В свободном полёте

Стайлз живёт над Дереком уже как четыре года, знает его лет семь, и только сейчас понимает, оборотень – о ужас! – «жаворонок». Допустим, оборотень, вставший ни свет ни заря, такой же придурок, как обычно, но ожидалось… больше агрессии. Поэтому проснуться и узреть Дерека в профессорской одежде, с кружкой-непроливайкой в руке, с… с нейтральным выражением лица – это как получить очень необычный жизненный опыт. - Шопроисходить? – Стайлз зевает и потягивается, пока в спине не начинает что-то хрустеть. - Десять минут девятого, - отвечает Дерек, попивая кофе в непринуждённой манере. И раз Стайлз не жаворонок, ему требуется минута на переваривание информации, а потом он спрыгивает с дивана, и по пути в ванную сбивает вещи, сдирает рубашку и, спотыкаясь, выбирается из штанов. Занятия начинаются в полдевятого, а кампус «UC Davis» примерно в десяти минутах бодрой ходьбы. Возможно, Дерек вовсе не «жаворонок». Возможно, по утрам он больше злопамятен, чем агрессивен. И Дерек всё смеётся, когда Стайлз хватает лежащие на сушилке джинсы (сложенные, пахнущие дорогим порошком), запихивает в них себя и бежит в ванную помочиться, умыть лицо и почистить зубы. И, когда заканчивает, Дерека в квартире уже нет. Так что младший Стилински, взяв ноутбук, выходит, закрыв за собой дверь. День проходит… обыкновенно, вообще-то. Стайлз добирается на свои «полудевятые» занятия именно в полдевятого. Он записывает, начинает обсуждение травм детства, за что награждается одобрительным взглядом профессора Нгуена. И занимается в университете ещё несколько часов после занятий, а потом, около часа дня, приходит на работу с купленными поблизости сэндвичем и кофе в руке. Первые два клиента, что появляются около пяти – молодая пара, они рассматривают антикварную коллекцию драгоценностей добрых полчаса, а в итоге покупают баночку в виде цветочного горшка. Вторым клиентом оказывается мистер Альваро, который приходит каждый вторник и пытается сбыть с рук всё, что находит в местных комиссионках. Ещё в самом начале работы Стайлз прослушал экспресс-курс по ценности антиквариата, и, хотя и не был экспертом, отлично знал - вся эта ерунда, что приносит этот постоянный посетитель, на самом деле… ерунда. Хотя сегодня с мистером Альваро явно что-то не то. Глаза опущены, усы в буквальном смысле, обвисли, а крават, который раньше был всегда заправлен под воротник твидового костюма, отсутствует. - Вы больны? – интересуется Стайлз почти сразу же, как только мистер Аотваро подходит к прилавку. - Мне семьдесят лет, - звучит ответ. – Мне разрешены плохие дни, мистер Стилински. Да, в логике старику не занимать. - Зато у меня есть парочка безделушек, которая может понравится Альфу, - и мистер Альваро начинает подчёркнуто сопеть. Он открывает сумку, которую вечно носит с собой, и принимается вынимать какие-то вещи, завёрнутые в бумагу. Как обычно. Заворачивает всё, что подходит по размеру. Стайлзу кажется, дело в том, что мистер Альваро обожает драматично снимать эту обёртку. Стайлз убирает мешающий ноутбук и облокачивается на прилавок, ведь если честно, этот старик охеренно интересный. Тем временем мистер Альваро снимает обёртку со стопки тарелок (в большинстве своём битых), с браслетов, со статуэтки волка и… чего-то непонятного. Похоже, органического происхождения. - Я тоже не знаю, что это, - отвечает он, заметив, куда смотрит Стайлз. – Но это не важно, лучше взгляни на тарелки. «Гомер Лафлин» и вот, кусочек отколот, но даю гарантию, это «Роял Доултон», и моя дочь сказала, браслеты явно от Тиффани. Стайлз никак не поймёт, почему мистер Альваро не попытает удачу с хозяином магазина, который, обычно, приходит по субботам. Ведь Альф – простак. Чуваку шестьдесят, тело как у бодибилдера (и чуть ли не полностью в тату), но плачет он над всем, что хоть чуточку сентиментально. И хобби его – выращивание цветов. Стайлз, тем временем, почти ничего не знает об антиквариате, и потому всё время вынужден отказывать мистеру Альваро. И чувствовать себя потому полнейшей задницей. Но вот сегодня… сегодня у мистера Альваро воспалённые глаза. Сгорбленная спина и нет херового кравата, и вообще, похоже, плохой день. А Стайлз не совсем уж бездушен. Он переворачивает тарелки, рассматривает фигурку волка (гладкую, тёмную, с ощеренной пастью, напоминающую о Дереке), взвешивает в руке… блин, да кто ж его знает, что это за невиданное чудо! Такое ужасное, аж не в сказке сказать, ни пером описать. Наверное, предмет искусства. Что-то из пост-модернизма или арт-деко. - Альфу понравятся тарелки. Хозяин магазина обожает орнамент из роз, и Стайлз уверен, что где-то уже такие видел. Наверное, в