Глава VII. Появление.
12 апреля 2014 г., 14:38
Роза чувствовала себя уничтоженной. Даже спустя двенадцать часов. Она избегала встречи с мистером Совреном и всё свободное время сидела в спальне. Единственное, что её могло отвлечь, так это книги, но и они мало чем помогали. Тётя Габриэлла так и не соизволила перезвонить. Весь вечер Роза смотрела в окно на ночной город. Как он блистал и манил огнями! девушка прекрасно понимала, что никогда не станет их частью. Она никогда не будет сверкать так же ярко, как когда-то сверкала её мать, и явно никогда не станет настоящей леди, её сдаст учитель, и девушка проведёт остаток своей никчёмной жизни в тюрьме, опозорив всю семью. Такое будущее себе пророчила Роза. В сердце что-то сжалось, принося жуткую боль, и она поняла, что ревнует Эрика к той красотке. Жгучий брюнет и платиновая блондинка – что может быть лучше такой пары? Они красивы, стройны, прекрасно держатся. Это они могут блистать. А когда сверкает Роза? Когда выходит на сцену под псевдонимом Риммы. Эрик – взрослый человек, как и та модель. Он волен распоряжаться своей жизнью. От этого ей стало обидно. И ко всему то, что он положил руку на талию этой дамочки…
Роза смяла листок бумаги. Затем разорвала его на мелкие кусочки и едва не съела, если бы в тот момент не пришла Ким.
— Ты представляешь, кто эта девушка?! — начала она с порога.
— Не имею ни малейшего понятия, — вяло ответила Роза.
— Мне-то показалась внешность знакомой. Это же Катрина Алиэс! — воскликнула Ким. — Самая юная супермодель, достигшая оглушительного успеха в семнадцать лет! Её частенько называли «Платоновой Принцессой». Какое-то время она даже соперничала с Наоми Кэмпбелл*, но Наоми посчитали более подходящей для какого-то там проекта, а у Катрины после этого что-то пошло не так, так что теперь она, как и Клер, лицо корпорации «Беринг Фая»! Я столько раз видела её по телеку в Кардиффе, а сегодня не узнала. Она тогда нашумела своим разрывом с певцом Джастином Кингом. Это мне Вилл напомнила. Я-то думаю: «Лицо знакомое».
— А сколько ей лет? — всё, о чём могла спросить Роза.
— Где-то двадцать. Да, двадцать. Она младше Кинга на год. Сейчас говорят, что она переключилась на его друга-актёра Дориме Джоноса. Ты его знаешь: фильм с его участием смотрела! — сказала Ким.
— Думаешь, правда? — спросила Роза.
— Это всё сплетни, — махнув рукой, ответила Ким и присела на кровать. — Они никак не сходятся с фактами. Этому меня научил дед: замечать мелкие детали.
Конечно! Её же дед, мистер Боб МакКлаген, детектив и главный в расследовании дела о Воровке Баст. Роза с улыбкой вспоминала его никудышного молодого помощника, кучерявого Увилла Сондреса.
Ким достала из сумки смартфон, быстро что-то набрала, а после показала Розе фотографии из интернета. Там была Катрина и Эрик, идущие под ручку и увлечённо разговаривающие. Точнее говорила только Катрина, а Эрик как обычно игнорировал её: он в этот момент смотрел на свой телефон. По содержанию вывесок различных лавочек Роза поняла, что они тогда были в Америке. Также на фото стояла дата: «Первое сентября две тысячи десятого года». Он тогда был в Нью-Йорке! Розу озарило.
— Ким, — возбуждённо проговорила она, — ты можешь найти информацию о нем в интернете?
Что-то промямлив в ответ, Ким принялась забивать информацию в смартфон, неразборчиво бормоча под нос.
— Нет, о нём ничего нет! — через пять минут ответила Ким, потом сощурила глаза. — Хотя, подожди. Я тут на один блог наткнулась, и знаешь, что я там нашла? Фотки! Одна девушка очень любит позировать с друзьями и мотоциклами на гоночном треке. Некая Эрна Вольф. Гонщица, стритрейсер, победительница многих заездов и глава нью-йоркской банды «Городской Волк». Тут даже логотип есть и фотка банды после очередного заезда.
