Рассвет багровеет кровью (Часть 4)

- Са-мо-лет?! Да кто ты такой, Лешенька, мать твою, что умеешь водить трансатлантические самолеты?! КТО ТЫ такой?! – мне хочется сгрести его за грудки и трясти, пока я не вытрясу всю правду-матку из этого спокойного, уверенного в себе мужика. - Я все расскажу, обещаю, когда ты дашь мне ответ. - Независимо от моего решения? - Независимо. Но не раньше. - Да почему?! - Сама поймешь, - невесело усмехается он, и мое бедное издерганное сердце сжимается в коллапсную точку. - Что, если я приставлю пистолет к твоей башке и выясню все прямо сейчас? – шиплю я. Курносый ствол «бульдога» упирается Лешему в висок. Надоели мне эти долбанные тайны! Но мужчина смотрит мне в лицо своими серо-стальными глазами совершенно спокойно и говорит: - Я ничего не скажу раньше, чем ты дашь мне свой ответ. Ты не выстрелишь. Не сейчас уж точно.       Я фыркаю и направляю ствол ему в ногу: - А так? Прежде, чем прибегут остальные, я успею наделать в тебе не смертельных, но болезненных дырок. - Начинай, - спокойно отвечает мужчина. Он больше не улыбается. - Я… я отдам тебя Диксонам! Они из тебя все дерьмо и так выбьют! - Не сомневаюсь, - снова соглашается он: - Но и это не поможет.       Каро, уловив в моем голосе истеричные нотки, проламывается сквозь кусты и стоит, задрав голову, внимательно наблюдая за тем, что происходит на дереве. - Билет на… меня одну? – еле справляюсь с голосом, чтобы он не прозвучал писком затравленного хомячка.       Леший качает головой: - Нет, конечно. Можешь взять всех, кто захочет. Там больше дюжины мест. Но не думаю, что твои друзья станут драться за кресло. - Шансы?       Он пожимает плечами: - Риск выше, чем раньше. Диспетчеры мертвы. Метеорологи тоже. Но и небо теперь свободно от других самолетов. Без дозаправки он спокойно покроет 8 тысяч километров. - Два года без обслуживания! Ты уверен, что он вообще взлетит?! Ты уверен, что он не рухнет в океан на полпути? - Нет. А в чем уверена ты?       В чем уверена я… гребанный сукин сын! Вот теперь уж точно ни в чем! Если бы не опасения затащить какую-нибудь инфекцию, я бы без остановки грызла ногти все то время, что он дал мне на размышление. Чудовищный выбор… просто невозможный. Мое сердце рвется пополам, как тряпка в зубах шкодливых щенят, с треском, в лохмотья…       Весь день в каком-то тумане. Что-то делала, что-то кому-то отвечала. Тщательно прятала глаза от Дэрила. Врала про головную боль. Руки механически выполняли привычную работу, а в голове качались чаши весов. Миссис Ханрахан, зараза, сказала, что взгляд у меня такой, словно мой кобель принес из лесу полную морду дикобразих игл, и я не знаю теперь, с какого краю начать их выковыривать.       Теперь я сижу на берегу пруда, смотрю на поплавок, который уже едва различим в сгустившихся сумерках, и все еще не знаю, как мне поступить? Соблазн переложить решение на плечи Дэрила велик. Вот так, по-бабски, как я не поступала… да никогда в жизни. Просто вывалить ему все и сказать – как ты решишь, так и будет.       Нет… к черту, так не честно. Просто не честно. Таким маневром я оставляю за собой право попрекать его последствиями решения, каким бы оно ни было. Так нельзя. Я все должна решить сама. И быстро. Но как? Как?! - С каких пор, крошка Блу, ты ловишь рыбу без меня? - хрипотца в голосе не оставляет сомнений, кому он принадлежит. Этот скрипучий, как старая калитка, насмешливый голос… Голос друга. - Кислая какая-то весь день. С братцем погавкались? Он тебя потерял, - Мэрл садится рядом на теплые доски мостков. Каро лениво зевает и снова укладывает морду на мощные лапы. Я поворачиваюсь, чтобы видеть глаза старшего Диксона, такие яркие на загорелом лице, набираю полные легкие воздуха и спрашиваю: - Мэрл… Ты же мне друг? - Че за странный вопрос? – его удивление такое искреннее: - Раз уж я так к тебе привязан безо всякого траха, выходит - друг. - А если бы я вдруг… ну… захотела уехать отсюда. Далеко. Ты бы поехал со мной?       