"Подарок для именинника"

Со временем у коммодора, действительно, было напряженно, тут он доктора не обманывал. Тем более, что пришлось торчать в медчасти, а потом разыскивать «подарок», приглянувшийся оборзевшим сержантам. Поэтому, сдав Хисоку на попечение Меррита, он отправился на разрешение очередного комплекса проблем – остатки джексонианского персонала, запертого в шлюзах, представляли собой разношерстную и буйную массу, объединенную только желанием вырваться и наделать неприятностей. Желающих сотрудничать среди них не находилось, а если бы нашлись, их бы по-тихому придавили свои же. Большую часть инфобазы местные компьютерщики успели уничтожить, когда стало ясно, что отстоять базу не удается. А информация наемникам была очень нужна, и сложность состояла в том, что самая важная, как водится, накопителям вообще не доверялась, хранилась в головах. Двое из топ-состава базы, попавшие живыми в руки наемников, носили в себе психологический блок, который привел во время допроса к их смерти. Остальные либо погибли, либо их предстояло с немалым трудом отыскивать среди толпы пленных. Задача из серии поисков черной кошки в темной комнате. И не факт, что кошка вообще там есть. Палавер привык к тому, что при случае начальник мог свалить на него любые вопросы – от снабжения и связей с прессой, до дурацких антропологических экспериментов, когда понадобилось наладить контакт с одной слегка фанатичной общиной антимилитаристского толка. Это у него называлось «подготовкой высших кадров» и «решением текущих проблем». Но работу контрразведчика Йенг точно своим призванием не считал. Но Ханце – хоть бы опять его криз не прихватил, опять работа завалит! - поручил поиск потенциальных информаторов именно ему. Коммодору Палаверу. Может, правда, пойти, сдаться доку? Закатает в лазарет, повод найдет, и пусть-ка Ханце сам помается… Беда состояла в том, что когда пленных «трамбовали» в шлюзы, было не до сортировки, кто тут кто, ситуация была еще не вполне под контролем. Но оказалось, что источники ценной информации придется искать вновь, уже в этой толпе, перемешавшейся и достаточно опасной. И кого именно искать? Перед штурмом наемники имели сведения о верхушке руководства базы, но не о всех же замах и помощниках. Очередной допрос дал крайне мало толку – даже от с-пентотала мало толку, если допрашивающий ведет допрос практически вслепую. - Кто еще мог иметь сведения о координатах склада боеприпасов и оружия? Неужели и капитан Зиру не имел заместителя? – допытывался Герстен у очередного пленного, радостно улыбавшегося под воздействием «сыворотки правды». Палавер, как подобает начальнику, лишний раз голос не напрягал, сидел чуть позади, пытаясь сформулировать следующий вопрос так, что бы вытянуть из бестолкового клубка болтовни хоть одну путеводную ниточку. – Кто помогал ему в течение последнего времени? А неофициально? Опять без толку. Говорит все, только ничего нужного не знает. - Конвой! Этого – обратно в шлюз. Антидот не надо, сам оклемается. Впрочем, кое-что интересное все же всплывало, но это кое-что было мало актуальным по сравнению с координатами этого долбанного склада на безымянном астероиде. А если упустить момент, барон Сейр успеет добраться до него раньше и такой роскошный приз уплывет из рук только потому, что не удалось вытрясти жалкие несколько байтов информации вовремя. Вечером, уже зайдя к себе, Палавер принял на комм вызов от Ханце. - Не дозвониться до вас прямо, - бурчало начальство, впрочем, не очень раздраженно. Что комм-связь внутри базы из рук вон плоха, все знали с первого дня. - Где вы? - Уже у себя, - откликнулся Палавер. - Если честно, только освободился и намеревался отдохнуть. Что-то срочное? - Да это третий день как срочно, - буркнул Ханце, - и все никак… Знаете, я неподалеку, пожалуй заскочу на несколько минут и потом отдыхайте на доброе здоровье… Нальете начальнику в счет прошедшего праздника, а? – Ханце хохотнул, показывая, что общается неформально, и отключился. -Угу… Если еще осталось… - вздохнул Палавер, уже опуская руку с комом. – Меррит, что там насчет выпивки? Коммодор Ханце зайдет сейчас. Не ожидая ответа, он снял фуражку, но китель лишь расстегнул, все же полноценный отдых пока откладывается. Фуражку из его рук взял Хисока. Мертвенная бледность на его лице уже сменилась просто