться так не походила на поведение людей его круга, к которому Тони привык с детства, что он порой забывал, с кем говорит. - С подбором управляющих мне помогала Пеппер, так что все налажено как надо. Тебе вообще нет смысла вникать в дела… - Энтони, - вдруг прервала его девчонка, обернувшись и взглянув ему в глаза. – Если я возглавлю фонд, это будет означать, что я контролирую все процессы от и до. Это моя ответственность. - Да у тебя времени не будет… - На совсем мелкие вопросы – нет. Поэтому, конечно, мне потребуется помощь. У меня есть подходящая кандидатура, - прибавила она, тем самым пресекая все попытки предложить Пеппер. – Кьяра Стефанелли. Она уже семь лет как заместитель управляющего фондом, учрежденным еще моим дедом. Давно пора ее продвинуть. Резюме я тебе покажу, если захочешь, встретишься с ней лично. - Она разве не живет в Италии? – спросил слегка растерявшийся Тони. - В Нью Йорке, - ответила девчонка. – И положительно воспринимает переезды. Кстати, я рассчитываю, что весь поток документов мне на подпись будет контролировать кто-нибудь из ее подчиненных. «Мисс Поттс не подпущу даже на шаг» отчетливо повисло в воздухе. Наступило тяжкое молчание. - Ты что и правда мне не доверяешь? – прохладно спросила девчонка, слегка отстранившись. Тони словно стряхнул с себя оцепенение. - Доверяю, - твердо сказал он. – Делай, как считаешь нужным. Ее тело тут же расслабилось и снова прильнуло к нему. Он гладил ее по спине, прогоняя возникшее было напряжение, и только спустя пару мгновений осознал, что Пеппер очень, очень не понравится новый порядок вещей.

***

Эту поездку Сандро спланировал тщательно: дождался, пока Бьянка снова покинет Италию, арендовал машину на чужое имя, отложил все дела, попросил друзей подтвердить, что был с ними в Венеции. Стоило семейному Боингу оторваться от взлетной полосы, как его Шевроле на максимально разрешенной скорости неслась в сторону Милана. Он прибыл в Комо к вечеру, как и рассчитывал, а следующим утром ровно в половине восьмого отправился на прогулку по набережной. Солнце светило не по-летнему слабо, и над водой плыл туман. Набережная была почти пуста: очевидно, и жители, и туристы предпочитали спать подольше. Большая часть прибрежных кафе была еще закрыта, но нужное ему уже работало, и на веранде он заметил посетителя, ради которого проделал этот путь. Миссис Лоррейн Дэвис выглядела бодро, хоть разменяла девятый десяток. Она вкушала кофе с круассаном, на сморщенных пальцах горели сапфиры размером с яйцо перепелки. «Серьги, похоже, бриллиантовые, - заметил Сандро про себя, мельком бросив взгляд на сверкающие гроздья. – Кто носит такое с утра?». В этот момент миссис Дэвис раздраженным жестом прогнала от себя официантку, по-видимому, на словах прибавив нечто нелицеприятное. «Да уж, - вздохнул про себя Сандро. – Белая рвань во всей красе». Других посетителей не было видно, и он счел момент подходящим. Войдя на террасу, подошел напрямик к ее столику, остановился в двух шагах и, нацепив на лицо вежливую улыбку, тихо позвал: - Миссис Дэвис… Выцветшие рыбьи глаза, бывшие, должно быть, когда-то зелеными, без всякого выражения уставились ему в лицо. - Явился, - произнесла она, как будто признавая очевидное. Ее голос оказался тонким и сухим. - Вы знаете, кто я? – осторожно спросил Сандро. Она едко усмехнулась. - Как же не знать? Ты слишком смахиваешь на моего покойного мужа, чтоб его в аду сожрали черти. – И резко прибавила. – Сядь, не маячь. Он подчинился и сказал с сарказмом: - Я-то всегда думал, что куда больше похожу на вашего сына. Она наградила его взглядом исподлобья: - А он – на своего поганого папашу, так в чем разница? – и не слишком любезно добавила. - Мать-то твоя знает, что ты здесь ошиваешься? Сандро покачал головой. - Что, не одобрила бы? – последовал язвительный вопрос. - Решил пока не проверять, - признался он с олимпийским спокойствием. Такой прием был ожидаем, и потому ее бесцеремонность совсем не выбила его из колеи. - Я помню, как вы приезжали в Итон вместе с леди Спенсер, - вполголоса прибавил Сандро. – Всегда хотел спросить, зачем. Старуха усмехнулась: - Любопытно было. Вот твоя мать тогда взвилась! - Думаю, что не она одна, - добавил Сандро с прежней невозмутимостью и следом пошел в лобовую атаку. – Миссис Дэвис, я полагаю, что вы знаете, где сейчас ваш сын? Она подняла бровь и раскурила сигарету: - Ты только это и хотел спросить? Так мог бы почитать газеты, а не тащить свой зад за тридевять земель. Сандро последовал ее примеру, глубоко втянув дым. Старуха посмотрела осуждающе: - Сопляк еще, а все туда же! - Мне двадцать один, - возразил он и сменил тему. Не хватало еще оправдываться перед старой каргой. – Между прочим, газеты молчат всю неделю. Миссис Дэвис язвительно фыркнула, сделала пару затяжек. - Неужто зов крови замучил? – ядовито поинтересовалась она. Он пожал плечами. - Можно и так сказать, - смысл этих слов был перечеркнут ледяной улыбкой. Миссис Дэвис пару минут молча курила, будто обумывая его слова. Потом достала из кармана допотопный телефон (дешевый пластик, крошечный экран и куча кнопок) и с неожиданным проворством набрала сообщение. Ответ пришел почти сразу – телефон завибрировал так, что едва не упал со стола. Она взглянула на Сандро с усмешкой: - Коли очень надо, поезжай в Порт Орфорд, штат Орегон. Слыхал о таком? Он кивнул. - Заодно тебе и шанс припасть к корням, - прибавила старуха так же едко. – Вылетай сегодня ночью, если хочешь успеть. Сандро быстро прикинул расстояние. Из Милана прямые рейсы только до Нью Йорка, потом придется делать пересадку. Ну и пусть: Бьянки не будет по меньшей мере неделю, Сильвано отправился с ней. Проблемы не возникнет. Он кивнул. Ему всучили телефонный номер, накарябанный на бумажной салфетке. - Пришлешь номер рейса, - сказала миссис Дэвис тоном не терпящим возражений. – Тебя встретят. Да вот еще что: будешь в этом городишке, загляни на кладбище. Роберт Джон Дэвис, - добавила она со злобой. – Можешь плюнуть на могилу. - Не страдаю вандализмом, - холодно ответил Сандро. – Хорошего дня.