Рассвет багровеет кровью (Часть 4)

- Я не спрашиваю твоего разрешения, Мэгги. Я ставлю тебя в известность, что еду с Блу, – твердо говорит Бэт. Тон у нее спокойный и ровный. А вот у ее сестры почти истерика. Она только что ногами не топает, пытаясь запретить младшей ехать со мной. Нельзя ж так нервничать, на сносях-то… - Мэгги, послушай… Я понимаю твое волнение, - начинаю я. - Нет, не понимаешь! – отрезает девушка, и тут же сама жалеет о своих словах, это заметно. Но уже поздно – вырвались. Проглатываю и продолжаю дальше: - Все будет нормально, обещаю. Мы не поедем далеко. К северо-западу есть несколько ферм, пошаримся там по огородам и вернемся. С нами будут Йен и Каро.       Красивые глаза шатенки мечут молнии. Ничего, после торнадо меня молниями из глаз хрен напугаешь. - Ты уже сходила порыбачить с Мэрлом и исчезла на 10 дней! - И вернулась живая, здоровая и с пополнением, - заканчиваю я: - Все будет хорошо, Мэгги. Бэт не может всю жизнь просидеть за забором. Может случиться всякое, она должна уметь постоять за себя. Так, как это умеешь ты.       Мэгги пуляет в меня еще один колючий взгляд: - Там не только ходячие! Бандиты, мародеры, психи, черт знает, кто! - Я умею стрелять, - отрезает Бэт.       Понимаю Мэгги… Но Бэт правда нужна. Рик, Тайриз, Джек и Леший возятся с установкой микро ГЭС, которой разжились на одной из вылазок в город. В наше озерцо впадает шустрый ручей, скоро у нас будет электричество. Диксоны охотятся. «Шоколадка» и «зефирка» на дежурстве, остальные дамы на хозяйстве. А я не настолько хорошо разбираюсь в растениях. Всходы томатов от сорняков еще отличу, а вот с той же соей уже сложнее. А огород необходим. Нам нужны свежие фрукты и овощи. Так что фермерская дочка тут просто незаменима.       Последний аргумент самый убедительный. Мэгги сдается. Бэт кивает, выслушивая ЦУ старшей сестры. - Поросят бы найти, от домашней свиньи, - мечтает Йен, разумно не встрявший в женский спор. Один у нас уже есть. Попался в силки Диксонов. Дикий поросенок - маленький, полосатый и злючий как сто чертей разом. Мужики загон и сарайчик для него соорудили. Подойдешь к забору - разбегается, верещит как резанный и пытается протаранить доски длинным рыльцем. Дэрил зовет его Филей. - Блу, я тоже с вами еду, - Карл, до этого молчком копавший с Джефри землю под огород, решает подкинуть мне новых проблем. - Если Рик разрешит, возьму с удовольствием, - отмазываюсь я: - Рабочие руки лишними не бывают. - Но Бэт не спрашивает разрешения! Отец относится ко мне, как к ребенку! Ты же знаешь, он не разрешит, потому и говоришь так! – обиженно надутые губы и раздутые ноздри. Ох, и характер… В мать, наверное? - Все знают, что ты уже не ребенок, и твой отец в первую очередь. Но пока и не взрослый, не так ли? А Бэт уже 18. Она совершеннолетняя и сама решает, что ей делать. А тебе придется потерпеть.       Карл сверлит меня взглядом. Я советую не дырки во мне прожигать своими голубыми лазерами, а спросить у отца. Как ни странно, но Рик дает добро. Карл возвращается, сияя, как новый пятак. Ладно, присмотрит за округой, пока мы будем работать. Стреляет он неплохо. Причина поступка Рика становится ясна, когда появляется сам шериф и говорит, что поедет с нами. Тем лучше. - Поищите мини-трактор! Или хоть конный плуг! – кричит нам вдогонку Джефри, когда мы усаживаемся в машину: - Я задолбался лопатой орудовать!       Группа приняла решение осесть здесь. Нам нужна техника, солнечные батареи, тяжелое вооружение на случай, если бандиты или правительство нас опять достанут. Бегать до бесконечности невозможно. Топливо рано или поздно кончится, резина износится. Пару бы для Нелли, жеребята бы пошли…       На воротах дежурят Саша и Энди. Оставляю подробный план, куда едем, на какое время. Такие порядки были в Вудбери, и мы их придерживаемся. Все, кроме Лешего. Он исчезает и появляется, когда ему заблагорассудится. Из-за этого уже был довольно напряженный разговор с Риком. Думаю, человек привык к одиночеству, и для того, чтобы вжиться в социум, ему нужно время. К тому же Леший – бог в сооружении воздушных городков и трасс. Уже устроил несколько «вороньих гнезд» на деревьях вдоль забора для наблюдения и отстрела незваных гостей. Нравится ему гулять одному – его дело, в конце концов… не маленький.       