одном из антикварных комодов, в которых хранятся магазинные излишки. - А я куплю волка. - Во… волка?! - мистер Альваро растерянно смотрит на прилавок. – Ах, да, волка. Конечно. Любите волков, мистер Стилински? - Ну да, - отмахивается Стайлз. – Некоторых. Он покупает три тарелочки для Альфа и волка для себя, так что мистер Альваро покидает магазин пружинистым шагом и с улыбкой на лице. Время пролетает быстро, особенно когда дописываешь эссе, начинаешь новое, просматриваешь конспекты и потом, последние тридцать минут рабочего дня, пытаешься придумать, как издеваться над Дереком, когда приедет Лора. Приходящие в голову идеи не слишком радуют, особенно из-за того, что все они заканчиваются травмами, так что Стайлз, закрывая магазин, решает действовать экспромтом. Что наверняка тоже закончится травмами. А может, всё-таки, не стоит зря волноваться, учитывая, что Дерек никогда не пытался искалечить Стайлза, лишь тыкал пальцем в лицо и бил о стены. А может, пора перестать придуриваться и не портить оборотню жизнь. … Не, ну это скучно. *** Дерек не против преподавать у выпускников. Платят… дерьмово, но мама угрожает расправой, если он не поможет, да и вообще, деньги у него-то есть. Сами студенты… вполне обычные студенты. Некоторых из них действительно интересует история, некоторых – нет. Последних больше привлекает Дерек, а никак не сам предмет. He нужно даже принюхиваться: покрасневшие щеки, учащённое сердцебиение, взгляды, чуть смущённые и слишком пристальные – всё как на ладони. Отчасти это тешит самолюбие Дерека, хотя в большинстве своём просто противно. Но всё равно, оборотень не против преподавать выпускникам, заодно получив возможность беспокоиться не только о собственной диссертации и унылых попыток жить респектабельно (которые он предпринимал, чтобы не пришлось врать сестре). В общем, утреннее занятия проходит хорошо. Вообще-то, даже чертовски гладко, учитывая, что только вчера ему пришлось столкнуться лицом к лицу со злым роком. Встреча с куратором за обедом проходит даже лучше, чем предполагалось, и Дерек возвращается в офис, который делит с Дженной… Или с Джеммой… Не важно, грядущая очередная научная степень поднимает настроение. Но потом звонит Лора и всё вновь катится в дерьмо. - Хей, лузер, - приветствует сестра сразу, как только он нажимает кнопку «принять». – Долго пялился на телефон, размышляя, ответить ли или нет? - Не сочиняй, - врёт Дерек. - Правду, братец, правду. - Я и говорю тебе правду, - вновь врёт Дерек. – Чего ты хочешь? - Просто проверяю любимого младшего брата. Хочу убедиться, что ты встретишь меня… - Я уже и так знаю, где тебя встретить, - прерывает её Дерек. – Зачем звонишь? - Похоже, ты не слишком жаждешь меня видеть, Дерри, - говорит Лора. – Хочешь подготовить своего таинственного парня перед тем, как я с ним познакомлюсь? - Как… - Дерек уверен, будто он человеком, давно бы мучился с головной болью. – Я не говорил, что это парень, как ты… - Так это правда??? – визжит Лора, хотя и без надобности. Дерек никогда не скрывал своей бисексуальности. – Я знаю, кто это. Догадывалась. Чёрт, надо сказать маме и папе. Кора сойдёт с ума. Наконец-то у вас двоих мозги на место встали. Дерек приходит в полное замешательство. - Что? - Ты и Стайлз! – практически кричит Лора, и у него отваливается челюсть. Ручка падает из рук. А разум… затуманивается до оторопи. - Больше никакого сексуального напряжения. Никакого больше флирта, замаскированного под издевательства. Никакого больше… погоди, это Стайлз, да? Твой парень? - Ох ты ж чёрт, - умудряется произнести Дерек. Он не понимает, что именно сейчас происходит, но почему-то уверен, дело принимает серьёзный оборот. - Дерек? – спрашивает Лора тише. – Ты там живой? - Да… да, живой, - Дерек рад, что она не слышит, как он вонзает когти в деревянный стол. И пытается понять, что же такое сейчас Лора сказала, но смиряется с тем, что… так и не понимает. – Что ещё за «наконец-то»? - О, Дерри, - произносит Лора так, будто воркует с ребёнком. – Не притворяйся таким скромняшкой. Порой Дерек ну просто её ненавидит! - Я не притворяюсь, Лора, - рычит он, а потом понимает, что, может быть, ей может показаться странным его злость. И Дерек откашливается, считает до десяти. – В смысле… в смысле я не совсем понял, о чём ты. - А… хм… - вот и всё, что говорит Лора, а потом наступает долгая, долгая и протяжная пауза. В течение которой миллион мыслей проплывает у Дерека в голове. Например, что, мать вашу, имела в виду Лора, потому что сам он всегда чувствовал к Стайлзу лишь желание подразнить и да, быть может, ещё и лёгкую симпатию. Или, например, стоит ли признаться Лауре, что