Глава 16. Слом запретов
21 января 2014 г., 21:25
— И тогда ты увидел меня? — мрачно спросил Хиаши.
— Да, — спокойно согласился Окина. — Увидел и сразу подумал, что какой-то мальчишка нарушил запрет клана Хьюга. — Он вдруг хищно заулыбался. — И сама мысль о нарушении всяких там запретов нашего клана вернула меня в реальность. Именно в тот момент я осознал, что поддался чудовищному воздействию, которое нарушило что-то у меня в голове, и что из меня делают послушную марионетку, готовую на всё… Однако я не подал вида, что пришел в себя. У меня хватило ума и сил доиграть ту роль, которую от меня ждал твой отец — роль приниженного и полностью подчинившегося. Я твердо решил тогда, что справлюсь и с этим испытанием, что всё равно я не изменю себе. Но, увы, — Посредник покачал головой, — как выяснилось позже, я не справился! Когда действие препарата закончилось, осталась лишь боль. Знакомая, привычная, в которой не было ничего нового или приятного. Однако когда минуло несколько дней, я вдруг увидел, что нечто внутри меня хочет попробовать те ощущения снова. Что-то во мне изменилось, причем настолько сильно, что даже обычные отношения с девушками стали представляться мне пресными и перестали меня волновать так же сильно, как раньше. Я ждал другого... И вот однажды, на очередном задании, я рискнул и специально подставился под удар — я видел, что атака слабая и что меня лишь заденет, и не стал уклоняться, надеясь, что снова испытаю ту самую боль… Но нет! Боль получилась не такая, как я желал… Помню, как надо мной тогда насмехались: мол, так глупо пропустил удар, и кто? Окина! Лицо клана Хьюга! Зато твой отец, узнав об этой моей «оплошности», одарил меня таким понимающим взглядом, что я снова чуть с ума не сошел — я понял, что очень хочу повторить! Я жажду, чтоб глава клана снова проделал со мной то же самое, но чтобы при этом он дал мне кончить. И ради такого повторения я готов был практически на всё! Соглашаться, следовать правилам и приказам, подчиняться воле главной ветви. Я готов был стать идеальной шелухой. — Посредник снова басовито хмыкнул и покачал головой. — Да только моя гордость всё еще оставалась при мне и она звонила во все колокола и никак не позволяла мне превратиться в послушную куклу. Вот тогда я и решил сбежать. Я понял, что если останусь в клане, то однажды не удержусь — пойду к твоему отцу и снова начну его умолять об удовольствии, пообещаю ему быть послушным — а это было против моих принципов. В то же время я не собирался убегать просто так, с пустыми руками. Я надеялся когда-нибудь позже выяснить, что именно со мной проделал глава Хьюга! — Ухмылка на лице Окины растаяла, превратившись в жесткую полосу. — И уже практически перед самым побегом мне удалось пробраться к нему в кабинет — даже не спрашивай как — и отыскать, где он хранит те самые ампулы. Их было много, несколько десятков, но каково же было мое изумление, когда я увидел, что ампул два вида! Без каких-либо сомнений я взял оба образца и был таков... Не сомневаюсь, что моё исчезновение заметили, пусть и не сразу. Но я не был бы лучшим Хьюга, если б не знал всех особенностей слежки, так что уйти и скрыться мне всё-таки удалось. Однако ж праздновать победу я не спешил. Я знал, что Хьюга будут искать меня — искать долго и настойчиво. Знал, что, будь я хоть уровня саннина, на длительном временном интервале мне всё равно не выстоять одному против целого клана; герои-одиночки бывают только в глупых романах. Так что мне нужен был новый клан. Вернее, организация, в которую я бы успешно вписался и которая охраняла бы меня, служила мне защитой. И я стал такую организацию искать. Конечно, про Огнецвет я узнал не сразу, — развел руками Окина, — до того я послужил во многих местах, объездил кучу стран. Но когда натолкнулся на Огнецвет, то сразу понял: это то, что я так долго искал! Закрытая, осторожная, сильная организация. Более того, они поведали мне столько всего о боли, о зависимости, о наслаждении, сколько я не успел узнать за всю предыдущую жизнь. Именно одному из медиков Огнецвета я и доверил те ампулы, что когда-то забрал из клана. И знаешь, что он мне сказал? — Глаза Посредника вопросительно уставились на Хиаши в ожидании ответа. — Как вижу, знаешь! Он объяснил, что в мозгу человека центры боли и удовольствия расположены рядом, и можно добиться того, что сигналы из одного из них начнут поступать в другой. У некоторых людей оно даже происходит само собой, независимо от их желаний или усилий. А особенно легко сделать такую переадресацию при сексуальном возбуждении, когда мозг и так, без постороннего вмешательства, принимается