Марион

- Слышал, что в Марионе условия жуткие, – Тао заинтересованно разглядывает Криса с ног до головы, и продолжает улыбаться, что несколько раздражает и неожиданно нравится Крису, он даже подсаживается ближе, вешая на губы ответную улыбку. - Вовсе нет, - Крис делает паузу, подмечая чужие угольные волосы и длинную челку, которую хочется убрать назад до такой степени, что пальцы мелко подрагивают при каждом повороте и наклоне головы собеседника, - ты интересовался всеми заключенными моей тюрьмы? - Только тобой, - юноша расслабленно облокачивается на спинку небольшого дивана и показательно вульгарно и по-мужски раздвигает ноги, опираясь головой на собственную руку. Крис несознательно облизывает губы и уже чувствует тяжесть внизу живота, явно понимая все и без лишних слов, потому что Тао вдруг такой приторный и действует, как валерьянка на кота. - Как тебе идея сходить куда-нибудь с человеком, отсидевшим в Марионе четыре года? - Заманчиво, - Тао поднимается и накидывает на плечи ветровку, сразу же направляясь к выходу в полной уверенности, что Крис последует за ним. И Крис следует, как под каким-то гипнозом впериваясь глазами в чужую достаточно широкую спину и совершенно черные волосы на затылке, мягко поблескивающие на ярком свете ламп студийного коридора. Тао ни разу не оборачивается и только молчит до самых дверей, садится за руль и молчит, самоуверенно и не претерпевая никаких возражений, отказов, мнений, Крис мысленно удивляется этому и все больше втягивается в эту череду самовлюбленного нарциссизма, что витает вокруг Тао и распространяется на его вещи. Такая слишком явная самоуверенность мутит мозг до невозможности, Крис даже решает, что это чем-то лучше, чем покладистый и чувственный Чонин, который себя не повел бы так даже под лошадиной дозой выпитого алкоголя. Он бывал вульгарен, но то, что было перед глазами сейчас, приводило в восторг сверх такого, который обычно чувствовал Ифань. Юноша постоянно поправляет свою челку, пока они стоят на светофоре, и Крис на мгновение отрывается от созерцания чужого лица, опуская взгляд ниже по изгибам тела, и по, черт возьми, прекрасным открытым короткими рукавами футболки рукам. Где-то внутри кнопочка по имени Чонин выключается на время, или нет, Крис пока что сам не может для себя это решить, потому что Тао поворачивается прямо на него и снова улыбается, как при встрече язвительно, принимая пожирающие оглядывания очень близко и восторгаясь всему этому, как фанат своему кумиру. Размышления в корне прерываются. - Выпьем что-нибудь или сразу к делу? Крис чуть не давится воздухом, и даже выпадает из реальности на долю секунды, переваривая сказанное и пытаясь соединить замысловатую мозаику, на которую разбились мысли в почти шоковом состоянии, потому что около получаса знакомства, и уже так откровенно, и это, кажется, вводит в какое-то бешенство, потому что жутко заводит, до каких-то непонятных мурашек, Крис явно стыдится за свою реакцию, уже заново стараясь совладать с телом. - Что ты хотел взять? - Ром, коньяк, абсент, – Тао загибает пальцы, - виски, бренди? - Ром? – Крис расстегивает свой рюкзак, показывая содержимое, и Тао вновь удовлетворенно улыбается, хватаясь за руль. - А ты всегда носишь с собой такой алкоголь? - Только когда предчувствую интересные встречи. // Дверь номера захлопывается у Тао за спиной, и он поворачивает ключ, неотрывно смотря в глаза пятящемуся назад Крису. У того уже во всю эрекция, и с каждым движением чужого тела Ифань хмурится, проклиная все на этом белом свете, что кровати в номерах ставят в отдельную комнату. Тао делает несколько глотков рома из горла, не жмурясь и не кривясь, что вновь несказанно удивляет Криса, до такой степени, что он уже начинает побаиваться за свое право быть сверху. Тао передает бутылку из рук в руки и, зачесав челку пальцами назад, обхватывает чужое лицо ладонями, соприкасаясь губами и целуя с жадностью, глубоко и слишком, пожалуй, развязно. Крис чувствует горький привкус рома и прижимает Тао к себе за талию двумя руками, чувствуя под пальцами его крепкий пресс. Ифань небрежно роняет открытую бутылку на пол, обливая мягкий бежевый ковролин снятого номера. Все это кажется каким-то грязным и вульгарным до ужаса, однако от Тао просто кружится голова, когда он первым оказывается на кровати и торопливо избавляется от половины одежды сразу. Крис снимает с себя футболку, обнажая крупное тело со шрамами от прошедших насквозь пуль на плече в давней перестрелке, Тао тянет мужчину на себя, ощущая его поцелуи на своей шее, плечах и разгоряченном торсе. Комната наполняется тяжелым дыханием. - Будет что-то вроде легкого утреннего секса? - Пожалуй, слишком легкого, - саркастически произносит Крис, в перерыве между перемещениями своих губ по чужому телу. Он стягивает с себя и Тао джинсы вместе с боксерами, накрывая юношу собой и пытаясь обхватить сразу два члена в руке, Тао протяжно стонет и уже начинает подрагивать от каждого прикосновения, когда его снова целуют в губы и просят перевернуться, настойчиво поглаживая внутреннюю часть бедра ближе к ягодицам. Тао слушается, и Крис грубо и с явным