Подарок

– Дядя не зря восхищается вашим садом! – воскликнул Лу Хань, потягиваясь. – Это потрясающее место. – Да, летом мне самой безумно нравится тут проводить время, – согласилась Мелисса, блаженно улыбаясь. Ребята сидели в тени яблонь на темно-синем пледе, заботливо расстеленным Хизер для маленькой мисс и её гостей. Лу Хань по-домашнему растянулся на покрывале и немного щурился, вглядываясь в светло-голубое чистое небо. Рядом сидела Мелисса и теребила в руках ветку жасмина, которую по дороге в сад сорвал Сехун. Сам блондин расположился рядом с именинницей и, казалось бы, задумчиво вглядывался в даль. На самом деле он то и дело переводил взгляд на маленькую мисс и незаметно улыбался. Взрослые настолько часто говорили о скорой помолвке их с Мелиссой, что юноша уже свыкся с этой идеей. Хоть он и сейчас считал все это пустяками, но мысль о том, что мисс Джонсон будет больше времени проводить с ним, не могла не радовать. Было что-то в её непосредственности и упрямости такое, что манило и бросало вызов его характеру. Ведь наследник семьи О так любил, когда слушали только его… – Кстати, Лисс, – ещё одна его исключительная привилегия: называть так Мелиссу, – ты не знаешь, что за такой подарок тебе приготовили, что твоего отца не будет чуть ли не до конца дня? – Не знаю, – вздохнула мисс Джонсон. – Мне никто ничего не говорил. Однако я могу только догадываться… – Ну же, кузина, не стесняйся, – нетерпеливо приподнялся на локте Лу Хань. Мелисса прикрыла глаза и глубоко вздохнула. Теплый июльский воздух делал голову легкой, освобождая от каких-либо мыслей. Она уже пожалела, что поддержала этот разговор, но отступать уже было невозможно. Поёрзав и поправив складки на платье, она проговорила: – Мне кажется, что мне подарят… служанку. Братья удивленно посмотрели на неё. – Шутишь, – присвистнул Хань. – Зачем тебе служанка? По-моему у тебя есть Хизер. К тому же в вашей семье всегда было достаточно прислуги, насколько я знаю… – заметил Сехун, внимательно вглядываясь в лицо маленькой мисс. – Не спрашивайте меня об этом, прошу, – краснея, выпалила Мелисса. – Просто по разговорам родителей я поняла, что они бы хотели приставить ко мне кого-то, кто мог бы меня «контролировать». А ещё того, с кем я могла бы чувствовать себя свободно. Да, мне достаточно Хизер, но иногда я ловлю себя на мысли, что не помешало бы общение с кем-то моего возраста… – Глупость какая-то, – раздраженно прервал её блондин и встал с покрывала. – Я пойду в дом, тут стало достаточно душно. Проводив Сехуна удивленным взглядом, ребята, оставшиеся в тени деревьев, переглянулись и засмеялись. Такое поведение было вполне в духе блондина. – Вот же индюк, – подметил Хань, продолжая всматриваться в небо. – Как грубо! – воскликнула Мелисса и улыбнулась: – Пусть ведёт себя так. Мне льстят подобные его перепады настроения. – О, поверь мне, – простонал старший, закатывая глаза, – вы друг друга стоите! – Хам, – показала язык Мелисса и поднялась с покрывала. – Я пойду, поговорю с ним; заодно узнаю, может отец вернулся раньше. Не сиди долго один, приходи в дом. Родители, перешедшие с террасы в гостиную, играли в бридж. Сегодня не планировалось много гостей: семья О, которая уже прибыла, ещё пару тётушек и каких-то дальних родственников. Мелисса росла без бабушек и дедушек. По линии матери старики рано умерли. По отцовской линии дед погиб на службе, а бабушка не поддерживала связь с их семьей, так как никогда не одобряла брак сына с девушкой из «несостоятельной семьи». Не так всё красиво получается, увы, но Мелисса не очень-то об этом жалела. Потому что Хизер, милая, добрая, понимающая Хизер, целиком и полностью заменила ей самую любящую бабушку. Сехун нашёлся на кухне. Он стоял напротив окна, заложив руки за спину, и смотрел на лужайку. Поджатые губы и хмурый взгляд говорили о том, что он все ещё не успокоился. Ни родители, ни слуги не решались трогать юношу, когда он был в подобном настроении. Но не Мелисса. Понимая, что ей все равно ничего не будет, она могла позволить себе делать, что вздумается по отношению к нему. Мелисса тихонько подошла к юноше и быстро подхватила его под локоть. Видимо она и правда застала Сехуна врасплох, потому что он вздрогнул и инстинктивно попытался вырвать руку. Но заметив, кто потревожил его, успокоился и тихо выдохнул. – Ты меня напугала, – сухо сказал он, снова обратив взгляд к окну. – Почему ты злишься? – проигнорировав его тон, мягко спросила Мелисса. – Я не злюсь, – ответил юноша уже спокойнее. – Нет, ты злишься, – почти счастливо проговорила маленькая мисс, вглядываясь в лицо Сехуна. Парень перевёл взгляд на Мелиссу. Задорные светлые кудряшки и живые синие глаза. Разве можно не неё сердиться или злиться? Пусть некоторые, такие же двенадцатилетние мисс, считают её слишком дерзкой, а их мамаши – несносной. Зависть, она повсюду, если дело касается людей, хоть чем-то выделяющихся из основной массы. Для него она будет самым светлым лучом в пасмурный день. Глубокий вздох подтвердил капитуляцию юноши и вызвал радостную улыбку на лице мисс. – Порой то, что ты говоришь, причиняет мне боль, – тихо признался парень. – Я постараюсь следить за этим, – так же тихо отметила девочка. Сехун позволил себе чуть сильнее сжать её руку в ответ, после чего удалился из кухни, оставив маленькую Мелиссу в одиночестве.