Ким протянула Розе смартфон. Девушка увидела на увеличенной картинке группу людей, освещаемых фонарями ночью, возле разрисованных машин, среди которых увидела единственную девушку. Длинная русая коса была перекинута через плечо и едва ли не скрывала белый силуэт волка у неё на кожаной чёрной куртке. А чуть поодаль от неё, обнимая за плечи, стоял Эрик, на чёрной футболке которого была белая надписью «Urban Wolf» и белый силуэт бегущего волка, точно такой же, как и у девушки! Внизу под фоткой статья гласила: «Первый счастливчик, кто смог обогнать Эрни, получил от неё приглашение в банду. Эрик Мейдон согласился, но в заездах с Эрни больше не участвовал, сказав, что в следующий раз они оба точно разобьются, если ещё раз проедут тем же маршрутом».
— Ты мне хочешь сказать, что Эрик – бандит?! — воскликнула Роза.
— Нет, — помотала головой Ким, — но дедушка говорит, что такие люди всё равно относятся к нарушителям: они нарушают правила на дорогах и превышают скорость.
Роза внимательно стала разглядывать Эрика, а затем просмотрела и весь блог. Протянув смартфон назад Ким, она сказала:
— Эта фотка давнишняя. Ей года три.
— С чего ты это взяла? — спросила Ким и тоже принялась рассматривать.
— Во-первых, Эрик стал шире в плечах, а во-вторых, там дата стоит. Ему там восемнадцать-девятнадцать. Гонщик! — возмутилась Роза.
Она так и не смогла нормально выспаться. Её постоянно что-то мучило. Особенно Катрина Алиэс и Эрна Вольф. Среди ночи Роза призналась едва ли не вслух, что «её башня женской гордости стала такого же наклона, как и Пизанская». Ещё больше расстраивало её и то, что мистер Соврен увидел, как она перевоплощается из Воровки обратно в Розу. Это убивало её. Наутро выходного дня она приняла важное решение: она собиралась поехать в Маленький Ангел и навестить тётю Габриэллу. Та должна знать гораздо больше об Эрике. Потом она с друзьями переночует в поместье Картеров и в воскресенье вечером они вернутся назад. Пока она будет у тёти, Ким поговорит с её отцом и, может, что-нибудь выпытает. Заодно вдали от «Ноболнеста» Роза успокоится и придумает план насчёт мистера Соврена. Осталось только позвонить Грейс, что девушка и сделала, спросив ещё и об Эрике. Тот гостил у них, что приводило Розу в ярость.
Рвение попасть домой заметил Тим. Он удивился и спросил, что случилось.
— «Палево» – случилось! — с раздражением ответила она.
— Я же проследил, и мы помогли тебе поймать мантикору, так что же пошло не так? — спросил он.
— Когда я перевоплотилась назад, то меня увидел Соврен, — с кислым лицом ответила Роза.
— Я вспомнил, где раньше видел ту девицу! — возник Джеймс.
— Конечно! — развела руками Роза. — Она же супермодель.
— Правда? — удивился парень. — Вообще-то она присутствовала у тебя на шестнадцатилетие. Какой-то круг я с ней сделал. Мне она сразу не понравилась. Выскочка ещё та.
— Ну, у тебя и «аппетит»! — рассмеялась Роза. — Эта «выскочка» шла наравне с Наоми Кэмпбелл, но та её «обскакала». Она ещё и лицо корпорации «Беринг Фая», как и ваша кузина, Клер Рейч.
— Кто тебе это сказал? — спросил Тим.
— Твоя сестра, — без раздумий ответила Роза. — Но проблемы только начинаются: вы знаете банду «Городской Волк»?
— Намереваешься вступить? — слукавил Тим.
— Я слышал это от парней, с которыми играл в августе, — сказал Джеймс. — Они лестно отзывались о ней. В эту банду входят: стритрейсеры и мотоциклисты. Она самая известная в Нью-Йорке. А почему ты спрашиваешь?
Роза достала из кармана телефон-слайдер, отыскала в картинках ту фотографию и показала ребятам.
— Вот почему, — сказала она.
— Эрик? — удивился Тим.
— Три года назад, — добавила Роза.
— Он в их банде? — спросил Джеймс.
— Не знаю, но хочу выяснить, а для этого мне нужны вы. Джеймс, ты с Ким едешь в поместье и «пытаешь» моего отца. Тим, ты поедешь со мной к тёте. И, ребята, сделайте лица попроще. Такое чувство, будто вы всю ночь не спали.
