Змеиный год

      Некоторое время я просто лежал в объятьях Ихшасса и ни о чём не думал. Момент был столь хорош сам по себе, что хотелось смаковать его вечно. Но мы были не в том месте, где можно расслабиться и предаться пустым мечтам. Магический холод выстуживал покрытую испариной спину, мелкий мусор колол кожу даже через одеяло, а мои бёдра противно слипались от нажьего семени. Признаться, в спальне у Ихшасса было гораздо удобнее, хотя тогда я этого не ценил. Впрочем, я не жаловался, было очень приятно уткнуться лицом в горячую грудь нага и чувствовать, как его пальцы перебирают мои волосы. Ихшасс когда-то говорил, что ему нравятся мои светлые лохмы. Я всегда обрезал волосы коротко, по-военному, но с тех пор как вернулся, никак не мог дойти до цирюльника. Не признавался самому себе, но волосы не трогал, помня, как они нравились нагу. Теперь приходилось стягивать хвост на затылке тесёмкой, и всё равно несколько прядей вечно выбивались и лезли в глаза. Сейчас тонкий шнурок затерялся где-то в темноте и волосы щекотали мне шею.       Когда сладкая истома совсем отступила, я осторожно высвободился из объятий Ихшасса. Слава Матери, наг не сказал ни слова, просто помог мне найти одежду в темноте. Полезное умение - видеть там, где нет света. А ещё говорит, не змея. Мы, как можно тише, выбрались из казематов и спрятались в фургоне. Хотя мы успели так пошуметь чуть раньше, что будь хоть кто-нибудь трезвый в караулке, нам бы не удалось выбраться никогда.       А дальше всё было просто. С рассветом объявился Сиг, запряг своих тяжеловозов и спокойно выехал из крепости. Когда-то я посмеивался над беспечностью нагов, благодаря которой мне так просто удалось сбежать. Теперь же, я видел почти то же самое у нас. Хватило бы самого беглого осмотра, чтобы заподозрить неладное. Но ничего этого не было. Что ж, кому-то серьёзно достанется за такое разгильдяйство, но это уже не моя вина.       Лошадки бодро трусили по дороге, а я, наконец, позволил себе рассмотреть Ихшасса. Выглядел он вполне неплохо. Чуть осунулся и побледнел, не мешало бы помыться при возможности, а так вполне хорошее состояние. Даже те места, где сошла чешуя, смотрелись неплохо. И будь я проклят, если даже сейчас он не выглядел привлекательно. Кожа чуть поблескивала от мази и при этом каждая мышца на теле нага была чувственно очерчена. Это я сухопарый и жилистый, с первого взгляда даже не поймешь, что в бою я опаснее многих крепышей буду. А Ихшасс не такой: у него красивое, гармоничное тело с четко выраженными мускулами. С него можно было бы ваять статуи и выставлять в каких-нибудь дворцах. Даже после прошлой ночи, во мне не утихло желание касаться его. Слишком долго мы были одновременно порознь и вместе. Слишком долго я думал о нём и не имел возможности даже хорошенько разглядеть. Но теперь меня неудержимо тянуло к нему, хотелось касаться его кожи, вдыхать его запах, ощущать его желание. Чувства эти тем сильнее, чем яснее я понимаю невозможность всего этого. Стоило потерять столько времени на пустые ссоры и пикировки, чтобы теперь сокрушаться о несбыточном.       - Мне не нравится твоё выражение лица, - прервал мои размышления Ихшасс. – Насколько я успел узнать, оно у тебя появляется, когда ты обдумываешь очередную глупость.       - Мы ведь проиграем в этой войне? – я спросил о том, что меньше всего волновало меня сейчас.       - С чего такие унылые размышления в столь прекрасное утро? – вскинул бровь наг.       Я тоже успел хорошо выучить все его уловки, поэтому просто проигнорировал наигранно-равнодушный тон.       - Всё одно к одному так складывается, что заставляет поневоле задуматься: неожиданный союз с эльфами, их помощь, разгром вашей армии, твоё появление здесь… Я не верю, что всё это просто совпадения.       - Я совсем тебя испортил, Эрик. Тебе не кажется, что ты ищешь двойное дно в решете?       - Просто ответь на вопрос. К чему сейчас эти недомолвки?       - К чему сейчас эти вопросы? Тебе мало тайн? – видно, мой взгляд был красноречивее слов, так что наг вздохнул и продолжил. – Да, вы проиграете.       - Эльфы тоже в этом замешаны?       - И гномы.       - Но почему? Мы не враждовали ни с кем из них. Откуда берутся такие заговоры? – недоумевал я.       - Тебе несказанно повезло, Эрик, что ты вырос вдали от всей этой грязи. Пойми, не существует "дружеских" государств, есть только временные союзники. Мы лишь объединились против общей опасности, и всё.       - Но как же так? О какой опасности идёт речь? Я ничего не понимаю, - недоумевал я.       - Опасность представляют сами люди. Не сейчас, возможно, через поколение или два вы станете настоящим бичом нашего мира. Я уже говорил когда-то, вас слишком много, а скудные северные пашни рожают слишком бедный урожай. Подумай сам, Эрик, сколько должно пройти времени, чтобы ваше королевство стало вам мало? Не так много. Ваша армия велика почти так же, как ваша ненависть ко всему, что отлично от привычного вам. Религия, которая учит ненавидеть других, поведёт людей войной на остальные народы. Вовсе не обязательно, что вы победите, но остановить вас будет очень тяжело. Лучше вам дать то, что вы хотите сейчас.       - Ты говоришь о войне?       - Да, ты, как никто другой, должен знать настроения в ваших войсках. Вы лишь получите желаемое, но на наших условиях.       - Чем же вам помогают гномы?       - Сведениями, оружием… В этой войне с людьми сражаются только наги. Можно сказать, это честный бой.       - А твоё появление здесь? В этом тоже есть какая-то цель?       - Разумеется.       - Что, интересно, ты смог бы сделать, сидя в камере? - я устало потёр глаза. - Это глупый риск и ничего более.       - Риск не так велик, как кажется, - равнодушно пожал плечами наг. - Если хорошо всё спланировать, можно обойтись малой кровью.       - Не велик? - возмутился я. - Тебя могли убить сразу или отвезти в более надежное место, или пытать, или...       Я замер на полуслове. Равнодушие Ихшасса к собственной жизни вывело меня из себя. Я сам не заметил, как повысил голос и начал размахивать руками, и только понимающая улыбка нага заставила меня замолчать. Я откинулся на борт фургона и отвернулся в сторону. Я просто не могу оставаться равнодушным рядом с ним.       - Эльфы, которые меня "пленили", умели быть достаточно убедительны, чтобы мне сохранили жизнь, как заложнику. Они же и доставили меня в эту крепость на границе. А здесь мне ничего не угрожало, сам видел. Конечно, меня могли убить из чувства мести, но даже это принесло бы свою пользу моему народу. Хотя я всё же надеялся сбежать.       - Неужели я помешал твоему блистательному плану? - буркнул я, всё так же не глядя на нага. - Так ещё не поздно назад повернуть.       Наг решил не отвечать, и какое-то время мы просто молчали.       - Ты сказал, что знал о происходящем в Гнезде, - продолжил я. - Полагаю, Сиг не просто так наведывался в крепость?       Ихшасс только кивнул в ответ, внимательно глядя на меня своими золотыми глазами.       - И ты, конечно, знал, что я тоже в крепости?       - Совместил приятное с полезным, так сказать, - сверкнул улыбкой наг.       