Все или Ничего

Дождь зарядил на полную силу, начался трехнедельный сезон дождей. После этого традиционно вода уходила около недели, а затем наступала зима. Эдмунд сидел в поместье целыми днями, находясь где-то между столовой, библиотекой и своей комнатой. Он старался по возможности как можно меньше соприкасаться с Чезаре, хотя продолжал исправно завтракать, обедать и ужинать в его обществе. Альфа был ненавязчив и терпелив, он не донимал омегу своим вниманием, хотя и старался проводить с ним время. То ненадолго заглянет в комнату, предложив поиграть в карты, то придет почитать в библиотеку. Но Эдмунд всегда его осаживал, пресекая попытки пообщаться. По правде говоря, омега был несколько удивлен тем фактом, что за неделю непрекращающегося хамства и грубости Чезаре не вышел из себя. Эдмунд был уверен, что терпения мужчины хватит максимум на три дня, но он его удивил. Альфа был довольно дружелюбен и вежлив, хотя и не стеснялся острить в ответ на слова Эдмунда. Но делал это все равно не грубо, не переходил черту. Но терпение Чезаре все-таки изменило ему, когда приехала карета с Ма Шером. Кучер с трудом проехал по ухабистой дороге. К счастью дорога сама по себе была скалистой, карета не увязла в грязи. Эдмунд видел из окна, как слуга открыл дверь кареты и в ужасе отшатнулся. На него с ревом бросился Ма Шер. Эдмунд буквально выбежал из комнаты, побежал по лестнице вниз. Когда он вылетел ко входной двери, перед глазами предстала следующая картина: несчастный слуга трясется у стены, тщетно пытаясь вжаться в нее, а Ма Шер медленно наступает, сверкая синими глазищами. Эдмунд на периферии сознания отметил, что при ходьбе у него сильнее стали выпирать лопатки. Зверь прилично похудел, черная морда как-то осунулась. - Ма Шер! - громко произнес омега и хлопнул в ладоши, привлекая внимание огромной кошки. Слуга уставился на парня как на сумасшедшего. Гигантский кот развернулся, вперил тяжелый взгляд в Эдмунда. На мгновение тому показалось, что зверь его не узнает. Но потом взгляд стремительно потеплел, Ма Шер утробно замурчал и в один прыжок преодолел расстояние, разделявшее его от хозяина. Встал на задние лапы, повалил его куда-то назад, в незапертую дверь. Эдмунд упал на пол, Ма Шер придавил его сверху всем весом, громко урчал и лизал лицо. Вдруг с лестницы послышались тяжелые шаги, громкий крик, и в следующее мгновение Чезаре буквально сбил Ма Шера. Кот приземлился на все четыре лапы, грозно зарычал. Шерсть встала дыбом, обнажились идеально белые клыки. Чезаре чуть согнул ноги, сузил разные глаза, растопырил руки, желая казаться больше, чем он есть. Два хищника, готовые к смертельному броску. - Иди отсюда, - прошипел альфа Эдмунду, не спуская глаз со зверя. - Прекратите немедленно! - грозно сказал омега, подходя ближе. Ни Ма Шер, ни Чезаре не обратили на слова внимания. - Чезаре, отойди от него. Он... - Уходи, пока можешь! - гаркнул альфа. Ма Шер оскалился, Эдмунд видел, как гигантский зверь чуть присаживается, явно готовясь прыгнуть в следующее мгновение. Омега решительно встал перед Чезаре, зная, что на него зверь не прыгнет. Мужчина попытался оттолкнуть мужа, но тот только подошел вплотную к коту. Ма Шер, злобно глянув на альфу, ткнулся в ладонь хозяина. Эдмунд погладил его за ухом, обнял за шею, чувствуя, как расслабляются стальные мышцы. Чезаре шумно выдохнул. - Мой господин! - послышался знакомый голос от двери. Чезаре и Эдмунд разом дернулись. В дверях стояла... Айви, кутаясь в чересчур большой для нее плащ. - Айви?! - воскликнул омега. - Ты что тут делаешь? - буквально выплюнул мужчина, взвинченный до предела выходкой здоровенного кота. Чезаре думал, что зверь бросился на Эдмунда. На первый взгляд выглядело это именно так. А теперь... мужчина чувствовал себя законченным идиотом и от этого злился еще больше. Айви затравленно глянула на альфу, но все-таки подошла и встала рядом с Эдмундом. - Как ты...? - Эдмунд не закончил. - Лорд Николас подумал, что вам понадобится служанка и я... - Она уедет, - проскрежетал