Песни о любви

Помеченные Ривеном красным в календаре выходные наступили. Гриффин не завалила работой, погода не подвела, и новоиспеченное семейство Фицджеральдов собиралось на прогулку. Правда в команде игроков, как говорил Ривен, произошла временная замена, что означало, что Айси забрала Анабель и оставила взамен Норда, который по-прежнему очень любил кататься с Ривеном на ветролетах. Айси Темная, не бросившая свое юношеское увлечение «Magix Vogue», при деньгах и статусе мужа стала известной в Королевстве светской львицей, но кое-что ей не мог дать даже высший свет, а именно, девочку. Вот уже много лет она пыталась безуспешно забеременеть, посещая под тайными именами лучшие клиники и тратя миллионы магических долларов. Помимо Дарко об этом знали только Дарси и Сторми, поэтому Дарси никогда не могла отказать Айси, когда та просила пройтись с Анабель по магазинам или сходить на какую-нибудь вечеринку подружки, где все будут с дочерями. Вот и сегодня, несмотря на то, что Дарси сама хотела побыть с Анабель, она отпустила её с Айси на открытие нового модного торгового комплекса в центре Магикса, посоветовав напоследок трахнуться с Гелией, от которого у Флоры после первого мальчика третья девочка подряд. Анабель и сама любила тусоваться с тетей Айси, ей нравился блеск света, нравилась игра, в которую там все играли, не говоря ничего прямо, а лишь выказывая свое расположение или неприятие с помощью жестов и интонаций. Там все врали и их за это не лишали сладкого. И там Анабель училась в нужных ситуациях держать язык за зубами, чему её никак не могла научить Дарси. Правда, помимо этого, там Анабель училась и скрывать, утаивать и недоговаривать, прятать истинные чувства и намерения за маской безразличия или холодности, как у тети. И если Дарси приходилось всегда играть на два поля: сначала между Ривеном и Айси, а потом между семьей и школой, то Анабель играла сама с собой, буквально получая раздвоение личности. Но в детстве всегда так. Мы растем, меняемся. И, возможно, старания Дарси окупились бы и Анабель бы выросла нормальным ребенком, если бы темная, врожденная сторона девочки не получила сильного, опытного, а главное неуязвимого союзника. Но этому ещё только предстояло случиться. – Черт бы побрал этого Ривена, – ругалась Дарси, ища пульт от телевизора, который муж все время включал фоном и забывал выключать, – Ривен, куда ты дел пульт?! Ты меня слышишь?! – Может он упал за диванные подушки? – крикнул ей из кухни мужчина. – Нет его там! – сдунула упавшую на глаза прядь волос Дарси и огляделась кругом. Повсюду были разбросаны игрушки, обертки от конфет и прочие следы недавнего пребывания здесь «Темной четверки», хорошо хоть Сторми забрала Белиала домой. Дарси клинически любила порядок и чистоту, и пусть глупые феи сколько угодно считают ведьм неряхами. Но приучить детей убирать за собой игрушки было так же нереально, как приучить Ривена класть пульт на журнальный столик. Обреченно вздохнув, она начала собирать игрушки, в жалкой надежде случайно наткнуться на пульт и вырубить орущий зомбоящик. – Эта помада творит чудеса покруче Энчантикса, – вещал новый рекламный ролик с участием Музы, – С ней я чувствую себя уверенной в любой ситуации. – Всегда завидовала твоей уверенности, Муза, – оглянулась на телик Дарси и продолжила собирать игрушки, – Сначала всерьез веришь, что ты офигенная фея, потом, что твои песни реально хорошие, теперь вот говоришь, что даже с дурацким, розово-фейским цветом на губах чувствуешь себя уверенной. Дарси договорила фразу и, будто услышав себя со стороны, резко распрямилась и застыла перед телевизором с игрушкой в руках. – Найди свою музу вместе с новой помадой «Musa le rouge»! – послала воздушный поцелуй экранная Муза и задорно подмигнула. Дарси забыла, как дышать, и выронила игрушку. – Ядовито-розовый, фейский цвет, – еле слышно прошептала Дарси, соотнося оттенок прорекламированный Музой с тем, что был на щеке Ривена. – Ты нашла пульт, дорогая? – зашел в