все его россказни – сущее враньё. И приедет ли тогда она? Дерек до сих пор так и не знает, почему сестра решила приехать. Они виделись недавно, когда Дерек приехал на Рождество в Бейкон-Хиллс, и Лаура не слишком сентиментальна. Поэтому… - Тебя уволили? – выпаливает Дерек. А что, есть вероятность. - Не меняй тему! – рычит Лора. – Да ладно, Дерек, расскажи всё подробно. - Не дождёшься. У тебя проблемы? Дело в охотниках? - Нет. Что, нельзя захотеть повидаться с младшим братишкой? - Нет. Мы виделись четыре месяца назад. И переписывались. И перезванивались. Ты знаешь, как я поживаю. Так в чём дело? Лора вздыхает, и снова воцаряется долгое молчание. Дерек возвращается к своему испугу. С чего бы всем решить, что он, изо всех людей в мире, неравнодушен именно к Стайлзу? Конечно, если быть объективным, паренёк даже ничего. Такие губы, глаза, и этим утром трудно было не заметить, со времён школы он явно накачался, но так и остался… Стайлзом! Hадоедливым дебилом, явно получающим извращённое удовольствие, портя Дереку жизнь. Который помогать-то решил исключительно ради денег. И, нужно добавить, ради материала для шантажа. - Мы порвали, - внезапно признаётся Лора голосом тоненьким, совсем на неё не похожим. И Дерек забывает о Стайлзе. - Теперь всё понятно, - произносит он. Точнее, рычит. Лора… Лора особенная, как бы он не винил её за постоянное нарушение личных границ. Она никогда не прощала его за чудом несгоревший дом, за чудом выжившую семью, и не прощала потому, что никогда не винила. Кейт Арджент - вот кого она винила. Так сильно, что упекла за решётку, обвинив в поджоге и в покушениях с целью убийства. Но Лора никогда не винила Дерек, даже если он заслуживал… Даже если и сейчас заслуживает. И как же неприятно слышать в голосе Лауры такие растерянные, надломленные нотки. И Дерек с радостью применит силу, чтобы тот, кто её обидел, очень сильно пожалел. - Ну, братец! - вздыхает она. – Брось, не надо. Мы с ним… расстались полюбовно. - Ага, так я и поверил! Что он натворил? Дерек никогда не встречал бойфренда сестры. Поправка: её экс-бойфренда. Дерек и имени его-то не помнил. Просто знал, что ненавидит и чтобы у них не случилось, во всём виноват этот парень. - Это… - Лора вздыхает вновь. – Я рассказала ему. О нас. Я получила разрешение, конечно, но… - Лора… - Дерек даже не знает, что дальше сказать. Если она во всём призналась бойфренду, то явно любила. Или, по крайней мере, думала, что любила. A теперь парню не дождаться от Дерека ничего, кроме ненависти и даже презрения. - Я убью его, клянусь… - Не очень хорошая идея, - голос Лауры – вот чёрт! - звучит надломлено. – Просто… так ведь лучше, да? Что мы расстались. - Охерительно лучше, - Дерек поднимает ручку, которую уронил чуть раньше, и, слегка перебрав с силой, швыряет через всю комнату. Та впечатывается в стену, но… оборотню плевать. - Вот потому-то я и приезжаю, - Лора втягивает носом воздух. – Почти все мои вещи на складе, и… - Ты кому-нибудь ещё говорила? – прерывает сестру Дерек. - Ты съехала? Блин, Лора, это же была твоя квартира! И он оглядывается в попытке найти хоть что-нибудь, что можно разбить. - Нет, не съехала! – рычит Лора. – Просто не хочу там больше жить. И нет, кроме тебя я больше никому не рассказывала. Тем более о… о квартире. Ведь ты мой любимец. И о Стайлзе никому не рассказывала… пока. - …Ты же только что о нём узнала, - огрызается Дерек. И не понимает, как они снова вернулись к этой теме. Теперь, когда стало известно об её разрыве, о причине этого внезапно визита. Чёрт, Дерек даже не знает, то ли врать хорошо (чтобы она увидела его притворное счастье), то ли врать плохо (потому что тогда она увидит его притворное счастье). - У меня были подозрения, - отвечает Лора чуть ли не с высокомерием. - И знать о них не хочу. - Эй, - говорит Лора чуть тише, - если не хочешь, чтобы остальные знали, я никому не расскажу. Просто хорошо… очень хорошо, что ты счастлив. А Дерек гадает, может ли человек умереть от чувства вины. *** Стайлз любит Скотта, любит и Эллисон, просто порой гадает, а не слишком ли эти двое полагаются друг на друга. Да, конечно, их отношения начались не шатко не валко, они расставались и снова сходились пять миллионов раз (и это только в школе), а потом вся эта фигня с предначертанной любовью… Так что Стайлз понимает, почему они с большим энтузиазмом, чем обычная пара, пытаются создать идеальную любовь на расстоянии. Просто порой уж слишком перегибают палку. Например, на этот раз, когда он приходит домой, а Скотт ест суши, и Эллисон напротив(на экране ноута) тоже… ест суши. Будто они на суше-свидании. Фе! - Ох ты ж блин, - не завидует