бледностью, видимо, на пользу пошли синергин и полупостельный режим. Когда коммодор вошел, мальчик, опять в своей прежней одежде, полусидел на постели, держа в руках какую-то потертую древность, в которой Йенг опознал терранский планшет. На нем Меррит иногда раскладывал какие-то невстебенные пасьянсы и писал письма. То ли Хисока умудрился обаять его за это время, то ли сержанту стало жаль умученного паренька, и он принес свой любимый антиквариат, что бы хоть как-то поразвлечь его. Но, увидев своего нового владельца, Хисока немедля сполз с постели и сунулся помочь снять верхнюю одежду. Он ощутимо пытался понравиться, быть полезным, а на лице замерла еле заметная готовность улыбнуться навстречу. И, похоже, он, действительно был рад. Фуражку Палавер ему доверил, но снимать китель не стал. В первую минуту он подумал, не отправить ли парня в соседнюю комнату, но тут же понял, что нельзя. В дурацких апартаментах между комнатами не было дверей – только проем и, отослав Хисоку туда, он создавал нелепую ситуацию. Ханце будет считать, что посторонних нет, а на самом деле – есть. Если очень секретно, пусть прикажет отослать Хисоку, тогда и придется что-то сделать. Едва успел посетить санитарный блок, как в дверь стукнули. Ханце. У начальства фуражку принял Меррит. Хисока, повинуясь кивку Палавера, вновь угнездился на кровати с планшетом и старательно прикинулся еще одной подушкой. Коммодор Ханце воззрился на него с недоумением, но, видимо, вспомнил странные слухи насчет подарка для Палавера на день рождения и ничего по этому поводу не сказал. Виски и тоник Палавер налил сам, подняли стаканы в приветственном жесте, выпили. - Так никаких пока результатов? – осведомился Ханце. - Опять пусто-пусто? Кто там еще мог иметь доступ к серьезной информации из ныне здравствующих? Кто-то должен был заменять местного каптенармуса в экстренном случае. Палавер лишь пошевелил бровями – мол, да, конечно, знать бы только кто… Повисшую мрачную тишину нарушил негромкий голосок Хисоки: - Лейтенант Эрудан или суб-лейтенант Корби, возможно… Корби при штурме должен был уцелеть, он в лазарете был с переломом, а Эрудана вели под конвоем с другими, когда… меня к вам … эээ… ну, я видел его… Офицеры обменялись взглядами и дружно уставились на парня, у которого от пристального внимания проступил легкий румянец. - А ты откуда знаешь? – тяжело выговорил Палавер. Хисока затравлено посмотрел,но ответил: - Я иногда присутствовал на совещаниях… А память у меня почти эйдетическая, это спецификация такая. Капитан Зиру говорил, что поручил инспекцию склада лейтенанту Эрудану, и речь наверняка шла именно об оружейном складе, совещание начиналось с этого вопроса… А Корби должен был сменить Зиру, когда он в отпуск уедет. -Ясно… Так ты должен знать немало интересных подробностей… Только с какой стати ты присутствовал на совещаниях? - Ханце нехорошо прищурился. - В качестве советника, что ли? Объясни. Чего молчишь? С с-пентоталом тебя допрашивать? Лицо Хисоки стало совсем детским из-за блестящих в глазах слез и искривленных губ. Он явно старался сдержаться, но, услышав про с-пентотал, почему-то ободрился. - Да-да, так даже лучше, - заспешил он, - можно с пентоталом, и я все расскажу, и память это подстегивает, только утомляет очень. - Утомляет? – хмыкнул Ханце, - придется потерпеть. Коммодор, пошлите ординарца за допросным комплектом, раз уж нам предлагают… Меррит перехватил взгляд Палавера и вышел за дверь. Офицеры вновь уставились на парня, сидящего на постели с поджатыми к груди коленями. Он вздохнул, положил планшет, встал и подошел к ним. У Палавера стало нехорошо на душе от покорного вида Хисоки. Тот будто ждал наказания или чего-то в этом роде. - Как выглядят эти… Корби и Эрудан? Опиши, - сказал Палавер. - Корби немного старше вас, примерно на пару сантиметров ниже, - Хисока опять заторопился, - волосы темно-рыжие, руки очень крупные, а вот тут, - он провел пальцем по лицу и поморщился, наткнувшись на свежую ссадину, - тут глубокий шрам, корявый такой. Очень заметно. И он может и не быть с военными, может, прячется среди кухонных работников, главный повар – его любовник, тут ведь женщин почти не бывает… А Эрудан молодой, выглядит моложе вас, тоже чуть ниже и светлый, как альбинос, глаза бледно-голубые… Память у него действительно была, это да... Он