Чезаре. - Нет, - твердо ответил Эдмунд, внутренне подбираясь. - Про девчонку уговора не было. Она уедет. - Мне нужен компаньон. Она остается. Айви переводила взгляд с одного разгневанного супруга на другого. - Чтобы вообще можно было не показываться мне на глаза? Нет. Она уедет сегодня же. Скажи спасибо, что не отошлю твое чудовище вместе с ней. - Если ты это сделаешь, я уеду следом. - Если я оставлю кота, то ты не уедешь. Иначе нарушишь договор. Ты уже его нарушаешь, - с нажимом проговорил мужчина. - Айви никуда не уедет, - твердо повторил Эдмунд. - Ни за что. - Если она останется здесь, то и тебе придется пойти на уступки. По-другому никак. - Что тебе нужно на этот раз? - прищурился омега. - Что ты можешь предложить? - неожиданно вкрадчиво спросил Чезаре. Он был раздражен, зол. Нежданная гостья, явно присланная, чтоб шпионить и все докладывать, вывела его из себя. Так Эдмунд никогда не расслабится, даже не попытается этого сделать, потому что эта девчонка постоянно будет подпитывать его страх и неприязнь. Еще и этот кот! Будь он неладен! - Я буду проводить в твоем обществе час в день. - Два часа. И совместные приемы пищи сюда не входят. - Согласен. Чезаре удовлетворенно кивнул. Хоть какая-то приятная новость за последний час. Альфа встретился взглядом с гигантским зверем, тот оскалился. Чезаре подавил в себе желание продемонстрировать зубы в ответ. - Если твой... зверь кого-то здесь тронет, я отошлю его назад, - предупредил мужчина. - Если к нему не будет никто лезть, то Ма Шер ничего не сделает. - Посмотрим. - Что-то случится с ним, и я немедленно уеду, - прищурился Эдмунд. - Все с твоим... Ма Шером будет в порядке. Пускай сам не нарывается. - Он не будет. - Это прекрасно, - альфа глубоко вздохнул, потихоньку успокаиваясь. Надо было взять себя в руки. - Помощь какая-то нужна? - Нет. - Уверен? - Я уже ответил. - Ты знаешь, где меня найти. С этими словами Чезаре прошел мимо Ма Шера, смерив его откровенно ненавидящим взглядом, затем скрылся на лестнице. Только после этого Эдмунд вздохнул спокойно. Ему самому не верилось, что он выиграл этот бой. Второй раз он так уже не повторит. Но Бездна! Он отвоевал Айви! Девушка же выглядела откровенно напуганной. Личико побледнело, глаза расширились. Эдмунд видел, как на тоненькой шейке колотится синеватая жилка. Омега взял Айви за руку, чуть погладил, успокаивая. - Пойдем, - произнес омега. - Сейчас отдохнешь и все мне расскажешь. Айви кивнула, и они направились наверх. Ошарашенная девушка выбрала совсем небольшую комнатку рядом с комнатой Эдмунда, после чего парень приказал ее подготовить. А сам уединился с девушкой в своей спальне. Вскоре принесли горячего вина и пышного белого хлеба со специями и сыром. Айви сняла плащ, показав скромное темно-коричневой платье. Вино немного успокоило ее нервы, и девушка принялась рассказывать, что творится в Даунхерсте. После отъезда Эдмунда Ник отлеживался два дня. Он в основном спал, мало ел. Но потом ему стало лучше, и омега начал продумывать план, как обеспечить Эдмунда поддержкой внутри "вражеской территории". Мирту, который не уехал как и все остальные, сразу на ум пришла Айви, которая согласилась немедленно. Чезаре она боялась, но Эдмунда любила еще больше. А беспокоилась едва ли не сильнее, чем Ник. Потому было решено, что она поедет с Ма Шером. Из Даунхерста пока что никто не уехал. Мирт следил, чтобы Ник не сходил с ума больше, чем обычно, Кайл придумывал самые изощренные способы убийства Чезаре и попеременно озвучивал их вслух. Эйдан чуть ли не носом землю рыл, пытаясь по второму кругу найти способ развести Эдмунда с мужем. Мирт уже устал говорить всем, что это невозможно. Он по всем странам мира искал этот способ пятнадцать лет назад, предлагал любые деньги, но все было безуспешно. Было высказано предложение обратиться к королю, раз уж Рик его кузен, но потом идею отклонили. Слишком опасно. Возникнет слишком много вопросов, почему семья и Эдмунд не сообщили о пирате сразу же. А потопить Даунхерстов хотели слишком многие, никому не