Black Dream: Обольстительные Сны

      — Только не говори, что и тебе кошмар приснился! — возмутилась Роза, когда Джеймс переступил порог спальни. От этого проснулась Ким. Она потянулась и зевнула, потом села на кровати и включила настольную лампу.       — Что происходит? — спросила она заспанным голосом.       Повисло неловкое молчание. Роза окинула присутствующих взглядом, пытаясь вглядеться в их лица, но они не имели ничего общего с тем человеком, который ей приснился. Все, что ей осталось, так это открыть книгу на нужной странице. Но про вторжение в собственные сны ничего не оказалось. Роза прикусила губу, хотя всеми силами старалась избавиться от этой привычки.       — Ничего нет. — Сказала она, обратившись к друзьям. — Я могу приготовить вам снотворное. Пойдемте в столовую.       — Нет, я не хочу опоздать на первый урок. — Покачал головой Тим.       — Вам никак нельзя пропустить репетицию к маскараду и Рождественскому балу, — сонным голосом проговорила Ким. — А я танцевать с мистером Совреном не хочу!       — А что с ним? — спросила Роза, залезая в кровать.       Тим и Джеймс переглянулись и сдавленно засмеялись.       — Ты хочешь танцевать с тридцатилетним неженатым учителем истории? — спросила Ким, пристально глядя на Розу.       — Не так уж и страшно. Ему же не восемьдесят и не тысяча лет, и он неженат. — Заметила Роза и игриво улыбнулась.       — Я всё равно не хочу танцевать с ним даже со сменой партнёров! — заявила Ким.       — Объясните мне, что я пропустила. Почему вы говорите о маскараде? — опомнилась Роза.       Поскольку Ким сидела обиженная, то рассказать обо всём решил Тим.       — Ну, мистер Соврен сказал, что нам следует развеяться, так и решили устроить бал. Это своего рода разминка перед Рождественским и Выпускным.       — Кстати, Соврен отлично танцует классические танцы. Я был в шоке, когда увидел его танцующим с Вилл Тейт. — Добавил Джеймс. — Уверенности у меня теперь мало.       — Соврен не говорил, где научился? — спросила Роза.       — Сказал, что ходил на танцы с раннего детства, а потом поступил на исторический. — Ответил Тим.       — А мне он все равно не нравится: у него глаза так и бегают в твоём присутствии. — Выдал Джеймс.       — У Эрика тоже глаза бегают в её присутствии! — возразила Ким.       — Нет, у него не бегают: он просто смотрит на Розу, как удав на кролика.       — Но Розе он…       — Заткнись!       — Ладно.       Повисло очередное молчание. Нарушить его решил Тим, поднявшись с кровати Розы.       — Пожалуй, мы пойдём, а то точно завтра не встанем.       — Тогда доброй ночи, господа! — сказала Роза.       Ребята вышли из спальни и наглухо закрыли за собой дверь. Роза обернулась к Ким. Та была взволнованна.       — Тебе тоже снился кошмар? — спросила её Роза.       — Нет.       — Давай спать, а то Тим окажется прав.       — Доброй ночи, Роза!       — Доброй ночи, подруга!