Что ж, следовало ожидать, что всё, что связано с Ихшассом, происходит не просто так. И он ещё мне будет говорить про двойное дно в решете! Лицемер и манипулятор в одном лице.       Какое-то время мы ехали в тишине, пока через щели фургона я не разглядел перекресток дороги. Один путь уходил в сторону Извечного Леса, а другой сворачивал вглубь нашего королевства, как раз в сторону того постоялого двора, где я оставил свою каурую кобылу. Я дотянулся до задней стенки фургона и постучал кулаком, чтобы гном притормозил. Как только повозка встала, я легко спрыгнул на землю под удивленным взглядом Ихшасса.       - Ну ты чего, Эрик? Облегчиться, что ли, приспичило? - пробасил гном с облучка.       - Да нет, Сиг, мне в другую сторону, - и я махнул рукой в направлении постоялого двора.       - Эрик, - проникновенно сказал Ихшасс, опершись о край фургона. - Нам надо ехать через земли эльфов, чтобы скрыться. Ты что-то путаешь.       - Нет, это ты, Ихшасс, меня неправильно понял. Я тебя освободил, а дальше наши пути расходятся. Тебе к своим возвращаться надо, а у меня своя судьба, - я постарался не отводить взгляд от лица нага, хотя это удавалось с трудом. С каждым произнесённым мной словом, взор нага становился всё свирепее. Верхняя губа немного приподнялась, обнажая крепкие зубы, и даже блеснули тонкие клыки, те самые, которые совсем не ядовиты.       - Ну, я это... лошадей проверю, - поспешно пробормотал гном, и поторопился скрыться.       - Что за чушь ты несёшь? - почти по слогам сказал наг. Казалось, каждое слово с трудом выходит из его глотки. - Я думал, между нами всё прояснилось, а ты опять на что-то взъелся? Ты едешь со мной, Эрик, и это не обсуждается!       - Между нами действительно всё ясно, Ихшасс. И зла я на тебя не держу, - как можно спокойней сказал я. - Но я с тобой никуда не поеду, а командовать ты можешь своими тахши - или как ты их зовешь? - а мне не приказывай.       Вид у нага был такой, будто он мне сейчас врежет, а потом закинет в фургон и в мешке довезёт до границы. Но, видно, от ярости он мог только сверлить меня своими глазами и скалить зубы.       - Да пойми же ты! - с каким-то отчаяньем воскликнул я. - Мне нечего делать рядом с тобой! Кто ты? Богатый аристократ? Генерал? Может, даже герцог? Я не удивлюсь, если в тебе течет королевская кровь. Я же просто солдат без гроша за душой. Посмотри на меня, Ихшасс, - уже тише добавил я. - Ты сам говорил, что таких как я у тебя на родине ненавидят. Что любой может меня убить...       - Не свободного человека, Эрик, - перебил меня наг. - А если ты войдешь в мою семью...       - Не надо, - остановил его я. - Ты сам пожалеешь о своём выборе, может, через год или два, но это случится. Я не хочу видеть этого равнодушия, усталости, а потом и вины в твоих глазах. Я верю в твоё благородство, Ихшасс, и поэтому не могу так поступить с тобой. Мы оба совершили достаточно ошибок, сейчас самое время остановиться. Ты вернешься к своим интригам, я попробую собрать собственную жизнь из того, что осталось.       Несколько мгновений наг, не моргая, смотрит мне в лицо и явно собирается что-то сказать. Я хочу его услышать и в тоже время боюсь. Если он начнёт спорить со мной, я не уверен, что смогу настоять на своём, а если он согласится... Ни того ни другого не происходит, Ихшасс издаёт звук больше похожий на рык, резко разворачивается и исчезает в глубине фургона. Что ж, это тоже ответ.       Я обхожу фургон, пожимаю на прощанье руку Сигу, разворачиваюсь и отправляюсь к придорожной таверне. Мне ещё как-то в свою комнату пробраться надо, чтобы никто не понял, где я на самом деле провёл ночь.