Все когда-то возвращаются

Pov Пауль Проснувшись, я не сразу вспомнил что именно вчера произошло. Даже больше, я не сразу осознал где я, потому что, как оказалось, я просто перепутал и лёг на кровать в другую сторону, измяв ногами свою подушку. Еле оторвав гудящую голову от мягкой поверхности кровати, я перетёк в сидячее положение, осматриваясь. Чересчур яркий солнечный свет переполнял тихую и свободную комнату. Шнайдера не было, поэтому у меня было немного времени, чтобы хорошенько обдумать случившееся. Чёрт, неужели я вчера... ему? Не нужно было пить вчера то вино, не нужно. Да и всего остального не нужно было делать. Ведь получилось-то всё, по сути, по злости, а Шнайдер такого никак не заслуживает. И да, мы теперь вместе? Или это было так? Нет, нужно сказать ему или не стоит? Мда, я бы обиделся, если бы узнал, что со мной переспали из-за того, что на кого-то очень были злы. Нет, мне ведь нравится Шнайдер, но... Я пересел на край кровати, свесив ноги и наклонившись вперёд, чтобы вытянуть уже порядком запылившуюся сумку Рихарда. Всё такая же. Помедлив, я не смог сдержать грустного вздоха, но всё же потянул за молнию и открыл сумку. До носа донеслись чуть забытые слабые запахи. Я легко провёл рукой по одной из вещей, а точнее по чёрной футболке, затем, чуть отодвинув её, я вытащил всё те же единственные наши совместные фото. Прекрасный тогда был день. Грустная улыбка всё же нашла себе место на моём лице. Перебирая фотографии, я нашёл такую, где был только Рихард. Помнится, что я тогда нажал на кнопку Полароида раньше, чем успел влезть в кадр. Видя эту искреннюю и добрую улыбку, я до сих пор смущаюсь, и мне всё так же хочется улыбнуться в ответ. Но улыбка Рихарда застывшая. И от этого мне становится только больнее. Ватной рукой я положил фото на своё законное место. Куда же ты делся, придурок? И почему мне тебя так не хватает? Я застегнул сумку обратно и, пихнув её ногой, так вовремя отправил под кровать, ведь в следующую секунду открылась дверь. Шнайдер, тихо прикрыв её, обернулся в мою сторону. Кажется, он не ожидал того, что я уже проснулся, потому что эта неловкость и аккуратность движений, чтобы быть тише тут же пропала: - Доброе утро, - дружелюбно отозвался он, протягивая мне кружку с горячим чаем. - Доброе, - скромнее поприветствовал его я, чувствуя себя как-то неловко. И вот уже прошло пару секунд, а я до сих пор находился в неком напряжении, не зная нужно ли что-то говорить или нет, также я не решался отпить из кружки и посмотреть в глаза Шнайдеру, который стоял в паре шагов от меня и смотрел в одну точку, делая редкие глотки из своей чашки. В какой-то момент мне показалось, что он тут стоит посередине комнаты тоже не просто так. Решившись, я исподлобья посмотрел на него. Вид у парня оказался действительно несколько иным, чем обычно. Я даже подумал, что он нарочно не смотрит на меня. Вдруг взгляд голубых глаз и вовсе скрылся под веками, но затем всё же посмотрел на меня. Шнайдер молчал, но я видел, как он хочет что-то сказать мне. Правда сейчас я почему-то боялся любых слов из его уст, поэтому всем своим видом постарался показать, что лучше ему сейчас не стоит ничего говорить. И, наверное, это был первый раз, когда я смог выиграть дуэль глазами, победно, но с жалостью задавив соперника. Ничего не сказав, Кристоф вышел из комнаты и опять же с несвойственной ему аккуратностью закрыл дверь, оставляя меня в комнате совсем одного. *** Пауль просидел на кровати ещё пару минут, а затем наскоро выпив чай, оделся и, ничего не сказав Шнайдеру, вышел из дома. Парень бродил по своему тихому району, полностью погружённый в свои раздумья, вскоре он подзамёрз и вспомнил о том, что ещё даже не завтракал, поэтому Пауль отправился в небольшую пекарню, где задержался почти до вечера. А вернулся домой лишь к поздней ночи, когда Шнайдер уже лёг спать. "Не ушёл" - сразу подумал Ландерс, увидев, что в прихожей всё ещё висит большая болотно-зелёного цвета куртка Шнайдера, а зимние ботинки аккуратно стоят