гостиную Ривен с Нейтом в одной руке и детской ложкой в другой. Дарси, словно в замедленной съемке, посмотрела на специалиста и отрицательно помотала головой. – Не стоит так расстраиваться, – оценил он её потерянный вид, – он легко выключается с кнопки, а пульт потом сам найдется. – И вообще, что тебя опять приспичило убираться? Все равно парни все разбросают. Погуляем, уложим их спать, и я помогу тебе все расставить на места и найти пульт, – улыбнулся ей Ривен, – Я бы и щас помог, но ты сама попросила накормить Нейта, и он только что согласился на кашу. – Шоколадную? – посмотрела на перепачканную мордочку сына колдунья, обретая дар речи. – С шоколадом, – рассмеялся Ривен и взглянул на мальчика, – Кажется, нас спалили, Нейт, – малыш тоже рассмеялся. – Почему ты мне врешь? – холодно спросила колдунья, быстро подходя и забирая сына. Ривен не понял и не сразу нашелся, что ответить, а Дарси уже ушла в кухню, крепко прижимая к себе сына щекой к щеке и держась за него как за спасательный круг, чтоб не расплакаться. – Дарси! Я же пошутил! Ну не едят они ничего без шоколада, что мне, голодом морить их что ли? – бежал за ней специалист. А телик продолжал надрываться: – Здарова, жители Магикса! С вами Сторми Спаркс. Шеф-редактор просил меня рассказать вам прогноз погоды, но мне че-то лень, поэтому я лучше покажу. Короче смотрите, вот в верхней части этой доски с хреново нарисованными облачками ожидается, примерно, вот такая молния. А чуть ниже, ближе к западной части города, откуда я щас вещаю, все будет спокойно и солнечно. Блин, надо убираться отсюда. В восточном Магиксе пройдут небольшие дожди и… Да знаю я, что провода могут замкнуть! Не ори на меня, стой молча за своей камерой и снимай! ============================================================ Ведьма полулежала-полусидела на кровати, наклонившись на спинку. Она читала книгу, вернее пыталась читать, но так и не продвинулась дальше предложения, на котором закончила вчера. Она весь день думала над тем, что, как уверяла она себя, ей показалось в обед. Ведь, кто угодно, но не Ривен. Ривен никогда не врал ей. В самом деле, почему она решила, что это Муза? Может, это и вправду была Марианна. Подумаешь, помада! Да она у каждой третьей одинаковая, если она модная. Но шестое чувство подсказывало ей, что это все-таки была Муза. Тогда она пошла по-другому пути, рассуждая, что все мужья рано или поздно изменяют своим женам, что мужчины существа полигамные, что их не привязать детьми и что не стоит закатывать истерик по этому поводу, ведь мужчины их тоже не любят. И вообще, ты сама виновата, если бы ты оказывала ему должное внимание, он бы не бегал искать его налево. Ну подумаешь, перепихнулся он с бывшей, все равно же вернулся домой и ведет себя как обычно. Говорит, что любит тебя, нянчится с детьми. Дарси стерла ладошкой слезинку. Может, он вообще сожалеет о том, что сделал, и ему тоже нелегко, а ещё ты тут со своими бабскими скандалами выедешь, и вы точно поссоритесь, и он тебя бросит. А так, может, все забудется. Муза ведь не часто в Магиксе. Правда? Дарси вздохнула и, закрыв глаза, запрокинула голову. Она надеялась, что у неё получится смолчать, что если проблему не обозначить, то она исчезнет сама собой. Но об этом тяжело было даже думать, не то что претворить в жизнь, особенно когда Ривен был постоянно рядом. Если бы она могла сбежать хотя бы на неделю, да хотя бы пару дней не видеть его, тогда они бы смогли начать с чистого листа, ведь она любила его, несмотря ни на что. А так…так она зависла в этой ситуации как на этой странице. – Фух, еле уложил, – вошел в спальню Ривен, закрывая дверь, – Представляешь, они уже было уснули, – снимал на ходу парень футболку и скрывался в ванной, продолжая речь оттуда, – и я пошел, но уронил чертов стул, и Нейт проснулся, и, естественно, Анабель за ним, и они заканючили, что хотят ещё сказку, и мне пришлось читать им ещё. Послышался шум воды. – Но теперь они крепко спят, – лукаво улыбался Ривен, выходя