Песни о любви

В спортивном зале Красного Фонтана кипела работа. Около полусотни молодых красавцев завершали учебный день юзанием различных железяк. Если у Академии когда-нибудь настанут тяжелые финансовые времена, то можно будет продавать билеты на это шоу морских котиков, желающие точно найдутся. Только для верности надо будет обязать всех бойцов заниматься без маек и давать потрогать за дополнительную плату. Главная звезда сегодня очень торопилась и, задыхаясь, все равно продолжала делать упражнения в ускоренном темпе. – Фух, профессор Брендон, разрешите обратиться? – подбежал к нему запыхавшийся, мокрый специалист. – В чем дело, Фланзен? – Разрешите мне сегодня уйти пораньше? – Ты уже закончил? – Никак нет, не совсем. Минимальную норму. – Рен, мы же договаривались, что ты добавишь пятнадцать процентов к каждому упражнению. – Я знаю, я обещаю, я завтра выполню двойную. – Дело не в этом. Нагрузка должна быть равномерной и постоянной. – Но сегодня позарез надо, – не стоялось Рену даже на месте, он был готов бежать, как только скажут «марш!», – Она опять не будет меня ждать. – Ой, горе саладиново, – потер глаза Брендон и оглянулся, нет ли рядом Саладина на самом деле, – Ладно, иди, Бобик, гуляй, я сегодня добрый. – А че это вы добрый? – не веря, что прокатило, замешкался, ухмыляясь, Рен, – Тоже что ли… – Фланзен, не зли меня. – Да ладно, профессор, вы главно это, не зажимайтесь, а то в вашем возрасте может и… – Десять отжиманий, Фланзен. – Да все-все, иду. А, это, – наклонился ближе к Брендону парень, чтоб говорить тише, – гандоны надо? – Ты меня разозлил, Фланзен. Пятнадцать отжиманий и бегом в душ, выполнять! – дал ему несильный подзатыльник Брендон по направлению к матам. – Есть! – спотыкаясь, бежал сдерживавший смешок Рен. Брендон, скрестив руки и считая за Фланзеном, тоже сдерживал улыбку, вспомнив, что он как-то так же пытался отпроситься у Кодаторты пораньше, но тот не отпустил, и Брендону пришлось месяц бегать и объяснять Стелле, что он не виноват, хотя проще было признать свою вину и извиниться сразу, тогда бы не пришлось тратить месяц. ============================================================ Анабель под предлогом накормить Рена «нормальной едой» привела его на очередное НЕсвидание в маленькую кафешку в Среднем Магиксе с земной кухней. Это место не было востребованным среди цивилов, поэтому они тут были в относительной конспирации, но все же только в относительной, потому что в Среднем Магиксе тоже читали популярные в Верхнем газеты и журналы. Впрочем, то кафе, в котором засветилась Анабель в прошлый раз, стало востребованным настолько, что владелец этого кафе будет полным неудачником, если упустит такой шанс. – Ну и дыра тут, Фицджеральд, – оглядел помещение парень, проходя следом за колдуньей и держа её за пальчики руки. – Зато тут вкусная пицца. И мужчины-официанты, которые не будут подсыпать мне яд в кофе лишь потому, что я сижу с тобой. – Вкусная что? – пропустил вторую часть её реплики специалист, зависнув на первой. – Узнаешь. – Что это? – подозрительно указывал Рен на странную, круглую еду, когда принесли заказ. – Пицца, – улыбнулась Анабель, – Вот это с пепперони, а эта с морепродуктами, а вообще их сотни видов. И раз мы не знаем, какая понравится тебе, я выбрала две самые популярные и разные. Определимся с предпочтениями, а потом будем экспериментировать. – Не буду я ни с чем экспериментировать, – морщась, отодвинул от себя подальше пиццу Рен, – Что за дрянь пеппе-как-там? – Ну, это типа… не знаю, как тебе травоядному объяснить. Типа мясо смешанное со специями и сделанное в маленькие, плоские кругляшки, просто попробуй. – Я не буду мясо, – упрямился Рен. – Ну ладно, а с морепродуктами? Ты их тоже наверняка не ешь, но знаешь, говорят…, – привстала и наклонилась к парню через столик ведьма, что-то шепча на ухо. Пока она говорила, Рен удивлялся. – Фицджеральд, – обратился к смущенной девушке специалист, когда она села наместо, – Если ты в чем-то сомневаешься, мы можем найти туалет, и я докажу тебе, что мне не нужны морепродукты. – Да это просто…м, природный факт. Хм, ладно, как хочешь, можешь заказывать себе десерт, а я буду пиццу, – взяла кусочек с пепперони Ана. – Смотри, какой он вкусный, Фланзен, – покрутила она кусочком перед носом юноши, – Ммм, а как он пахнет, ты чувствуешь? Смотри, как тут много сыра, ты любишь сыр? – Люблю, – следя за летающей пиццей, сглотнул голодный после тренировки парень, оставшийся без ужина. – Я тоже, – откусила от кусочка Ана и нарочито заманчиво стерла большим пальцем с губы соус, – Очень вкусно. Может, все-таки попробуешь, пока она не остыла? – А, – закрыл лицо руками и тряхнул головой специалист, – Давай. Проклятая