Мэрл смотрит на меня внимательно, без привычной усмешки. Неподалеку из воды выпрыгивает крупная рыбина и с плеском шлепается обратно. Стайка маленьких диких уток с полосатым выводком, всполошенная шумом, сонно причитает в зарослях тростника. Грохот моего сердца перекрывает все эти звуки. - Да. Поехал бы, - отвечает Мэрл. - Вот так просто – да?! - Непросто. Но да. Ты девка с мозгами, без лишней придури. И если уж тебе реально надо куда-то поехать, забросив помидорные кущи и подъебки этой старой ирландской ведьмы, значит, это жизненно важно. А мне будет спокойнее, если я за тобой по дороге присмотрю. Колись, куда это ты намылилась? В Калифорнию, к рощам апельсиновым? - Не совсем… Но тоже очень далеко… кхм. Домой. - Домой?! – Дэрил смотрит на меня как на чокнутую: - Это Леший, его работа, да?! Только этот ублюдок мог предложить такой бред!       Я бормочу про самолет, про шансы, про то, что это не так безумно, как выглядит на первый взгляд. - Блу, посмотри на меня! – крупные ладони сгребают мое лицо: - Ты понимаешь, что это самоубийство?! Просто выйти за забор – уже смертельно опасно! Даже если самолет исправен, и он долетит и сядет без проблем, ты ведь даже не представляешь, что тебя там ждет! - То же, что и здесь… Мертвецы. Ходячие. Бандиты. И, может быть, моя семья. Вдруг они выжили?! - Мы твоя семья, Блу! Я! Мэрл! Малыш Лу! Все они, - Дэрил машет рукой, изображая всю общину. Отчаянье делает его лицо таким открытым, детским. Мне больно, очень больно - те самые дикобразьи иглы торчат во все стороны из моего сердца. Но я уже приняла решение. Прижимаю его ладони к своему лицу и говорю, глядя в глаза: - Я хочу домой. Ты даже не представляешь себе, что это такое… застрять в аду на другом краю света и вдруг получить шанс! Я не прощу себе до самой смерти, если не воспользуюсь им. И если ты не можешь этого понять, то хотя бы прости. - А если они мертвы? Если все зря? – последний аргумент, жестокий, от полного отчаянья, хриплым, срывающимся шепотом: - Ты хочешь пролететь тысячи миль, чтобы просто пробить им головы? Сейчас они живы, вот тут, - Дэрил прижимает ладонь моему лбу: - Тут, - прикладывает руку к сердцу. - Я все решила… - упавшим голосом отзываюсь я: - Если любишь, пойдешь со мной…       Дэрил вглядывается в мои глаза еще несколько секунд, потом отпихивает от себя и - вон из комнаты. Я обессиленно опускаюсь на кровать, сажусь, обхватив голову руками. Каро, напряженно наблюдавший за ссорой, тычется мокрым носом мне в ухо.       Шум доброй мужской драки из соседнего коттеджа живо ставит меня на ноги. И половину общины - на уши. Может, так даже лучше… Вот сейчас всем все и скажу.       Мы с Каро скатываемся вниз по лестнице. Пока добегаем, мужиков уже успевают разнять. Рик висит на рычащем Дэриле. Полуголый Леший смотрит на него исподлобья, отгороженный мощным корпусом Тайриза. Особых повреждений ни на ком не видно. Андрэа, как древнегреческая богиня, окутанная хитоном из простыни, орет, какого черта происходит? О как… Ей Леха ничего не сказал? А роман крутят во всю, не таясь. - Успокойся! – рявкает Рик, встряхивая моего милого: - Блу, может, ты мне скажешь, что происходит?! - Мы с Лешим хотим попробовать вернуться домой. Мистер Диксон с этим не согласен. Вот что происходит.       Андрэа замирает с открытым ртом. Тайриз изумленно округляет глаза. Рик ослабляет хватку и Дэрил выдирается из его рук, дергая плечом. Ярость на его лице уступает место обиде и обреченности. Поворачиваюсь к Лехе: - Я согласна. Я лечу с тобой. И теперь ты мне все-все расскажешь. Прямо сейчас. - Хорошо, - кивает Леший: - Только с глазу на глаз. - Жду на веранде.       Ну, вот и все. Немного быстрее и легче, чем я себе воображала.       Леший не заставляет себя ждать. Футболку надел и тут же вышел. Рик и Тайриз уводят Дэрила в Биг Хаус, и он идет спокойно. На меня не смотрит. - Ну? – безо всяких вступлений наезжаю я на соплеменника. Он кивает на дорожку – пройдемся? Волк черной тенью следует за нами. Когда от возможных слушателей нас отделяет достаточное расстояние, Леший останавливается, трет рукой подбородок и будничным тоном сообщает: - Я знаю, как началась эпидемия.