Say It

Вечер в гриффиндорской гостиной был такой же, как и предыдущий. Ничего особенного, ничего интересного. Была лишь одна странность — Мародёры, состав которых почему-то сократился до трёх, как-то уж слишком тихо сидели и заговорчески переговаривались, сведя головы. Если быть точнее, переговаривались Джеймс и Сириус. Питер сидел рядом, стараясь выглядеть так, будто его участие в данной сцене неописуемо важно. А Сохатый, тем временем, напряжённо шептал Блэку, следя за тем, чтобы «левые» уши его не слышали: — Отбой скоро... Ну не должен же он гулять всю ночь! — Поттер, оттого, что переживал, теребил рукава и все время смотрел то на часы, то на дверь. — Может, он в библиотеке? — предположил Сириус, который был не так взволнован как Джеймс. Точнее, не подавал виду. На самом деле в голове у Бродяги возникли уже самые разнообразные мысли по поводу того, куда же мог пропасть Люпин, однако он умалчивал об этом, так как не хотел, чтобы Джеймс подумал, что тот обеспокоен. Почему-то Сириусу казалось, что беспокойство — это слабость, да и накаркать чего можно, хотя где-то в глубине души он понимал, что обманывает сам себя. На самом деле Блэку Ремус намного дороже, чем думает Сохатый, и чтобы лучший друг ничего не заподозрил, Бродяга и вел себя так, будто ничего не случилось. Замечательная логика, которой Сириус-то никогда не отличался. — Джим, он же не маленький, — продолжил он, махнув рукой, — вернется, куда ему деваться еще? — У меня плохое предчувствие… — Поттер сказал это ещё тише, еле шевеля губами. — Может, он по коридорам дежурит?.. — совсем неуверено, да и не к месту ляпнул Питер. Но нужно же было внести свою лепту. Хотя, он выглядел взволнованным и постоянно ёрзал на месте, глядя на часы. В общем, достаточно красноречивый взгляд Сохатого заставил Хвоста замолчать. — Нужно поискать его, — решительно отрезал Джеймс, вставая с дивана. — Во всяком случае, если он жив-здоров и штудирует учебники в библиотеке, это, знаешь ли, тоже катастрофа. Мозг отдыхать должен. — Его мозг на это не способен, — легкомысленно сказал Сириус, махнув рукой. — Но если тебе станет от этого легче, можем его оттуда забрать. Джеймс даже не улыбнулся, никак не реагируя на беспечность поведения лучшего друга, а серьёзно произнес: — Идём, пока ещё отбоя не было. — Он кивнул на двери после чего, не дожидаясь, пока остальные встанут, вышел из гостиной. Тут же подскочил Питер, который отчего-то волновался так, словно Рем пропал около месяца назад — довольно странное поведение для него, и даже Сириуса это насторожило. Неужели, Ремус и Хвост такие близкие друзья, что крысеныш за него переживает не меньше чем за Джеймса? Встав самым последним, Бродяга вышел в коридор. Увидев впереди идущего уверенным шагом Сохатого и преданно семенящего за ним чуть ли не по следам Петтигрю, он закатил глаза и последовал за Мародёрами. Но там, куда они пришли, Лунатика не оказалось — обыскав всю библиотеку, от стеллажа до стеллажа, парни сделали простой вывод, что Ремус находился где-то в другом месте. Но где? — Я же говорил, что здесь что-то не так… — задумчиво произнес Джеймс. — Я даже не знаю, где он может быть ещё… — Нужно идти к Макгонагалл! — воскликнул Хвост как-то слишком громко, отчего Сириус, который сейчас выглядел ничем не лучше Сохатого, вздрогнул. Однако больше реакции на слова Питера не последовало. Бродяга, кажется, не воспринимал чьи-то предложения всерьёз, особенно если озвучивал их Петтигрю, что иногда беспокоило Джима. Правда, сейчас Мародёрам было не до этого, все трое думали только о Ремусе. Когда наступил долгожданный отбой, и гриффиндорцев выставила за двери библиотеки мадам Пинс, они, понурив головы, поплелись в сторону гостиной. Внезапно Джеймс остановился и хлопнул себя по лбу. — Карта! — слишком громко выдал Поттер, отчего его было слышно, наверное, во всём замке. — Как мы могли не посмотреть по Карте Мародёров, куда делся Лунатик? — спросил Джим шёпотом. — Нам нужно срочно вернуться за ней! — Это вряд ли, — замотал головой Бродяга, показывая пальцем, куда-то в темноту. — Здесь миссис Норрис. В подтверждение его слов в темноте засверкали маленькие красные глазки и спустя несколько секунд остальные увидели серую кошку. — С минуты на минуту здесь будет Филч, — произнёс Блэк, немного ободрившись от осознания того, что сейчас будет, судя по всему, какое-нибудь приключение. Как в подтверждение, ребята тут же услышали шарканье где-то в соседнем коридоре. Подскочив с места, все трое бросились обратно и спрятались в первой попавшейся комнате. — Ты случайно не взял с собой плащ? — спросил Сириус, когда они, притаившись, стояли за дверью. — Случайно нет, — пожал плечами Сохатый. — Я же надеялся на то, что Рем в библиотеке, и мы не будем его искать до самого отбоя. — Вот же чёрт… — буркнул Бродяга, сжимая