Стайлз. Нет, не завид… Да, завидует! Потому что Скотт ас в таких делах (в охренительно судьбоносных романах, которые должны закончиться трагедией, но не в этом случае), и у него всё выходит. Сам же Стайлз никогда не продержался в отношениях больше трёх месяцев. Ах, да, был одержим Лидией Мартин всю школу, но одержимость – это вовсе не то же самое, что и длительные отношения. - Стайлз! – говорит Скотт и таращит глаза. – Зачем тебе керамический волк? - Купил у мистера Альваро. Подумал, подходит по случаю. - О, как мило, - вступает Эллисон. - Я ведь милый пуся. Стайлз ухмыляется, когда и Скотт и Эллисон фыркают с недоверием, а потом, вместе с волком, отправляется в спальню, предоставив паре (незаслуженное) уединение. Стайлз, получив работу в «Антикварной Альфа» два года назад, принялся постепенно (не специально, честно) наполнять свою комнату слегка попорченными товарами, которые никто не хотел покупать. Например, стол с ужасной царапиной посередине; пекарский стенд для охлаждения, используемый как полка для книг; винный бочонок, заменивший пару недель назад старую прикроватную тумбочку. В комнате даже есть антикварные игрушки и причудливые (политически некорректные) бюсты и остальное барахло, которое Альф отдавал ему по желанию. Стайлз не знает, когда Дерек вернётся… с чего-бы он там не делал… Чёрт, Стайлз не знает, нужно ли приходить к оборотню, пока Лора не приедет. И достаточно ли его вчерашнего возлежания на диване (и да, ладно, слюноотделения по всем подушкам), чтобы квартира пропахла? Зато Стайлз знает, чего хочет сам - хотя бы десять минут тишины в собственной комнате – прежде чем придётся вновь столкнуться с засранцем. Стайлз обожает своё обиталище (сходит с ума), даже если дверь порой заедает, а на стенах какие-то подозрительные пятна под тем винтажным постером «Твари из Чёрной лагуны», который подарил Альф в прошлом году. Чёрт, Стайлзу cамому трудно поверить, что согласился. Но это же штука баксов. Он купит Дереку почти дорогой подарок (чтобы не чувствовать себя виноватым), а остальное потратит на еду. Обалденную-приобалденную еду. Стайлз ставит волка на стол и поворачивает, пока голова фигурки не оказывается направленной на дверь, ощериваясь на всяк сюда входящего. Правда, таких охотников не сыскать, учитывая уже как полугодичный целибат хозяина комнаты. Бля, тут так же людно, как в пустыне. А теперь в комнате нет даже Стайлза, который позволил уломать себя (точнее, купить себя) и вляпаться по уши в воссоздание всех отвратных ромкомов, которых только придумало человечество. O, веселье грядёт. Придётся делать то, чего делать вовсе не хочется. В смысле, вести себя с Дереком дружелюбно и не заниматься тем, чем заниматься хочется. Например, сексом. … Не, ну не с Дереком, естественно. Фу, нет. Оборотень, наверное, в постели достаёт своим самодовольством также, чем вне её. Mожет, даже больше. Наверное, заставляет своего партнёра трудиться в поте лица. Заставляет молить, стонать и… и Стайлз прямо сейчас перестаёт думать о Дереке и сексе, пока не случилось кое-что непоправимое. И, как прилежный студент, проведёт остаток вечера, корпя над заданием. Как же. В место этого он немного бродит по Инету, открывает своё эссе, смотрит на него минуту или две, закрывает, ещё немного бродит по Инету, а потом кладёт конец своему добровольному изгнанию и бредёт на кухню за колой. Скотт… Скотта не видно. И, значит, он в своей комнате. И, значит, скорее всего, занимается сексом по скайпу. Чёрт. Стайлз прошаркивает обратно к себе в комнату и только собирается присесть, как вдруг звенит телефон. Конечно же, это Дерек, раз судьба решила играть в свои злые шутки. - Лора звонила, - вот что говорит оборотень. Стайлз ждёт добрую минуту, прежде чем понимает, дальше ничего не будет. - Да, ты уже говорил. - Нет, - рычит Дерек. – Сегодня она снова звонила. Спустись ко мне. - Да, хорошо, я всё равно оставил у тебя всю одежду. Можно у тебя помыться, а то я оставил в твоей ванной все туалетные принадлежности? Нет, если нельзя, я могу их принести сюда… - Да спускайся уже! - рычит оборотень и отключается. Но Стайлз, лишь чтобы его позлить, затеивает в комнате уборку: много раз вытирает полки, письменный стол, приводит в порядок палас, который пару месяцев назад ни с того ни с сего прислал отец, заправляет кровать, а уж только потом спускается к Дереку. … который с убийственным взглядом стоит у двери. Или это смущение? Стайлз никогда не мог различить эти чувства. - Эй, милый, - приветствует он, и смущение-или-гнев оборотня сменяется замешательством, а потом и отвращением. – В чём проблема? - Лора знает, что это ты. Знает кто… кто мой бойфренд. - Как