***

В семь часов вечера в холл вошла последняя приглашенная дальняя родственница. Устав уже улыбаться практически незнакомым тётушкам и отвечать дежурное «конечно, тетя» на каждое «ты меня помнишь?», Мелисса то и дело беспомощно искала глазами Сехуна. Юноши как назло нигде не было. Раздосадованная, она, огибая гостей, пыталась его найти. Мелиссу всегда очень утомляли все приёмы, несмотря на то, что она очень любила веселье и компании. Сделав очередной круг по гостиной, маленькая мисс замерла, потому что услышала до боли знакомый голос. – Всем добрый вечер! Здравствуйте! Да, конечно, как поживаете? Я прошу прощения, но вы не видели Мелиссу? – Папа! Пробираясь сквозь гостей, девочка наконец добралась до господина Джонсона. Он не намного уступал по красоте своей жене: высокий, широкоплечий, кареглазый. От него всегда пахло некой свежестью и утренним лугом, хотя сейчас был в самом разгаре вечер. Мистер Аллан всегда шутил, что запах ветра привязался к нему на всю жизнь из-за его огромной любви к верховой езде. С лёгкостью подхватив дочь на руки он, смеясь и кружа по гостиной, распевал «с Днём рождения, дорогая Мелисса» своим глубоким бархатным голосом. – Пап, а где мой подарок? – отсмеявшись, поинтересовалась Мелисса. Стоявшая неподалеку миссис Эрика засуетилась и, схватив мужа под руку, увела его в соседнюю комнату «на пару слов». Растерянная девочка осталась одна посреди зала. Что же это такое? Она весь дань ждала таинственный подарок, а теперь его от неё прячут? – Все в порядке? За спиной возник Сехун, заставляя её вздрогнуть от внезапного обращения. Хитрая улыбка обезоруживала, и Мелиссе ничего не оставалось сделать, как просто кивнуть. – Мой подарок от меня тщательно прячут, – пожаловалась она. – Я слышал, что его тебе не собираются дарить при гостях, а подарят, когда все разъедутся. Ну… – помедлили юноша, – почти все. – Вы остаетесь? – плохо скрывая волнение, спросила девочка. – Лисс, не надо так откровенно радоваться. Ты делаешь огромную честь моему самолюбию, – рассмеялся Сехун. – Вот ещё, много мнишь о себе, – хмыкнула Мелисса и, развернувшись в сторону гостей, направилась к одной из приглашенных тётушек. – Вы только посмотрите… – улыбнулся сам себе Сехун и отправился на поиски брата.