— Так и есть, — вяло ответил Тим.
— Опять кошмары? — спросила Роза.
— Достали! — сказал Джеймс.
— Я прочитала в книге заклинаний о кошмарах, — начала Роза. — Кошмары вызывает демон Мара. Но не всегда. Ещё есть инкубы и суккубы. Опасные твари. Но если вам снится ваша смерть, то это может быть только хрустальный сон. Он похож на летаргический.
— Ты утешаешь! — высказался Тим.
— Да, потому что он опасен! Если вы умрете во сне, то не проснётесь наяву. Знаю, перспектива не очень.
Тим и Джеймс переглянулись.
— Ладно, — согласился Джеймс, — мы попробуем все разузнать. Только сама, смотри, не наделай глупостей!
— Не могу обещать! — ответила Роза. — Тебя и Ким отвезёт Лили Блэк, а нас с Тимом – Грейс. Удачи!
Они разделились. Когда они шли к машине, подул сильный ветер, и Роза укуталась в воротник зелёного пальто, пуговицы которого были украшены звёздочками. Конечно, она могла бы надеть джинсы, если бы взяла их с собой, но в юбке она почему-то ощущала себя намного комфортнее, может из-за привязанного к правому бедру ремня с серебряным кинжалом? Грейс как обычно поприветствовал и завёл мотор. Поездка была для Розы слишком нужной. Она ощущала, что что-то не так. Особенно то, что Габриэлла не брала трубку, не отвечала на звонки. Но больше всего её волновал Эрик. Хорошо, что перед отъездом она попросила Тима наложить очень сложное заклинание на Ким, чтобы та не выдала святую тайну Розы.
Наконец машина свернула с большой трассы в сторону маленькой деревеньки, окруженной со всех сторон лесом. Но пришлось ехать в объезд: мост через реку Галатея, которая огибала деревню полумесяцем, закрыли. Роза показала Тиму школу «Эймонт», в которой училась меньше двух недель, и дом семьи Майоров на улице Излучина Галатеи. Девушка также заметила унылый пейзаж в парке рядом, где, казалось вчера, Эрик играл в здешней беседке на скрипке.
И вот машина поднялась на холм, на котором стоял большой дом алого цвета, окружённый высоким забором с железными узорами тюльпана на воротах. Когда ребята вышли из машины и подошли к калитке, Тим, как и все, стал читать надписи на именной табличке и прибитые рядом доски, которые так и остались висеть даже после смерти Сандры:
Южный Холм Особняк «Огненный Тюльпан» Семья Дубмон-Маклейн «Привороты, заговоры, снятие/наложение порчи – обращайтесь. Четыре раза в месяц. Цыганка РубиРед.» «По газону не ходить – испепелю заживо!» «Торговым агентам – не беспокоить! Съем за завтраком!» «Книги не продаю! Отвалите!»
Прочитав всё это, Тим только поднял брови и улыбнулся. Роза же покачала головой и толкнула калитку. Как ни странно, та оказалась не заперта, и ребята вошли во двор. По сторонам дорожки обычно росли тюльпаны, но сейчас клумбы пустовали. Но всё равно здесь всё было обличено в красный цвет. Цвет гордости, любви, почёта… Тюльпаны, особенно красные, означали герб этого дома, символ одного из пяти качеств рыцаря, в данном случае – гордость. Роза осторожно шла по дорожке к двери дома, медленно поднимая край юбки и доставая из ножен кинжал. В руках Тима появилась глыба льда. Роза подошла к двери и толкнула её, и вошла в коридор. Она знаком показала Тиму прикрыть её, если что. В гостиной кто-то заговорил. Роза вошла туда и остановилась. Это оказался включенный телевизор. По музыкальному каналу какой-то Джастин Кинг давал интервью. После ведущий стал что-то говорить по новую певицу Аркадию. — Странно, — сказал Тим. — Где же Габриэлла? — Может, вышла на задний двор? — в надежде предположила Роза. Вдруг зазвучал довольно знакомый голос, певший устрашающую песню. Роза резко обернулась на голос. Это была какая-то певица, чью песню она уже слышала в ужасной ситуации. На канале показывали клип, где появилась девушка в вуали и длинном платье, а за её спиной были огромные крылья бабочки. Роза присмотрелась к ней внимательно. — Аркадия… — прочитала она внизу экрана. — Ты разве о ней не слышала? — удивился Тим. — О ней вся школа говорит. Все из кожи вон лезут, чтобы попасть