в тумбочке. У парня были опасения, что Кристоф вот точно так же уйдёт, как когда-то ушёл Рихард, но почему-то Пауль верил, что со Шнайдером такого не случится. Правда через какое-то время взаимоотношения парней вновь сошли почти на ноль, они опять избегали друг друга, при этом находясь в одной же квартире. Кристоф стал платить за проживание, как бы показывая, что он ни от кого не зависит и в любой момент может собраться и съехать, но делать он этого конечно не собирался, прекрасно зная, что лучшего варианта всё равно не найти, а уж с хозяином квартиры можно и не поддерживать дружеских контактов, раз тот этого не хочет. Хотя Шнайдер скорее хотел убедить себя в том, что может спокойно обходиться и без общения с Паулем, но выходило у него это не очень хорошо. Кристоф понимал, что уже искренне скучает по общению с Ландерсом, но у него и мыслей нет, как, а главное с чего именно вновь начинать общение. С самого-самого начала вплоть до "вы"? Бред. А, может, продолжать делать вид что ничего и не было? Или же просто раз и навсегда разобраться во всём том, что случилось? Шнайдер не знал и побаивался что-либо предпринимать, чтобы лишь больше не оттолкнуть от себя Пауля, хотя куда уж больше. Ландерс же подходил к этой ситуации иначе, пытаясь для начала просто разобраться в себе. Через две недели парни вновь вышли на работу. Их рейсы совпадали, поэтому когда-то дружеские посиделки во время поездок сменились коллективной работой и не сказать, что стало хуже. Пауля и Шнайдера не раз хвалили и считали лучшими друзьями, потому как разве можно наладить хорошую работу с тем человеком, которого избегаешь? Видимо, можно. Как-то раз, вечером, когда рабочий день парней был уже закончен, Пауль зашёл в вагон, направляясь к одному из купе, чтобы взять свою сумку. Но вместо звонкой тишины отдыхающего вагона парень вдруг увидел, а точнее ещё и услышал там Кристофа вместе с каким-то оттенённым мужским силуэтом. Увиденное вдруг больно кольнуло Ландерса в самую душу, но, не сказав ни слова, он вышел и быстрыми шагами направился вон, на выходе от обиды и ревности слишком сильно шаркнув ногой по покрытию вагонного пола. Шнайдер, услышав этот странный звук, почему-то сразу признал в нём Пауля и, недолго думая, не договорив фразу своему знакомому, выскочил на перрон через соседнюю дверь, увидев уже довольно далеко ушедшую фигуру. - Пауль! - крикнул Шнайдер, чтобы обратить на себя внимание. Ландерс обернулся, всё же чуть сбавляя шаг. Кристоф быстро догнал его, чуть оборачивая рукой за плечо к себе, но Пауль лишь волновым и раздраженным жестом плеч сбросил его ладонь. - Да что тебе от меня надо?! - сходу выпалил он. Шнайдер не ожидал услышать этого и, тяжело дыша, не сразу смог подобрать слов. - Пауль, мне всё это надоело. Давай на чистоту. Что между нами такого случилось, что мы стали избегать друг друга? - искренне недоумевал Кристоф, но парень молчал, думая над ответом, - ладно. Я начну первый, - Шнайдер чуть замялся, но продолжил, - извини меня. Знаешь, той ночью я немного соврал тебе. У меня уже давно никого не было и мне... - Чего? То есть ты переспал со мной потому что тебе, видите ли, было "одиноко"?! - Подожди, я сказал "немного соврал", а не... - начал оправдываться Кристоф. - Ох чёрт, - Пауль сделал глубокий вдох, прикрывая глаза, - ладно, договорим об этом дома, а то ты ведь там опять с кем-то одиночество праздновать собирался, - процедив фразу почти сквозь зубы, Ландерс посмотрел на друга таким убивающим взглядом, что Кристоф понял о провальности оправданий в этом разговоре, поэтому пропустил укор мимо ушей: - Ну уж нет. Где гарантия того, что ты от меня не слиняешь? - серьёзно спросил Шнайдер. - А? Того, что я прописан в своей квартире, а ты в ней живёшь разве не мало? - вопрос о побеге поставил Пауля в явное недоумение, хотя, план был и не плох. - Нет, - вдруг отрезал Кристоф, - хватит что-то откладывать на потом. Давай решим всё сейчас, и мне совершенно пофиг, что нас может кто-то услышать. - Потому что