нравилось, как росло влияние семьи. Тут играло роль и предательство Трэвиса. Эдмунда можно будет обвинить в пособничестве головорезу, которое каралось наравне с его преступлениями, и добавить, что братья-близнецы совершенно одинаковы: обоим не писан закон. После рассказа Айви Эдмунд решил написать семье еще одно письмо. Чтобы успокоить всех, уверить, что все в порядке. Если подумать, то все пока что действительно было относительно в порядке. До сегодняшнего дня альфа не проявлял агрессии. Так что можно будет написать правду: с Эдмундом все в порядке, Чезаре его не донимает, они практически не общаются. Правда, теперь придется проводить в обществе альфы по крайней мере два часа в день, но это омега как-нибудь переживет. Вечером Эдмунд оставил Айви отдыхать наверху, а сам спустился в малую столовую. Чезаре его уже ждал. На омеге были светлые брюки свободного кроя и нежно-голубая рубашка с завязками под горлом. Воспитание не позволяло омеге не переодеваться к ужину, хотя тот и происходил в обществе мужа. - Как твой компаньон? Не зачахла после дороги? - поприветствовал мужчина мужа. Следом за ним вошел Ма Шер, и Чезаре вновь начинал раздражаться, вспоминая утреннее происшествие. - Нет. Решила отдохнуть, - спокойно ответил омега, садясь за стол. Перед ним тут же появилась тарелка прекрасного мяса с соусом из белых грибов. Чезаре замолчал и тоже принялся за еду. Ему хотелось сказать какую-то гадость, потому альфа решил промолчать. Хотя само присутствие девчонки в его доме раздражало. Еще и котяра этот. Теперь к Эдмунду будет подступиться втрое сложнее. Не так протянешь руку - ее мигом оттяпают белые зубы, скажешь не то слово - Айви тут же донесет кузену мужа. Просто прекрасно. Ситуация начинала медленно выходить из под контроля, а этого мужчина сильно не любил. Это его бесило, но альфа старался сдерживаться. Не надо пугать Эдмунда почем зря. Когда ужин закончился, Чезаре галантно открыл перед Эдмундом дверь в гостиную. Омега удивленно глянул на него, но вспомнив уговор прошел в смежную комнату. Два часа - это совсем немного по сравнению с перспективой общения с Айви. Эдмунд присел на диван, мужчина сел рядом, омега отодвинулся. Чезаре пожал плечами, развернулся в пол оборота, подпер голову рукой. Его взгляд будто ощупывал парня, будто альфа не мог наглядеться на него. - О чем поговорим? - негромко спросил Чезаре. Было тихо-тихо, только дождь барабанил за окном. - Нам совсем не обязательно разговаривать, - ровно ответил омега, не смотря на мужа. - Я сказал, что буду проводить в твоем обществе два часа. Я сижу рядом с тобой. Этого достаточно. Внезапно альфа расхохотался во весь голос. Он смеялся, запрокинув голову, вместе с ним трясся диван. Чезаре вдруг стало очень смешно. В конце концов! Он сидит здесь, пытается разговорить собственного мужа. Тот ерепенится, а альфа это терпит! Да скажи ему кто-нибудь об этом год назад, смельчак получил бы по морде. Но сейчас... Так хотелось схватить этого омегу в охапку и потащить наверх. А потом... он напомнит синеглазке, как можно проводить время без разговоров. Когда все слова вылетают из головы, когда ничего не остается кроме чувств и ощущений. Боги, как же хотелось услышать его тихий стон, вскрик, шумный вздох... Может быть тогда Эдмунд забудет про все свои колкие словечки и напускное равнодушие? Но омега сейчас не сможет это принять. И ничего кроме минутного удовольствия мужчина не добьется. А ему нужен был Эдмунд целиком и полностью. - Конечно, можем не разговаривать, - очень тихо сказал Чезаре, закончив смеяться. Эдмунд ошарашенно на него уставился. - Есть другое чУдное занятие, - лукаво проговорил мужчина, начиная наклоняться к мужу. - Лучше поговорим, - поспешно сказал Эдмунд, вставая с дивана. Альфа улыбнулся будто сам себе. - Хорошо. Поговорим о тебе. - Почему обо мне? - внезапно напрягся Эдмунд. Чезаре прямо физически это ощутил, и не мог понять, откуда возникла такая внезапная реакция. - Есть множество других интересных тем для разговора. - Брось. Расскажи о себе