ведьма. Ты же не отстанешь, – схватил кусок пиццы Рен и откусил сразу половину. – Знаешь, пеппе-вот-это-что-мы-ели, не так уж плохо, мне понравилось. А морепродукты больше не будем, а то мне казалось, что я ем подданных короля Тританнуса, – делился впечатлениями от первой пиццы Рен. – Хорошо, – улыбнулась колдунья и помешала трубочкой сладкий латте макиато. Вторая её рука лежала на столике, и Рен, накрыв своей, играл её браслетом, перебирая шармы, нанизанные на него. От этого на душе было слаще, чем от латте макиато. Молодая ведьма, закусив губу, опустила голову, пряча за падающими волосами счастливую ухмылку и выступающий румянец. Говорили они немного, зато не ругались. *** – Я рад, Дафна, что ты согласилась выбраться со мной, – вел Брендон под руку нимфу, так и не осмелившись пригласить её на свидание так, как репетировали с Дарси. Он использовал самый банальный и безотказный предлог «поговорить о сыне». – Сегодня было не так много работы, так что я совсем не против поужинать вне Алфеи. Жаль, что Дарси с нами не смогла. – Да, безумно жаль, – постарался скрыть иронию Брендон. – Я сто лет не была в Среднем. Он так изменился, – осматривалась Дафна. – Не в лучшую сторону, – заметил мужчина, – В этом Совете одни придурки. – Прошу тебя, Брендон, – поморщилась от выражений нимфа. – Прости, просто как так можно закрывать глаза. Но, согласен, не будем о работе. – А куда мы идем? – сменила тему Дафна. – В одно кафе, наши ученики обычно там не, как они говорят, тусуют, поэтому можно будет спокойно посидеть без пати харда. Дафна похихикала. Брендон улыбнулся. Она ещё была такая красивая, такая свежая, а когда смеялась, в её карих глазах блестели золотые искорки, особая магия нимф, не иначе. Брендону было жаль Дафну, не в смысле она вызывала жалость, а просто было жаль её по-человечески. У Брендона хотя бы было счастье, у Дафны его практически не было. Он боялся становиться ей ближе не только потому, что был такой скромняжка, а ещё и потому, что боялся напомнить о Торене, которому она, наверняка, ещё хранила верность, и, напомнив, боялся потерять её как друга. Подойдя к кафе, Брендон уже хотел было взяться за ручку, но увидел в стеклянную дверь юную Фицджеральд и сидящего спиной к двери Фланзена. Похоже, по спине он узнает его чаще, чем по лицу. Брендон выругался про себя, пожалев, что отпустил линфийца с тренировки раньше положенного, и мысленно пообещал натянуть ему гондон на голову. – Дафна, я тут подумал, пойдем в другое кафе? – Что случилось? – добродушно хлопнула глазками нимфа. – Что-то мне расхотелось пиццы, – пожал плечами Брендон, – Ты не против, не знаю, суши? – Суши? Что это? – О, как раз и узнаешь, – воодушевился мужчина и быстренько зашагал прочь, пока чертов Фланзен с дочерью Трикс не вышли прогуляться. *** – А это ничего, что я называю тебя здесь по имени? – нарушил приторную паузу Рен, закончив раздумывать над тем, как он оправдается перед Флинком за пиццу с мясом. – Нет. Если меня узнают здесь в лицо, то пусть лучше под своим именем, не раскрывая того. – Хм, не сказать, что то имя у тебя такое уж сложно ассоциируемое, – видимо, под влиянием мяса, начал изъясняться длинными словами специалист, – Да и легенда не очень. – Знаю, но пока никто не догадывался, значит, нормальная. Впрочем, Макс говорит также, – совсем расслабившись, говорила, что думала, ведьма и сболтнула лишнего. – Макс, – повторив странное для него имя, помолчал Рен, Ана почему-то затаила дыхание, боясь вопроса, который он задал, – Помнишь, Лана говорила про какого-то Макса, который типа твой парень. Тот Макс? – Да, он один. Но он не мой парень. Мы действительно когда-то встречались, и Лана просто ещё не знает, что мы расстались. – М, расстались, это хорошо, – кивнул Рен и осознал, какую хрень сморозил, – Нет, в смысле, плохо, конечно, но хорошо, что ты норм. Ведь ты норм? – Норм, – закатила глаза колдунья, потешаясь над этой привычкой мальчишек укорачивать слова: норм, кароч, ладн и прочее. – Макс, – на выдохе обронила девушка, на глазах теряя цвет лица, смотря на входящего с другом Макса. В жизни таких совпадений не бывает. – Что Макс? – не понял Рен и, отвлекаясь от её браслета, посмотрел на неё, а потом обернулся. Если подумать, не так уж и странно было, что Макс пришел сюда. Ведь это он показал Анабель это кафе и угостил пиццей, которую она до этого пробовала только на Земле. Он часто заходил сюда поужинать, вот только Анабель совсем об этом забыла. Макс о чем-то переговаривался и смеялся с другим парнем примерно такого же возраста. Он казался Ане знакомым, но она не помнила точно. Макс старался оградить её от лишних контактов с Нижним Магиксом, чтоб не засветить её и просто защитить. Можно