***

      Утро выдалось нелёгким. Особенно урок мистера Бланфорда, который сразу после завтрака стал вдалбливать формулы и графики, приводя учеников в ужас. Роза же с нетерпением ждала репетиции танца и визита королевы. Роза помнила о своем обещании Высшему свету: она добьется такого успеха, что королева назначит её леди. Теперь она не просто добьется успеха, но и вернёт титул семье.       — Класс, завтра контрольная работа, потому что я вас всех люблю! — вдруг до Розы долетели такие слова.       — Но мы же вас тоже любим, поэтому не даем вам контрольную работу, мистер Бланфорд! — возмутилась Ким.       После этого Роза будто бы отключилась от мира и стала вспоминать сон, который ей приснился. Почему он вообще ей приснился? Ей не снятся сны, она не умеет мечтать. Все оказалось более запутанно, чем раньше. Особенно то, что Тиму и Джеймсу приснились сны столь кошмарного содержания. Они весь завтрак обсуждали это: ладно Роза, но Ким от подробностей, вроде степени прожаренности внутренностей, чуть не вывернуло. Расстроило Розу ещё то, что Габриэлла так и не перезвонила.       После обеда ребят стала мучить мисс Готч, рассказывая биографию Роберта Геррика*, на которого всем (кроме Розы) было наплевать.       Отмучившись на физкультуре, все стали готовиться к репетиции. В актовом зале все сиденья поставили вдоль стен, а девчонки надели платья из театрального реквизита. Парни остались в форме. Розе досталось платье в стиле пятидесятых: черное в мелкий белый узор с пышной юбкой, открытыми плечами и лифом в форме сердечка. На Ким было платье такого же фасона, но розового цвета с огромным цветком на поясе. В зале сидели учителя и просто ученики. Когда в зал спустился мистер Соврен в своем повседневном костюме, разговоры стихли. Его глаза скользили поверх очков, выбирая жертву на танец. Взгляд остановился на совершенно спокойной Розе, которая в этот момент учила список песен, которые прозвучат на балах.       — Мисс Картер, — обратился к ней учитель с приторной улыбкой, — окажите мне честь и подарите мне вальс?       От такого приглашения Розе едва не стало плохо. Перед ней появилось воспоминание её выпускного, особенно как Эрик пригласил её на танец. Ничего не осталось, как принять приглашение. Роза присела в книксене, улыбнулась и протянула руку. По всем законам они должны были пройти по залу, поприветствовать «королеву», восседавшую на сиденьях возле стены и начать танец. Пока они шли, Роза смотрела в совершенно другую сторону, но когда мистер Соврен остановился и поклонился, она тоже обернулась к сиденьям, хотела присесть в реверансе, но застыла с открытым ртом. Перед ней собственной персоной сидел Эрик, а рядом сидела девушка модельной внешности. Эта дамочка была поистине прекрасна, поэтому Розе на миг показалось, что она видит королеву фейри, Данилину Прекрасную, но эта была реальной. Светлые и пышные кудри лежали на плечах модели, румяная кожа казалась сделанной из фарфора, пышную грудь подчёркивала обтягивающая водолазка с глубоким декольте, а голубые глаза хищно блистали из-под чёлки. Роза оказалась в замешательстве. Её несколько раз за руку дёрнул учитель.       — Поклон. — Сказал Соврен, но Роза его не слышала. — Поклон.       Роза смотрела на эту пару в непонимании. Ей казалось, что эту модель она видела раньше, вроде бы на её дне рождения в прошлом году. Настоящие сливки общества.       — Где уважение к Её Величеству Елизавете II, Божией милости Соединённого Королевства Великобритании и Северной Ирландии и иных своих царств и территорий Королеве, Главе Содружества, защитнице веры? — величественным тоном проговорил Эрик.       Роза будто бы очнулась ото сна, но поклониться не собиралась.       — А кто здесь наша Королева? — спросила она, смеясь.       — Явно не мистер Мейдон! — сказал мистер Соврен и обратился к Эрику. — Добрый день! Рад вашему визиту в «Ноболнест»!       Лицо Эрика не выражало никаких эмоций, но вот в его глазах блеснули искры озорства, как у хулиганов. Розе это не понравилось, особенно когда они стали рассматривать мистера Соврена. Словно Эрик пытался заметить в учителе истории что-то противоречащее действительности. Она не устояла.       — Нашей дорогой Королеве восемьдесят пять лет. Я не вижу ничего общего здесь с Ней! — с гордостью сказала Роза, наблюдая, как со смазливого личика модели сползает улыбка.       — Ты срываешь репетицию! — проворчал Соврен.       — Вы фамильярничаете? — наступала Роза.       Учитель растерялся. Его глаза забегали.       — Я хотел сказать, что…       — О-о-о, сэр, не стоит оправдывать себя, это моя вина: я оказалась бестактной и не узнала нашу Королеву. Мне так жаль! — жеманным голоском пролепетала Роза.       — Ты переигрываешь! — крикнула Ким через весь зал.       — Спасибо мисс Кимберли! — ответила Роза, расплылась в улыбке и сделала самый низкий реверанс. — Идёмте, мистер Соврен. Заставлять ждать дам начала танцев верх неприличия.       Подпирающие стену, Тим и Джеймс не сдержали дикий смех, наблюдая за этой сценой. Проходя мимо них, Роза подмигнула друзьям. Жаль, что рядом не было её гувернанток: они бы пришли и в ужас, и в восторг, с какой изощрённой лёгкостью она выпуталась из этой щекотливой ситуации.       К ним присоединились несколько пар, которые более-менее умели танцевать. Как всегда бал начинался с вальса. Пары встали по кругу и приготовились к началу. Музыка зазвучала не так громко – это была просто репетиция, так что мисс Кейдж, заведующая танцевальным кружком, иногда поправляла танцующих, указывая на ошибки. Удивительно, что мистер Соврен так хорошо вальсировал. Медленная и спокойная музыка помогала Розе забыться. Она совершенно не хотела вмешиваться и вести танец, как делала обычно всегда: на празднике год назад она помогала своим друзьям, которые не умели танцевать, с Эриком она вечно боролась – а сейчас она растворялась в музыке. Её не заботило ничто в этом мире.       Медленный английский вальс навивал странные чувства дежавю. Закрыв глаза, Роза увидела пёстрые картинки. Это был грандиозный бал в Букингемском дворце, где дамы пестрили своими платьями. Среди этого великолепия у стены стояла маленькая компания девушек. Одна из них была блондинкой в бледно-голубом платье, а три другие её подруги – брюнетками, из которых две были близняшками. Роза узнала в них графинь Корнелию и Симфонию Горал, а третьей была она сама. Сквозь шум, Роза услышала, как звали ту девушку. Розетта. Розетта Ричардсон! Одно из перерождений Розы, как и Розенн Коридж!       Музыка стихла. Все пропало, как только девушка открыла глаза. Партнёры поклонились друг другу. Соврен тоже поклонился и стал ждать следующего распоряжения мисс Кейдж, так как ему надо было показать ещё один танец. Бросив один-единственный взгляд в сторону Эрика, Роза улыбнулась и сделала шаг к учителю.       — Вы так хорошо танцуете, сэр! — начала она сладким голоском, расплываясь в улыбке. — Вы подарите мне счастье любоваться Вами в мазурке?       Танцевальный этикет она выучила наизусть и прекрасно знала, как следует приглашать кавалеров на танец, радуясь, что отказывать даме в этом невежливо.       — Разумеется, мисс Картер! — с каким-то воодушевлением ответил мистер Соврен и протянул руку.       Пары снова встали по кругу, но как только заиграла музыка, они побежали друг за другом. До Розы долетели слова мисс Кейдж:       — Кимберли, ты не в догонялки играешь! Тимоти, не тащи свою партнёршу так! Вильгельмина, не отставай! Соблюдайте дистанцию, не то на платья будите наступать. Это вам не хип-хоп!       Потом пары выстроились в одну колонну. Девушки и их партнёры встали друг к другу лицом и поклонились. Угораздило Розе оказаться в конце колонны совсем рядом с Эриком. Девушка наблюдала за ним, пока «оббегала» учителя. Потом пары совершили ещё один «забег» по залу, после пошли, как назвала это Роза, «кривляния», а дальше поклон в завершении танца. В этот раз Роза больше ничего не увидела, но решила добить мистера Соврена и Эрика окончательно. Мистер Соврен как раз хотел отойти, но Роза не стала терять время.       — Сэр, Вы отлично танцуете! — начала она.       — Спасибо, мисс Картер, но, к сожалению, следующий танец вынужден пропустить. — Как-то галантно ответил учитель.       — Нет-нет, я не приглашаю Вас, мне просто любопытно узнать, где Вы так научились танцевать? — не сдавалась Роза.       — В Эдинбурге была одна студия, куда я ходил пока не окончил школу. — Ответил Соврен.       — Но я не заметила у Вас шотландского акцента.       — Я – англичанин. А вы где научились?       — У меня были хорошие учителя, пока я не пошла в школу.       — И чему же вас научили?       — Меня? — Роза сделала задумчивое выражение лица, а потом ответила на одном дыхании: — Вальс, мазурка, менуэт, котильон, кадриль, венгерка, краковяк, полонез, полька, современные танцы и танго.       — А джайв или свинг были среди категории «современные танцы»? — вдруг спросил Соврен.       — Отец посчитал их не столь важными, как классику. — Ответила Роза. — А Вы умеете их танцевать?       Соврен дружелюбно улыбнулся.       — Да. — Ответил он.       — Надеюсь когда-нибудь, Вы мне покажете, как танцуют джайв или рок-н-ролл, — с грустью сказала девушка.       — Если такое случиться, то попрошу, как следует запомнить – повторять не стану. — С улыбкой сказал Соврен, Роза улыбнулась в ответ.       Она тут же поспешила к Ким. Та вовсю болтала с Вилл Тейт, рыжеволосой одноклассницей, чей отец известный продюсер.       — Ну ничего себе! — воскликнула Вилл. — Классно танцевала с учителем. А тем господам как ответила – вообще, уважаю!       — Спасибо! — сказала Роза, и оттащила Ким в сторону. — У меня проблемы!       — По женской части? — спросила Ким лукаво.       Роза нахмурилась. Она рассказала все, что видела в танце. Как и полагала девушка, Ким этому не обрадовалась. Роза так же рассказала о таинственном сходстве имён: Розетта, Аден, Двэйн, Розанда, Эндрю, Дуглас и Розенн.       — Розанда, Розетта, Розенн, а теперь Розалитта. Да, в этом есть что-то жуткое! — призналась Ким.       — А как же остальные? — удивилась Роза. — Не в них ли все самое мистическое?       — Знать бы, что они обозначают… — задумалась Ким и тут же опомнилась. — Ой! А ведь Вилл разбирается в именах! Вилл! Можно тебя?       К ним подошла Вилл в бирюзовом платье до колен с огромным бантом сзади. У правого глаза красовалась маленькая родинка. С первого взгляда Розе показалось, что лицо этой девушки слишком острое и в таком платье не пропорционально телу, слишком маленькое. А когда улыбалась, то виднелись её «заячьи» зубы.       — Слушай, Вилл, ты же хорошо разбираешься в именах и их значениях. Не поможешь нам кое-что выяснить? — протараторила Ким.       — Конечно, помогу. — Коротко ответила Вилл.       — Что может быть общего у этих имен: Розанда, Розетта, Розенн, Розалитта? — выдала Ким.       Вилл фыркнула.       — Да тут и дурак поймёт! Они же все от одного слова – роза.       — Ладно, усложняем задачу. Что ты скажешь об этих: Аден и Эндрю?       — Они английские.       — Ясное дело, что не итальянские! Что в них общего?       — Значение. Оба означают «огонь».       — А Дуглас и Двэйн? — осторожно спросила Роза.       — Дуглас с ирландского «тёмный», а Двэйн с шотландского «река с тёмной водой». Что тут такого?       — Спасибо, Вилл! — сказала Роза.       — А что у вас тут происходит? — спросила она.       — Пытаемся разобраться, кто нас решил обмануть. — Ответила Роза.       Теперь все стало складываться. Огонь, тьма и роза.       — Получается, мы нашли связь? — спросила Ким.       — Нет. — Вмешался в их разговор Эрик.       — Почему? — спросила Роза.       — Потому что то, что ты знаешь, это не все, что ты знаешь, — ответил Эрик и улыбнулся.       Это разозлило Розу.       — Скажи что-нибудь или вали отсюда! — пригрозилась она.       — Свадьба Уильяма и Кэтрин* была действительно грандиозной! — протянул он, точно кот.       — Хорошо, что я не присутствовала. Там, говорят, столько народу собралось, и все меня ненавидят. — С улыбкой ответила Роза.       — И меня.       — Так ты расскажешь мне или нет?!       Эрик цокнул языком.       — Хорошо, — сказал он. — Слышал одну легенду бриттов. Там говорилось о двух девушках: красавица и замарашка. На их деревню напали варвары, а предводитель забрал замарашку, которая оказалась совсем не «замарашкой», а красавицей. Угадай, как звали эту красавицу?       — Розабелл. — Сказала Роза. — Ты мне зачем фильм пересказываешь?       — Это не фильм, а биография королевы Данилины. Она сама мне все рассказала. — Ответил Эрик.       — Интересно, когда она тебе это все рассказала? — Возмутилась Ким.       — Когда «детям до восемнадцати». — Ответил Эрик. — Но дело в том, что имя Эразмус означает «достойный любви», а не «огонь». Так что делаете выводы, дамы.       — Очень похоже на Психею и Эроса. — Заметила Роза.       — На Психею, Эроса и Антэроса, — Поправил Эрик.       — А причем здесь Антэрос? И он-то кто? — спросила Ким.       — Отрицание любви и ненависть к любящему человеку, — стала объяснять Роза. — По легенде он был младшим братом Эроса.       — Получается, здесь замешана ещё и ненависть. — Задумался Эрик.       Роза подняла на него взгляд, совершенно не боясь, что может оказаться во власти его глаз. Она бросала ему вызов. Теперь он никуда не денется. Она будет наступать, как это делала при Соврене. Это заметил Эрик.       — Что ты тут делаешь? — спросила девушка с расстановками.       — Выполняю миссию, порученную Звёздному Патрулю, — совершенно спокойно ответил Эрик.       — А что Патруль здесь потерял? — удивилась Роза.       — Если я скажу, что он тут потерял, ты расстроишься. — Сказал он.       — Так что же? — настаивала Роза.       — Мантикору, — беззаботно с улыбкой сообщил он.       — КОГО?! — едва ли не взвыла Роза, представив как чудище с телом льва, головой человека, хвостом скорпиона и тремя рядами зубов бродит по школе. Что здесь делает этот хищник?       — Не волнуйся: мантикора бродит за территорией школы. Я же ищу её хозяина, — объяснил Эрик.       — Знаешь, мне от этого не легче! — распалялась Роза. — Кто их вообще сюда впустил?!       — Может, Призрак Прошлого Рождества Генри Вебстер? — предложил Эрик.       — Одно неудачное свидание, и он об этом мне всю жизнь будет напоминать! — разозлилась девушка и пожала плечами.       — Ты поможешь в поисках? — слащаво спросил Эрик.       — С чего взял?!       — Ну, вот и славно! Оставайтесь тут и никуда не ходите. Мы все исправим.       И Эрик тут же поспешил к модели, которая собиралась подойти к ним. Тим, стоящий за спиной Розы все это время, присвистнул, когда Мейдон положил руку на талию девушки. Судя по тону, девушка возмущалась и капризничала.       — Ужас! — не выдержал он. — Как пафасно! А вот девочка ничего!..       За эти слова Ким подарила неодобрительный взгляд своему брату.       — Так ты не собираешься вмешиваться? На тебя это не похоже, — заметила Ким.       — Я не собираюсь вмешиваться. Пусть этим займётся кто-нибудь другой, — ответила Роза и подмигнула Тиму, который улыбнулся ей и, переведя взгляд, проводил Эрика с красоткой. Хмыкнул, а затем задал, как показалось Розе, риторический вопрос:       — Не с этого ли пошло выражение: «Сильный мужчина принимает ответственные решения, а женщина кивает и делает по-своему»?       Девушка усмехнулась. Попросив друзей прикрыть её отсутствие, Роза вышла из зала с улыбкой до ушей, спокойно напевая песенку в стиле джаза из сериала «Доктор Кто», который обожает смотреть её троюродная сестра и по совместительству известная певица Стелла Филипс. Под эту музыку они должны были, по словам мисс Кейдж, танцевать в стиле двадцатых-тридцатых. Роза увлечённо напевала себе под нос, идя по коридору и осторожно оглядываясь по сторонам:

Я простая девушка, не видела многого, Но ты пришел, и душа воспылала. Ты взял такси до сердца моего, И яблоко любви в корзину упало!

      Проходя под колоннадой в холле, Роза заметила какого-то незнакомого человека. У него было весёлое выражение лица и растрёпанные волосы, как показалось Розе, какого-то серого оттенка. Сам он в отличие от Эрика не так плечист, но на первый взгляд можно было предположить, что он сильный. Одет он был в самую обычную коричневую куртку, самые простые облегающие джинсы, на шею намотан длинный почти чёрный шарф, а обут – в чёрные кеды с белой шнуровкой. Роза тут же поняла, что он «неместный» – так школьники звали тех, кто не учился и не работал в «Ноболнесте». Ещё Розе показалось странным то, что он не снял в помещении утеплённую кепку, и что, несмотря на хмурую погоду, парень был в тёмных очках. Он оглядывался по сторонам, и, заметив Розу, улыбнулся. Девушка отвернулась от него и вдруг заметила ту самую модель, идущую ей навстречу. Роза быстро вышла из своего неудавшегося «укрытия» и смело решила пересечь холл, пускай даже если придётся задавить того незнакомца. Она шла ровно, гордо и смело. К её большому несчастью туфли ужасно заскользили по мраморному полу, который ещё не высох от недавно прошедшей здесь технички. За то время, пока Роза шла через центр холла, она успела сделать три «сальто» и семь пересечений попытки навернуть себе шею. Парень усмехнулся, когда она проходила мимо него с гордо поднятой головой, при этом едва не упав.       Добравшись до другой стороны, девушка перевела дыхание и улыбнулась самой себе. Она отправилась на третий этаж, дальше, в сторону закрытых классов. Добравшись до одного из неиспользуемых помещений, Роза тут же применила все свои навыки вора и вскрыла замок одной невидимкой за полминуты. Но войти не удалось: мимо прошёл мистер Бланфорд с грудой бумаг. Роза улыбнулась ему, а тот даже не удостоил её взглядом. Вдруг в коридоре появился учитель химии мистер Кларксон, вот он-то обратил внимание на девушку и улыбнулся в знак приветствия. Вдруг кто-то положил руку Розе на плечо. Это был Тим. Он взглядом дал знак, чтобы она вошла в класс. Девушка поспешила туда и закрыла за собой дверь. Тим же продолжил петь за неё:

Ты смотришь на меня – сердце забилось. Ты не из тех, думала, не уйдешь. Эй, но это не может вечно длиться. Мой плохой, плохой ангел разбудил дьявола во мне! Ты разбудил дьявола во мне...