в Нью-Йорк на концерт Джастина Кинга, где эта певичка будет в списке приглашённых звёзд. Тогда, говорят, она покажет своё настоящее лицо. — Как ни посмотри – звучит жутко, — ответила Роза, проходя в кухню, а через неё на задний двор. Тут же нахлынули воспоминания четырёхлетней давности, как она, зайдя с Акией к Сандре, встретила странного монстра, которым тогда был Эрик. И тогда это могло плачевно закончиться: Эрик чуть не убил её, а она – его. В этот раз дверь открыл Тим. На открытом участке никого не было видно, так что он прошёл вперёд и рухнул на землю. Под его ногами Роза заметила садовый шланг, вившийся как змея. — Это мы, тётя Элла! — закричала Роза, когда в неё полетели грабли. Они остановились возле лица девушки и упали вниз, прямо на Тима, больно ударив его по спине. Тот ухнул и кое-как поднял голову, в надежде увидеть хозяйку дома. — Вы? — удивилась вышедшая из укрытия Габриэлла. — Что вы здесь делаете? Ой! Прости, Тим! Роза помогла Тиму подняться на ноги и ответила: — Ты не брала трубку, и я хотела тебя кое о чём спросить, вот поэтому мы здесь. — Мобильник сейчас в Галатеи – его выбросил туда один из брауни, — ответила Габриэлла. — А ты сама, чем тут занимаешься? — Ищу вдохновение. Я почти дописала «Рыжую Королеву». Здесь я ощущаю атмосферу. Габриэлла вошла в дом, ребята последовали за ней. Габриэлла тут же стала крутиться у плиты, ставя чайник и доставая чашки. Тим отодвинул стул перед Розой и кивком указал на него. Поблагодарив, Роза села за стол, напротив неё сел сам Тим. — Как там поживает дневник Клео? — спросила Габриэлла, не оборачиваясь. — Я испробовала всё, что было в моих силах и силах Ленни, подключила друзей, но ничего не выходит. Я устала от всей ответственности! Хочу побыть самым обычным человеком. Я даже на свидание сходить не могу! — и Роза положила голову на стол. — Сказала бы раньше, — возник Тим, — я бы пригласил в кино или пиццерию. — О, нет, спасибо, Давид-два. Бабники – не мой типаж, — ядовито ответила Роза. — Но как раз о бабнике и хотела спросить. — Если ты о Давиде, то беспокоиться не о чем: прежде чем уехать, он дал мне расписку о том, что не бросит Стеллу, в противном случае, пусть готовится к смерти, — с улыбкой ответила Габриэлла. Тим подвинулся ближе к Розе и прошептал: — Она даже говорить, как Сандра, начала. — Нет, его-то как раз можно убивать – не жалко. Ты мне расскажи про Эрика. Ким недавно кое-что нашла в сети, так что говори, почему Эрик состоит в банде «Городской Волк»? — заявила Роза. Габриэлла поставила перед ними чашки и остановилась, задумалась. — Ты спрашивала об этом самого Эрика? — спросила она, на что Роза покачала головой. — Тогда не знаю, но с уверенностью могу сказать, что он не преступник. Он самый обычный человек. — Ага, — сказал Тим, — и встречается с «обычной» супермоделью мирового уровня! А так же знает мою кузину Клер, и ещё как! А ещё ездит на дорогих машинах, и мобильники у него последней модели! Забыл ещё сказать, что он и драться умеет, чёртов Джеймс Бонд! Роза задумалась. Да, действительно, у Эрика дорогие машины, мотоциклы, он умеет драться, одевается не как попало, у него хорошие манеры, он отлично говорит на многих языках. Он идеален. В нем нет изъянов, как бывает у большинства мажоров, ну, кроме того, что он всегда задирает её. Откуда у него деньги на поездку в Бангладеш, Америку и Австрию? Где он взял сумму на то платье, которое сейчас висит у неё в гардеробной? Откуда он знал, что год назад будет салют здесь, в Маленьком Ангеле? Такие девушки, как Катрина, не с каждым встречаются, что означает – у Эрика хороший счёт в банке. У него есть власть. Да, он может быть бандитом, но тогда почему её отец разрешает жить в поместье? Он не рисковал поселить Криса в поместье и был сильно обеспокоен обедом с ним за одним столом, хотя Крис связан с их бизнесом, доставляя информацию о конкурентах и провёртывая мелкие делишки. Ещё Эрик связан с наследниками престола в мире Энери. Он родом