было бы попробовать как-то скрыться, но уже было поздно, Макс её тоже заметил. Он, не отрывая от неё взгляда, что-то сказал парню и стремительно направился к ней. – Привет, Анабель, – с какой-то недоброй улыбкой, больше похожей на оскал, в непривычной для себя манере произнес Макс, резко опираясь обеими руками в столик и наклоняясь к вжавшейся в стул девушке. Он видел, как ещё секунду назад она держалась за руку с этим смазливым цивилом. – П-привет, Макс. Любопытные за соседними столиками обернулись, но здесь, в Среднем Магиксе, потасовки случались часто, а Ану, видимо, никто не узнал, поэтому особого интереса это не привлекло. – Эй, чувак, послушай, – вставая, недовольно начал Рен, но его оборвали. – Сидеть, щенок, – рыкнул на него Макс и усадил за плечо обратно. – Я, кстати, Макс, – сам схватил и тряхнул руку специалиста мужчина, – А ты? Как тебя зовут, малыш? Ана, скажи, с каких пор ты подрабатываешь нянькой? – Тварь, ты добазарился, – соскочил Рен, хватая Макса за грудки. Макс был выше, но был, в конце концов, Рен внуком Саладина или нет? – Нет, не надо, прекратите! – пыталась разнять их Ана, но Макс был не Кайндом, и дело было не в простом танце. Макс тоже крепко вцепился в свитер линфийца. – Что, малыш, – выплевывал слова в лицо юноше Макс, – ростиком не вышел? Не переживай, она не смотрит на рост. Главное, успей её трахнуть, если ещё не трахнул. Давай вместе, я уступлю тебе первому? – Ррр, заткнись! – тряхнул его Рен и попытался свалить, но мало что вышло: Макс не был слабаком и не раз участвовал в дворовых драках. – Ахаха, малыш, – рассмеялся Макс и продолжил, – А знаешь, почему успей? Потому что она сбежит, и глазом не успеешь моргнуть, без предупреждения, без объяснений. Макс с рыком оттолкнул специалиста от себя и треснул ему вдогонку кулаком, разбив нижнюю губу. Рен упал, сбивая спиной столик. – Нет, Рен! – упала рядом с ним на колени Анабель. Парень тряхнул головой, собирая в кучу мысли. – Ну и шлюха ты, Фитц, – Макс знал настоящую фамилию Аны, но как Рен привык к Фицджеральд, так Макс привык к Фитц. Рен пришел в себя и кинулся снизу вперед, сбивая Макса с ног, и сел на него сверху, дубася по морде. Дружок Макса, видя, что запахло жаренным, подлетел и стащил Рена за шкирку, вдарив ему с размаху в живот, и начиная запинывать ногами. – Стой, Блейк! – подняв руку, остановил друга Макс, – Я сам разберусь. Ведьмочка впала в какое-то странное шоковое состояние, смешанное с болью и страхом, и просто роняла слезы, сидя на полу, не в силах что-либо сделать. И помогать им никто не собирался, никто не хотел проблем. – Что, Ана? Это все, на что способен твой ручной щенок? – стирая из-под носа кровь, посмотрел на неё сверху вниз Макс, – Я думал, у тебя достаточно денег, чтоб не сосать за них цивилу, но, видимо, вы все там продажные. Колдунья посмотрела на него заплаканными глазами. Он вновь вытирал кровь из-под носа. Это напомнило ей о Тьме, а за одним о том, кто она есть, и что ей не нужна посторонняя помощь. В её глазах сверкнул недобрый, черный огонек. – Повтори, как ты меня назвал, – медленно поднимаясь, слишком низким для себя голосом говорила Ана, её глаза темнели, кулаки сжимались. – Ты сама знаешь, – не захотел повторять Макс. – Повтори! – оттолкнула его ведьма с такой силой, что мужчина, отрываясь от пола, врезался в противоположную стену кафе, в метрах десяти от неё. А вот это уже было интересным, и теперь на драку смотрело все кафе, а некоторые даже снимали на свой телефон. – Больно? – словно сумасшедшая медсестра из фильмов ужаса, спрашивала Ана, присев на корточки и гладя Макса по волосам так сильно, что чуть ли не выдергивала их. Магия захватила её, – Ай-яй-яй. Друг Макса, переставший избивать Рена, схватил стул и хотел огреть её со спины по голове, но ведьма будто видела все на 360 градусов. Она развернулась с какой-то нечеловеческой реакцией и одной рукой остановила опускающийся на неё сверху стул. Дернув уголком рта в какой-то дикой полу-ухмылке, Ана выдернула из рук офигевшего Блейка стул, треснула ему им с размаху, как он Рену, по животу так сильно, что стул раскололся, и всадила острый обломок в руку, пригвоздив к полу, не обращая внимания на истошные крики мужчины. Свет в кафе замигал. Воздух был буквально наэлектризован от темной магии, которую Анабель призывала все больше, концентрируя в себе. Жаль владельцев телефонов, которые потом обнаружат, что съемка не велась. – Дак как ты меня называл, Макс? – походкой от бедра возвращалась к парню колдунья, ведя за руку смерть. – Чего ты хочешь, Ана? – был до ужаса напуган белый как простыня Макс, но старался этого не показывать, не зная, что страх, как темная эмоция, сейчас тоже подвластен девушке и она