чуть-чуть. Я не прошу всю подноготную, - мягко произнес мужчина. - Ты давно живешь с кузеном? - Седьмой год, - деревянно ответил Эдмунд. - Предвидя твой следующий вопрос отвечу, что был абсолютно счастлив, пока не появился ты. - Тебе обязательно отпускать колкости всякий раз, когда я с тобой разговариваю? Я же хорошо себя веду, - усмехнулся Чезаре. - Мне так хочется. Ты не думал объяснять мне мотивы своих поступков. Теперь я не хочу ничего объяснять тебе, - прищурился Эдмунд. - Если спросишь, то я отвечу, - спокойно произнес Чезаре, выпрямляясь на диване. - Но тебе ведь не хочется знать, я прав? Ты уже составил свое мнение и менять его не собираешься. - А должен? - Ты ничего не должен ни мне, ни другим, - флегматично пожал плечами Чезаре. - Никто никому ничего не должен. - Не знаю как в твоем мире, а в моем у людей есть долг перед другими людьми. Перед семьей, друзьями, государством. Перед самим собой, наконец. - Долг может оказаться страшной ловушкой. - Для кого как. Чезаре на мгновение прикрыл глаза. Он не мог понять, что сказал такого, отчего Эдмунд так ощетинился. Он и раньше был не слишком любезен, но теперь... Будто маленький дикий зверек, которого напугали, а потому он начал кусаться. Что стало спусковым крючком? Простая просьба рассказать о себе? - Давай сменим тему, - предложил альфа. - Может, сыграем в карты? Эдмунд помолчал немного. - Хорошо, - наконец согласился омега. Чезаре негромко позвал слугу, который через пятнадцать минут принес новенькую колоду карт. Эдмунд с удовольствием по-разному тасовал ее, Чезаре смотрел, как проворно двигаются тонкие пальцы. Ему с первого дня нравилось просто смотреть на омегу. Спустя пару минут Эдмунд раздал карты, и игра началась. Поначалу альфа позволял мужу выигрывать раз за разом. Самолюбие альфы ничуть не страдало, а у Эдмунда немного повышалось настроение. Чезаре же очень тонко поддавался, чтобы муж не обиделся или не разозлился. Через час омега выиграл уже в четвертый раз. Альфа с удовольствием смотрел, как расслабляется омега. Он и сам не замечал этого, игра поглотила парня. - Мне надоело тебя обыгрывать, - довольно миролюбиво произнес Эдмунд. - Может, сделаем ставку? А то совсем неинтересно. - Какую? - заинтересовался Чезаре. - Желание. Но только безобидное. - Принимаю условия, - сверкнул глазами альфа. Вот это уже стало интересным. Чезаре немного оживился, чему Эдмунд совершенно не удивился. Альфа был слишком хорошим игроком, чтобы нарочно неумелый блеф мог это скрыть. Омега просто ждал, когда мужчине надоест поддаваться, потому что ему так играть было совсем неинтересно. Не то чтобы в Эдмунде проснулся азарт... просто за неделю полного молчания и изоляции он заскучал, хотя и старался об этом не думать. В этом доме было слишком тихо, как-то пусто. Эдмунд привык к детям, снующим туда-сюда, к членам семьи, которые маячили где-то поблизости, к слугам, которых то и дело встречал в коридоре. Но сейчас всего этого не было. Слуг было всего десять человек, омега их почти не видел. Все были людьми очень неразговорчивыми и какими-то чересчур осторожными. Чезаре Эдмунд отвергал раз за разом сам. Он твердо решил ему показать, что того омеги, которого он похитил, больше нет. Эдмунд сейчас совершенно другой, и он выведет этого мужчину из равновесия настолько, что он сам решит оставить мужа. Партия несколько затянулась. Чезаре пытался читать эмоции по лицу мужа, но оно было совершенно непроницаемо, омега слишком хорошо умел скрывать свои чувства от посторонних глаз. Редкое качество для омеги. Откуда оно взялось? Ведь в его семье царит мир и покой, насколько понял Чезаре. Это распаляло альфу еще больше. Эдмунд бросал ему вызов каждым своим словом, и Чезаре жаждал ответить на него. Но пока не мог, к сожалению. Всему свое время, у Чезаре есть восемь месяцев, чтоб разгадать Эдмунда. Эдмунд внимательно следил за альфой, подмечая мелкие жесты, начиная от скорости дыхания и заканчивая морганием. К несчастью, мужчина не оставлял мужу шанса. В его движениях не было никакой закономерности. Он