      Петь у Паркена получалось не слишком-то хорошо, но это давало Розе гарантию, что он на страже. Поддерживая ритм, он щёлкал пальцами.

Ты заманил в холодные серые глаза свои. Твоя улыбка и ложь, такая чарующая. Один на три всё равно будет три. Мой плохой, плохой ангел, дьявол и я! Ты разбудил дьявола во мне... Ты разбудил дьявола во мне! Ты разбудил дьявола во мне! Мой плохой, плохой ангел разбудил дьявола во мне...

      Последнюю строчку он спел громче, чем предыдущие. Скорей всего кто-то появился в коридоре. Роза поспешила с превращением. Она закрыла глаза, сцепила пальцы в замок и прошептала:       — Великие Богини Священной Цитадели, бабушка, мама, дайте мне сил уберечь от тьмы тех, кто мне дорог!       Её окутало тепло, как будто она после долгого отсутствия вернулась в родной дом. Яркий свет залил все вокруг. Сила Богинь теперь у неё была иная: она не могла вызвать землетрясение, но зато могла быть бесшумной, гибкой и ловкой. Теперь на ней было короткое платье, обшитое малиновыми нитками с открытыми плечами и тонкими бретельками, перчатки до локтей, чулки и невысокие сапоги с малиновой шнуровкой. Поверх платья на плечах оказалась прозрачная накидка, которая появлялась только в холодное время. Через плечо на длинном ремне висела небольшая сумочка со всем необходимым, что могло обычно понадобиться во время краж, хотя чаще всего там были метательные кинжалы и хлыст. Всё досконально чёрного цвета.       Изменилась и внешность. Теперь она была не маленькая неприметная семнадцатилетняя с бронзовым оттенком кожи ученица школы-пансионата, а светлокожая стройная девушка, которую каблуки и высокий «хвост» делали выше. Убранные малиновой атласной лентой волосы сменили цвет с каштанового на чёрный, точно ворона крыло. Не изменились лишь глаза, цвета расплавленного золота, цвета солнца.       Роза не стала вмешиваться в дела Эрика и Звёздного Патруля, а вот Воровка Баст как обычно была готова к любым трудностям.       За дверью Тим запел ещё громче:       — Ты разбудил дьявола во мне... Мой плохой, плохой ангел разбудил дьявола… Добрый день, мистер Соврен! Я Розу так и не нашёл…       Роза запаниковала. Единственный выход – окно, но окно на третьем этаже…       Девушка закрыла глаза.       — Великие Богини, прошу Вас, помогите мне спасти друзей! Перенесите меня к врагу Вашему!..       Когда Роза открыла глаза, то оказалась на лестнице на полпути к крыше, и на неё едва не налетел какой-то парень. Сначала ей показалось, что это тот самый, с первого этажа, но, приглядевшись, поняла, что ошиблась. Это был другой. Разглядеть она его не смогла – он был в маске и в чёрной одежде, но вот серебристые пряди волос и голубые глаза показались ей знакомы. Похоже, незнакомец узнал её.       — Ты!? — воскликнул он с удивлением. — Воровка! *«Ты разбудил дьявола во мне!» (оригинальное название «My Angel Put the Devil In Me» – «Мой ангел разбудил дьявола во мне») – песня в стиле джаз, написанная композитором Мюррей Голд и исполнена Ямит Мамо для сериала «Доктор Кто» и несколько раз звучавшая в нем. Здесь и далее будет дан художественный перевод песни. *Роберт Геррик - английский лирик XVII века (1591–1674). *Свадьба Уильяма и Кэтрин – 29 апреля 2011 года в Вестминстерском аббатстве в Лондоне состоялось венчание принца Уэльского Уильяма и леди Кэтрин Миддлтон.