Глушу мотор. Так тихо вокруг… только дыхание моих спутников, щебет птиц и хрипы ходячих. Выпускаю Каро. Он с ходу атакует увязавшихся за машиной мертвецов. Рик кивает сыну, мол, давай, раз напросился. Йен и Карл расстреливают наших преследователей точно и бесшумно. 4 выстрела – 4 попадания. Пятого приканчивают клыки волка. Он еще немного прихрамывает, когда устает; всю морду от носа до глаза теперь украшает шрам, но я больше не беспокоюсь. Мой мальчик снова в форме.       Укрытая ковром гниющих листьев подъездная дорожка ведет к одноэтажному дому. Слева от него хозпостройки. Все уже слегка потрепано без ремонта и покраски, но еще довольно крепкое на вид. В Алабаме тепло и влажно, и растения с грибками атакуют постройки куда быстрее, чем в сухом климате. - Не разбредаться. Быть на виду. В закутки по одному не соваться, - говорит Рик сыну и мисс Грин. Карл корчит страдальческую мину.       Кукурузное поле с полегшими прошлогодними стеблями густо поросло самосеянцами. Заросший травой огород не очень большой, зато радует разнообразием овощей. По крайней мере, Бэт так считает. Поверю профессионалу.       Работа монотонная – аккуратно поддеть ком земли с корнями лопаткой, придерживая стебель, поставить в ящик, прикрыть мокрой тряпкой, чтоб не сохло. С кукурузой и ямсом решили не возиться – само вырастет, осенью соберем и все. Забираем молоденькие томаты, огурцы, бобы, капусту, арбузы. Бэт молодцом, быстро разобралась, где что, показала, как правильно обращаться с побегами.       Карл разжился настоящим персиковым деревцем. Повозились, пока выкопали. Каро, правда, помогал так рьяно, что пришлось его даже успокаивать. Зато с клубникой подфартило, растет прямо в длинных ящиках во дворе.       Закончив работу, я чувствую, как гудит поясница. Да и руки ночью дадут жару. Интересно, как там Дэрил? Чем занят? Попалось ли в силки или ловушку что-нибудь стоящее? Силки им с Мэрлом приходится ставить через какие-то хитроумные блоки, чтобы добычу потом вздергивало метра на два над землей. Иначе ходячие сожрут. - Проверим дом? – спрашивает Карл. В сарае когда-то хранились зерновые, но мыши добрались до них гораздо раньше нас. Одни изгрызенные в труху мешки остались. Есть и плуг, но он большой, для большого трактора. Он стоит тут же, громоздкий, тихоходный и шумный. Нам такой не годится.       А вот в доме ждет удача – несколько банок домашнего клубничного джема и консервированной ветчины. Здоровенные такие жестянки. И три тела со снесенными из дробовика головами. Глаза Бэт делаются влажными, когда она видит этот джем. Подбородок вздрагивает. - Мама делала такой… - но она не плачет. Я обнимаю ее за плечи. - Может, хватит на сегодня? – спрашиваю Рика. - Давай еще одну, раз уж выбрались. Может, повезет, найдем кур, - предлагает он. Я соглашаюсь.       Следующая фермочка миль на 5 дальше по Олд Марион Джакшен роуд, узкой третьестепенной дороге с растрескавшимся еще в лучшие времена асфальтом. Глухая провинция, дороги пустые. Некому было забивать их брошенными машинами. Один раз только попадается перевернутый пикап на обочине, с чем-то бурым, заляпавшим изнутри боковое стекло.       Вид у этого дома такой же покинутый, как и у прошлого. Крашенный белой краской заборчик облупился. На ветке могучего вяза у крыльца – старые качели. Прошлогодняя листва плотно устилает крыльцо и край веранды. Бэт трогает качели ладонью, садится на выщербленную дощечку, но качаться не решается. Йен улыбается и что-то шепчет ей на ухо.       Мы неторопливо бродим по двору, по огороду, выискивая уже что-нибудь этакое. Периодически поглядываю на Каро. Не хочется быть застигнутыми ходячими врасплох. Он посматривает в сторону дома, но сильно не беспокоится. Возможно, они внутри. - Блу, мы пока сараи проверим, - говорит Рик и машет рукой в сторону пристроек к дому. - О.к. Мы проверим дом.       Йен поднимается на крыльцо и довольно громко стучит в дверь. Я достаю нож и жду. Каро, навострив уши, смотрит на дверь и тянет воздух широкими ноздрями. Похоже, там кто-то все-таки есть. Йен стучит снова. Тишина. А потом дверь распахивается, и черный глаз дробовика упирается парню прямо в грудь, и сварливый старушечий голос дребезжит: - Проваливайте к дьяволу с моей земли, шлюхины дети!