то постукивал пальцами, то трогал шею, то поправлял манжеты рубашки. Все было очень спокойно, как-то вальяжно даже. Омега напряг все внимание, уже жалея, что сам предложил ставку. А что если Чезаре потребует чего-то немыслимого? Из-за этого Эдмунд начал слегка нервничать. Еще этот взгляд Чезаре! Будто куда-то вглубь тебя смотрит, снова захотелось куда-нибудь от этого спрятаться. И поскорее. Через полчаса партия закончилась. Эдмунд прикрыл глаза, досадуя на собственную глупость и несдержанность. Он проворонил нужный момент, испугавшись, что у мужа более выгодные карты. Они у него появились позже, и омега проиграл. Он взглянул на мужа: блестящие глаза, легкая довольная улыбка в уголках губ, мелкие морщинки собрались вокруг глаз, будто альфа готов был рассмеяться в любой момент. - Я проиграл, - негромко произнес Эдмунд. - Я знаю, - усмехнулся Чезаре, чуть наклонившись вперед. - И каково же желание? - Я еще не придумал. - Звучит неприятно. В прошлый раз ты говорил то же самое, - проворчал омега. - Я не в восторге от результата. - Не бойся, в этот раз тебе понравится. - Что именно? - скептически поинтересовался Эдмунд. - Увидишь, - сверкнул глазами альфа. С этого вечера Эдмунд и Чезаре стали каждый раз после ужина играть в карты. Иногда к ним присоединялась Айви, но обычно она очень быстро выбывала из игры. Бедняжка так нервничала в присутствии Чезаре, что едва ли не роняла карты на пол. Чезаре же подчеркнуто не обращал на нее внимания, он полностью сосредотачивался на Эдмунде. Надо отдать должное упорству омеги, за две недели после приезда Айви альфа так и не смог его разговорить. Эдмунд отказывался отвечать на простые, казалось бы безобидные вопросы. Муж очень неохотно рассказывал о жизни в Дунхерсте и категорически не хотел говорить о том, что было до этого. Чезаре это удивляло, но он честно старался не давить на мужа. Чем холоднее был Эдмунд, тем сильнее хотел его альфа. Во всех смыслах этого слова. Мужчину так и подмывало в ответ на очередную колкость схватить Эдмунда и целовать до тех пор, пока муж не перестанет сопротивляться. Чезаре бы так и сделал, если бы был уверен в успехе. Но принуждать омегу он больше не хотел. Еще больше мужчина не хотел повторения той отвратительной ночи. Партии в карты не прекращались. Иногда выигрывал Чезаре, иногда - Эдмунд. Но ни один из супругов не тратил свои желания, и они все копились и копились. Чезаре еще не придумал ничего стоящего, а омега был настороже, ожидая подвоха в любой момент. Эдмунд знал только, что если мужчина попросит что-нибудь немыслимое или невыполнимое для него, он сможет отказаться, использовав свое желание. По этой причине парень их не тратил. Дождь без устали тарабанил по стеклам, поливал землю тысячей струй. Вода собиралась на полях в огромные лужи, земля превращалась в настоящее болото. Изредка громыхал гром, сверкали молнии. Но иногда дождь будто утихал, почти прекращался. Правда, совсем ненадолго. Эдмунд проводил дни за чтением, разговорами с Айви и рисованием. С Айви было легко разговаривать. Девушкой она была неглупой, просто очень молодой, да и видела совсем немного. С ней нельзя было поговорить о философии или литературе. Как-то раз краснея и смущаясь, Айви призналась, что не умеет читать. Тогда Эдмунд стал ее учить. Это было, пожалуй, единственным его занятием. Иногда омега приходил в конюшню к Боанергосу, сам выводил его сделать пару кругов по парку под проливным дождем. Иначе конь мог застояться и заболеть. В очередной раз возвращаясь с такой прогулки, насквозь промокший Эдмунд поднимался в свою комнату. Обычно Айви в это время суток пропадала на кухне. Все-таки ей была привычнее роль служанки и помощницы, а не компаньонки. Эдмунд не обижался, он все понимал. Омега вошел в спальню, первым делом закрыл дверь и принялся стягивать через голову сырой жилет и рубашку. Ткань была холодной и неприятно липла к телу. Эдмунд чуть ли не зубами стучал от холода. Он порадовался, что в его комнате всегда горел камин, подошел поближе к огню и стал