быстро! – и Стайлз морщит нос. Теперь, когда Лора знает, всё официально. - А зачем ты ей сказал? Дерек медлит, просто таращится. А лицо… лицо принимает такое выражение, которое можно описать лишь словом «кислое». Будто оно сморщивается до предела, а потом Дерек поворачивается и падает на диван со вздохом. Таким, будто его вдруг попросили пожертвовать собой или перестать носить кожаную куртку что-то не менее ужасное. - Я… - Дерек морщится. – Ей как-то удалось из меня вытянуть. Стайлз заходит в квартиру и закрывает за собой дверь: - Так что, она разозлилась? Операция «Лже-бойфренд» провалилась? - Операция «Лже-бойфренд»? - Дерек поджимает губы. – Не мог придумать что-нибудь… получше? - Занесу в свой список повседневных дел, - отвечает Стайлз. – Ну так как? - Нет. Она счастлива. - Блин! – ругается Стайлз, а потом: - Когда заплатишь? - Когда она приедет, - отвечает Дерек после минутного таращенья. Стайлзу есть что возразить, конечно, но, судя по лицу оборотня, легче бить по кирпичной стене. Хотя также бесполезно и, в итоге, пребольно. - Прекрасно, - Стайлз кладёт рюкзак у кофейного стола. В квартире Дерека… чисто. Гораздо чище, чем утром. - В понедельник. - Сегодня ночуешь у меня, - такое чувство, будто эти слова вырывают у Дерека из горла. – Наверное, будешь спать у меня, пока Лора не приедет. А то… запах какой-то не такой. Словно… его не хватает. - Ну ладно, - Стайлз огибает кофейный столик и плюхается на диван. – Но если я заработаю проблемы со спиной, счёт за лечение пришлю тебе. - Облезешь. - А что будет, когда Лора приедет? - Не знаю, - Дерек наклоняется вперёд и запускает руки в волосы. И когда убирает, взъерошенный вид делает его похожим на… потерпевшего катастрофу и чутка на шизанутого ежика. Но, судя по всему, сейчас не время для шуток. - Эй, дружок, - говорит Стайлз неловко, очень неловко, и пихает Дерека в плечо. – Всё будет хорошо. Я, конечно, много шучу, но раз Лора узнала, кто твой… твой бойфренд, и поверила, у нас есть шанс. Дерек смотрит на него, потом на его руку на своём плече, а потом снова на него. - Да, будет неловко, конечно, но просто удивительно, сколько всего ты способен вытерпеть ради сестры… - Стайлз застывает, отдёргивает руку и кладёт себе на колени. Наверное, до него только что доходит, дальше ведь им придётся не просто сидеть рядом, и оттого с ним от страха случается небольшой припадок: - Твою мать… - Мы в жопе, - говорит оборотень. - В полной, - соглашается Стайлз. *** «Наконец-то», - сказала Лора. Что это ещё, бля, означает? «Наконец-то». Дерек думал об этом добрых пять часов, но всё равно не понял. Ему казалось, при виде Стайлза всё прояснится. Логика проснётся, но нет, всё даже больше запуталось. Ведь Стайлз… такой Стайлз. *** - Я в душ, - Стайлз поднимается с дивана, на котором сидел возле Дерека, уставившись в потолок испуганными, широко распахнутыми глазами, и источал запах страха. - Иди, - и оборотень наблюдает, как тот бредёт в ванную. «Наконец-то», - вот что Лора сказала. Когда Дерек, устав таращится на стену, хватается за ноут, то всё также не понимает смысл её слов. Или, скорее всего, не хочет понимать. Да, дело принимает дурной оборот. Так что Дереку больше нравится не понимать. Он проверяет работы, ставит оценки, заставляя себя больше ни о чём не думать. Стайлз выходит из ванной через полчаса, и при этом пахнет так знакомо, что Дерек даже не замечает его присутствие, пока не хлопает дверца холодильника. Как же всё-таки странно! Квартира по-прежнему пахнет, по-прежнему выглядит так, будто в ней живёт один Дерек. Но есть зоны, где его территория, вроде как, была нарушена. Во-первых, ванна. Во-вторых, диван. Будто Стайлз потихоньку пропитывает собой всё вокруг. Запаха пока не хватает, чтобы Лора поверила, но Дерек уже чувствует себя загнанным в грязную клетку. Ему хочется всё вычистить и вымыть до табула расы, чтобы квартира пахла лишь им одним. Это не значит, что запах противный. Вовсе нет, просто пахнет Стайлзом и Дереком, Дереком и Стайлзом. Оборотень уверен, именно подоплёка нового аромата расстраивает его инстинкты. Словно как на его территорию, в квартиру, где он так привык быть один, вторглись незваные гости и нарушили уют. А уж если дело касается Стайлза, то всё превращается в дрыгающиеся, не останавливающиеся, яркие, едкие отвлекалки. А Дерек не любит отвлекаться. Потому что это отвлекает. Как сейчас, когда из кухни раздаётся звук клавиш ноутбука. Слышно, как Стайлз стучит ногой, клацает зубами, скорее всего, от расстройства. Вот так оно и было. Стайлз всегда чертовски раздражал, и даже больше, когда попал в квартиру Дереку. - Можешь ты… - наконец рычит