менять направления нервных импульсов, и те из области боли переносятся на область сексуальных наслаждений. И основу препаратов, что содержались внутри ампул, как раз составляют те самые вещества, которые отвечают за подобную переадресацию. — Окина покачал головой, словно сам не верил тому, что говорит. — Однако, как предостерег медик, такая потеря различения боли и удовольствия небезвредна для человека — она нарушает его психику, снижает его, так сказать, восприимчивость к обычным людским пристрастиям, да к тому же вызывает сильную зависимость — от того, кто доставил этому человеку боль и наслаждение одновременно. От того, кто заставил мозг этого человека слушать извращенные сигналы тела, а не доводы разума. Вот тогда я до конца осознал всё то, о чем лишь догадывался: не сумев удержать меня идеологией Хьюга и печатью побочной ветви, глава клана решил изменить меня самого. Решил сделать меня зависимым от него, воззвав не к моему рассудку и преданности правилам, а опираясь на другое — на нечто более сильное, что увязано на саму природу человека, на его инстинкты, и потому слабо подвластное контролю со стороны разума. И удайся его задумка, я бы остался лицом Хьюга, но уже полностью подчиненным главной ветви… Ну, да ладно! — Окина вдруг взмахнул руками. — Это всё ты и без меня понимаешь! Могу добавить только, что тот медик объяснил мне еще одну вещь, а именно, почему ампулы были двух видов. Еще, сказал он, в них добавлена какая-то смесь, продляющая сексуальное возбуждение — чтобы воздействие шло как можно дольше. Достаточно лишь пробудить у человека желание, и вперед! Можно наслаждаться результатом долго и скрупулезно. Однако для мужчин и для женщин эта смесь разная, оттого и ампулы разные. — Посредник чуть ли не мечтательно подкатил глаза кверху и протянул: — О-о-о! В тот момент я чуть ли не воочию представил, как какая-нибудь девчонка, принявшая этот препарат, приласканная мною, начнет ползать передо мной на коленях и просить продолжения! И только одно омрачало мои фантазии… — он снова нахмурился, — мысль, что главная ветвь Хьюга наверняка уже давно пользуется этими препаратами, «приручая» таким способом побочную. Меня, как я говорил, и до того дня коробило неравноправие в клане, но в тот момент я понял, что чувствую уже ненависть.
Окина поднялся со стула и принялся неспешно прохаживаться перед Хиаши.
— Впрочем, решил я тогда, совесть им судья! А у меня теперь есть моя свобода и моя собственная судьба. Так вот, — он слегка тряхнул пальцами, словно фокусник на арене, — узнав назначение тех ампул, я увидел, насколько ценной фигурой могу стать для Огнецвета. Имея на руках подобные препараты, человека можно превратить в послушную куклу, испытывающую наслаждение от боли. — Он хмыкнул. — Я договорился с тем медиком, и через некоторое время он синтезировал составы, практически полностью повторяющие содержимое ампул. Правда, бедняга медик вскоре погиб, — губы Окины дрогнули в едва заметной усмешке, — при невыясненных обстоятельствах. Однако препаратов к тому времени у меня было уже более чем достаточно, так что я незамедлительно приступил к их испытанию на людях... И в очередной раз убедился, что не зря я сбежал из клана!.. Думаю, ты должен знать, Хиаши, что у меня получилось в результате.
Он остановился напротив Хиаши и заглянул ему в лицо.
— Да, одной дозы уже достаточно, чтобы изменить любого человека, — продолжил он. — Любого! Две-три — и человек почти полностью перестроится, эмоционально погаснет, растеряв привычный спектр ощущений, зато будет, как послушная собачонка, следовать за тем, кто вперемешку с сексуальными утехами доставляет ему боль. Четыре-пять — и он навсегда утратит яркость восприятия жизни, и для него останется лишь одно, хотя и неосознанное стремление: мучительно-сладостно умереть… Само собой, для интересов Огнецвета подходят те, кто принял две-три дозы — из таких людей получаются великолепные и очень послушные уке! Боль и наслаждение — ощущения сами по себе весьма сложные, местами неожиданные, а с этими людьми и вовсе забавляться можно очень и очень долго, открывая в них всё новые грани чувственности. Тугие связывания, зажимы, порки, уколы, порезы — ты бы видел их реакцию! — Посредник издал низкий смешок и пристально вгляделся в лицо Хиаши. — Впрочем, о чем я говорю, ты же наверняка и сам такое наблюдал? Признайся, Хиаши! Не поверю, что главе клана Хьюга не привелось хоть раз укрощать таким способом кого-либо из особо непослушных сородичей побочной ветви! И ты ведь наверняка получал от этого удовольствие, да, Хиаши? Поскольку не получить его в подобной ситуации невозможно!