ты придурок, - вздохнув, и безо всякого раздражения, даже с каким-то терпением, оповестил Ландерс. Шнайдер же в очередной раз проигнорировал высказывание в свой адрес: - Так что? - А что ты хочешь услышать? - Правду, - строгим голосом сказал Кристоф, но Пауль не отвечал, Шнайдер вздохнул, - знаешь, тогда я соврал тебе, но за все эти дни понял, что всё-таки той ночью ни в одном из моих слов не было лжи. И, - он остановился, будто сортируя слова и отбирая себе наиболее подходящие, - я скучаю по тебе, Пауль. Может, мы тогда поторопились... Но, как бы это тупо не звучало, я предлагаю начать всё заново. Разве что пропустить часть со знакомством, - внимательный взгляд ни на секунду не покидал смотрящего себе под ноги Пауля, - так что? Пойдёшь сегодня со мной на свидание? А там уж и расскажешь свою историю. - Ладно, - подняв взгляд, уверенно отозвался парень. - Тогда едем домой? - Да, но лучше сам забери мою сумку. - Как скажешь, - чуть улыбнулся Кристоф, поторопившись выполнить задание. Пауль ждал его - думал о том, что сейчас, на данный момент, он не злится и не испытывает к Шнайдеру каких-то отрицательных чувств. А от того, что он узнал и вовсе стало легче. Шнайдеру было просто одиноко, Паулю - больно. Вот и квиты. Конечно, для нормальных отношений это нетипично, но ведь эти двое итак никогда и не вписывались в ряды "обычных людей". "Мда. Мы друг друга стоим", - про себя усмехнувшись, подумал Ландерс. Дорога домой уже миновала и на данный момент Пауль стоял в своей комнате у зеркала, разглядывая себя и свой "наряд", состоящий из светлого свитера, чёрных джинс и высоких сапог. Дверь скрипнула, и в проёме показался шикарно разодетый Шнайдер: - Ты что, в этом идти собрался? - взглянув на Пауля, сразу искренне удивился он. - Ну да, - кротко ответил Ландерс, пожав плечами и подтянув свитер немного вниз. - Я нам места в хорошем ресторане заказал, а не в Макдоналдсе, - разочарованно и потупив глаза к полу пробубнил Шнайдер, - переодевайся, - вдруг настойчиво попросил Кристоф и вновь скрылся за дверью. "Переодевайся", - эта фраза почти до мурашек напомнила Паулю о той пьяной ночи, поэтому вдогонку он крикнул: - Прекрати мной командовать! Но ничего не поделаешь, придётся переодеться раз речь пошла о ресторане да и Шнайдера опять обижать не хочется. Правда, ох, и сколько же уже раз Пауль успел пожалеть о своём согласии пойти именно в ресторан, уж лучше Макдоналдс. А теперь опять надевать этот ненавистный костюм, что остался ещё со школьного выпускного, а в добавок к нему нужны под стать странные ботинки вместо удобных сапог. И главная пытка - сам ресторан. Слишком спокойная и надоедливая музыка, куча народу, что ведут себя настолько возвышенно над другими, что начинаешь удивляться как они не спотыкаются и не падают из-за задранного вверх длинного носа. "Мы ещё и войти не успели, а я уже хочу домой", - подумал Ландерс на входе в дорогой и престижный ресторан, где гостей сразу приветствовали красиво одетые девушки-метрдотели. - В этом ресторане я чувствую себя явно не в своей тарелке, Шнайдер. Ещё и пиджак этот, - через пять минут пристального осмотра помпезного помещения наконец сказал Пауль, ежись в ненавистной одежде. - Да ладно, - отмахнулся парень, - и кстати, пиджак тебе очень идёт. Такой клетчатый... Прям в лучших стилях старинных детективов, - подметил Кристоф, бросив внимательный взгляд на на наряд товарища ещё раз. - Ага. Он мне мал размера на два, - почти про себя сказал Ландерс. - Взял бы другой размер, - чудом услышав Пауля сквозь многочисленные голоса и спокойную музыку спокойно сказал Шнайдер, осматриваясь в поисках официантов, - Не со школы же он у тебя. - С неё самой. - Постой, - реплика Пауля сразу отвлекла Кристофа от его неудачных поисков, - Ты серьёзно? - спросил Шнайдер, в любой момент готовый вспыхнуть от смеха. - Да, - тихо, но раздражённо ответил Пауль. Кристоф сдерживался, но потом не выдержал и всё-таки рассмеялся. Пауль смерил его недоверчивым взглядом, усмехнулся, и начал