из ванной мокрый, в одном обернутом вокруг бедер полотенце. – Библиотека уже давно закрылась, любимая, – забрал одной рукой книгу, другой очки специалист и впился поцелуем в губы колдуньи. Ведьма старалась не сопротивляться ему, хотя все её естество протестовало. Она опять начала себя уговаривать. Шикарное тело Ривена было приятным не только на вид, но и на ощупь. Твердые мышцы, перекатывающиеся под гладкой, сейчас влажной после душа, кожей. Мягкие губы, которые целуют её. Его напористость, страстность, горячность, его доминирующее поведение в постели, его способность быть при этом нежным – все это обыкновенно сводило ведьму с ума, и она напоминала себе об этом. Но сегодня ей было противно каждое его прикосновение, и…она не смогла. – Не сейчас, Ривен, – собрав все силы, оттолкнула мужчину девушка. – Что-то не так, Дарси? – чуть обеспокоенно смотрел на неё специалист в сантиметрах от её лица, – Ты весь день сама не своя. Какие-то проблемы на работе? – Нет, всё в порядке. – Может, я тебя чем-то обидел? – осторожно поцеловал он её в уголок губ, – Расскажи мне. – Я сказала, всё в порядке, – отвернулась колдунья, – Просто не сегодня. – Ох, – выдохнул парень, скатываясь с ведьмы на спину на свою половину кровати, – Не сегодня, не завтра. Помнится, кто-то обещал мне три ночи. Хоть любовницу заводи, – без задней мысли брякнул Ривен. – Заводи, – ответила Дарси, выключив прикроватную лампочку, и обняла подушку, закусив кончик. – Думаешь, будет много желающих? – подумал, что ведьма поддержала его шутку, и продолжил Ривен, – Точно, устрою кастинг. Дам объявление в газете, пусть приходят на тест-драйв ко мне в офис. – К чему такие сложности? Неужели Муза уже покинула Магикс? – Муза? – повернулся на бок и приподнялся Ривен. Дарси видела его тень над ней: Луна светила в окно и проецировала его силуэт на стену спальни, но лица его в этом отражении не было. Интересно, какое оно? Удивленное или испуганное? Хотя чего тут бояться. Ривен же на самом деле был просто-напросто в замешательстве. Дарси загадывала ему очередную загадку, ответ на которую, видимо, был очень для неё важен. – Я не понимаю, о чем ты, Дарси, – честно признался мужчина, – Если ты видела Музу, то так и скажи. Я тоже её видел, но не знаю, в Магиксе она сейчас или нет. И далась тебе эта Муза, чтоб так переживать из-за неё. Сто лет не видели и ещё столько же не увидим. – Ты ведь любил её, Ривен. И, наверняка, говорил тоже самое, что и мне. Так же смотрел на неё, обнимал, целовал, проводил ночи. А потом её долго не было, и ты переключился на меня, так же как когда-то забыл меня с ней. И теперь я тебе снова надоела, и ты снова идешь к ней, но у меня вопрос, Ривен, – повернула к нему голову колдунья, – как скоро ты вернешься? И вернешься ли? – Что ты несешь, Дарси?! – Что я несу?! – сорвалась ведьма и села напротив пока что ещё мужа, – Да это ты всю жизнь пудришь мне мозги! А я верила тебе, хотя всегда знала, что никому верить нельзя! Я верила тебе даже тогда, когда ты не верил мне. А ты… Ты отвернулся от меня после первой же ошибки. Ну и что, милый? Что я на этот раз сделала не так? – Успокойся, Дарси, – хотел взять её за руку Ривен, но она вырвалась. – Ты никогда не любил меня, – все-таки немного успокоилась, выплеснув первые эмоции девушка, – просто я всегда была рядом, да? Под рукой. Да если б не твой тупой медальон, если б я как у всех парней могла читать твои мысли, я бы никогда даже не посмотрела в твою сторону, заносчивый щенок. Хочешь к своей фее? К своей Музе? Да пожалуйста! Второй раз я глупостей совершать из-за тебя не буду, можешь не волноваться, герой чертов. – Да какого хрена на тебя нашло?! – закричал Ривен, – Ты можешь толком объяснить, чего ты от меня хочешь?! Что я должен тебе сказать?! Что я никогда не любил Музу?! Дак это не правда! Я любил Музу, по крайней мере я так думал, пока ты опять не появилась и не перевернула мою спокойную жизнь верх дном! И в чем ты меня обвиняешь?! Что ты предала меня, а я не