его чувствует. – Ты боишься меня? – наигранно-недоуменно спрашивала она, – Такой взрослый, сильный, самостоятельный мужчина боится маленькой девочки? Может, ты тоже хочешь стать моим ручным щенком? Я приму тебя по старой дружбе. Ведьма взяла его за подбородок и подняла вверх по стене на ноги. – Мне так жаль, Макс. Так жаль тебя убивать, – провела ему ногтем по шее колдунья, царапая до крови. Парень дернулся перехватить её руку, но она только сильнее прижала его к стене, давя ладонью на грудь. Её взгляд стал сосредоточен и жесток, маска сумасшедшей медсестры сменилась маской хладнокровного убийцы. Куртка Макса под её ладонью сгорела и теперь она жгла ему кожу, специально, ещё не убивая, а играя с жертвой. – Ана, – произнес на грани сознания от боли и уже переставал кричать мужчина, понимая, что следующие два слова, если он успеет их сказать, будут последними, – прости меня. – Никогда. – Анабель, – несмело положил ей на плечо руку Рен. Девушка вздрогнула от неожиданности, хотя полностью контролировала происходившую ситуацию и окружающих, но почему-то не заметила, как подошел юноша. – Уйди, Рен, – оттолкнув его второй рукой, окружила она себя и Макса кольцом стены из Черного огня, для надежности. – Анабель, прошу тебя, остановись, – кричал ей специалист, – Анабель! – Поздно, – сказала, но сама же противоречила себе ведьма, отчего-то начиная колебаться и медлить с финальной нотой. – Не поздно, Анабель! Не убивай его, ты же не любишь бублики! – Бублики, – повторила колдунья и закрыла глаза, тряхнув головой, будто боролась сама с собой. – Анабель, милая, прошу тебя, отпусти его, – видя, как опускается стена из огня, перешагнул через остатки Рен и снова подошел. – Анабель, – взял её за руку Рен, которой она секунду назад собиралась прожечь дыру в Максе, и отвел от мужчины, опуская её вниз. Макс без сознания сполз по стене. Ведьма продолжала невидящим взглядом смотреть в ту точку, на которой сосредотачивалась. – Посмотри на меня, малышка, – повернул её личико к себе, Рен, пачкая его кровью Макса и своей, оставшейся на руках после драки, и легонько побил её по щекам, возвращая в реальность. – Я никого не убила? – первое, что спросила Ана, немного оклемавшись. – Нет, никого, все в порядке, – обеспокоенно смотря, успокоил её парень. Колдунья огляделась кругом. Некоторые столики были перевернуты, посетители жались и прятались за барной стойкой, изредка лишь высовывая телефоны, ещё не зная, что они не снимают, рядом валялся друг Макса, потерявший сознание от шока и боли и сам Макс, также находившийся без чувств. Ана не могла поверить, что все это сделала она. Она радовалась возрастающей силе, когда впервые смогла совершить парную телепортацию, когда даже пьяная взломала защиту Фонтана и телепортировалась прямо в комнату специалистов, минуя раздевалки, но сейчас она была совсем не рада. – Нет, не в порядке, – помотала головой девушка и стремглав понеслась из кафе. ============================================================ – Нет, Дафни, смотри. Эту палочку зажимаешь между большим и указательным пальцем, а эту держишь как карандаш, – учил есть нимфу китайскими палочками Брендон. – Так? – Да. Теперь попробуй что-нибудь взять. – О, я хочу вот эту зелененькую штучку! – Нет, это очень остро. Я, обычно, беру немного и разбалтываю в соевом, ну вот этом черном, соусе, а потом уже в него макаю суши. Возьми вот этот и макни сюда. Дафна, высунув язык от натуги, кое-как зацепила ролл и поднесла его к пиале с соусом, но не удержала и с высоты бухнула его туда, разбрызгивая соус повсюду. – Черт, надо было попросить вилку, теперь ты забрызгалась, прости, Дафна, – перегибаясь через стол, вытирал её блузку салфеткой Брендон, что со стороны смотрелось чересчур интимно. – Ты не причем, у меня просто кривые пальцы, – помогала ему нимфа. – У тебя прекрасные пальцы, просто я дурак, – стукнувшись руками, посмотрел в сантиметрах от её лица на неё профессор и, смутившись, отпрянул, – Прости ещё раз. – Ничего, – улыбнулась женщина, – Жаль, что с нами нет Дарси, она, наверняка, умеет есть палочками. – Да, а если бы у неё не получилось, она бы воткнула их в первого же официанта. – Возможно, – посмеялась вместе с ним Дафна, – Послушай, Брендон, я понимаю, что ты хотел провести вечер не со мной… – Что значит не с тобой? – был крайне удивлен такими словами мужчина. – Ну, с Дарси. Но ты же понимаешь, что она замужем и, насколько мне известно, она очень счастлива в браке, поэтому я не смогу тебе помочь. – О чем ты говоришь, Дафна? Я вовсе не хочу уводить Дарси, и вообще она меня не интересует в этом плане. – Да? Мне казалось… – Тебе казалось. У нас с Дарси чисто дружеские отношения, хотя и дружбы между нами особой