расчесывать спутавшиеся мокрые пряди волос. - Ты нашел не лучшее время, чтоб погулять, - внезапно над самым ухом произнес бархатный голос. Горячие руки легли на обнаженные плечи. Эдмунд попытался вывернуться, но Чезаре удержал его на месте. - Не беги от меня. Я же ничего не делаю. - Отпусти меня, - процедил Эдмунд. Руки Чезаре казались слишком большими и слишком горячими. Может это потому, что Эдмунд просто-напросто замерз? - Я теплый. Погрейся немного, - так же бархатно проговорил альфа, осторожно пытаясь привлечь неподатливое тело к себе. - Если ты заболеешь, твой воинственный кузен убьет меня раньше, чем я успею ему все объяснить. Постой... может, ты этого и добиваешься? - Эдмунд услышал в голосе мужчины неприкрытое лукавство. - Я очень надеялся, что ты не догадаешься, - съязвил омега. Он стоял прямо, стараясь не показывать, как сильно он нервничает. Он не видел мужа, только чувствовал тепло его тела и руки на своих плечах. Это нервировало еще сильнее. Эдмунд и сам не мог понять причину этого волнения. - Я уже согрелся, можешь отойти назад, - ровно проговорил омега. - Очень жаль, - произнес Чезаре. Вдруг он поцеловал мужа в нежную шею. Эдмунд мигом вывернулся и отошел к окну. Благо мужчина не стал его удерживать. Так и стоял у камина, глядя своими невозможными глазами. - Даже не думай об этом, - предупредил Эдмунд. Его взгляд упал на дверь. Омега прикинул, сможет ли он сбежать в случае чего. Вывод был неутешительным. Чезаре стоял слишком близко и был слишком быстрым. - А о чем я думаю по-твоему? - блеснул глазами альфа. Его взгляд неторопливо прошествовал по телу Эдмунда вниз и вверх. - Не имею понятия. Но о чем бы ты ни думал, этого не будет. Уголки губ Чезаре дрогнули, будто он старался не улыбнуться. Эдмунд прищурился. Что смешного в его словах? Тут мужчина подошел к шкафу, вытащил оттуда плотную рубашку и протянул ее Эдмунду. - Оденься. Здесь нет приличного лекаря, чтоб тебя лечить. - Я крепче, чем ты думаешь. Чезаре про себя отметил, что омега прав. Он действительно недооценил его. Во много раз. - Я буду ждать тебя на ужине через час, - произнес альфа у порога. - Постараюсь не опоздать. Конечно, он опоздал. Эдмунд сделал это намеренно, чтоб лишний раз уколоть Чезаре. Омега появился в столовой почти на сорок минут позже, одетый в очень простой, но очень элегантный костюм из темно-синего бархата. Волосы были забраны наверх в небрежный пучок, несколько прядей не желали укладываться в прическу и теперь щекотали шею легчайшими прикосновениями. Эдмунд тихо нервничал. Сегодняшняя выходка Чезаре... Альфа никогда ничего не делает просто так. Значит, он хочет изменить суть их отношений? Это первое, что приходило на ум. Но Эдмунд не собирался ничего менять. Нельзя сказать, что и так ему было комфортно, но омега был совершенно не готов отбивать попытки его соблазнить. Он уже сам устал даже от дневных пикировок, устал держать себя в постоянном напряжении. А если теперь придется ожидать еще и этого... Эдмунд просто сойдет с ума. Но с другой стороны... он же понимал, что рано или поздно этот момент настанет. Только вот гнал от себя эти мысли. Думать об этом было слишком тяжело, слишком стыдно, потому что тут же вспоминались ночи, когда Эдмунд забывал обо всем и отдавался по сути незнакомому мужчине. Осознавать это было очень горько, омега старался не вспоминать об этом. Эдмунд боялся повторения. Он боялся, что и в этот раз не сможет сопротивляться, что тело вновь откажется подчиняться разуму, заставит забыть обо всем, что было. Даже о боли, которую причинил альфа. И кем можно будет считать Эдмунда, если это произойдет? Безмозглым вечнотекущим омегой, который готов в любую минуту раздвинуть ноги. Эдмунд пока что себя уважал, чтоб не опуститься до такого. Омега вошел в столовую и замер на пороге в нерешительности. Здесь было почти темно, только пара подсвечников освещали один конец стола. Вся остальная комната погрузилась в едва освещаемый мрак. Чезаре в столовой не было, оба массивных стула пустовали. Тут пробили часы, и