оттуда. — Я сказала, что «он не преступник», а не «он не скрытный». Мне тоже не нравится это, — возмущённо ответила Габриэлла. — А что ты сама знаешь? — спросила Роза. — Твой отец запретил мне рассказывать тебе об Эрике. Сказал, мол, сам тебе всё расскажет в конце ноября. Там какое-то важное событие намечается, так что готовься, — сказала Габриэлла. — Но ты же сказала, что твой телефон утонул! — воскликнула Роза. — Но есть-то домашний! — ответила тётя. — Ты не додумалась позвонить на него? — А я его наизусть помню? — задала риторический вопрос девушка и злорадно улыбнулась. — Значит, папа всем заправляет. Ну что ж, я разнесу поместье к чёрту, но доберусь до правды! — Роза поднялась со стула. — Ну, всё, им – конец! Как в таких случаях смеются злодеи? Бу-га-га! Тим закатил глаза. — До злодея тебе очень далеко, а вот до психа – рукой подать, — сказал он и сделал ещё один глоток. Роза не стала обращать внимание на него. Габриэлла только покачала головой, но вдруг спохватилась. — Кстати, — начала она, — я недавно была в поместье, и знаешь, кого обнаружила? Суккуба! Весь персонал сонный ходит, и всем снится сон про свою смерть. А мужчины как выжитый лимон. Внезапно Тим дёрнулся. Он показал на Габриэллу. — Нам тоже снится! Мне и Джеймсу! Совсем недавно! — воскликнул он. — Нам придётся с ней разобраться? Чур, я отрублю ей голову! А, кстати, я не читал пособие «убийство суккубов для чайников». Кто-нибудь расскажет об этом? — Чтобы убить демонов сна, нужно убить их в том сне, который они на вас напустили, но это очень сложно, потому что начинаешь забывать, где реальность, а где иллюзия. К тому же сложнее выжить во сне, а если ты умрёшь во сне, то не проснешься наяву. — Объяснила Габриэлла. — Значит, нам нужно срочно в поместье! — сказал Тим, поднимаясь с места. — Подожди, — остановила его Роза, — если это суккуб, она может проникать в сознание, то все в большой ловушке! Мы не сможем понять, кто есть кто на самом деле. Она мозги нам запудрит. Тётя Элла, моя мама не сталкивалась с суккубами или инкубами? Габриэлла покачала головой. — Нет, к ней они не лезли. Они редко выходят из Преисподние: их тут не слишком-то жалуют. Но Клео всегда знала, что делать. И как ей это удавалось? — Значит надо оказать этим «тёплый» прием! — сказала Роза, направляясь к выходу. — Пока, Элла! Тим, вперёд! — С тобой не соскучишься! — сказал Тим и рванул следом. — Каков план? — Я ещё думаю, но, по сути, он прост: демон ничего не может тебе сделать, если он мёртв. — Роза толкнула дверь и побежала к калитке. — Мы должны остановить его, пока не поздно. — Эрику хорошо: к нему в мозг не пробраться. — Восхищённо заметил Тим, закрывая за собой калитку. — Они не только проникаю во сны, но и создают иллюзию. Поэтому всё в опасности, даже мой отец, — сказала Роза, забираясь в машину. — Грейс, как можно быстрее в поместье! Пожалуйста! Водитель только кивнул и завёл мотор. Машина съехала с холма и направилась к выезду из деревни, на главное шоссе. — А как нам отличить одно от другого? — спросил Тим. — То есть, как не запутаться? — Ты видел, что мне подарил тот египтянин? — вдруг спросила Роза, протягивая Тиму медальон. — Там написано: «Моей любимой Розе». Здорово, правда? — Ты лучше скажи, как бороться, а не побрякушки показывай! — сказал Тим с раздражением. — Всегда замечай детали: свет мигает в коридоре при включении, пионы завяли вчера, вещи не на своих местах. Это поможет тебе определить, где ты находишься. Демонам не всегда удаётся восстановить всё досконально. Они могут где-нибудь ошибиться, — сказала Роза и спрятала медальон за шиворот. Машина вновь проехала мимо парка, где стояла одинокая беломраморная беседка, и девушка вспомнила прекрасную игру Эрика. Его мелодия ворожила, чаровала и всегда была полна печали и грусти. Сама того не замечая, она принялась напевать на французском языке арию из оперы «Кармен»*:Меня не любишь, меня не любишь, люблю тебя. Но если я люблю, тебя люблю, берегись меня!