оборотень, больше не в силах сосредоточиться на работах. – Можешь не двигаться? - Чувак, я не двигаюсь. Это ты выделяешь тьму и мглу так, что их буквально видно. - Вовсе нет, - Дерек оборачивается и рычит, видя, как Стайлз засунул ручку в рот и принялся грызть с каким-то мерзким звуком. - Вовсе да, - пытается урезонить Дерек, но выходит больше похожим на скулёж, так что фыркнув, он возвращается к работе. - Что ж, я могу… - Закройся. - Я могу уйти, - говорит Стайлз одновременно с оборотнем, - чтобы тебе было удобнее зависнуть в размышлениях. - Останься. Просто не двигайся и заткнись, - с трудом выдавливает Дерек. – Разве тебе не надо делать работу по психологии? Займись ею. - Ух ты, хорошая идея, - не затыкается Стайлз. Ну почему он не затыкается? - И почему я сам не додумался? В смысле, я же тут ничего не печатаю. Лишь… двигаюсь, если судить по твоим словам. Дерек не должен вестись на сарказм. Но удержаться не может, особенно, когда этот сарказм идёт от Стайлза. - Я укушу тебя. И не чтобы превратить, а чтобы у тебя постоянно рана болела. - Не ври! – похоже, Стайлзу весело. Дерек снова оборачивается и рычит, начиная перекидываться. В ответ лишь получает скучный взгляд. - Укусишь, и придётся объяснять всё Лауре. И Скотту. И Арджентам. И моему отцу. - Как же я тебя ненавижу. - Не-а, - усмехается Стайлз. – Я единственный, кто может тебе помочь. Мы с тобой, как минимум… Невольные союзники. Твоя выгода от наших отношений – Лора оставит тебя в тишине и покое, а моя – деньги на еду. Ну просто прекрасная сделка. - Собираешься потратить тысячу долларов на еду?.. - медленно тянет Дерек. - Ага, - Стайлз снова отворачивается к ноутбуку, раздражая этим оборотня. – Еда – вот что главное! - Разве вы оба не работаете? - Оба? - Стайлз снова начинает печатать. - Ты и Скотт. - Ты так сказал, будто мы с ним в браке, - в голосе Стайлза явно слышится усмешка. – Мы работаем. Просто… деньги лишними не бывают, знаешь ли. - Я… - оборотень тут же теряет весь пыл, внезапно чувствуя… вину. Как бы не твердил Скотт, что независим и стае не принадлежит, Дерек все равно за него в ответе. И дело не во вражде, просто они вертятся в настолько разных кругах, что видятся от силы раза два в месяц. В Бикон-Хиллс они сталкивались гораздо чаще, но тут, в другом городе, Дереку хватает того, что стая (почти стая) где-то неподалёку. И встречаться с ней совершенно необязательно. Дереку стыдно, что он работает только из-за того, что это необходимо для получения степени, в то время как они трудятся не покладая рук, стараясь заработать на хлеб и аренду квартиры. - Ты не говорил, что вам нужны деньги, - и слова оборотня звучат гораздо обиженнее, чем бы ему самому хотелось. - А нам и не нужны, - Стайлз поворачивается к оборотню с таким видом, будто силится что-то понять. – Чувствуешь вину из-за того, что постоянно нас игнорировал? - Тебя я не игнорировал. Да тебя просто невозможно игнорировать! Стайлз ухмыляется, снова кладёт локти на стол. - Похоже, мы с тобой подружимся, когда Лора уедет. Станем друганами-лже-бойфрендами. Или типа того. - Щас, ага. Дерек отворачивается к ноутбуку и каким-то чудом умудряется сосредоточится на работе, чем на этом мальчишке, который старается подавить смех. Десять минут спустя Стайлз плюхается около него и замирает, когда Дерек поднимает глаза. - Мне пока не разрешается на диван? – спрашивает Стайлз, и оборотень тут же чувствует себя мудаком. - Я этого не говорил. - Вот и хорошо, – Стайлз откидывается назад, кладёт ноут на колени, а ноги – на кофейный столик. - От этих стульев у меня задница болит. - Спасибо, что поделился. - И вообще, - произносит Стайлз спустя примерно минут пять. – Я только что получил и-мейл от Лоры. Чёрт! Ну конечно, у Лауры есть его и-мейл. И у Дерека тоже, хотя он и не знает откуда. - Что? – спрашивает Дерек. – Что ж ты сразу не… - Потому что только что пришло! - И что там говорится? - Дерек старается не выдать своего нетерпения, но как бы ни так. - Если обидишь его, я попрошу маму обратить тебя, закрою в подвале и буду вырывать тебе кишки долго, очень долго, - в голосе Стайлза слышится надлом, когда он доходит до середины письма. – Конец. - Она такого не сделает, - выпаливает Дерек. - Если она узнает, что мы врали… - Стайлз переводит взгляд на оборотня. – Нам обоим придёт трындец. - Она не узнает. - Я всегда колюсь, если на меня надавить, - начинает скулить Стайлз. - Мы просто исказим правду, - говорит Дерек, ведь Стайлз прав. - Вот ты её и искажай, раз эта твоя идея. Вот тебе основная задача. - Отношения требуют компромиссов, милый, - говорит Дерек так сладко, как только может. В среду ничего не