подробно отвечал на уточняющие вопросы и даже высказывал соображения. Осторожные. Ханце уже через несколько минут воодушевился так, что вызвал дежурного и дал ему подробное описание, кого надо поскорее отыскать среди пленных, пока все равно допрашивают Хисоку. Сразу после этого принесли комплект для допроса. Принес его малознакомый Палаверу капрал, который с нескрываемым любопытством зашарил глазами по комнате, косясь на Хисоку. Палавер мгновенно понял, какие слухи поползут по базе через какой-нибудь час. Хисоку не просто подстилкой назовут – шпионом. Или еще кем, похуже. Решение было принято тут же. -Да не бойся, малыш, - отчетливо произнес он, хотя страха особенного на лице Хисоки не видел, лишь подавленность, - я тут побуду. Садись на кровать, это будет недолго. Хисока благодарно кивнул и уселся, даже потянул вверх рукав, оголяя длинную, немного тощую руку с обширным синяком повыше локтя. Передумал, оголил другую. - Подождите за дверью, капрал, - сказал Палавер, надеясь, что его слова в адрес Хисоки капралом поняты правильно. Пусть если и болтает, то о том, что мальчишка не под подозрением, а под покровительством у коммодора. Ханце, похоже, этот ход Палавера истолковал верно. Укоризненно глянул и велел приступать. Развернулся на табурете так, что бы смотреть в упор на допрашиваемого и стал ждать. Палавер достал из набора пластырь для пробы на аллергическую реакцию, но Хисока уверенно заявил, что аллергии у него нет. С-пентотал ему уже вводили. Палавер вернул пластырь на место и взял блестящий инъектор. Вид обнаженной руки почему-то немедленно напомнил ему о другом моменте, когда он смотрел не на руку, а на голые ноги, крепкие и длинные, как у взрослого, гладкие, как у маленького ребенка… Он едва не затряс головой, чтобы отогнать слишком жаркое воспоминание и прижал инъектор к коже. - Считай от десяти до нуля, - машинально скомандовал он. Все должно быть, как положено… - …три, два, один, ноль, - договорил Хисока и поднял глаза со своих сцепленных рук на Палавера. Руки расслабились, лицо – тоже, он нежно и рассеянно улыбнулся. Палавер с усилием оторвал взгляд от этой улыбки и перевел на Ханце. Допрос начался. - Имя? - Хисока Тэфи… - Ты из дома Тэфи или просто назвался так? - Из дома Тэфи…я даже по геному принадлежу к Тэфи, примерно на треть, господин говорил… -Стоп, - прервал его Ханце, - а когда ты сказал нам об этих офицерах - Корби и Эрудане – ты говорил правду? И полностью уверен в том, что сказал? - Да-да, - закивал Хисока, - я ведь слышал все сам, а остальное понял. Они думали, что раз я почти не говорю, так я и не думаю… Ханце вновь прервал его, отчасти нарушая стандартную процедуру: - А как получилось, что ты, чужак, присутствовал на совещаниях главы Дома с его офицерами? Хисока, продолжая рассеянно улыбаться, вздохнул и чуть помедлил. С учетом воздействия с-пентотала, это означало сильнейшее нежелание отвечать, когда не то, что выговорить – думать тошно. Но химия была сильнее естественных реакций и он послушно заговорил: - Барон Сейр любит дразнить подчиненных, чтобы они были вынуждены держать себя в руках. Меня он туда приводил, наверное, для этого. Сажал на пол рядом с креслом, когда от него ждали ответ – начинал гладить меня или совать в рот конфеты. И всем приходилось ждать. А иногда…велел делать минет. Пока кто-то докладывал. Палавер и Ханце потрясенно молчали. Сомневаться в правдивости ответов под с-пентоталом не приходилось и стала понятной «хитрость» Хисоки. Он решил обмануть собственную психику - о чем невыносимо было говорить вслух, он рассказал под воздействием медикамента, когда желание отвечать неудержимо и сильнее всех прочих чувств. Допрос продолжался еще некоторое время. Информация, пусть и обрывочная, имела определенную ценность, а у Палавера теперь появилась четкая уверенность, что Хисока и правда считает Сейра только врагом и будет рад навредить ему. Видимо, к этому же выводу пришел и Ханце. - Ладно, - почти доброжелательно сказал он, - что нужно, я узнал, пора идти. Думаю, Эрудана и Корби либо доставили, либо доставят с минуты на минуту. С парнем, полагаю, разберетесь сами? - Конечно,- кивнул Палавер. Неожиданное, однако, было продолжение у короткого разговора под стаканчик виски… Ханце еще великодушие проявил – не потащил с собой пленных допрашивать, а ведь мог… Когда