ждать когда тот успокоится. - Ладно, ладно. Не обижайся, видимо, ты действительно не в восторге от таких мест, - прокашлявшись, заверил Кристоф, - Зато я вдруг сейчас понял, что с тобой полностью солидарен и признаю, что идея с рестораном была просто ужасной. - Неужели? - Да, представь себе. Пока я ржал на меня три раза странно покосились, а вон той паре я, кажется, и вовсе испортил аппетит. - Подмечаю, что странно покосились на тебя четыре раза. Я ещё, - многозначительно приподняв брови оповестил Пауль. - А я с тобой и считал, - внимательно посмотрев на парня, спокойно сказал Шнайдер, и через пару секунд на его лице вновь проявилась улыбка. Оба из сидящих вдруг смекнули, что им не хватало такого немного своеобразного и колкого общения. - Пойдём уже отсюда? Всё равно нас, кажется, не собираются обслуживать, - сказал Ландерс. - Походу да. Пошли, - легко и кротко согласился Кристоф, сразу поднимаясь со стула. Пауль улыбнулся и последовал примеру друга, со свободой расстегнув пару пуговиц на своём пиджаке. Покинув тёплое помещение, парни остановились напротив его дверей, наслаждаясь морозным ночным воздухом. Пауль сделал глубокий вдох полной грудью и решил, что пора бы и ему рассказать о том, что для него случилось той ночью. И вот парень уже нехотя, но хотел начать, как вдруг Шнайдер повернулся к нему и предложил: - А пошли в бар? - Ландерс чуть растерялся, но вдруг решил, что, может, и не стоит губить такой хороший и тихий момент своим рассказом, - или опять уйдёшь от меня пораньше бить колени? - с доброй, но насмешкой продолжил Кристоф. - Иди ты, - с наигранной обидой толкнул Шнайдера в плечо Ландерс, - Точнее, пошли уже! - заключил он и направился куда-то вперёд. - Нам в другую сторону, Пауль, - вдогонку другу засмеялся Кристоф. Вечер в баре пролетел незаметно, а вот долгая и морозная прогулка до тёплого дома показалась бесконечной. Конечно выпитый алкоголь какое-то время поддерживал температуру тела, но всё-таки природа сильнее. Зато хороший урок на будущее: деньги на обратную дорогу нужно всегда откладывать в самый дальний карман, чтобы не добраться до него и не потратиться в буйствующем пьяном порыве. Дрожащие и бледные от холода пальцы бессильно пытались вставить ключ в дверной замок. - Чёрт, - чуть заплетающийся разочарованный голос содрогнул душное и слишком ярко освещённое помещение лестничной площадки, - я пальцы даже согнуть не могу, - чуть после послышался не менее жалобный стон, когда массивная связка ключей выпала из рук её владельца, предварительно громозвучно звякнув перед падением. - Давай я попробую, - чуть погрев руки дыханием, предложил Кристоф, выуживая из кармана свои ключи. Попытки Шнайдера оказались успешнее и вскоре дверь открылась, впуская домочадцев в квартиру. Стоя в прихожей, парни постарались как можно скорее снять с себя верхнюю промёрзшую одежду и обувь. Шнайдер с этой миссией опять же справился быстрее и оглянулся в сторону друга, но уже через секунду рассмеялся от увиденного: - Пауль, ты чего танцуешь? - выгнувшись чуть вперёд, сквозь смех и продолжая подрагивать от холода, спросил Кристоф. - Я не танцую, а пытаюсь согреться, - сказал Пауль, постукивая зубами и совершая странные движения, что в действительности были похожи на танец, а вместе с тем он ещё и немного неуклюже раскручивал шарф со своей шеи. - Тебе только шеста не хватает, - вновь засмеялся Кристоф, сползая по стенке и присаживаясь на пуфик. - Ой, отстань, - поморщившись, отмахнулся Ландерс и принялся стягивать с себя ботинки. - А вообще, знаешь, пить я с тобой больше не буду, - по-дружески, но немного строго оповестил Шнайдер. - Почему это? - чуть покосился в его сторону Пауль. - А потому что. Алкоголь должен расслаблять. - Ну? - "Ну", а пока мы шли он лишь только из меня весь выветрился. - Не пори чепуху, Кристоф. Ты сейчас бухой как, - Пауль задумался, - как пробка. - Да, конечно, - Кристоф прислонил голову к стене, посмотрев в потолок. - Пошли? - почти сразу позвал его Пауль. - Пошли, - не