тоже не водится. Я хотел провести вечер именно с тобой, без Дарси, без всех. – Со мной? Почему именно со мной? – Это же очевидно, – взял её за руку Брендон, – Ты мне нравишься, и я несколько обескуражен тем, что ты так долго думала, что мне нравится Дарси. Я проявлял к ней излишнее внимание лишь потому, что мне от неё нужна была помощь в общении с тобой, а не с ней от тебя. – Нравлюсь? – удивленно переспросила Дафна, обескураженная точно так же. – Нравишься, – по-юношески улыбнувшись, кивнул Брендон, – Хм, забавно, мы так долго репетировали с Дарси эту сцену, когда я тебе должен признаться, но вышло все как всегда не по плану. – И Дарси знала и молчала? – Я попросил, после того, как она перестала закатываться со смеху. Ты не могла выбрать подругу подобрее? – О Боги, Брендон, – высвободила руку Дафна и закрыла лицо, – Это все так неожиданно, я не знаю, что тебе сказать и не хочу обидеть молчанием. – Ты не обидишь меня в любом случае и вольна поступать, как хочешь, просто знай, что ты мне нравишься, и я бы хотел проводить с тобой время. – Проводить время? – продолжала переспрашивать нимфа, будто чего-то недопонимала, она никогда не воспринимала других мужчин после Торена как тех, с которыми можно «проводить время», у неё же был сын. – Да, для начала просто куда-нибудь ходить вместе, ужинать, разговаривать о детях. Дафна, с одной стороны, не видела в этом ничего плохого, а с другой колебалась, словно боялась, что со временем привыкнет к симпатичному профессору, и что делать тогда? – Дафна, – вновь взял её за руку Брендон, помогая определиться, – Давай просто попробуем? – Хорошо, – вздохнула нимфа, будто уже ставила подпись в свидетельстве о браке, – Я не против проводить с тобой время. – Круто, – ухмыльнувшись, как его курсанты, выразил высшую степень радости мужчина. – Очешуенно, – улыбаясь, закатила глаза Дафна, пародируя своих учениц, – А ты расскажешь мне, как вы с Дарси репетировали? Это звучит забавно. – О, ты не представляешь насколько. Все началось с того, что меня чуть несколько раз не прикончил Ривен… ============================================================ Рен не выпускал её из виду, пока Ана не остановилась и не осела в снег рядом со скамейкой двора, в который забежала. Она выбежала, как была, в нетеплой рубашке и теперь наверняка замерзала. – Эй, ты чего, Анабель, вставай, – поднял рыдающую девушку за плечи парень, она снова осела в мокрый, липкий снег. – Анабель, не глупи, ты же знаешь, что с тобой будет, если ты переохладишься, – накинув ей на плечи её куртку, настойчиво поднимал ведьму Рен. – Пусть, пусть я умру, тогда все будет кончено, – всхлипывала колдунья, вырываясь, – И я больше никому не причиню вреда. – И добра тоже, – заставил её просунуть руки в рукава и застегнул молнию специалист, – Вспомни про Раймондов, про мистера Магориума, кто им поможет, кроме тебя? – Чего ты хочешь от меня, Рен? Скажи, чего? Зачем ты здесь? Ты ведь тоже считаешь меня шлюхой. Оставь меня, пожалуйста. – Не болтай ерунды. Уж я-то точно знаю, что ты не шлюха и никогда ею не была. Я здесь, потому что я хочу быть здесь, с тобой, и не хочу, чтоб ты замерзла, – расчистив скамейку, сел на неё Рен и посадил на колени ведьмочку, чтоб она не сидела на холодном. – Я ведь почти с ним, тогда, – уткнувшись ему в шею, продолжала плакать Анабель, – и не смогла, убежала, ничего не сказав, а он бы понял, если бы я сказала. – Дааа, он-то бы понял. Имбецил-ниженец. – Нет, он хороший, правда, он просто разозлился. – Анабель, он придурок, прекрати всех оправдывать. – Я не оправдываю, я знаю его. И ты спас его. – По мне дак пусть бы он сдох. Я спас тебя, не хотел, чтоб ты сделала то, о чем бы потом жалела. – Спасибо, – положила ему голову на плечо ведьмочка, обнимая за шею. Во дворе был всего один фонарь, и должно было бы быть темно, но пропитавшийся за день светом снег, искрился не хуже. – Ты снова спас мне жизнь, – упокоившись, слабо от пережитого и холода говорила девушка, но больше не замерзала. – Ничего я не спасал, я просто не хотел, чтоб ты раскаивалась, – хмыкнул Рен, обнимая её. Ему тоже крепко досталось, и он не был уверен, что у него целы все ребра, потому что было больно дышать, но он терпел и надеялся, что их не ищет полиция. К тому же, не они затеяли драку. – Нет, если я когда-нибудь убью, я тоже умру, я не смогу с этим жить, просто не смогу, понимаешь? – будто доказывала колдунья. – Чшшш, понимаю, – погладил её по спине парень. – Это мой самый страшный страх, – признавалась ведьма и добавила, – Был. – Хорошо, что был, значит, ты его преодолела. – Нет, я не избавилась от него, я приобрела новый, ещё страшнее. – Какой, малышка? – поцеловал её в щечку юноша, – Скажи, я помогу