происходит. Стайлз не отвечает на и-мейл Лауры, потому что не хочет и потому что Дерек считает, это не обязательно. Скотт обманом заставляет Стайлза расплатиться по счёту, а потом они занимаются всем тем, что положено друзьям. И пока едят, Скотт смотрит на него с таким выражением лица, будто хочет что-то сказать или спросить, или сделать, но только до того, как разговор заходит о ветеринарной школе. Или, быть может, лишь притворяется, чтобы потом, в самый неожиданный момент, напомнить. В четверг Дерека посещает мысль о том, что пора начать трогать друг друга, ведь если квартира «готова», сам он пахнет лишь собой, а Стайлз пахнет Стайлзом. В ответ Стайлз даже не смеётся, ведь не настолько же он противный, чтобы ржать над стесняющимся человеком. Может, конечно, настолько, но лучше сдержаться до той поры, пока не появится третий человек. Который посчитает странным, если Дерек вдруг превратится и нападёт на своего предполагаемого бойфренда. (Стайлз понимает, Дерек вовсе не такой непредсказуемый и дикий, но уж лучше преодостерчься, чем потом сожалеть. По крайней мере, в этом случае.) В общем, они начинают трогать друг друга. И это так же чудно и супер-странно, как звучит. Когда Стайлз сидит на диване (на своём диване, раз он делился с ним своими снами, кошмарами и слюной), Дерек рядом, совсем рядом. И рычит всякий раз, когда Стайлз осмеливается попросить включить кондиционер, ведь оборотень горячий, в смысле температуры. Дерек носит одежду Стайлза и наоборот. А ещё он начинает без предупреждения вытирать руки о лицо Стайлза. Скорее всего, потому, что тот сразу теряется и замолкает. Нет, конечно, дело в основном в запахе. Но честное слово, почему именно лицо? Дерек дотрагивается до него, когда они идут рядом, кладёт руку ему на плечо, когда они стоят. Но при этом выглядит так, будто ему в задницу забрался барсук. Так что Стайлзу от этих прикосновений как-то больше весело, а не неудобно и обидно. В пятницу Стайлз целый день проводит в университете. Весь грёбанный день: сначала на двух семинарах, потом на собрании насчёт презентации по статистике, потом встречается с куратором. Домой Стайлз попадает в девять, и, чувствуя себя выжатым, как лимон, падает в кровать и тут же засыпает. Ему что-то снится, это точно, но вспоминается лишь звон керамики, гладкий чёрный с поразительно голубым. И в общем, не важно. Хотя, проснувшись, он чувствует себя лучше. Нет, не просто лучше. Просто потрясающе. Конечно, это можно приписать тому, что он спал в своей кровати (вообще в кровати) в первый раз с самого понедельника, но даже тогда не чувствовал себя так хорошо. Появилась… энергичность. Обновление. Расслабленность. И именно когда Стайлз решает, пора встать и поесть, входит Дерек, заявляя, в комнате как-то странно пахнет, и ведёт вниз, в свою квартиру, где его ожидает не только коробочка из «Обеды Джо» (да-а-а!!!), но ещё и чёртов диван. В понедельник диван кажется чем-то необычным, теперь же Стайлз его ненавидит. Презирает. В субботу нужно работать во вторую смену, потому Стайлз спит до полудня, просыпается от злобного взгляда Дерека, и, виня оборотня во всех грехах, шаркает в туалет пописать. Альф приходит в магазин, как обычно это бывает по выходным, около четырёх, а за ним и мистер Альваро, и вот это случается не часто. - Сегодня же не вторник, - Стайлз смотрит вглубь магазина, где Альф пытается продать женщине лампу. Красивую лампу, между прочим. - Я в курсе, - произносит мистер Альваро, запускает руку в карман и вынимает… статуэтку волка. На этот раз голубую, местами потрескавшуюся, и если та была гладкой, темной и глянцевой, это эта – более грубоватая. Почти что тусклая, безо всякого блеска. - Нашёл её в комиссионке. Вспомнил о тебе. Это разве нормально? Стайлз не знает. Как не знает и того, нужен ли ему новый волк. - Очень… мило, - отвечает Стайлз. - Пять баксов, раз она треснутая, - мистер Альваро держит статуэтку в вытянутых руках до тех пор, пока Стайлз её не забирает. Она тяжелее, чем кажется на первый взгляд, и даже как-то странно успокаивает, стоит её потереть. - Да, хорошо. Пять баксов. Есть что для Альфа? Он вон там, если надо. - Нет, - ухмыляется мистер Альваро. – Это спец. доставка. Стайлз даже не знает, что ответить, и поэтому просто вытаскивает деньги из кошелька, отдаёт, а затем наблюдает, как мистер Альваро выходит за дверь, присвистывая. Той ночью уже две фигурки стоят на книжной полке и наблюдают за дверью, словно так и должно быть. Стайлзу следует испугаться, конечно, раз он не из тех людей, кто увлекается дизайном. Но он не пугается. Намеренно. А потом звонит Дерек. - Фотографии, - говорит он в трубку паникующим