Скрытые истории Скрытых Селений. Огнецвет (Firebloom)

      — Какаши, послушай…       Арика потянулась ладошками к его лицу, но он поймал ее руки и отстранил их от себя.       — Послушай, — не сдалась она, — ведь это же будешь ты! Вдвоем мы справимся! Вот давай сейчас обговорим всё по порядку — и ты увидишь, что всё не настолько страшно!       Джонин взглянул на нее так хмуро, что Арика тут же замолкла. Ну вот, это задание еще не успело толком начаться, а уже все нервы из них обоих вытянуло! Причем Какаши просел еще дома, в Конохе: он стал задумчивым и молчаливым и на все ее старания обсудить задание реагировал, вроде бы, со вниманием, но сам всё больше слушал, а говорил мало, исключительно по делу, явно погруженный при этом в свои собственные мысли. И только поглядывал на Арику хмурым взглядом — вот в точности как сейчас — и от этого взгляда она почему-то чувствовала себя виноватой…       Хатаке устало потер лицо — все его раздумья к утешительным выводам не приводили. Он уже доложил всем остальным о перспективах миссии. Правда, некоторые детали он опустил. Да оно и без замолчанных подробностей, а только лишь по лицам слушателей было видно, что решение о том, как поступить дальше, предоставляется теперь ему самолично. Впрочем, было ясно и то, какого именно решения от него ждут: тут уж, как говорится, задание есть задание, и надо его выполнять, невзирая ни на что. Правда, и честь коноховских шиноби тоже имеет немалое значение — на это даже Цунаде-сама указывала. Да только в этом вопросе Хокаге оставила заметную всем и каждому лазейку: Арика — не шиноби. Вот и получилось всё у Пятой просто сказка как складно: что Коноха есть Коноха, а клан Тайори — есть клан Тайори. И последним, типа, ничего не сделается — у них и без того репутация соответствующая…       В дверь постучали, оторвав Какаши от его размышлений.       — Входите, — отозвался он, нацепляя маску на лицо…       В комнату вошел Хиаши, и Хатаке поднялся ему навстречу. Арика же, наоборот, невольно замерла. Она прекрасно помнила их с Хьюга словесную стычку, переросшую в нечто большее, и не сомневалась, что он не хуже нее всё это помнит. Ее вообще несколько смущал тот факт, что она попала на одну миссию с Хиаши, пусть даже причины этого попадания были на виду.       Хьюга, как всегда, внешне выглядел спокойным, и ни жестко поджатые губы, ни пустой взгляд не выдавали в нем какого-либо волнения. Лишь его осунувшееся, посеревшее лицо показывало, что похищение дочери тяжелым камнем лежит на его душе.       — Что-то хотите сообщить, Хиаши-сан? — бесцветным голосом поинтересовался Какаши.       — Да, хочу, — Хьюга так пристально посмотрел на Хатаке, будто сквозь маску ему заглянул. — Хочу помочь вам подготовится к завтрашнему дню. — Он перевел взгляд на Арику, и та едва удержалась, чтоб не поежиться. — Хочу, чтоб наша миссия завершилась успешно.       Тайори прикусила губу. Конечно, желание Хиаши было ей вполне понятно. Как было понятно и то, что Хьюга пришел сюда, в том числе, для того чтоб просить. Да, своеобразно так, насколько позволяли достоинство и гордость клана Хьюга, но просить — за эту чертову миссию. За Ханаби. Только вот… Она украдкой глянула на Какаши: внимание джонина было полностью приковано к гостю.       — Помочь? — переспросил Хатаке.       — Мне кажется, что вы, Какаши-сан, — Хиаши вернул на него взгляд своих пустых глаз, — недостаточно глубоко знакомы с тонкостями вашей завтрашней задачи. Есть несколько простых, но важных мелочей, которые вы вряд ли практиковали, но из-за которых вы можете нечаянно выдать свою неподготовленность.       «Что-о? — опешила Арика. — Неужели Хьюга занимается…»       — Я пришел, чтоб показать вам хотя бы то немногое, что желательно для вас знать и уметь, — невозмутимо продолжил Хиаши. — И поверьте, это действительно немаловажно.       Он замолчал. И не моргая смотрел на Какаши. Ясно было, что он не собирается ничего говорить далее, пока не получит от Хатаке согласие. Но в то же время весь вид главы клана Хьюга, несмотря на внешнюю холодность, буквально взывал к этому согласию, молил о нем.       Арика тоже не сводила взгляда с Какаши — а тот стоял застывшим столбом, засунув руки в карманы, и никакой реакции невозможно было прочитать ни с его неподвижной фигуры, ни с его лица, закрытого маской. Но вот он чуть наклонил голову, и Хьюга, наконец моргнув, слегка поклонился в ответ:       — Я буду аккуратен, Какаши-сан. А вы запоминайте всё, — он прислонил пальцы к веку над своим левым глазом, — как вы умеете запоминать.       Какаши снова едва заметно кивнул, и у Арики всё внутри аж перевернулось. Она уже знала, что если он соглашается вот так, молча, без слов и жестов, то лучше даже не знать, каких сил ему это согласие стоит…