дождался тебя и твоих откровений каких-то, всего-навсего, семь лет?! Или ты хочешь сказать, что за эти семь лет ты ни разу не была с другим мужчиной? Да судя по рассказам Сторми, ты перетрахалась с половиной магической реальности! – Она врет! И даже тех, с кем я была, я не любила, и ты знаешь это. – Ой, прости, что я упустил такую важную и, несомненно, оправдывающую тебя деталь, и прости, что я что-то испытывал к Музе, прежде чем затащить её в койку. – Я ненавижу тебя! – А я ненавижу тебя! Дурак, женился на тебе и воспитываю детей, которые на меня даже не похожи! – крикнул в запале Ривен и закрыл рот, осознав, что сказал. Ведьма широко распахнула глаза, вдохнула и задохнулась. – Дарси, Дарси, я не хотел. Дарси, я знаю, что это мои дети и никогда не сомневался. Дарси, это не мои слова. Я просто повторил первое обидное, что пришло в голову. Мне тоже было обидно это слышать, поэтому оно и пришло мне в голову, а не потому что я думал над этим. Дарси, я клянусь тебе, я люблю тебя, Дарси, прости, – тряс её за плечи специалист. Дарси выдохнула и влепила ему звонкую пощечину. – Никогда, слышишь, никогда больше не смей прикасаться ко мне и моим детям, – быстро слезая спиной с кровати, в упор смотрела на него колдунья, вытирая слезы. – Дарси… – Не подходи ко мне, Ривен! – ломающимся голосом крикнула ведьма, выставляя вперед руки, – Я завтра же подаю на развод. Если ты волнуешься насчет темного венчания и слов отца, то да, оно теряет свою силу только после смерти, но венчаться ведь совсем не обязательно, чтоб жить с кем-то или даже жениться второй раз, а больше тебя ничего не держит. – Дарси, ты издеваешься?! Я не буду с тобой разводиться! – подлетел он к ведьме, прижав её к себе. – Отпусти меня! – вырывалась она, колотя его кулаками в плечи, – Я ненавижу, ненавижу, ненавижу тебя! – Это не правда, – старался спокойно говорить Ривен, – Ты любишь меня, а я люблю тебя. У нас есть дети, которых мы любим и которые любят нас. Вот такая мы веселая, любвеобильная секта. – Это мои и только мои дети! Ты думаешь, что я тебе их приписала? Дак иди и заведи своих с Музой! – Я никогда так не думал. Пожалуйста, прости меня и успокойся. – Простить тебя за то, что в очередной раз намекнул, что я шлюха? А как насчет тебя? – переставала дергаться Дарси и сосредоточено посмотрела в лицо Ривену. Он крепко держал её за запястья. – Я клянусь, что если ещё раз тебе хотя бы покажется, что я так подумал, я в этот же момент соберу вещи и уйду сам. Но сейчас я не могу Дарси. Я люблю тебя, люблю НАШИХ детей. И если ты тоже хоть немного меня любишь, объясни в чем дело? – старался говорить много и успокаивающе Ривен. – Ты изменил мне с Музой, – зло, по слову, отчеканила Дарси. – Я понимаю, что сейчас не время для деталей, но фактически мы с тобой больше не были парой к тому моменту. Ты вообще была тогда в Светлом Камне. А я был зол на тебя. И Муза… Она действительно была рядом, она поддержала меня, как когда-то была рядом ты. Но разве это плохо, что человек хочет быть рядом с тем, кто хочет быть рядом с ним? И я буду с тобой до тех пор, пока ты будешь этого хотеть, и я предпочту тебе любых Муз, потому что ты моя первая и единственная любовь… – Нет! – оборвала его ванильный слог ведьма – Ты изменил мне с ней на прошлой неделе. – Что?! – охринел Ривен, узнавший про себя такую новость. – Это была её помада. Не Марианны! – Ну была это её помада и что!? – не смог больше притворяться спокойным Ривен, – И из-за этой гребаной фигни ты устроила весь этот концерт?! – Из-за гребанной фигни?! Да ты соврал мне! – Я не хотел говорить тебе, потому что знал, что это обязательно выльется в твои обидки, недомолвки и прочую загадочную хрень, которую ты обожаешь! – О, ну давай уж, раз пошла такая пляска, расскажи тогда, что ещё тебя во мне бесит? И как ты только, такой совершенный, терпел меня все эти годы?! Или ты изменял мне и раньше? – Да никогда я тебе не изменял! Хочешь знать, что меня в тебе особенно бесит? Я скажу. Меня бесит, что