фальцетом. - Стайлз, немедленно спускайся. - Погоди, какие фотографии? – спрашивает Стайлз, хотя уже вешает рюкзак на плечо, печально прощается с кроватью и закрывает за собой дверь, когда выходит из спальни. - Просто… Просто спустись. Стайлз «просто спускается» и видит, как Дерек сидит на диване и таращится на руки, которыми сжимает колени. Джинсы порваны в нескольких местах, судя по всему, когтями. - Фото? - Фото, - отвечает Дерек. – Я был на Фейсбуке… - Ты знаешь, что это такое??? - Да, у меня есть там аккаунт, но это не важно! Я там не часто бываю, - Дерек водит рукой в воздухе так, будто буквально отмахивается от вопроса. – У Лауры там фото с бывшим… - С бывшим? - Стайлз бросает рюкзак у кофейного столика и плюхается рядом с Дереком. Рано или поздно оборотень, наконец, дойдёт до сути дела. Возможно, придётся подтолкнуть, но ничего не поделать. - Можешь не прерывать? – рычит оборотень. - Лора приезжает, потому что рассталась с парнем и теперь… - Вообще-то, можно было и раньше сказать, - и да, Стайлз опять прерывает Дерека. - Не в этом дело, - Дерек водит по тачпаду ноута пальцем, пока тот не включается. – Фотографии, Стайлз. Coберись. - Я собрался, - Стайлз откидывается назад, кладёт ноги около ноута Дерека и начинает шевелить пальцами ног, потому что это, вроде как, доставляет. - Пары часто… фотографируются, - Дерек спихивает ноутбук ему на колени, а на мониторе - Лора и парень с дредами. Видимо, её бывший. Видимо, который её бросил. Видимо, пошатнувший её душевное спокойствие настолько, что ей захотелось повидаться с братом. Чёрт! - Нам нужно сфотографироваться, - наконец доходит до Стайлза. - Много раз, - Дерек глядит на ноут злобно, будто тот виноват во всей этой фигне. – Очень-очень много раз. Лора приезжает в понедельник. - Будем фотографироваться сегодня и завтра, - Стайлз толкает Дерека коленом, придя в восторг. – Можем переодеваться. Сходить в кофейню, в зоопарк, делать… всё то дерьмо, что делают влюблённые. - Переодеваться? – голос Дерека звучит… озадаченно. - Ага! - Стайлз возвращает ноут на столик. – Возьмём с собой разной одежды и будем переодеваться, чтобы было похоже, будто мы делали эти фото все эти два месяца. - Так нам и правда нужно сходить на эти лже-свидания, - голос Дерека звучит как-то… расстроено. Стайлз подавляет желание показать оборотню средний палец. Неделя прошла, как не удивительно, очень хорошо. Дерек вёл себя не так ужасно, как обычно. Стайлз не признается об этом вслух, но ему вроде как… даже было весело. Так что сегодня никаких средних пальцев Дереку. По крайней мере, пока тот не натворит какого-нибудь дерьма. - Эй. Я чуть лучше тебя в этих делах. - Чуть лучше? - хмыкает Дерек. – Мы оба забыли про фото, Стайлз, и, значит, мы оба в этом нихера не смыслим. - Но у меня были настоящие отношения. В то время как у тебя лишь случайные связи. - Твои отношения больше трёх месяцев не длились. Стайлз удивляется, что оборотень об этом знает. - И разве твои бывшие не винят во всём тебя? - Откуда знаешь? - Стайлз уверен, что не рассказывал об этом оборотню. - Подслушивал, - Дерек кивает на потолок с херовой усмешкой. – Ты был пьяный и громкий, а Скотт пел в душе об Эллисон. - Ты засранец, ещё и извращенец. Но… продолжай улыбаться. И не двигайся. Стайлз вынимает из кармана мобильный и пододвигается к оборотню. - Что ты… - Я велел тебе улыбаться, - Стайлз включает фотоаппарат, кладёт руку Дерека себе на плечо и проверяет, на месте ли улыбка. Нет, конечно же. - Ну давай, улыбайся. Дерек рычит, притягивает его ближе, кладёт голову Стайлза себе на плечо, прилагая больше сил, чем требуется (детский сад просто!), и улыбается. Ужасно, больше похоже на оскал. Ну и шут с ним. Стайлз делает фото и… получается не так уж и плохо. Даже мило. - Хорошо, - Стайлз тычет телефон Дереку в лицо. – Назову её «Отдых субботним вечером». Дерек издаёт лже-смешок и отталкивает Стайлза. - Охрененно весело. - Что дальше? Переодеваемся и… - Стайлз возвращается на своё прежнее место и оглядывает комнату в поисках вдохновения. – Нам надо поужинать. - Сейчас девять вечера. И я сыт. - Значит, притворимся, что едим. Или закажем десерт. Ты сфоткаешь, когда у меня всё лицо будет в белом… - Сейчас будет?.. - Нет, пошлости не будет… - Стайлз хмурится, потому что, по какой-то причине, смущается. До такой степени, аж щеки начинают гореть, что даже странно. - Пары обычно мило фотографируются друг с другом. - Невозможно, - говорит Дерек. – Ты вовсе не милый. Стайлз бросает на него злобный взгляд и спихивает с дивана. - Будто ты у нас сделан из сахарной ваты и грёбаных радуг. Хватай куртку, засранец! Вперёд, за замороженным йогуртом!