***
Осенний сад в поместье наполнился чудесными звуками виртуозной игры скрипача. Из небольшой беседки на холме доносились самые необычные мелодии. Они весело разлетались по всему саду, будоража его сон. «Последняя роза лета»* – самое сложное произведение для скрипки, Эрик помнил его наизусть, что не вполне было возможно. Он закрыл глаза, наслаждаясь игрой. Как давно он не играл! Чуть не разучился. Эта пьеса, как нельзя кстати, подходила к атмосфере царившей здесь и погоде на туманном Альбионе. Последние аккорды, и пьеса завершена. — Браво! — воскликнул Странник, явно желая зааплодировать. — Потрясающе! Давно ты не играл. — Думать помогает, — отрезал Эрик и снова стал играть, но в этот раз мелодию из оперы «Кармен», ту самую, которую пела Роза в замке фейри. Эрик смотрел вдаль, вспоминая чудесный голос этой девушки. Да, «Любовь – строптивая птица» лучше всего отражает его мысли. Он услышал, как Ким и Джеймс пытались расспросить мистера Картера о нём, но тот промолчал, сдержал слово. Роза увидела его фотографию с Эрни, но тогда он просто помог ей, когда гостил в Нью-Йорке, а она его в благодарность пригласила в свою банду «Городской Волк». Неужели Эрна сохранила ту фотку? Эрик стал вспоминать имена девушек, которые как-то смогли удивить его. Таких всего три: гонщица Эрна Вольф, девушка из прибрежного городка СиСи и… Роза – это отдельная история. В сознание врезалась противная трель телефона. Простонав, Эрик отложил скрипку и взял в руки мобильник. Звонил Дориме. Эрику ничего не осталось, как принять вызов. — Я слушаю, — сказал он в трубку. — Я силком запихнул Катрину в самолёт до Нью-Йорка, тебе бы следовало проявить хоть чуточку уважения к такому герою, как я, — сказал Дориме со смехом в голосе. — Если ты звонишь меня отчитывать, то всего доброго! — ответил Эрик, зная, какой эффект это всегда производит. — Подожди-подожди! — завопил Дориме. — У меня к тебе от Катрины послание: «Я не понимаю тебя, а теперь, и знать не желаю»! Заметь, что не слово в слово – я большую часть сообщения зацензурил. Как у Картеров? — Отлично! — грустно улыбнулся Эрик. — Борюсь с утечкой информации. Картер меня скоро доконает и убьёт. — Ей помочь? — хитро спросил Дори. — Считай, что вы – оба трупы, раз рассчитываете на такое, — пригрозился Эрик. — Слушай, я никак не запомню твоё настоящее имя. Повтори. — Я тебе говорил уже миллион раз! — воскликнул приглушённо Дори. — Ладно, хорошо. Ли Хей Лин. Доволен? — Минутку, ты раньше говорил только Хей Ли. Откуда ещё одно взялось? — удивился Эрик. — Если я только на четверть китаец, это не значит, что я не соблюдаю традиции, — важно сказал Дориме. — В Китае «среднее имя» даётся по достижению совершеннолетия. Я ношу его уже год, а ты ни разу не спросил. Тоже мне друг! — Всё равно Хей Ли звучит как-то по-девчачьи. — Улыбнулся Эрик. — Если честно, то у китайцев только Лин. Это женское имя. — Признался Дориме. — Ладно, если будут новости – позвоню. — Пока, маленькая девочка! — сказал Эрика по-китайски. — Гад! Ты же в курсе, что я неплохо знаю мандаринский! — сказал Дори, прежде чем Эрик выключил мобильник. Он не торопясь стал складывать скрипку в футляр, а аксессуары и принадлежности для неё в отдельные карманы. Потом не спеша направился по тропинке между кустарников и клумб в дом через открытые двери веранды. Странник, не говоря ни слова, смылся на кухню, потому что оттуда, по его мыслям, доносились вкусные запахи. Эрик же поднялся в свою комнату и вошёл в спальню. Мебель в его спальне оказалась расставлена точно так же как и у Розы, только здесь присутствовали совершенно другие цвета. Здесь всюду был тёмно-синий оттенок. Кровать с тяжелым бархатным балдахином стояла ближе к середине. Рядом дверь в гардеробную