Эдмунд вздрогнул от неожиданности. Вновь наступила тишина, нарушаемая только стуком капель о крышу. Омега сел за стол. - Ты специально опоздал? - вдруг раздался бархатный голос из темноты за спиной. Сердце пропустило удар, Эдмунд обернулся, но никого не увидел. - А ты как думаешь? - ровно спросил омега. - Думаю, что специально, - голос раздался уже с другой стороны. Эдмунд завертел головой, тщетно пытаясь найти его источник. Тут большая рука вскользь коснулась щеки парня, и Чезаре сел за стол. - Не делай так, - нарочито спокойно сказал Эдмунд. - Как не делать? - чуть приподнял бровь альфа, наливая вино себе и Эдмунду. - Как ты сделал сейчас. - В этом нет ничего страшного. - Есть, ты сам это знаешь. Я уже говорил тебе, но повторю. Спать с тобой я не буду. - Синеглазка, - чуть улыбнулся Чезаре, отпивая вино, - даже я не увязываю простое прикосновение и секс. Альфа с удовольствием наблюдал, как у мужа смешно краснеют кончики ушей. Кажется, он только сейчас понял, что дал альфе повод для разговора, к которому не был готов совершенно. - Я увязываю это, - ответил Эдмунд, принимаясь за нежнейшее мясо, - потому что ты никогда и ничего не делаешь просто так. Даже когда ты говоришь, что не знаешь цели своих действий, то просто не собираешься рассказывать. - Понимаю, - слегка кивнул Чезаре. Прождав мужа сорок минут, он здорово проголодался и уже почти опустошил свою тарелку. - Но все-таки... Допусти мысль, что я тоже могу прикасаться невзначай, говорить что-то, не продумывая каждое слово. Я тоже могу быть человеком. Хотя бы ради тебя, синеглазка. - До сих пор ты усиленно демонстрировал далеко не лучшие свои качества. - Но эти три недели я был настоящим пай мальчиком. Разве нет? - Сомневаюсь, что тебя можно назвать мальчиком. - А как бы ты меня назвал? - сверкнул глазами мужчина. - Извини, но еще в детстве меня отучили грязно ругаться, - сухо ответил Эдмунд, доедая свое мясо. Чезаре против воли рассмеялся. Каков синеглазка! Не устает держать оборону. Не всякий альфа смог бы вот так ему дерзить на протяжении уже трех недель. А омега смог. Тут вошли слуги и стали убирать со стола. Пока они это делали, супруги молчали. Затем служанка принесла небольшой идеально чистый котелок. Эдмунд явственно почувствовал запах шоколада и удивленно глянул на мужа, который неожиданно ему подмигнул. Другой слуга внес тарелку с фруктами. И где они их достали в конце осени? Эдмунд все еще не понимал связи между двумя предметами на столе. Чезаре же с удовольствием следил за мужем. - Закрой глаза, - негромко попросил он. - Зачем? - насторожился омега. - Не волнуйся. Просто закрой глаза. Если хочешь, пускай это будет моим первым безобидным желанием. Эдмунд колебался, но все-таки закрыл глаза, рассудив, что ничего страшного действительно не произойдет. Да и потом, глаза всегда можно открыть. Чезаре удовлетворенно улыбнулся, взял крупную виноградинку и обмакнул ее в жидкий шоколад. Затем чуть подул, чтоб муж не обжегся и осторожно провел ягодой по его губам. Эдмунд отшатнулся и раскрыл глаза в немом вопросе. Альфа насмешливо улыбнулся и показал ему виноградинку. - Чего испугался? Это всего лишь виноград, - улыбнулся мужчина. - Закрывай глаза обратно. Эдмунд вздохнул, но подчинился. Теперь он чувствовал себя ужасно глупо. Почувствовав ненавязчивое прикосновение к губам, парень послушно раскрыл рот. Оказалось, что виноград в шоколаде - это безумно вкусно. - Ну как? - поинтересовался альфа, хотя лицо мужа говорило само за себя. - Вкусно, - пробормотал Эдмунд. - Глаза, - тут же произнес Чезаре, видя, что омега собирается их открыть. - Попробуй вот так, - сказал мужчина, поднося к губам парня очередную порцию лакомства. - Не знаю что это, но оно еще вкуснее, - произнес Эдмунд. Было действительно ужасно вкусно. Он всегда любил шоколад, но ему и в голову не приходило, что это можно совмещать с фруктами. - А если так? Чезаре очень нравилось смотреть, как муж жует, будто чуть улыбаясь от удовольствия. Он немного расслабился, поза перестала быть такой