справиться. – Потерять тебя, – посмотрела него ведьмочка, – Я чуть не убила из-за тебя, Фланзен. – Оу, – больше ничего не мог сказать Рен. Невозможно одновременно чувствовать радость от того, что он кому-то дорог и то, что он является причиной того, что произошло. Ему не хотелось, чтоб из-за него Ана совершала то, что причиняет ей страдания, потому что он не хотел, чтоб она вообще страдала. А теперь, получается, он сам тому виной. Для него как и для ведьмы здесь круг замыкался. – Поцелуй меня, – просто попросила колдунья как передать соль, – Может, станет теплее. – У тебя кровь на лице, – ответил Рен и, взяв со спинки скамейки немного снега, стер кровь и растер ей щеки, чтоб не отморозились. – У тебя тоже, – в свою очередь и без того замерзшими пальчиками дотянулась до снега девушка и, скатав маленький снежок, приложила к разбитой губе парня. Специалист поморщился. – Тебе попадет завтра за драку? – Нет, не волнуйся. Я попрошу Брендона сказать, что мы тренировались с ним без защиты. Мы с ним типа друзья. – Кажется, ты говорил, что тебя бесит Брендон. – Ну, это когда было, ты вспомнила. Я ещё когда-то говорил, что все ведьмы плохие. Ой, больно, – немного сполз снежок, царапая и без того сбитую кожу. – Прости, – поправила снежок девушка, – А есть хорошие ведьмы? – Конечно. Я даже знаю одну. И, порой, мне кажется, что она перепутала Алфею и Облачную Башню, когда поступала учиться. – Если ты хотел сделать комплимент, сравнив обитель фей с Облачной Башней, то тебе не удалось, – улыбнулась колдунья. – А кто сказал, что речь о тебе? – вопросительно посмотрел на неё Рен, ведьмочка растерялась. – Да шучу я, конечно о тебе, Фицджеральд, – посмеялся специалист и, решив, что хватит ледяных процедур, выбросил снежок, придвигая девушку поближе, убирая с её личика растрепавшиеся от бега волосы. – Ты сбил все костяшки, – вздохнула ведьма, поймав руку парня. – Это не помешает нам целоваться, – кривовато из-за разбитой губы ухмыльнулся Рен, – Только недолго, а то ты все-таки замерзнешь, и мне опять придется тащить тебя под горячий душ. – Я немного, только погреюсь, – устало улыбнувшись его попыткам взбодрить и раззадорить её до привычного состояния постоянных перепалок, осторожно коснулась его губ ведьма, чувствуя железный привкус крови и не желая причинять дискомфорта, но Рен сам притянул её ближе и поцеловал, вдыхая тепло и согревая изнутри. Анабель боялась того, во что она превращается, и не знала, что с ней будет, когда все закончится, и будет ли она вообще, но сейчас, со специалистом, заглушая мысли поцелуем, она чувствовала себя абсолютно спокойной и даже безмятежной. А специалист, пусть и не спас сегодня мир от вселенской опасности, действительно спас одну конкретную девчонку, для которой, может, он и есть целый мир. ============================================================ Около часу ночи Брендона разбудил стук в дверь. Нехотя поднявшись с нагретой постели, мужчина открыл её и чуть не столкнулся нос носом с оперевшимся на косяк парнем. Было темно, и он не сразу увидел, в чем причина. – Фланзен, ты где должен быть после отбоя? – Профессор, я пришел у вас попросить не говорить…, – сам не договорил Рен и начал сползать вниз. Тяжелый учебный день, драка в кафе, сидение на холодной лавке и провожание ведьмы до Башни без ветролета компенсировались выбросом адреналина, но гормон закончился, а вместе с ним и силы парня. – Эй, Фланзен, – схватил его Брендон. Юноша лишь болезненно простонал от сдавленных ребер, по которым ему сегодня пару раз прошлись тяжелым ботинком. – Фланзен, я убью тебя, – дотащил специалиста до своей кровати мужчина и кинулся за врачом. ============================================================ Лазарет Красного Фонтана выглядел как просторная, светлая комната, наполненная воздухом и витавшими в нем запахами лекарств. Все вокруг было до такой степени белое, что резало глаза, если долго смотреть на что-то одно. Рен уже был здесь вторые сутки и его глаза привыкли. Ребра были не сломаны, но три нижних были с трещиной, поэтому теперь он лежал в тугом корсете, аки барышня. И все бы ничего, если бы к ребрам не добавилась пневмония, видимо, полученная при попытке согреть ведьму, которая сама была абсолютно здорова. Не привык линфиец к снегам, тем более что в этом году зима была какая-то ранняя и аномально-снежная для Магикса. Было скучно. Медсестра забрала телефон и разрешала только лежать, смотреть в потолок и пить горькие лекарства, обещавшие вылечить его до послезавтра. – Ну что, малыш, – зашла в палату полная, чернокожая женщина, – как дела? – Скучно, – вздохнул Рен. – Зато во вторник было весело, – села к нему медсестра и потрогала температуру, определяя без прибора, – 