и ванную. Справа от кровати стоял комод, а над ним висело зеркало в золочёной раме, стол – прямо напротив кровати, над ним огромный щит с королевским гербом, изображающим дракона и феникса в языках пламени и девиз: «Огонь – наша стихия»! Эрик положил футляр со скрипкой на комод, а сам, скинув длинное чёрное пальто на банкетку, лёг на кровать и раскинул руки. Между ним и Розой снова образовывается пропасть. Она теряет его доверие. Но больше всего его волновал мистер Соврен. За всё пребывание в зале Эрик ни разу не смог войти в разум учителя истории и прочитать его мысли. Странно, что на него нашлась вся информация. Эрик её проверил несколько раз. Мейдон закрыл глаза. Он попытался расслабиться, что опять не получилось, потому, как в его комнату ворвалась Роза. На ней было расстёгнутое зелёное пальто, белая рубашка, чёрная юбка и её любимые сапоги на шнуровке. Настроение девушки оставляло желать лучшего. — Ты был в курсе! — начала она разгневанным тоном. — В курсе, да? Эрик принял сидячее положение и с изумлением уставился на Розу. Она вся кипела. Такое было, когда она узнала, что он стащил у неё кинжал. Ну и ещё, когда украл дневник с исследованиями мистера Соврена. — В курсе – чего? — спросил Эрик, явно чего-то не понимая. — Что в доме поселился суккуб! — бросила девушка и подошла к нему. — Не смотри на меня так! Прекрати! Хитро улыбнувшись, Эрик притянул девушку к себе ещё ближе, резко дёрнув за руку, и поцеловал. К большому удивлению Роза не сопротивлялась. Она только обняла его за шею и ответила на поцелуй. Эрик потянул её за собой и снова рухнул на кровать, медленно снимая с хрупких плеч Розы пальто. Странно, что она сама его бросила в сторону, не разрывая поцелуй. Что же с ней не так? В её мысли проникнуть он, как и прежде, не в силах, а она себя ведёт, как при пробудившийся египетской богини палящего солнца Сахмет. Она сама не своя. Вот сейчас, когда он гладит по её спине и медленно задирает рубашку. Как обычно он сталкивается с её привычкой носить корсет. Отстранив от себя девушку, он схватил за полы её рубашки и резко рванул их в разные стороны, вызвав фейерверк из пуговиц. Да, правда, на ней красный корсет из шёлка с чёрными кружевами. Роза же снова тянется к его губам, страстно целуя его, а её руки скользят по его плечам, поднимаясь выше и возвращаясь к воротнику. Она вот-вот проделает с его рубашкой то же самое, что и он с её… Всё это выглядело сном. Сказочным и нереальным… Всё закончилось быстро – Эрик открыл глаза, ощутив постороннее чувство ярости и гнева, а так же ещё чего-то необычного. Внезапно Роза спрыгнула с него, у неё появились за спиной кожаные крылья, она отошла к стене. В то время, как в дверях стояла Роза с открытым ртом. Роза, та что с крыльями и в корсете, злорадно улыбнулась. А та, что стояла в дверях, призвала Меч Богинь и выглядела точно так, как предыдущая до всего этого. — Я чего-то не поняла, — сквозь зубы процедила Роза с мечом, готовая все крушить. Эрик же рискнул и улыбнулся самой соблазнительной улыбкой, зная реакцию девушки. — Подельник против, а вот копия согласилась, — ответил он, понимая, что при характере Розы берёт быка за рога. Наоми Кэмпбелл (англ. Naomi Campbell; род. 22 мая 1970) — британская супермодель и актриса афро-ямайского происхождения. «Кармен» — опера Жоржа Бизе по мотивам одноимённой новеллы Проспера Мериме. Песня – ария Кармен «L'amour est un oiseau rebelle» («Любовь – строптивая птица»). «Последняя роза лета» (англ. The Last Rose of Summer) — стихотворение ирландского поэта Томаса Мура, положенное на музыку композитором Джоном Стивенсоном. Вариации на тему песни написаны Ф. Мендельсоном и Г. В. Эрнстом. Вариация Эрнста считается одним из сложнейших произведений.