удовольствием сжимает ягодицы Тао, когда тот опускается лицом в кровать, прогнувшись в спине как можно сильнее, чувствуя, как Крис медленно надрачивает ему и что-то шепотом бормочет с нескрываемым удовлетворением. Ифань плевком смачивает пальцы и, замечая, что Тао достаточно раскрыт, с нетерпеливой дрожью вводит сразу два пальца внутрь, безошибочно стимулируя простату. Крис этими манипуляциями заставляет юношу инстинктивно шире расставить ноги и сжать ткань постельного белья в зубах. Тао мелко дрожит и стонет от каждого движения, и Крис самодовольно ухмыляется, разводя пальцы внутри и второй ладонью сжимая круглую ягодицу парня. - Такой похотливый мальчик, - шепчет Крис, - ты не интересовался, какая сука сдала меня копам? – Ифань поглаживает чужую поясницу, отчего Тао слишком остро реагирует и выгибается сильнее, чувствуя еще два пальца внутри. Он сжимает простынь в кулаках и почти стягивает ее с краев кровати, давясь стонами, когда Крис двигает рукой внутри, соскальзывая вниз к простате и выходя почти до конца, после снова растягивая. Крис непривычно медлит, непривычно долго мучает партнера рукой, тот буквально хнычет и расставляет ноги шире, хотя, казалось бы, это предел. - Я та самая сука, - сквозь стоны и с явным усилием проговаривает Тао, выгибаясь еще, - проходил мимо случайно под кайфом, заметил. Ты мне тогда так понравился жутко. - Что, мать твою? – громко спрашивает Крис, торопливо проводя рукой по члену несколько раз, размазывая смазку, и следом юноша вскрикивает, когда Крис входит грубо и быстро, сжимая в широких ладонях чужие узкие бедра. Крис торопится, соприкасаясь кожей, постоянно сжимая чужие бедра почти до синяков, стискивая зубы и низко постанывая от податливой гибкости Тао. Он привстает на локтях и громко стонет, потому что теперь любовник попадает по простате с каждой новой фрикцией. Цзытао стонет так, как никогда не стонал. Крис встает одним коленом на кровать и увеличивает темп, громко втягивая в легкие воздух и закусывая губу. Изнывая от желания и невесть откуда взявшейся злости, Ифань хочет оттрахать это гибкое тело, как следует, хочет выместить на нем всю свою ярость, что накопилась за прошедшее время. Он ощупывает чужие бедра и спину, зарываясь ладонью во взмокшие темные волосы на затылке. Тао поднимается на вытянутых руках и чувствует, как Крис обнимает его за грудь, помогая прижаться спиной. Сильная хватка мешает дышать, юноша давится вздохами и откидывает голову на чужое плечо, жадно пытаясь надышаться, пока Крис лениво двигается внутри, поглаживая тонкую шею и крепкую грудь пальцами. - Я пока что думаю, верить тебе или нет, - Крис пережимает юношеское горло, и Тао почему-то не думает дергаться, испытывая почти сумасшедшее удовольствие пульсом в висках. В глазах темнеет рубиновыми вспышками, руки инстинктивно пытаются сбросить чужие, и внезапно слабеют, как и все тело, потому что Тао не успевает уследить за своими чувствами, когда кончает и хрипит, потому что воздуха совершенно нет и Крис за спиной громко и низко стонет, несознательно сжимая руки на чужой груди в содрогании оргазмом. Пара ленивых фрикций, и Крис оставляет ослабшее тело на смятой постели, сваливаясь рядом и тяжело втягивая заметно потеплевший воздух номера. - А ты хорош для четырех лет без секса, - как бы между прочим и оценивающе говорит Тао и поворачивает голову на Криса, расслабленно закрывшего глаза и пытающегося восстановить дыхание. - В тюрьме не так хреново живется, как ты думаешь, - Крис говорит умиротворенно и немного отрывисто, Тао замечает в нем нотки раздражения и изнеможенной усталости. - Ты изменял Чонину там? Ифань и не думает отвечать, кажется, начав дышать еще чаще. - Злишься? - Зачем ты это сделал? - Знаешь, тебя бы все равно вычислили рано или поздно, или свалили бы вину на тебя при поимке, потому что ты слишком много сделал в своей жизни, не мне тебе это говорить. А меня бы потом тоже припекли, как помощника в преступлении. В самом деле, ты отсидел вполне заслуженно, - Тао поворачивает голову обратно и тоже закрывает глаза, чувствуя проходящие по телу мурашки от прохлады и еще чего-то, что называется послеоргазменным состоянием. Крис продолжает молчать, и уверенность в себе медленно, но верно убывает, Тао даже беспокоится и еще раз краем глаза смотрит на чужое лицо, не выражавшее совершенно никаких эмоций. Еще страшнее. Крис резко поднимается, принимаясь одеваться. - Ифань, - Тао дергает его за руку, получая полный ненависти взгляд, и даже пугаясь такого Криса, пугаясь его темных глаз, накрытых изогнутыми в недовольстве бровями, пугаясь его резкого вдоха и напрягшихся мышц по всему телу. До юноши, наконец, доходит, что не стоило так резко и открыто, потому что этот человек, все-таки, позавчера вышедший из тюрьмы, этот человек знает все смертельные области на теле человека, этот человек виртуозно обращается с несколькими видами оружия, и, в конце концов, выглядит несколько крупнее. Тао потихоньку овладевает паника, однако Крис, одевшись, грубо ругается и покидает номер, рассерженно пнув ни в чем не повинную бутылку рома, продолжающую разбрызгивать свое содержимое на ковролин.