ты думаешь, что ты самая умная, а на деле ведешь себя как полнейшая дура! Как тебе, идиотке, могло прийти в голову, что я хожу по бабам вместе с детьми? Или ты навоображала себе, что я сдаю их куда-то или трахаюсь прямо при них? Поделись своими гениальными соображениям, прям очень интересно, – оттолкнул её от себя Ривен, злясь на то, что им пришлось вылить друг на друга столько грязи из-за его необязательной лжи и её тупых привычек не говорить ничего прямо и сразу. Но ведь они ещё молоды и по-прежнему учатся семейной жизни. Как и все совершают ошибки, как и все ругаются. Но не все проходят этот путь до конца. Смогут ли они? Именно над этим они сейчас и думали, стоя друг напротив друга. – Мама, мама, мамочка! – ураганчиком ворвалась в комнату Анабель, запрыгивая Дарси на руки. – Что случилось, Ана? – спросила ведьма, быстро вспоминая, когда она в последний раз обновляла чары тишины в детской. – Там кто-то есть! – дрожала малышка, прижимаясь к колдунье. – Ривен, НЕЙТ! Ривен стремглав выбежал из спальни. – Всё хорошо, Анабель, мама рядом, – успокаивала дочь Дарси, гладя по спинке. – Там никого нет, Дарси, даже твои сигнализации и ловушки не сработали. Нейт спит, – вернулся Ривен, проходя в ванную за одеждой, – Может кто-то опять обманывает, а, Анабель? – Там кто-то был, мама, – затравлено смотрела на ведьму девочка. Дарси никогда не видела свою смелую дочь такой напуганной, – Я не вру. Оно говорило, что все умрут, если я не буду слушаться его, и ты первая. Мама, мамочка, я не хочу, чтоб ты умирала. – Анабель, солнышко, я не умру, я всегда буду с тобой, – садилась на кровать с дочкой Дарси, – Ривен, принеси, пожалуйста, воды. – Ещё оно говорило, что ты не моя мама, это ведь не правда? Ты моя мама? – с надеждой посмотрела на ведьму малышка. – Ну конечно, Анабель, я твоя мама и больше никто, – прижалась губами к её лбу Дарси, проверяя температуру, – Да ты горишь, моя маленькая. – Иди к папе, – взял девочку на руки Ривен, ставя стакан с водой на тумбочку, позволяя жене что-то там колдовать над ним, – А про меня оно что-нибудь говорило? – Нет, – помотал головой ребенок. – Совсем ничего? И даже, что я самый сильный и самый храбрый, и что меня боятся все монстры на свете, кроме твоей тети Айси, нет? Не говорило? Странно. Значит я сам скажу ему об этом, если оно ещё раз придет к моей маленькой дочурке. Может, это тебе приснилось, а, Анабель? – Оно было настоящим. Но оно было не здесь. – Прошу тебя, солнышко, оставь загадки для своей мамы, а мне скажи, как оно выглядит, – ходил по комнате взад-вперед с дочкой на руках Ривен. – Я не видела его. – Как не видела? Ты же только что сказала, что оно было настоящим. – Но ведь оно разговаривало со мной, значит оно настоящее, – резонно ответила малышка. – Идите сюда, – позвала Дарси, и Ривен с дочкой сели на кровать с другой стороны, – Давай, Ана, выпьем эту водичку, а завтра мама позвонит тете Айси и наругает её за то, что перекормила тебя мороженым. – Вот стерва, – беря стакан, ляпнула Анабель. Ривен хихикнул. – Анабель, это плохое слово, но, пожалуй, я возьму его завтра на заметку. – Я всё, – отдала полупустой стакан девочка. – Отлично, завтра тебе будет легче, моя сладкая, – чмокнула её в макушку Дарси, – а теперь давай спать. – Я с тобой! – Конечно, со мной. У нас даже подушка одна с тобой будет. – И папа с нами? – позевая, спросила девочка, смотря на Дарси. Колдунья посмотрела на специалиста, он сидел напротив и тоже ждал её ответа. Она как-то мелко, неуверено и раскаивающеся пожала плечами и, опуская взгляд, тут же натянула улыбку и ответила девочке: – Ну конечно папа с нами. Куда же мы без папы. – Втроем нас монстр точно не убьет, – видимо под действием заговоренной воды, успокаивалась малышка. – А ты до сих пор его боишься? – Совсем чуть-чуть. – Точно! – внезапно осенило Ривена, и он подбежал к комоду и начал там рыться, – Дарси, будь добра, включи свет. – Что ты там ищешь? – спросила ведьма, но все-таки зажгла прикроватную лампочку. – Нашел, – подошел к ним обратно парень, держа на веревке медальон. – Ну и зачем он тебе? – недовольно осведомилась колдунья и добавила бы что-нибудь про не бойся, привораживать тебя не собираюсь, если бы не Анабель в комнате. – Мне не зачем, – в том же тоне ответил ей специалист, – а вот МОЕЙ дочери очень даже пригодится. Солнышко, смотри какой медальончик. Он отпугивает всех-всех монстров. Хочешь взять его себе? – Всех-всех? Хочу! – радостно взяла из папиных рук черненький амулетик малышка. – Ривен, что ты делаешь? Это не игрушка, – быстро и взволновано говорила Дарси, – Ты же обещал мне подождать и потом дать им самим право решить, кто его сохранит. – Но, Дарси, ты же знаешь, что для хозяина он не представляет опасности. Это только защитит Анабель. – Я ничего не знаю точно, и никто не знает, не я делала этот медальон. И мы сами способны защитить её. – Но мы не всегда сможем быть рядом, а он будет с ней всегда и везде. – Мама, что это?! – крикнула девочка, которую на секунду оставили один на один с медальоном. Медальон завис в воздухе и начал краснеть, желтеть, а потом и вовсе раскалился добела. Внезапно он снова почернел и из эллипса принял форму звезды, потом квадрата, потом круга и начал расползаться от центра, превращаясь в кольцо. Кольцо уменьшилось до крошечных размеров и упало на колени девочки, как и родители, застывшей в изумлении. Дарси взяла ещё теплое колечко и просто, по-магловски, покрутила его, абсолютно не понимая, что сейчас произошло. – Я не знаю, Ривен, – ответила она мужу на немой вопрос, – Может, оно так признало её. Я не знаю. – Наверное, это для тебя, Анабель, – на раскрытой ладошке показала Дарси дочери кольцо. – Я хочу обратно свой медальон, – не взяла его малышка. – Его больше нет, Ана. Но если ты не хочешь, ты можешь не брать кольцо, – даже обрадовалась такому повороту событий колдунья. – Нет, – забрал колечко Ривен, – Анабель, солнышко, посмотри какое оно красивое. Дарси хмыкнула, не найдя в обычном, черном, тонком кольце ничего красивого. – Правда? – с любопытством спросила его девочка. – По крайней мере, это не простая безделушка, – кивнул ей специалист, – Давай наденем. На какой оно подходит пальчик? Нет, великовато. Ага, вот. – Надо показать тете Айси, – рассматривала свое колечко Анабель на безымянном пальце левой руки. – Ты же помнишь, что оно от монстров? Поэтому тете Айси лучше не показывать, вдруг помрет ещё, – с серьезным лицом говорил Ривен, и Анабель округлила глазки. – Ривен! – шикнула на него ведьма, – Не слушай папу, Анабель. Конечно покажи его тете Айси, но остальным лучше не рассказывать про его защиту от монстров. Потому что…, – подбирала ложь Дарси, – Потому что другие тоже такое захотят и очень расстроятся, когда не смогут его получить. Хорошо? Девочка в кои-то веки послушно кивнула и потерла кулачками глазки. – Ложись, моя маленькая, – уложила дочь на свою подушку колдунья и, приобнимая её, сама легла рядом. – Мама, спой мне песенку. – Солнышко, давай лучше попросим папу, – мельком взглянула на специалиста ведьма, – он редкий любитель музыки. Ривен театрально закатил глаза, a`la «Ну сколько можно?...» – Анабель, мы тут с мамой как раз думали насчет хобби для тебя, а не хочешь сама научиться петь и играть песенки? – Как ты на гитаре? – Можно как я на гитаре, а можно на чем-нибудь другом. И Нейта с тобой запишем. Правда, он не пойдет без Белиала, но, думаю, Сторми не будет против. Отдадим Белиала на барабаны, направим его страсть к разрушениям в мирное русло. Дарси закрыла лицо рукой, изображая фейспалм от очередных фантазий мужа. И ведь она знала, что он реально пойдет завтра и запишет всех детей в музыкальную школу. И какие Боги ему только посылают эти бредовые идеи одну за одной? Пока Ривен рассуждал, Анабель, на чью долю сегодня выпало немало потрясений, заснула. Специалист посмотрел на жену, они вроде бы так и не договорили, а вроде бы уже все решили. – Дарси, я хотел… – Я тоже, Ривен, – шепотом оборвала его колдунья.