***

      — Это вот так… а это вот сюда, — разъяснял Хиаши. — Волосы нужно выпростать, чтоб смотрелось… красиво. И вообще надо всё выполнять с солидной долей эстетики... Вот теперь можно затянуть.       Арика почувствовала, как веревка туго стягивается у нее на шее. Она всеми силами старалась сохранить спокойное выражение на лице, понимая: чуть что, и Какаши может отказаться не только от теперешней затеи, но и от планов с Огнецветом на завтра.       — Многое будет зависеть от одежды, — продолжал Хьюга. — Лучше всего выбрать тонкое кимоно. И при связывании постепенно снимать его, обнажая тело. Сначала здесь, — он указал пальцем на воротник Арики, — потянете вниз и откроете плечо и часть спины. — Мужчина быстро, но осторожно уложил веревки, примяв ими одежду. Сделал несколько новых узлов. — Потом распахнете здесь, чтобы обнажить грудь. Теперь снова затянуть… и главное — не переборщить. Иначе фиксация получится слишком жесткой, и вы свою уке попросту придушите...       «Свою уке? — в устах Хиаши эти слова показались Арике издевкой. Она чуть прикрыла глаза. — Нет, главное сейчас — не смотреть на Какаши, иначе я и сама не выдержу всего этого!»       — Потом протянуть вот так…       Когда веревка скользнула у нее между ног, она едва не зажмурилась…       — И закрепить здесь…       «Хорошо закрепил!» — Арика поняла, что практически не способна шевельнуть ни руками, ни плечами. Да что шевельнуть — оно и дышать стало не так уж просто!..       Хиаши, надо отдать ему должное, слово свое держал — он был очень аккуратен. Несмотря на тугие витки, один за другим ложившиеся поверх одежды Арики, до нее самой мужчина ни разу даже пальцем не дотронулся — его руки каким-то хитрым образом умудрялись касаться лишь веревок. И вот за это она была ему весьма благодарна.       — Остались ноги, — продолжал Хиаши. — Здесь можно воспользоваться распорками, что, в некотором смысле, даже проще, или какими другими приспособлениями. Если же их придется просто связывать, то сделайте так. — Он снова намотал на Арику несколько витков. — Обратите внимание, Какаши-сан, дальнейшее зависит от того, какую позу вы желаете получить. Можно притянуть ноги к груди, — Хиаши указал на концы веревки, за которые следует тянуть, — или, наоборот, заставить девушку выгнуться назад.       Он жестом попросил Арику повернуться спиной. Она выполнила его просьбу, хотя это получилось у нее нелегко — стянутое веревками тело так и норовило кулем свалиться на пол.       — Посмотрите сюда, Какаши-сан…       Дальнейшие слова Арика ловила уже затылком…       — Хорошим приемом будет притянуть волосы к веревке и сплести их вместе. К тому же это позволит насильно запрокинуть голову уке назад, а вы же догадываетесь: чем дальше запрокинута голова, тем безопаснее проведение орального секса. Только не переусердствуйте, иначе зрители подумают, что вы опасаетесь своей уке…       Как же Арика порадовалась сейчас, что стоит к обоим мужчинам спиной, и они не видят ее лица!       — Насколько я понимаю особую специфику Огнецвета, все дальнейшие ваши действия, Какаши-сан, не будут требовать каких-то канонических правил, — подвел итог Хьюга. — Так что скажу последнее. Перед тем, как продолжить, заткните ей рот. Чем-нибудь соответствующим. Любое нечаянное ругательство или проклятие в ваш адрес, которые у нее вырвутся, или мольбы выдадут вас обоих с головой. Да и большинство участников Огнецвета в любой ситуации предпочтут слышать невнятные стоны сквозь кляп, нежели какие-то слова.       «Что б тебя, Хьюга! — Арика стиснула зубы. — Заткнись уже сам!»       — Удачи вам, — Хиаши, наконец, откланялся…       Арика боялась обернуться. Боялась произнести хоть слово. И непроизвольно вздрогнула, когда Хатаке принялся молча срезать с нее веревки. Как только джонин покончил с этим занятием, он сразу же перехватил кунай и с силой метнул его. Арика тихонько вскрикнула, когда оружие с грохотом врубилось в стену, и закрыла рот ладонями.       — Какаши, — она осторожно вернулась к своим прежним уговорам, решив, правда, несколько поменять тему, — ответь, ты же давно знаешь его, Хиаши? Ты подозревал, что он умеет… всякие такие вот вещи?       Хатаке молчал. И это напрягало — уж лучше бы он говорил, пусть бы даже открыто гневался и ругался, чем вот так…       — Зная Хьюга и весь их клан, — тихо продолжила Арика, — ты ожидал бы, что он вдруг признается в подобном? Да еще что он начнет демонстрировать подробности?       Ответа снова не последовало. Тогда она рискнула-таки обернуться и взглянула на Какаши. Вернее, в прорези его маски.       — Он только что, при нас, перешагнул через самого себя, — произнесла она.       Какаши взвесил на руке еще один кунай и метнул его вслед первому. А когда грохот стих, все-таки заговорил:       — Я понял тебя, Арика.       И всё, больше ни слова. Потом молча развернулся и вышел…

***

      Перешагнуть через себя?       Шаг, блок, серия ударов по воздуху, уклон, подсечка…       Какаши остановился, перевел дух, и снова: прыжок, приземлиться с одновременным ударом ногой — прямо в дерево. И еще несколько быстрых ударов руками — так, чтоб кора летела в стороны ошметками, чтоб костяшки пальцев в кровь…       «Я ведь даже не знаю, через что придется перешагивать завтра…»