38. Голова болит? – Болит, – вздыхал парень. – У ты симпатяжка, – потискала его за щечку женщина, – Сейчас принесу тебе жаропонижающее. – Подъем, Фланзен, че разлегся? – вместо вышедшей медсестры зашел в палату Брендон, навещавший мальчика вместо дедушки, высказавшего ему все, что он думает о дворовых драках в общем и поведении внука в частности. – Да я бы встал, но фурия придет и опять напичкает меня таблетками как пасхального дракона, – в знак приветствия пожал мужчине руку специалист. – Эй, ты не обижай Белоснежку, – тихо шепнул ему Брендон, раскрывая прозвище медсестры, которое они придумали ещё в годы своей учебы. Рен, морщась от боли в ребрах, похихикал, – Она свое дело знает. И не таких как ты на ноги ставила в два счета. – Да мы с ней ладим. Просто я не могу уже пить эти бесконечные зелья. – Что поделать? Любишь с девочками водиться, люби и по роже получать, а потом зелья пить. – Да уж. Спасибо, что не рассказали деду про неё. – Рассказал бы, если бы это имело значение, а так нечего попусту трепать из-за кого тебе наваляли. – А что вам сказал дед? – До че ты любопытный, как фея, Фланзен, – потянул его за нос Брендон, – Что мне может сказать дед? Влепил выговор за то, что я отпустил тебя раньше с тренировки, типа, если бы не отпустил, ты бы не ввязался в драку. – Простите, – нахмурившись, отвел взгляд специалист. – Да ладно уж, ты у меня это ещё отработаешь. И двойную норму, которую обещал выполнить за отгул, и тройную сделаешь за выговор, ты не переживай, Фланзен, мы с тобой все наверстаем. Я теперь за тебя крепко возьмусь, у тебя сил даже на сон хватать не будет, не то что на баб и драки. – Я обещаю больше не пропускать ваши тренировки. – Ты давай не кичись, обещает он, а как к девке опять бежать надо будет, дак сразу прости-прощай тренировка. Ты выздоравливай лучше поскорее, а то мне без тебя некому подзатыльники давать. – Хорошо, – снова морщась, посмеялся Рен, – Послезавтра обещали выписать. – Ну вот с послезавтра и начнем тебе мстить, – нарочно злобно ухмыльнувшись, потер в ладоши Брендон, веселя парня, – а пока отдыхай. – Я не отдыхаю, я с ума схожу от скуки. Профессор, можно попросить вас дать мне хотя бы телефон? Он в моих вещах, за ширмой. Белоснежка унесла все, а я встать не могу. – Ох, Фланзен, – встал с койки и пошел за телефоном Брендон, – мало мне от Саладина проблем, ещё и Белоснежка в чай слабительного подсыплет, если узнает. Только Брендон скрылся за ширмой, как в комнате материализовалась Анабель, с какими-то предметами в руках. – Никого? – быстро взглянув на Рена, спросила она. – Никого, – и не думал врать линфиец, просто от неожиданности как-то вышло. Брендон за ширмой его проклял. – Фух, – плюхнулась она на койку рядом с ним, – Привет, Фланзен. – Как ты узнала, где я? – Это не сложно, когда твои братья в команде с одним парнем, которого почему-то второй день на тренировках заменяет другой парень. Поинтересовавшись, где «самое слабое звено», я получила ответ, что в лазарете. А да, ещё они сказали мне, что я злая, потому что о больных так нельзя говорить, – весело выложила ведьма и спокойнее продолжила, – Я переживала, Рен. Почему ты не ответил ни на одно сообщение? – У меня забрали телефон. Как только вернут, я тебе сразу напишу, – нашарил на постели её руку специалист, но тут же отпустил, потому что закашлялся, и пришлось отвернуться от девушки. Кашлять было больно, но он мужественно, насколько это было возможно в его беспомощном положении, это перенес. – Ты простыл, – погладила его по голове колдунья, – и у тебя температура. – Скажи мне что-нибудь, чего я тут не узнал о себе за два дня. – У тебя сегодня такая же температура, как у меня всегда, – улыбнулась ему ведьмочка и вздохнула, – Почему ты не сказал сразу, что тебе нехорошо? – Потому что мне было нормально и были дела поважнее. Почему, почему, столько почему, Фицджеральд. Меня тут пичкают горькими лекарствами, а ты валишь очевидными вопросами. А ещё мне скучно. – Я знала, поэтому пришла помочь тебе, но сначала выпей это, это твое зелье, сделанное на ведьминский лад. Эмили расшифровала его формулу, – подала она парню склянку. – Как-то не похоже, – скептически побулькал флакончик с неприятной, темно-коричневой жидкостью специалист. – Эффект такой же. Мы испытали на жабах. – Убедила, – иронизировал юноша, откупоривая склянку и принюхиваясь. Оно почти ничем не пахло, только немного какой-то сыростью или теми же жабами. Как привык, без опаски, словно сладкую воду, он пригубил зелье, но ведьма тут же, чуть ли не против воли, влила ему все до конца, потому что знала, какие горькие их зелья, и запечатала рот поцелуем, чтоб он не смел выплевывать. – Ты чокнутая, – все ещё плевался от целебного