Оба они молча вперились друг в друга взглядами: один — насмешливым, второй — хмурым.
— Ладно, можешь не отвечать, — слегка пожал плечами Окина, — я и так кое-что видел. Видел, как ты реагировал на ту блондинку, накачанную как раз твоим препаратом, когда вы уединились в одной из комнат. Кстати, именно из-за этого препарата я вас и раскусил! Не будь его, всё бы пошло иначе.
Хиаши нахмурился еще сильнее.
— Поначалу вы выполняли задание почти идеально, — продолжил Посредник, — это уж я могу оценить с точки зрения шиноби. Ты бы видел, как этот ваш Таши отделал свою девчонку перед всеми! Я уж думал, что он не сможет себя остановить. А она так вздрагивала, так стонала и подкатывала глаза! Видел бы ты ее лицо!.. Вот скажи, ты бы хотел оказаться на месте Таши, а?
В ответ Хиаши разве что не испепелил его взглядом, но снова промолчал.
— И лишь один прокол — запах! — невозмутимо продолжил Окина. — Такой знакомый запах, который я почувствовал во время демонстрации новой «уке». Неужели это тот самый препарат, задумался я. Правда, в воздухе было намешано еще столько всяких запахов, что я тут же и засомневался — а вдруг мне просто кажется? Мерещится? Вдруг я в своем восприятии уже привык связывать секс, боль и этот запах?.. Однако приходилось учитывать и тот факт, что одной из моих пленниц на данный момент является девчонка Хьюга — значит, есть вероятность, что кто-то из родственников девчонки решил ее выручить, нанял для этой цели команду и теперь, в попытке обмануть Огнецвет, использует препарат клана Хьюга. — Глаза Окины снова сощурились. — И если так, значит, этот родственник должен быть из главной ветви. Впрочем, я не исключал вероятность, что ваша группа как-то связана с таким же как я — нукенином из Хьюга… В общем, все эти мысли не давали мне покоя, и мне срочно требовалось либо убедиться в своей правоте, либо опровергнуть ее. И проделать все проверки надо было незаметно. Ведь если верно моё предположение насчет главной ветви, то ту, уже позабытую боль в моей голове, — он указал на печать на своем лбу, — испытывать снова мне не очень-то хотелось. Так что использовать бьякуган я мог очень и очень аккуратно, чтобы не выдать себя. Впрочем, я и начал-то совсем не с бьякугана, а с разговора с Таши. И, надо сказать, этот ваш Таши, или как там его на самом деле зовут, вверг меня в еще большие сомнения! Он не стал скрывать, что он шиноби, но при этом разыграл передо мной роль такого уверенного в себе и заботящегося о наживе торговца, что все мои подозрения практически рассеялись! И я отпустил его. А сам активировал бьякуган. Я рассмотрел сначала Таши и даже обнаружил нечто необычное в его левом глазу — шаринган! Это оказалось любопытно, но не более того: шаринган — не бьякуган, он не был мне интересен, так что заострять внимания я на нем не стал. Вместо этого я выискал взглядом вашу комнату и увидел там тебя. Вернее, тебя и ту девчонку. — Окина сделал паузу. — Да, я видел твою реакцию на нее, но подобная ситуация, опять же, была стандартна: ну, с кем из охранников не случается запасть на уке его хозяина? В остальном же ничего подозрительного я не увидел и потому погасил бьякуган… и тут, уже в последний момент, я уловил, что Хьюга где-то рядом всё-таки есть!..
«Вот оно, — вспоминал Хиаши, — тот самый миг, когда мы почти увидели друг друга! Если б тогда он деактивировал бьякуган хоть на секунду позже, я бы сразу его распознал!..»
— Ощущение было настолько мимолетным, — объяснял Посредник, — что, опять-таки, вызвало у меня сомнений больше, нежели каких-то подтверждений. Но всё же оно заставило меня серьезно насторожиться. Вот тогда я и набросал в уме новую схему вашей проверки и быстро скоординировал подходящих людей. И эту новую проверку вы уже не прошли. — Посредник наклонил голову, разглядывая Хиаши. — А теперь ты здесь — не кто-нибудь, а сам глава клана Хьюга!..