зная на что согласился, кивнул Шнайдер. Две уставшие и чуть покачивающиеся фигуры монотонно проследовали в сторону ванной комнаты, где задержались почти на пол часа, просто отогреваясь. Так как места у раковины было не особо много, Кристоф сидел рядом с ней, на бортике чугунной ванной. - Блин, знаешь, а я кажется уже действительно протрезвел, - уставшим, но ясным голосом сказал Шнайдер, отпуская из своего внимательного взгляда кусочек мыла и поворачивая его в сторону, стоящего в паре сантиметров Ландерса. - Мда. Я тоже, - оповестил Пауль, оборачиваясь в сторону Кристофа. Взгляды столкнулись, внимательно исследуя друг друга. В какой-то момент вдруг возникло ощущение, что в тёплом помещении стало до дрожи тихо, хотя и из крана обильным потоком лилась вода. С недлинной осветлённой чёлки Ландерса скатилась капля воды, упав на тёмно-синие джинсы Шнайдера, тот нервно сглотнул, на секунду обрывая зрительный контакт, чтобы зачем-то проследить за этой каплей, что "разбилась" о плотную ткань его джинс. Пауль же продолжил наблюдать, и в тот момент когда Кристоф вновь посмотрел на него, рука Ландерса мягко легла тому на щёку, а затем проделав небольшой путь, мягко коснулась волнистых волос в районе висков, зарываясь в них мягкими и поглаживающими движениями. Шнайдер чуть прикрыл глаза, смотря куда-то на пол, услышав слабый вздох, он вдруг почувствовал тепло, Пауль обнял его, постепенно и всё сильнее укутывая в объятия. Кристофу было приятно, но он, положив руку на крепкий бок Ландерса, лишь поднялся с холодного бортика, тем самым выбираясь из объятий. - Пойду поставлю чайник, - почти сухо сказал он, выходя из ванной. Пауль пару секунд стоял в неком оцепенении, а затем на последок ещё раз обмыв руки, так же покинул помещение. Ландерс зашёл в свою комнату, прикрыв за собой дверь и включив свет. Сейчас у него в голове не крутилась куча мыслей ни о поступке Шнайдера, ни о каком-то душевном непонимании, он сразу понял в чём дело. Скорее всего Кристоф побоялся такого же расклада вещей, какой был в прошлый раз: опять оба пили, и Ландерс вдруг проявил инициативу. Пауль подошел к кровати и вытянул из-под неё ту самую "сумку воспоминаний". Нет, выбросить её сейчас у него и в мыслях не было. Парень не торопясь побродил по комнате, собрав все те вещи, что хоть как-то да напоминали о Рихарде, после этого он безо всяких колебаний открыл кладовку и засунул сумку подальше на верхнюю полку. - Фух, - вдруг создалось впечатление, что от этого действия правда как-то полегчало и в комнате стало так... свободно. Пауль осознал и почувствовал то, чего ему хочется именно сейчас, а не когда-то пару месяцев назад. Придя на кухню, Ландерс застал там Шнайдера, который сидел на стуле в какой-то странной позе: прислонив руки близко к телу, приподняв плечи и обхватившись руками за бортики стула, в ожидании чайника. - И ты ещё ржал надо мной, что я танцую, - усмехнулся Пауль, облокотившись о дверной косяк, сложив руки на груди. Шнайдер обратил на пришедшего своё внимание, так же усмехаясь, но говоря лишь: - Чайник скоро вскипит. Чуть позже Пауль уже улёгся в кровать, когда Кристоф лишь начинал расстилать своё постельное бельё на матрасе, стоя, почти в кромешной темноте, а так как он стоял ещё и спиной - не видел, как Пауль встал и тихо подошёл к нему: - Шнайдер, - только и услышал Кристоф перед тем, как Пауль одёрнул его в свою сторону обдавая взволнованным дыханием и плотно касаясь его губ своими в торопливом порыве смелости. Руки Ландерса почти сомкнулись вокруг Шнайдера, но вдруг он чуть отступил, - прости меня. - За что, - эта фраза из уст Шнайдера прозвучала не холодно, но вот вопросительной интонации в ней не было. - Просто прости и... - Ландерс не успел договорить, так как был заткнут похожим поцелуем, только уже более раскрепощённым и требовательным. Рука Шнайдера мягко прошлись по спине Пауля, поглаживая. - "И"? - оборвав приятнейший, но не долгий поцелуй, спросил Кристоф. - Мм? - с начала даже не понял Ландерс. - Надеюсь, этого