***

Вечер, тянувшийся необычайно долго, наконец, подошел к концу. Казалось бы, можно было радоваться хотя бы подаркам, заботливо доставленным всё теми же малознакомыми родственниками, но и они не были так интересны. Мелисса решила, что в знак протеста будет всячески игнорировать все попытки развеселить её, пока не получит свой обещанный сюрприз. Сехун и Хань пытались её отвлечь, но девочка не поддавалась ни в какую и только изредка бросала хмурые взгляды в сторону родителей. – Именинница явно не в духе, – лукаво усмехаясь, заметил господин О, когда все гости разъехались. – Я хочу видеть свой подарок, – отрезала Мелисса. – Милая, мы… – миссис Джонсон явно нервничала. – Твой подарок, он… – Я не хочу ничего слушать! – топнула ногой девочка. – Я хочу свой подарок. Сейчас же. – Ну, тише-тише, сейчас ты его увидишь, – успокоил её отец и пошел в соседнюю комнату. Мелисса проводила его нетерпеливым взглядом. Сехун остановился в паре шагах от неё, будто бы на страже безопасности маленькой мисс. Хань также находился рядом, с любопытством глядя на закрывшуюся за спиной мистера Джонсона дверь. Только миссис Эрика обеспокоенно переглядывалась с Хизер, находящейся в дальнем углу комнаты. Повисла напряженная тишина, в которой поворот дверной ручки показался раскатом грома. Из темноты комнаты вышел мистер Аллан. Но вышел не один. Было видно, что за спиной у него кто-то находится. Небольшая фигурка, можно сказать детская; повыше самой Мелиссы, о и ниже младшего О. – Мелисса, – торжественно начал отец, – в твой двенадцатый день рождения мы с матерью решили тебе сделать особенный подарок. Надеюсь, что ты будешь очень бережно к нему относиться и не будешь обижать, потому что в дальнейшем он тебе может сослужить хорошую службу. Мелисса слушала отца очень внимательно, но не сводя глаз с фигурки, которая стояла у него за спиной. По тому, как говорил мистер Джонсон, можно было решить, что речь идет о какой-то дорогой или ценной вещи. Но подарком был отнюдь не неодушевлённый предмет. Мистер Аллан отодвинулся, и все присутствующие в комнате замерли. Миссис Джонсон прикрыла глаза и отвернулась, Хизер сделала пару шагов к центру комнаты, госпожа О с явным вопросом во взгляде смотрела на мужа, который с самым спокойным видом курил. Сехун и Хань удивлённо переглянулись, как бы спрашивая друг друга: «Это розыгрыш?» Но самые смешанные чувства испытывала Мелисса. Девочка прикрыла рот ладошками и мелкими шажками, не спеша приблизилась к своему «подарку». Перед ней стоял мальчик, примерно её возраста. Он был и правда немного повыше. Достаточно худенький, в обыкновенном простом костюмчике прислуги. Он стоял, опустив голову, будто бы был в чем-то виноват. Немного смугловатая кожа сразу говорила о его не европейском происхождении, темная челка прикрывала глаза. – Ну же, не бойся, – положил ему руку на плечо мистер Джонсон. – Поприветствуй свою новую хозяйку. Мальчик медленно поднял голову. От его взгляда Мелисса, стоявшая напротив, сделала шаг назад. Карие глаза ни на миг не выражали покорность, в отличие от тела. В них горел не просто огонь, а бушевало пламя, непонятно откуда взявшееся в ещё невзрослом мальчике. Явная насмешка промелькнула на минуту и тут же исчезла, уступив место деланному почтению. После этого он молча поклонился и что-то проговорил на абсолютно странном для Мелиссы языке, который показался ей немного знакомым. За спиной девочки послышался удивленный шёпот госпожи О, и маленькая мисс поняла, почему звучание слов показалось ей знакомым. Это корейский – родной язык Сехуна, на котором он иногда говорил с родителями и звучание которого пару раз демонстрировал Мелиссе. Блондин сделал пару шагов вперед и поравнялся с девочкой. Мелисса украдкой посмотрела на него и прочитала плохо скрываемое раздражение. Сехун что-то достаточно громко сказал мальчику, меря его взглядом. Тот в ответ поклонился и уже на ломанном английском произнёс, обращаясь к Мелиссе, явно заученные слова: – Меня зовут Ким Чонин, и теперь я буду вашим слугой, мисс Джонсон. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне.