Песни о любви

Рен стоял на площади возле вокзала и ждал Анабель. Не то чтобы девушка сильно опаздывала, просто он приехал много раньше, чтоб не опоздать самому. Сегодня была среда, день, когда они договорились съездить в Нижний Магикс. Вообще, когда Рен написал ей вчера смску с требованием сообщить место и время, Ана уже десять раз успела пожалеть о том, что она сболтнула во время бала. Естественно, ни о каком "заехать за девушкой" речь не шла. Конспиративная встреча была назначена возле вокзала Верхнего Магикса, откуда сюда приезжали на работу жители Нижнего и Среднего и куда сами цивилы никогда не ходили. Рен тоже был здесь впервые и со скрываемым любопытством озирался по сторонам, сильно выделяясь среди серой, уставшей, спешащей домой толпы. Внимание Рена привлекала одна старушка, сидящая на деревянной коробке возле входа и торгующая цветами. Взглянув на часы и убедившись, что до встречи ещё пятнадцать минут, он решил подойти к ней. – У вас очень красивые цветы, – рассматривая неизвестные ему виды, сказал Рен. – Совсем заморозила тебя девица, милок, – с улыбкой говорила старушка о прохладной погоде и зная, как долго стоял тут специалист, – Подари ей вот этот цветочек, глядишь, и она оттает. – Боюсь, она только больше разозлится, – усмехнулся парень, смотря на предложенный цветок, очень похожий на земной пион, – Может быть, в следующий раз. Рен осторожно прикоснулся к нераскрывшемуся рядом с этим цветком бутону, и тот медленно начал распускаться. Этому фокусу его научила Флора, проводившая с маленьким Реном много времени в оранжерее. Возможно, эта крупица доставшейся ему магии была одной из причин его популярности у девушек, ведь они тоже, как цветы, были биологическими существами, и тоже расцветали, когда он к ним прикасался. Старушка завороженно смотрела, Рен улыбался. – У вас очень красивые цветы, – переводя взгляд на женщину, повторил герой, – только не держите их на морозе. Вот, возьмите, пожалуйста. – Но ты же ничего не купил, – не стала брать денег цветочница. – Я смотрел на них. На Линфии почти никогда не рвут цветов, только смотрят на них там, где они растут. Возьмите. – Хорошо, – согласилась старушка, – но тогда, когда ты будешь дарить своей девице цветы, ты придешь ко мне и выберешь любые. – Договорились, – рассмеялся Рен и, попрощавшись с женщиной, пошел на прежнее место караула. Анабель все не было. Специалист начинал злиться и думать, что она его продинамила. Внезапно к нему обернулась тоже кого-то ждущая и озирающаяся по сторонам девушка, смутно знакомая. Она задержала на нем взгляд, и Рен узнал в ней Фицджеральд. – Сколько тебя можно ждать? – вместо приветствия, наехала на него ведьма. – Меня ждать? Да это я тут мерзну битый час, – возразил Рен. – Неправда, я пришла минут пять назад, как договаривались. – Ты бы ещё маскировочный костюм надела, чтоб я тебя наверняка не узнал, – оглядел её с ног до головы парень, – Фицджеральд, я, конечно, понимаю, что у нас не свидание, но тебе не обязательно было показывать это всем своим видом и одеваться как пугало. – Когда я одеваюсь, я в последнюю очередь думаю о тебе, – огрызнулась колдунья, – Зато по тебе сразу видно, что ты ни разу не был в Нижнем. Ещё бы куртку с символикой Фонтана надел. Фланзен был одет обычно, разве что где-то раздобыл глаженые брюки, что уже выдавало то, что он готовился. А Анабель действительно выглядела странно, нет, скорее непривычно. Тяжелые, будто мужские, ботинки на шнурках, вместо не всегда элегантной, но неизменно модной обуви, широкие джинсы, неизвестно как державшиеся на ней, наверно, на подтяжках, не менее широкая, темно-зеленого, болотного цвета куртка с каким-то шнурками и абсолютно дебильная, но теплая красная шапка с помпоном и непонятной надписью «OBEY». Немудрено, что Рен её не сразу узнал, она в прямом смысле растворялась в ниженской толпе. – А что не так с символикой Фонтана? С каких пор это стало постыдным? – Ты дурак? Туда, куда мы идем, нас ненавидят. И не задавай мне больше тупых вопросов, не заставляй жалеть, что я взяла тебя с собой, – развернулась в сторону вокзала девушка, ловя на себе заинтересованный взгляд какой-то старушки-цветочницы у входа. – Ты куда? – поймал её за руку Рен. – Я только что попросила, – уже устало вздохнула ведьмочка и смирилась, что это не последний тупой вопрос, на который ей предстоит ответить в первый раз едущему в Нижний Магикс парню, – Пошли быстрее, мы опоздаем на рейс, а следующий через сорок минут. – На рейс? У меня ветролет на парковке. – Просто. Иди. За мной, – удерживая покидающее её самообладание, отчеканила колдунья и, демонстративно выдернув руку, зашагала к вокзалу. Рен послушно поплелся за ней и, поравнявшись с улыбающейся старушкой, пожал плечами, дескать, таки дела. ============================================================ Рен никогда раньше не ездил в автобусе. Из-за большого интервала в расписании движения на этот маршрут всегда набивалась толпа народу. Специалиста, как и прежде стоящего за спиной ведьмы и не отсвечивающего, буквально волной занесло в автобус и зажало со всех сторон, а он прижал к стенке с большим окном колдунью, недовольно от этого поморщившуюся, чего он не мог видеть. Дорога, удаляясь от Верхнего Магикса, с каждым метром становилась все хуже и ухабистей, и автобус то и дело шатало. Рен подумал, что если бы салон не был забит так плотно, люди бы обязательно падали. Анабель подула на заиндевевшее стекло и приложила ладошку, пытаясь разморозить его магловским способом. Благодаря людям, в автобусе было тепло, но скорее просто душно. Рен, боясь нарваться на очередную бурю негативных эмоций, осторожно обнял ведьмочку со спины и положил ей подбородок на плечо, тоже подув на стекло, помогая с разморозкой. Ана ничего не сказала, а герой подумал, что автобусы это не так уж плохо. Но только он успел об этом подумать, как машину подбросило на очередной кочке, и Рен звучно брякнулся лбом о стекло. Ведьма тихо засмеялась, прикрывая рот рукой, стоящие радом тоже улыбались, с трудом сдерживая смех. – Эй, осторожнее, не драконий помет везешь! – крикнул водителю смущенный линфиец. – Щас кто-то выйдет и пойдет пешком, – ответил ему бывалый водила. Теперь смеялся весь салон, парень смутился ещё больше и, надув губки, заткнулся. Анабель, улыбнувшись ему в оттаявшее окошко, ободряюще сжала его руку. ============================================================ – Куда мы идем? – задал очередной вопрос Рен, вновь идя немного позади девушки. – Ты же первый раз в Нижнем? – уже без раздражения спрашивала Ана. – Ну…, первый, – недовольно и неохотно признал свою маленькую и очевидную ложь юноша. – Мы немного поиграем. – Во что? – В боулинг. – Что это? – Одна спортивная, земная игра. – Спортивная? Я не соревнуюсь с девчонками. – Всегда проигрываешь? – усмехнулась ведьмочка. – Ты ждешь в ответ какой-то шутки? – язвил специалист. – Рен, перестань ныть, – остановилась и повернулась к нему Ана, – У нас не так много времени, и я хочу успеть показать тебе самые популярные места Нижнего Магикса. Если не хочешь, никуда не пойдем, и я пойду по делам. – Нет, пошли, я обыграю тебя в роулинг, а ты, как победителю подаришь мне ночь любви в дешевом ниженском отеле. – Ох, – закатила глаза ведьма и возобновила движение, – Во-первых, в Нижнем нет отелей, ближайший в Среднем, во-вторых, я думала, что День Роз научил тебя не заключать со мной пари… – Это было не честно, – вставил в речь девушки пять копеек парень. – … а в-третьих, не смей прикасаться ко мне. – Недотрога это твоя такая вечная фишка? Со своим мужем ты тоже будешь только по праздникам? – С мужем я разберусь сама, и…, – снова развернулась к нему колдунья, – имею я право на женские дни или нет? – Женские дни? – растеряно переспросил и хлопнул глазками мальчик. Ана коротко рассмеялась. – Эй, ты опять соврала мне, да? Как с ребенком? – догонял её немного выпавший в осадок и отставший Рен, – Да или нет? Почему ты смеешься? Скажи правду, ведьма. ============================================================ – Привет, Ана, – живо поздоровался с девушкой парень в окошке кассы, в отличие от Рена без труда узнавший её. – Привет, Мет, – улыбнулась она ему, – Нам, пожалуйста, дорожку на час, есть свободные? – Да, восьмая свободна. – Отлично, – открыла Ана маленькую, потертую сумочку, висевшую у неё через плечо. – Вообще-то я тут мужчина, – возмутился Рен, доставая из кармана брюк компактный зажим для денег. – Убери, – шикнула на него ведьма, зло посмотрев, чтоб он не спорил, – я потом все объясню. – Вот, Мет, – подала колдунья в окошко пару смятых, зеленых купюр. – Держи, – отдал ей вместе с пропусками половину денег парень-кассир, – Сегодня для тебя скидка. – Мет… – Ана, я благодарен тебе за маму, пожалуйста, мне ничего за это не будет. – Хорошо, спасибо, – ещё раз улыбнулась ему ведьмочка. – Тебе спасибо. А кто это с тобой? Я Мет, – протянул он руку Рену. – Я… – Это Мустафа, мой троюродный брат с Марса, первый раз у нас, – опередила линфийца Анабель. – Очень приятно, Мустафа, – пожал руку потерявшему дар речи парню Мет, – Развлекайтесь. – Фицджеральд, у тебя есть пять секунд, что бы объяснить мне, что, черт тебя подери, происходит, – прошипел Рен, снимая куртку и с опаской смотря на шумных, здоровых мужиков, гогочущих и кидающих большие, круглые шары с дырками, – Кто этот оборванец, с каких хренов я твой очередной брат, что за дебильные шутки с Мустафой, и чем ты там с ним расплачиваешься, и за что он благодарит тебя. Ты что здесь часто бываешь? – Не часто, но бываю, – не торопилась отвечать на вопросы девушка, – Это Мет, мой знакомый, я познакомилась с ним через его маму, скучная для тебя история. – А деньги? – Тут другие деньги, американские доллары, универсальная для Земли и Нижнего Магикса валюта. – Но их оборот незаконен, у нас единая денежная система. – Я знаю, но тут ты ничего не купишь на наши деньги и не расплатишься кредиткой, здесь они обесценены, какой бы закон ни был. Это тоже слишком сложно объяснить. – А Мустафа? Кто такой Мустафа? – Да никто, – посмеялась Ана, подходя и выбирая шар, ища шестерку лайт, – Я просто выдумала, потому что ты бы не догадался соврать. Пойми, нас не должны узнать, мы тут нежеланные гости. И не зови меня по имени и тем более по фамилии, пожалуйста. – И как мне к тебе обращаться? Эй ты? – Ана Фитц. Здесь меня зовут так. – Блин, какая это все тупость, – запрокинул голову Рен, – Почему ты такая, Фиц…Фитц, странная? – Мустафа, ты будешь играть или нет? – улыбалась Ана. – Придумай мне другое имя! – Придумай сам. – Я не знаю дурацких, земных имен. Девушка, внимательно смотря на специалиста, закусив губу и наклонив голову на бок, на секунду задумалась, по привычке цивилов подбирая имя по внешнему или внутреннему соответствию. – Даниель, – шагнув к парню, провела она рукой по его мягким, русым волосам, делая их не такими встрепанными. – Почему Даниель? – по той же привычке искал смысл в имени юноша, смотря на близко подошедшую, симпатичную даже в нелепом мешковатом свитере колдунью. – Не знаю, – пожав плечами, поднялась на цыпочки и мимолетно коснулась его губ ведьма, – Спокойное, теплое, ласковое имя, как ты, когда не злишься. – Дак мы будем играть? У нас осталось сорок пять минут, – возвращая себе насмешливый тон, спросила Анабель и отошла обратно к шарам. – Будем, – успокоившись, выдохнул юноша, ещё ощущая её поцелуй, – Каким образом я должен тебя обыграть? – Все очень просто. Выбираешь шар и кидаешь его вон в те кегли, – указала она ему на конец дорожки, – Твоя задача – сбить как можно больше один ударом. – Всего-то? Легкотня! – закатал рукава Рен и потер руки. ============================================================ – Да ладно тебе, Рен, ну чего ты? – дергала его за курточку девушка. – Ничего, – буркнул герой, засунув руки в брюки, – Я же тебе говорил, что ненавижу Землю и все, что с ней связано. Следующие сорок пять минут после слова «Легкотня!» были для Рена одним сплошным, бесконечным мгновением позора. Ведьма раз за разом сбивала по семь-восемь кеглей, не выбивая страйк лишь потому, что тупо не хватало силы для более мощного броска, а шар тяжелее был для неё неподъемен. Рен кидал тяжелые шары, но толку от этого не было, такому его не учили в Красном Фонтане. Шары то скатывались с дорожки, то сбивали лишь боковые кегли. Предложения о помощи от девчонки специалист надменно отвергал и чуть не подрался с лысым мужиком, показавшим на него пальцем и заржавшим над ним с друзьями после очередного фейла. Колдунья с трудом выволокла его на улицу. – У тебя неплохо получилось для первого раза. Ты же даже выбил страйк под конец, а я нет, – под конец Рен действительно пристрелялся, мало-мальски освоив технику. – Мы больше никогда не будем играть в роулинг, – не стало от страйка легче горделивому юнцу. – Хорошо. А в кино хочешь? – Что я не видел кино, что ли? – Зем…, в смысле, тут другое кино. Без магии. – Ладно, пошли. Я хочу сахарный мэджикфриз, – как ребенок, хмурился и дулся герой. – Рен, – как ребенку и улыбалась, снисходительно, ведьма, – тут нет мэджикфриза, но мы что-нибудь придумаем. ============================================================ – Зачем ты заставил взять меня последний ряд? – Да мне-то пофиг какой. Вы же постоянно начинаете канючить: «Нет, тут видно, мы мешаем, давай потом», – передразнивал девушек линфиец, сидя с ведром сладкого попкорна и вишневой колой. – Я не собираюсь с тобой целоваться. – Так нечестно. Должно же мне хоть что-то сегодня понравиться. – А тебе нравится со мной целоваться? – Ну, как тебе сказать, это лучше чем роулинг, – смотря на появившуюся на экране картинку, хрустел попкорном парень. – Боулинг, – усмехнувшись, поправила его ведьма и тоже посмотрела на экран. В принципе, несмотря на наивность представления примитивными землянами космоса, фильм «Пятый элемент» показался Рену достаточно забавным, особенно понравилась рыжая героиня, голая вначале. Но как только у специалиста кончился попкорн и кола, он потерял к фильму всякий интерес. Отставив пустую картонную посуду, он вытер рот тыльной стороной ладони и посмотрел на девушку, которая, казалось, всерьез переживала за героев картины. Диванчики вместо кресел на последнем ряду не будто были, а были созданы для парочек. Рен положил руку колдунье на колено как раз в тот момент, когда на экране что-то взорвалось, и она нервно сжала её. Парень усмехнулся, ведь эти эффекты, по сравнению с магическими были полным примитивом. – Я доел, – оповестил ведьму Рен. – Хочешь ещё? – заботливо спросила она. – Ага, – ухмыльнулся Рен, кладя руки колдунье на талию, – Иди сюда, Ана Фитц. Ана Фитц не стала сопротивляться и поднимать возню, позволив утянуть себя вниз на диванчик. ============================================================ Рен вел за руку молчаливую и отчего-то грустившую молодую ведьму по плохо ухоженному парку. Сам он был бодр и весел, «по-мужски» вернув себе прежнюю заоблачную самооценку за счет девчонки. Но раньше всегда он шел за ведьмой, а теперь она не проявляла инициативы, и парк кончался, и он не знал, куда дальше. – Эй, Анабель, – не нравился парню сокращенный вариант имени, а кругом было пусто, спускались сумерки, – как отсюда выйти? – Прямо и налево до магазина, за ним остановка, иди, мне пора, – не зло и не весело, никак ответила колдунья. – Куда это тебе пора? Фицджеральд, что с тобой? – остановился Рен и посмотрел на неё. – Я просила не называть меня здесь по фамилии. – Прости, привычка. Что случилось? – осторожно приподнял он её личико за подбородок, легко поцеловав. – Тебе действительно интересно? – Конечно. – Неправда. Ты никогда меня не слушаешь. Тебе все равно, что со мной, чего я хочу, чего не хочу, есть только ты и никого кроме тебя. – Ты чего? – удивился Рен, поднимая брови. – Ничего, – вывернулась из его рук Ана и отвернулась. – Ты можешь говорить яснее? – обошел её парень, вновь становясь напротив. – Могу, но ничего не меняется. Я говорю тебе нет, что может быть яснее нет? Но ты все равно всегда поступаешь по-своему. Я просила тебя улететь, когда ты приехал за мной в Башню, ты меня заставил и оставил засос, который увидела моя мать, я не хотела пить с тобой кофе и попадаться папарацци, не хотела заниматься сексом в душе и выслушивать от Нейта, я почти умоляла тебя оставить меня в покое на балу, но ты не отступился, пока нас не застукал Белиал. Я хотела досмотреть фильм и поверь, если бы ты хотел, мы бы могли позже найти уединенное место для поцелуев. Я извинялась сотни раз за то, что принудила тебя к связи со мной, и если ты меня не простил, если ты мне так мстишь, я пойму, но просто тогда не притворяйся, что тебе действительно интересно, о чем я думаю, и что со мной происходит. – Анабель, прости, я же не думал, что все получится именно так, – хотел обнять девушку Рен, но она подняла руки, блокировав его. Линфиец вспомнил, как однажды мама привезла какие-то экзотические цветы с другой планеты. Никто не знал, как за ними ухаживать, чем подкармливать, как часто поливать. Мама, чувствуя потребности растения с помощью магии, попросила папу пересадить цветы в тень, но ему показалось, что на солнце им, как большинству растений, будет лучше и они быстрее приживутся. На следующий день цветы погибли. Тогда отец сел на шаттл и уехал, вернувшись с новыми цветами и посадив их в тень. Рен помогал ему и спросил, почему он сразу не послушал маму, типа потому, что мужчина главнее и не должен слушать женщин? Гелия, улыбнувшись, потрепал малыша по волосам и сказал, что если мужчина не слушает женщину, то он должен взять всю ответственность за дальнейшее на себя. Рен ни разу ни за что не взял ответственности. Он не спас ведьму от папарацци, предоставив ей разбираться самой, позволил Нейту отчитать её за опоздание и повел себя как полный придурок на балу. И ведь она ему тогда ещё сказала, что он достигает целей, не смотря на ценник, а он не понял этого, не услышал. – Анабель, прости меня, я идиот. Я клянусь тебе, я не хотел, чтоб все так выходило. Я буду слушать тебя, буду брать эту чертову ответственность, сажать цветы в тень, поливать морковку, только, пожалуйста, прости меня. – Зачем тебе это? – смотрела на несущего полухрень специалиста ведьма. – Потому что, – приблизился к ней парень, но боялся прикоснуться, будто взятая ответственность уменьшала самоуверенность – Потому что я не хочу быть всего лишь тем, кого ты используешь для своих экспериментов, не хочу быть единственным, потому что ты не хочешь пачкаться об кого-то ещё, я хочу быть единственным, потому, чтобы ты этого хотела. – Но я не хочу быть очередной шуткой тебя и твоей природы, не хочу плакать в туалете. – Ты не шутка, ты самое серьезное, что было в моей жизни. И, если ты доверишься мне, я не сделаю тебе больно, – неуверенно, но все-таки взял её за руку Рен, ведьма крепко её сжала. – Могу ли я доверить тебе самый большой секрет в моей жизни? – Если хочешь, – кивнул парень. – А ты хочешь? – Хочу. – Я не уверена, что ты поймешь меня. – Я постараюсь, – больше не сыпал пустыми обещаниями юноша. – Хорошо, но сначала зайдем кое-куда – согласилась Ана и вновь взяла на себя функцию гида, уже не отпуская теплой руки Рена. ============================================================ «Тук-тук-тук» – Закрыто, – послышалось из-за необдуманно-деревянной для Нижнего Магикса двери антикварной лавки. – Это я, мистер Магориум! – крикнула ведьмочка. Рен рассматривал удивительные товары сквозь стеклянные витрины. – Ана, девочка моя! – тут же распахнулась дверь, и седовласый мужчина обнял юную колдунью. – Здравствуйте, мистер Магориум. Как у вас и миссис Магориум дела? – Все прекрасно, Ана. Спасибо. Сто лет тебя не видел, ты так выросла и похорошела, – шутливо развел её руки в стороны и осмотрел, видимо, владелец магазинчика. – Сто лет? – смеялась девушка, – Я была месяца три назад. – Три месяца! Это для тебя три месяца ничто, а в моем возрасте каждый день на счету. – Ох, не придумывайте мистер Магориум. – Я серьезно, не пропадай так больше, Ана. Ты заставляешь Элизабет волноваться. – Вы великий шантажист, мистер Магориум. Вы же знаете, что я знаю, что миссис Магориум нельзя волноваться. – Знаю, – озорно подмигнул ей мужчина, – поэтому и говорю. – Хорошо, я буду заходить чаще, – хихикнула колдунья. – А где Макс? – выглянул из-за её плеча продавец и увидел неизвестного ему мальчика, хотя жил здесь давно и знал почти всех. – Я не знаю, – пожала плечами ведьма и отвела взгляд, – Я тоже давно его не видела. – Понятно, – с небольшим сожалением кивнул мужчина и протянул Рену руку, – Мистер Магориум, двухсотлетний держатель этой лавки с кучей хлама, которую я называю «Лавкой чудес». – Даниель, – пожал руку специалист. – С Земли? – С Марса. – Шутник, – весело и громко рассмеялся мистер Магориум, Ана тоже рассмеялась, а Рен не понял, но решил их поддержать, чтоб не выделяться. – Что же я держу вас на пороге, проходите, – опомнился и отошел в сторону мужчина, пропуская детей. – Да мы ненадолго, только вас попроведать, – неосознанно для себя говорила «мы» вместо «я» колдунья. – Как? Я думал, мы пойдем все вместе поужинаем. Элизабет приготовила чудного цыпленка. – К сожалению, нам правда некогда. Нужно зайти к Беатрис, Эвери болеет вторую неделю. – Понимаю. Я слышал, что он простудился. Осень, – вздохнул лавочник, – Смотри сама не простудись, а то всем помогаешь, а как у самой что случится, никому не говоришь. Подождите меня три минуты, я уложу домой вещи, которые хочу привести в товарный вид, и провожу вас до перекрестка. – Хорошо, – покивала девушка, и мистер Магориум скрылся за тяжелой, бархатной шторой, отделяющей торговый зал от хозяйственного помещения. – Ана Фитц? – обратился к ведьме Рен. – М? – улыбнулась уголком рта девушка тому, как он сильно противиться этой форме её имени. – Пообещай мне, что если ты простудишься, ты скажешь мне. Колдунья приподнялась на носочках и обняла его за шею, тихо говоря на самое ухо, чтоб мог слышать только он и никто в мире больше. – Ана Фитц – круглая сирота, зарабатывающая контрабандой в Верхнем Магиксе. Поэтому он так говорит, боится, что обо мне некому позаботиться. Но ты-то знаешь про выводок моих братьев. И я не простужусь, если кое-кто научится контролировать себя и душ, – чмокнула его в щечку девушка и отпустила. – Я уже научился и готов пересдать экзамен, – деланно-серьезно говорил Рен, ведьма также деланно закатила глаза. – Пойдем, я покажу тебе лучшую вещь в этом магазине, – потянула она его к шкафчику с полками. – Что это? Шкатулка? – рассматривал старую деревянную шкатулку в руках колдуньи специалист. – Необычная. Музыкальная. Смотри, – Анабель открыла шкатулку и из неё полилась неизвестная Рену, чудесная, земная мелодия, пожалуй, одно из немногих, что ему теперь будет нравиться с Земли. В центре шкатулки под эту мелодию кружилась маленькая, белая девочка в какой-то странной, белой юбке, не опускающейся вниз. – Это балерина, кажется, – пояснила Ана и закрыла шкатулку, боясь сломать. – Почему ты не купишь её себе? – Она очень дорогая, – аккуратно поставила вещицу на место девушка. – О Боги, неужели дороже твоего наряда, в котором ты убирала листья на День Магикса? Правда, смешно. Ни за что не поверю, что ты не можешь себе её позволить. – Во-первых, достать столько американских долларов реально сложно, а, во-вторых, не только в цене дело. Ты правильно сказал, я не могу не не купить её, я не могу её себе позволить. Как ты себе это представляешь здесь, в Нижнем Магиксе? Здесь деньги спасают от голода и болезней, а я лишь куплю очередную безумно красивую, но заменимую вещь. К тому же не забывай, что Ана Фитц круглая сирота, и у неё нет папиной кредитки. А ещё, я просто люблю возвращаться сюда и смотреть на неё. – Простите, что заставил ждать – вышел мистер Магориум. – Все в порядке, идемте, – ответила Ана, сдерживая улыбку оттого, что Рен незаметно на секунду переплел с ней пальцы, когда они выходили друг за другом в дверь. ============================================================ Анабель нажала на дверной звонок. Рен гадал, кого ещё из Нижнего Магикса ведьме необходимо сегодня посетить. И откуда она знает всех этих людей и главное, почему они все говорят о какой-то помощи и благодарности. Да и вообще он уже устал, а завтра рано на тренировку. Он надеялся, что она хотя бы поцелует его за все эти хождения в народ. – Ана, здравствуй! – открыла дверь молодая женщина лет двадцати восьми-тридцати и жестом пригласила войти, – Я уже не ждала тебя сегодня. – Прости, Трис, – приветственно обнялась и чмокнулась с ней как с подругой ведьма, – Мы задержались, заходили к мистеру Магориуму. – Не в этом дело, просто опасно ходить так поздно из-за полицейских патрулей, – говоря это, посмотрела на вошедшего следом за девушкой юношу хозяйка квартиры. Ана заметила это и познакомила их. – Даниель, это моя близкая подруга Беатрис Раймонд, а это Трис – Даниель Хастингс – мой… – Парень? – пискнула прибежавшая и спрятавшаяся за ногами матери маленькая девочка. Колдунья растерялась. Она и сама теперь не знала, как она хотела представить Рена, она говорила на автомате клишированные фразы, а девочка поставила её в тупик, заставив задуматься. – Лана, как тебе не стыдно? – заполнила укором появившуюся паузу Беатрис. – Не ругай её, Трис, – собралась ведьма и обратилась к Лане, – Здравствуй, Лана. Нет, это просто мой друг Дани. – Да знаааю, – протянула девочка, – Все знают, что твой парень Макс, а этот какой-то мелкий. – Ой, Лана, не стоит так про дядю, он итак не очень любит детей, – наклонилась к ней Ана, шутливо-заговорщически закрываясь с одной стороны ладошкой. – Эй, что это я не люблю детей?! – внезапно всерьез возмутился герой – Если я не хочу их от тебя, не значит, что я не хочу их вовсе. Анабель второй раз за пять минут лишилась дара речи и просто растеряно хлопнула глазами. А Рен присел перед девочкой на корточки и протянул ей руку. – Я Даниель, а ты? – Ты что, дурачок? Ана же десять раз назвала меня Ланой, ты не мог запомнить? – закатила глаза ооочень дерзкая девочка, Рен узнал в этом жесте Фицджеральд. Пришло время Рена теряться с ответом. – Ладно, – похлопала зависшего специалиста по щеке девочка, – Хоть ты и туповат, зато симпатичный. Так и быть, возьму тебя в свои парни, когда вырасту. – Э, круто, – только и смог выдавить линфиец. Стоявшие над ним женщины рассмеялись. – Дядя, дядя! – вбежал в прихожую ещё меньший, чем девочка, мальчик лет пяти, – Посмотри какой у меня ветролет! – Эвери, не досаждайте дяде, а то он больше не придет, – взяла на руки мальчика Трис, – Простите, Даниель. – За что? Я тоже люблю ветролеты, – поднялся Рен. – У меня целая коллекция, хочешь посмотреть? – радостно взвизгнул мальчик. – Конечно! – подыграл ему юноша, а может и не подыграл, а действительно хотел, ведь он сам ещё был почти ребенком. ============================================================ – А это LD-360, мой любимый ветролет, – с трепетом показывал Рену мальчик жемчужину своей коллекции пластмассовых, точных копий ветролетов. – Ты знаешь, кто его создал? – Конечно. Нейт Фицджеральд. Он сам на нем ездит. – Ну, если быть точнее, он ездит на оригинале, у которого нет названия, а это лишь внешне похожая и хорошо продающаяся за счет этого модификация, и поверь, она сильно уступает его ветролету. – Правда? – Правда. Только это секрет. – Я никому не расскажу, – покивал белобрысый мальчик и чихнул. – Давай выздоравливай, и я прокачу тебя на ветролете. – У тебя есть свой личный ветролет?! – в изумлении округлил глазки малыш. – Ну, не свой личный, – отчего-то вспомнил речь колдуньи про шкатулку Рен и немного приврал, – У моего хорошего друга есть, и он обязательно даст нам прокатиться. – Ух ты, было бы здорово! А какой у него? – SS-2000. – Это же последняя модель! Даже игрушки ещё такой не вышло! – Ага, он лучше чем LD-360, на нем даже можно гоняться с ветролетом Нейта, если знать как. Понимаешь, вот, что такое LD? – Light Drive, а 360 означает полную свободу маневров в пространстве. – Молодец, – был приятно удивлено недетскими знаниями мальчика Рен. – А мой, в смысле, SS означает Super Speed, но при этом он тоже достаточно хорошо управляем. И, если продержаться за LD, рискнуть на поворотах, чтоб не дать ему уйти, тогда на прямой будет шанс обогнать. Даже если за рулем будет сам Нейт Фицджеральд. – Ты бы обязательно обогнал его, если бы тебе представилась такая возможность, – с обожанием смотрел на увлеченно рассказывающего юношу мальчик. – Да, наверное, – усмехнулся Рен. Все знали, что обогнать Нейта невозможно, но было приятно, когда в тебя кто-то сильно верит, в него ещё так никто не верил. – А ты придешь ещё? – спросил Эвери, напуганный словами матери. – Приду. Я же сказал, когда ты выздоровеешь, мы прокатимся на ветролете. – Ты классный. Ана тоже классная, но она ничего не понимает в ветролетах. Девчонка, – заключил малыш. – Это Ана-то не понимает? Да она… ну да, девчонка, – осекся Рен и улыбнулся. – А ты когда-нибудь летал на шаттле? – не очень надеялся на положительный ответ мальчик, но вдруг дядя настолько крут, что и на шаттле катался. – Пару раз, – кивнул специалист, – У того моего друга есть небольшой, двуместный шаттл, он иногда дает мне прокатиться. И Рен рассказал ему про шаттл, про особенности вождения и ответил на все сопутствующие рассказу вопросы. ============================================================ – Дак кто этот таинственный Даниель, с которым вы где-то задержались? – улыбаясь, сидела напротив колдуньи за кухонным столом женщина. – Я говорила, просто друг, – закусывая губу, чтоб глупо не улыбаться от всплывающих в памяти милых моментов, все равно зарделась Ана, выдавая себя, и посмотрела в чашку с чаем. – Ну да, просто друг, с которым вы обсуждаете общих детей, – улыбалась ещё шире хозяйка. – Трис, перестань. Ты права, он не просто друг, он просто дурак, иначе бы не болтал всё подряд первым встречным. – Ну хоть кто-то появился, кто расскажет о тебе, а то я как Сократ, знаю, что ничего о тебе не знаю. – Не придумывай, Трис. – А Даниель хорошо одет, прямо как цивил. – Ну, он из Среднего. Его отец неплохо зарабатывает. – Ну да, Макс, конечно, хороший, но работа у него не завидная. – Ты серьезно? Ты думаешь, я поэтому рассталась с Максом? – Нет, что ты, я просто сравнила, – в самом деле не имела в виду ничего плохо женщина. – Ладно, прости, я просто давно его не видела, даже не знаю, все ли у него в порядке. – Наверное. Я слышала, что у него появилась девушка. Кто видел, говорят, что хорошенькая, но он её почему-то сильно скрывает. – Оу, вот как. Что ж, я рада за него. – Все в порядке, Ана? – Нет, я правда честно рада за него. Просто мне до сих пор стыдно перед ним. Ты не представляешь, как мы расстались в последний раз. И теперь у него есть девушка, и мне даже как-то самой легче. – Да, видимо, это был просто не твой мужчина, каким бы хорошим он ни был. – Видимо, – облегченно вздохнула ведьмочка, окончательно отвязываясь от Макса, узнав о девушке. – Беатрис, простите, – вошел в кухню Рен, – Я там рассказывал Эвери про ветролеты, и он уснул, помочь переложить его на кровать? – О, нет, спасибо, Даниель, я сама. Ему сначала нужно принять лекарства. – Блин, ахринеть, зачем пришла, то не сделала, – выругалась колдунья, открывая сумочку, – Держи, Трис. Тут все, как прописал доктор. – Не знаю, как тебя и благодарить, Ана. – Брось, ты, Лана и Эвери мне не чужие. – Все равно спасибо, – обняла девочку женщина, – Пойду, пока он совсем не уснул, а потом напою вас, Даниель, чаем. – Д-да, хорошо, – непонятно почему зазаикался и побледнел Рен. – Эй, все в порядке, Даниель? Как тебе Эвери? Мне иногда кажется, что он знает о ветролетах больше отца. Специалист молчал, колдунья усмехнулась и потянулась поцеловать его, но он остановил её. – Собирайся. Живо, – зло и тихо процедил парень. – Что случилось? – Живо, я сказал, – схватил её за локоть Рен и поволок к выходу. – Ана, Даниель? – вышла на звук хлопнувшей входной двери женщина, но уже никого не было. ============================================================ – Ты можешь объяснить мне, что происходит?! – продолжал тащить наспех одетую ведьму в неизвестном для себя направлении специалист, главное дальше от того дома. – Рен! – Не смей называть меня по имени! – задернул её в какой-то узкий переулок-тупик парень. – Что случилось? – была напугана девушка. – Ты спрашиваешь, что случилось?! Что ты ей дала? Таблетки?! На основе магии?! Отвечай! – Да, и что?! – Ты знаешь, что это незаконно!? Нет, это не мена денег, это гораздо серьезнее! Ты знаешь, что с нами могут сделать, если узнают?! – Я так и знала, что ты не поймешь меня, ты трус, жалкий трус и эгоист! – А ты тупая, безмозглая дура! Да, возможно тебе дадут пожизненное или даже как несовершеннолетней скосят срок до лет тридцати, а если папочка с мамочкой подсуетятся, может, и вовсе оправдают. А что? Я уверен, у вас хорошие адвокаты и они смогут все повесить на меня. А ты знаешь, что будешь со мной? Ты знаешь, что я военнообязанный? А что такое военный трибунал? Да меня за одно то, что я был с тобой, видел и не помешал тебе совершить преступление, расстреляют без суда и следствия как предателя режима. – Дак в чем проблема?! Веди меня в полицию. Давай! Я скажу, что ты пытался наставить меня на путь истинный, но когда у тебя ничего не вышло, ты привел меня в отделение. Так нормально? Или на орден не тянет? Я могу придумать что-нибудь трагичнее, чтоб наверняка. – Ты дура, – держа за куртку, сверлил её взглядом Рен. – Ты повторяешься, – тем же отвечала ему Ана. – Слушай сюда, мы сейчас возвращаемся по домам и никому не говорим, где и с кем были. Но если, если меня, твою мать, Фицджеральд, спросят, где я был в такой-то такой-то день со стольки до стольки, я скажу, что трахал тебя в сортире Облачной Башни, а ты подтвердишь каждое мое слово, и мне похрен, хочешь ты, чтоб о падении твоей невинности кто-то знал или нет. Чем неожиданнее и скандальнее будет версия, тем больше вероятности, что тупые полицаи нам поверят. А теперь показывай, как выбраться отсюда.