напряженной. Альфа отправил себе в рот сочную ягоду, наблюдая за мужем. Он вновь обмакнул виноградину в шоколад. Эдмунд послушно взял в рот ягодку. Капля шоколада упала на подбородок. Омега будто этого не заметил. Ему слишком нравился виноград. Альфа медленно и осторожно наклонился вперед. Затем прикоснулся губами к подбородку Эдмунда, слизывая шоколад. В ту же секунду глаза омеги раскрылись, и он вскочил со своего места. Стул перевернулся и упал с жутким грохотом. Глядя на Эдмунда, Чезаре понял, что он идиот. Нельзя было этого сейчас делать. Он опять поторопился! Переборщил! Но удержаться было совершенно невозможно. Эдмунд раскрыл рот, будто хотел что-то сказать, но так и не издал ни звука. Тут дверь открылась и вошла Айви. Она с тревогой глянула на обожаемого господина. Тот улыбнулся ей краем губ. - Мой господин, - нерешительно начала девушка, - гонец только что доставил два письма. Сказал, что это срочно. Одно... с королевской печатью. - Что? - ошарашенно проговорил омега, беря из рук девушки письма. Первым делом он разорвал письмо от короля. Сердце тут же ушло в пятки. Господин Даунхерст, для меня было большой неожиданностью и одновременно радостью узнать, что и Вы нашли свое счастье в лице своего супруга. Позвольте Вас поздравить со свадьбой. Надеюсь, что Вы и Ваш супруг почтите своим присутствием малый королевский сезон. Очень надеюсь на Ваше согласие. Далее стояла размашистая подпись. Эдмунд прикрыл глаза в бессилии, затем принялся читать письмо от Ника. Кузен с места в карьер предупредил его, что король хочет его видеть в своей зимней резиденции. А как ему тактично отказать Ник не представляет. И Эдмунд теперь тоже не представлял. - Что случилось? - спросил Чезаре, вставая с места. Он с неудовольствием отметил, как побледнел муж. Айви на него настороженно посмотрела. - Айви, спасибо, - произнес Эдмунд. Девушка поняла намек и удалилась. Дверь за ней закрылась. - Король хочет нас видеть на малом королевском сезоне. - Это так плохо? - А как ты думаешь? - горько усмехнулся Эдмунд. - Не волнуйся, никто не догадается о том, кем я являюсь. Я отдал очень много денег, чтобы создать себе новую жизнь, - Чезаре успокаивающе погладил мужа по плечу. - Я вообще не хочу туда ехать. - Значит не поедем. - Мы не можем, - с досадой сказал Эдмунд. - Приглашение на малый сезон - это привилегия. Туда допускаются только избранные. Нельзя отказываться. И король написал мне лично. Если я откажусь, то это будет воспринято как личное оскорбление и полное пренебрежение к короне. Этого нельзя делать ни в коем случае. - Эдмунд, успокойся. Если ты не захочешь, то я сам напишу королю, скажу, что ты заболел и никуда ехать не можешь. И все. - Ты не понимаешь, - парень устало потер переносицу. Боги, как же он устал! А теперь придется посетить этот великосветский террариум, делать вид, что ты такой же как они. И снова лгать, снова притворяться. Играть каждый день. Это невыносимо! Но придется, потому что отказ падет тенью не только на Эдмунда, но и на всех Даунхерстов. - Мы туда поедем. - Уверен, что оно стоит того? - Стоит. Выхода другого нет. - Есть. Мы можем никуда не ехать. - Мы едем. Сезон всегда начинается в первых днях зимы. Длится две недели. После того, как я соглашусь, будет прислано еще одно письмо с точным указанием времени и места. - Когда все приблизительно начнется? - Через полторы или две недели. Как только закончится ливень, и наступит зима. - Хорошо. Что тебе понадобится? Новые костюмы, украшения? - Нет, - помотал головой Эдмунд. - Все это есть в достатке. Но вот наряды понадобятся тебе, а не мне. - С этим я разберусь, - слегка кивнул Чезаре. - Предугадаю твой вопрос и отвечу сразу, с придворным этикетом я тоже ознакомлюсь сам. Эдмунд с сомнением на него глянул. Чезаре позабавило это открытое недоверие. Омега прерывисто вздохнул, потер шею. - Договорились, - кивнул парень. - Если у тебя до завтра нет никаких вопросов, то я бы хотел пойти спать. - Тебя проводить? - Нет. Спокойной ночи, - твердо произнес омега. - И тебе спокойной.