пальцы. — Ладно, есть идея. Обернувшись, Блэк осмотрел комнату, в которой они находились — это оказался один из заброшенных классов, в котором вот уже несколько лет никто не давал уроков. Парты покрылись слоем пыли, как и большая серая от пыли тряпка, которой была накрыта доска. — Ждите здесь, — скомандовал Сириус и заклинанием придвинул доску вместе с тряпкой ближе к двери. — Стойте за доской и не высовывайтесь, пока я не скажу. Джеймс и Питер закивали, не совсем понимая, что задумал Блэк. Тот, пока ребята пытались предположить что к чему, выглянул из двери, очевидно, поджидая Филча, и, когда заметил сначала бегущую сюда миссис Норрис, а затем и сам силуэт завхоза школы, юркнул за доску к ребятам, оставив дверь приоткрытой. — Они точно побежали сюда? — сиплым голосом спросил Филч, очевидно, у своей любимой кошки. Та, будто в утверждение, мяукнула и остановилась где-то в метре от щели. Сириус, выглядывая из-за доски, увидел, как к ним по полу плыла тень. Шарканье становилось всё громче и отчётливее, и когда оно было слышно уже совсем рядом, Бродяга медленно поднял палочку, направил на тряпку на доске и прошептал: — Ваддивази… — Тут же резко передвинув руку, Блэк направил палочку на Филча. Спустя несколько секунд ткань слетела с доски и понеслась прямиком к Филчу. Накрыв его, она остановилась и, несмотря на её лёгкость, кажется, это «нападение» сбило сквиба с толку, отчего он потерял равновесие и упал. — Бежим! — воскликнул Сириус и довольно рассмеялся. Мародёры пулей вылетели из кабинета и побежали в сторону гостиной, слыша где-то в дали ругань пострадавшего завхоза. Уже оказавшись перед Полной Дамой, Бродяга сквозь хохот едва вымолвил пароль, и все трое прошли внутрь. — Пыли наглотался, бедный, — весело произнес Джеймс, валясь на диван без сил. — Надеюсь, облезлой Норрис тоже досталось, — никак не успокаивался Бродяга. — Это было забавно. —Да! Очень забавно! — как-то очень нервно и дёргано подтвердил Питер, быстро-быстро закивав, хотя эти движения головой скорее напоминали нервный тик, нежели знак согласия. Да и вообще, выглядел он похуже Лунатика перед полнолунием. Бледный какой-то, руки заламывает, ёрзает на кресле, куда опустился, запыхавшись после долгого бега. А вообще, Джеймс диву давался, что Хвост так сильно нервничает. Никогда бы не подумал Сохатый, что Пит способен так переживать, если дело, конечно, не касалось очередной заварушки или еды. Веселье сняло как рукой, возвращая в голову лохматого Мародёра все мысли, что роились там до их «приключения». Петтигрю то и дело смотрел на окна или вход в гостиную, будто свято верил, что пропавший друг сейчас войдёт и отпустит им все земные грехи. Даже Бродяга, который никогда на такое не обращал внимания, заметил странное поведение Питера и уже хотел это прокомментировать, но решил, что сейчас это будет не к месту. Да и сам Сириус волновался неслабо — ведь Ремус пропал куда-то именно по его вине. — Карта! — воскликнул Джеймс и побежал наверх. Бродяга и Хвост последовали за ним. — Торжественно клянусь, что замышляю только шалость, — спешно произнёс Джим, направив палочку на пергамент, на котором тут же появилось приветствие и очертания замка. Открыв Карту, три пары глаз забегали в поисках обозначения с именем четвертого Мародёра. Наконец, обшарив весь план Хогвартса, но так и не найдя Рема, парни переглянулись. Питер, казалось, сейчас вообще потеряет сознание, таким он был бледным. Он до сих пор бегал взглядом по Карте, видимо, в надежде найти там потерявшегося невесть где Лунатика. Сириус выглядел спокойнее всех. Казалось, что даже такое, из ряда вон выходящее обстоятельство, не способно пошатнуть в нём ту беззаботность, на которую велись все девушки Хогвартса. На самом деле это только внешне так казалось — Сириус, наверное, волновался больше остальных, старательно не подавая виду. Зачем он это делал? Ему и самому не был известен ответ на этот вопрос. — Мне кажется, он сидит в Визжащей Хижине и обижается, — предположил Бродяга. Ему очень хотелось, чтобы друг действительно оказался там, ведь если он и вправду пропал, то где его искать? — Мы её проверим, — кивнул Сохатый. — Питер, ты оставайся здесь и жди. Карта пусть у тебя останется — толку нам от неё маловато будет. Если вдруг что-то случится, а Карта это обязательно покажет, иди к Макгонагалл и говори все как есть. — Я не думаю, что все так серьёзно, — прервал лучшего друга Блэк, хотя этими словами он пытался убедить больше себя, чем остальных. — Если придет Ремус, — продолжил Джим, игнорируя слова Сириуса, — что ж — это большая удача. Хотя интуиция мне подсказывает, что… дело нечисто. Если честно, после утреннего разговора с Лунатиком, Сохатый как-то засомневался в Питере, но решил не обращать внимания — нет, в самом деле, Хвост разве может что-то замышлять?