дверь за начальником закрылась, Йенг перевел дух и взял из коробки инъектор с антидотом – зачем ждать, пока действие с-пентотала пройдет само? Хисока не заслужил такого издевательства - еще больше часа оставаться болтливым придурком. И, уже поднеся к плечу мальчика антидот, Йенг не удержался. - Скажи, я, правда, нравлюсь тебе или ты просто хочешь, что б тебя не обижали? - Правда… Вы такой, как я и раньше представлял…только я не думал тогда, что так больно будет…я о сексе с вами вообще не думал…но вы мне очень нравитесь. - Ясно, - вздохнул Йенг, прижимая к руке мальчика инъектор. – так больно? Это надо исправить. Потом они некоторое время посидели молча. Меррит, принесший ужин, появился очень кстати – сразу нашлось, чем заняться, а то неловкость, которую испытывали и Йенг, и Хисока стала почти ощутимой. -Ладно, - произнес Палавер, прикончив большую часть своей порции, - я-то болтать о том, что с тобой было, не намерен, Ханце тоже сплетничать не будет – не такой человек. И больше с тобой такого не случится. Я тебе сладкой жизни не обещаю, но издеваться не люблю. Наказать могу, если что – сам и взгрею, мало не будет. Хисока, старательно уплетавший свое, серьезно кивнул и спросил: - А теперь что будет? Ну, насчет того, что у меня спрашивали? Будете искать этот склад? Сегодня? Палавер усмехнулся. – Забудь про склад и все прочее, пока не спросят. Я или коммодор Ханце. И вообще – не болтай ни с кем об этом. И… иди сюда. Он одним глотком допил оставшийся сок, подождал, пока Хисока обойдет стол, поймал его за талию и усадил на колени. – Ну, что, как у тебя … тут? – он плотно огладил ладонью теплый округлый задок, осторожно прижавшийся к его животу, - только не ври! Я за это и наказать могу. - Болит… но проходит уже, - тихонько ответил паренек, не глядя ему в лицо. – Но, если хотите, я вам все равно хорошо сделаю, ммм? Йенг свободной рукой повернул его лицо к себе и закрыл рот поцелуем. Поцеловал не спеша, крепко, хотя и не пытаясь просунуть язык. – Хочу, - произнес он, оторвавшись от мягких губ, - но не будем. Не время. – У него вдруг мелькнула мысль, что Хисоке неприятно целоваться, ведь почти не ответил на поцелуй. Он уже приоткрыл рот, чтобы спросить, но тут Хисока повернулся к нему, сильно обхватил руками, и сдавлено прошептал в плечо: - И вам не противно целовать меня? И тут Палавер захохотал. Отсмеявшись, он скинул наконец-то китель и ботинки, с удовольствием вытянулся на постели поверх одеяла и потянул к себе свой «подарочек». – Ты вообще не противный, - сказал он, просовывая пальцы в мягкие волосы повыше нетуго заплетенной косы, - ни сверху, ни снизу не противный. Ошейник этот еще снять и будешь вообще что надо. Они даже не поцеловались больше, просто лежали, в одежде, прижавшись друг к другу. Только время от времени Хисока длинно вздыхал и чуть-чуть менял позу, но старался не отодвигаться от Йенга. - Чего ты все вздыхаешь-то? - рассеянно спросил Палавер, но ответ получить не успел – постучали. Он стремительно вскочил, забыв о своем положении – не пристало в его звании так прыгать - потому, что его мгновенно озарила уверенность – появились долгожданные сведения о складе вооружения. А, значит, появилась срочная работа – рейд! Он угадал. Уже в дверях мимолетно улыбнулся севшему на постели парню и зашагал к командному пункту, обгоняя посыльного. Ханце выглядел настолько довольным, насколько вообще умел. По описанию Хисоки взяли троих – и не ошиблись. Беловолосых-голубоглазых нужного возраста оказалось двое, один и был лейтенантом Сафиром Эруданом. Корби нашелся тоже, но все, что он сказал под дозой с-пентотала, только подтвердило информацию, полученную от Эрудана. К приходу Палавера Ханце уже приказал готовить к вылету десантный катер и штурм-группу. - Только скажите, что командовать группой буду не я… - Конечно вы, Йенг, - усмехнулся Ханце, - я что – молодой не был? Сам хочу, да не по чину. Дальше все не пошло – полетело. Полуброня с легкими сервоприводами и встроенным оружием, ручной плазмотрон, Меррит, сующий ему пакет со слабеньким «боевым коктейлем», короткие распоряжения насчет Хисоки, азартно молчащая группа в кубрике катера - здоровенные парни в броне, похожие на оживший кошмар пацифиста - и тесноватая пилотская кабина, где Палавер в полуброне еле помещался позади пилотских мест. Старт.