было достаточно, чтобы понять, что ты прощён, но ты не договорил фразу. - А. Сегодня на матрасе, может быть, будет холодно спать... Ложись ко мне? - с полной уверенностью в себе, спросил Пауль. Шнайдер же чуть помолчал. - Уверен? - с некой опаской спросил Кристоф, прекрасно зная противоречивый характер Ландерса. - Абсолютно, - без единых сомнений ответил Пауль, на что Шнайдер чуть улыбнулся. - Тогда веди, - сказал парень, на ощупь находя в темноте руку Ландерса. С той ночи отношения двух парней окончательно улучшились. Поначалу конечно всё для обоих казалось совершенно необычным и новым. И это можно понять, ведь сколько бы парней не было у Шнайдера - он никогда ещё не влюблялся и не знал, как это принадлежать только одному человеку? Сомнений в своих чувствах у него уже не было, а вот некоторые сомнения в партнёре были, поэтому Шнайдер старался не особо навязываться с поцелуями или ласками, когда Пауль напротив "шёл с наступлениями". Но совсем скоро оба окончательно привыкли друг к другу: от ветреных влюблённостей Шнайдера в кого попало не осталось и мокрого следа, ведь он понял, что обрёл лишь одного единственного любимого человека в лице Пауля, который в свою очередь, окончательно смирился с прежней потерей. И всё вроде бы осталось и прежним, но в то же время совсем другим. Живя или тесно общаясь с дорогим тебе человеком, ты естественно замечаешь какие-то интересные привычки или ритуалы, а зачастую и перенимаешь их сам. Пауль стал немного проще относиться к жизни и тому, что в ней происходит, прямо как Шнайдер, хотя тот в свою очередь наоборот стал задумываться над чем-то серьёзным. Одним из главных вопросов, что уже сейчас немного тревожил Кристофа - его планы. Когда-то он дал себе что-то вроде обещания, что почти свободно и беззаботно проведёт год или два, а потом возьмется за голову и поступит в институт, в который и хотел. Немного странно, когда течение жизни само за тебя решает какие-то вещи, но Кристоф решил полностью ему довериться и остаться с Паулем. Может, через два года они уже будут и не здесь. Зачем загадывать так наперёд, когда можно просто жить сегодняшним днём? Но время очень хитрая штука: когда нужно его скоротать - оно тянется, как что-то очень вязкое, а когда тебе хочется запомнить какие-то маленькие моменты, оставаясь в них подольше - время беспощадно летит вперёд, манипулируя стрелками часов. Секунды, минуты, дни, недели, как же быстро они пробегают, особенно тогда, когда ты ими наслаждаешься. С той непростой и решающей дальнейшее будущее ночи прошло почти два года. Пауль уже не совсем тот мечтательный и влюбленный парень с высветлёнными белыми волосами, а молодой мужчина, может, до сих пор не очень уверенный и скромный, но с присущей долей самоуважения и умением постоять за себя. Во внешности тоже проследовали некоторые изменения: юношеская худощавость нарастила более рельефную массу, а волосы, долго не поддаваясь на уговоры Кристофа, всё-таки были перекрашены в чёрный и, может, немного неестественный, но интересный для Пауля оттенок. Сам же Шнайдер тоже немного подкачался, а так же упражнения на осанку не прошли даром и скрюченные когда-то плечи выпрямились, от чего Кристоф стал выглядеть более уверенным в себе. Кстати, его причёска тоже потерпела изменения, в силу того, что Пауль согласился на покраску только в случае отстриженных завивающихся волос, так что новая стрижка с волосами средней длины, чуть зачёсанными к затылку только добавляла мужественности Шнайдеру. А что касается взглядов на жизнь, то Кристоф уже почти и позабыл о том, что когда-то хотел поступить в институт, потому что сейчас его жизнь вместе с Паулем была более, чем просто хорошей. Чего уж говорить, они вместе уже прошли через многое: поездка на две недели в гости к сестре Кристофа в Шверин, слухи, а потом и непонимание со стороны некоторых коллег их отношений и ещё много-много чего. Поэтому сейчас в жизни, можно сказать, наступил светлый и тихий период, а кто от этого может отказаться?