снадобья специалист. Зелья Белоснежки по сравнению с этим были нектаром, – Напоила меня какой-то дрянью, я теперь умру. – Не умрешь, – тихо смеясь, потерлась с ним носом и ещё раз чмокнула Анабель, нейтрализуя горькое зелье сладким, вишневым блеском. Брендон за ширмой был готов провалиться сквозь землю. – Я рад, что ты в порядке, – смотря с каким-то обожанием на нависшую над ним девушку, запустил руку в её волосы Рен, гладя по щеке большим пальцем. Анабель взяла его за эту руку и села на краешек. – А чтоб не было скучно, я принесла тебе книжку. – Я ж так люблю книги, – увел глаза специалист. – Эта интересная, – заверила колдунья и подала парню увесистый томик. – «Тысяча и одна ночь», – прочитал он вслух название, – Зашибись. Люди тысячу ночей писали от нече делать, а я читать должен? – Это сказки про одного царя, у которого была тысяча незабываемых ночей с прекрасной наложницей Шахерезадой, – интриговала его Ана, недоговаривая содержание и суть. – О, это и правда может быть интересно, – воодушевился страстный линфиец, не подозревая об обломе, и притянул к себе ведьму, – Давай потом повторим что-нибудь отсюда? – Без проблем, – кивнула девушка и посмеялась про себя. Она-то читала эту книгу. – Учти, ты обещала, – был серьезен специалист. – Учту, – улыбнулась ведьмочка, наклоняясь и быстро целуя парня, – Ну ладно, мне пора, пока кто-нибудь не пришел. – Нет, ну подожди, давай вместе начнем читать? – О, этим лучше наслаждаться в одиночестве, – жмурилась как довольная кошка Ана. – Ну, Анабель, – канючил специалист, удерживая уже вставшую девушку за руку. – Пока, не скучай, – не удержавшись перед его милой мордочкой и чмокнув ещё раз на прощание в небритую щеку, испарилась девушка, будто её здесь и не было. – Ведьма, – ругнулся специалист и хлопнул по постели. – И мне обязательно было все это слышать, Фланзен? – вышел из-за ширмы с нестрогим наездом Брендон, кидая ему телефон. – Ну не мог же я сказать ей, что вы здесь, тогда бы она ушла, – спрятал его под подушку Рен. – Меня больше волнует, как она пришла. Саладин отключил защиту? – Сомневаюсь. Просто она и не на такое способна. «Да уж. Влип ты, Фланзен», - с усмешкой подумал Брендон. – Ну подождиии, – передразнил его профессор, – Фу, Фланзен, как баба. – Ниче не баба, – насупился парень, – Вы просто не знаете, как сложно общаться с ведьмами. – Ну, конечно, – иронично покивал Брендон, садясь туда, где сидела Анабель, – Ты у нас один такой альфа-самец. Знал я одного несчастного, которого угораздило по молодости крепко спутаться с ведьмой. – И что с ним стало? – А как ты думаешь? – Умер? – округлил глазки мальчик. – Да нет, запудрила она ему мозги, а потом кинула. – Хм, всего-то, – хмыкнул Рен. – Если бы. Она ж потом вернулась, через лет семь, когда он жениться собирался. – А потом? – Что потом? Пропал парень, все, нет его больше среди нас холостых. Детишек растит. – Значит, он все-таки женился. – Женился, только не на невесте, а на ведьме. – Тьфу, – надоело Рену, что его разводят как ребенка, – зачем вы мне все это рассказываете? Я ж не такой лох как он, я так просто не дамся. Да и она совсем другая. – Ты прав, – подавил ржач в кулаке Брендон, – У них с той ведьмой совсем ничего общего. – Именно, – уверенно кивнул юный специалист, – А вы мне не так и не рассказали, куда ходили в тот вечер. – А с чего это я должен тебе докладываться, любопытная фея? Мне у тебя с тренировок не отпрашиваться. – Ну просто, – поджал губки Рен. – Не борзей, Фланзен, – поставил ему щелбан Брендон, – и не куксись, а то разонравится ведьме твоя кислая морда. Вытрись, кстати, весь в блеске, блестишь как лысина Палладиума. – Часы посещений закончены, профессор, – вошла в палату с подносом медсестра, – мальчику нужно покушать, принять лекарство и поспать. – Какой ему кушать? – продолжал подслащивать скучную жизнь линфийца Брендон, – Посмотрите, какие он тут уже щеки наел! Вы мне так бойца испортите. А, я ему тут книжку принес, – соврал за Рена мужчина, подумав, что тот может и не сообразить после прихода ведьмы. – Хорошо, пусть читает. Я предлагала ему, он отказался. Сказал, что это ещё скучнее. – Да он балда, – встал Брендон и взъерошил специалисту волосы, – Читай, приду проверю. – Мне никто и не предлагал таких интересных книжек, – оправдался Рен, все ещё уверенный, что там рейтинг, как минимум, 18+. Брендон тоже читал эту книжку и злобненько поржал про себя. – Ох, Фланзен, ну ладно, отъедайся, завтра зайду к тебе, «не скучай», – закатив глаза, спародировал он голосок Анабель и обратился к Белоснежке, – Вы его, когда с ложечки кормить будете, подуйте, а то он у нас существо нежное, не дай Дракон обожжется ещё. Женщина рассмеялась, Рен опять насупился.