Кривое зеркало

      – Эй, ты живой? – его пнули под бок. Пробормотав нечто невнятное, что и сам понять не в состоянии, Нож приоткрыл глаза и с трудом сфокусировался на круглом, как тарелка, и примерно таким же умном лице Криса, участника верхушки банды. – Не, не подох... Вставай, тебя зовут.       – Ты как с начальством разговариваешь? – выпалил Нож с заплетающимся языком, поднимаясь. – Какого х.. на "ты"? "Тыкать" Барсуку будешь, не мне. И кто так начальство будит? Что, наклониться и поднять руками облом? Сука, я к кому обращаюсь?! – рявкнул он. – А ну быстро встал по стройке смирно и извинился!!       Крис сначала оторопело вытаращился, затем в его мозгу что-то сработала, и он вытянул руки по швам.       – Виноват! – крикнул он. Нож, ощутив приступ азарта, ухмыльнулся и на нетвердых ногах подошел к нему.       – Разворот на сто восемьдесят градусов и шагом марш по лестнице вниз! – приказал он, вживаясь в роль.       Крис не сразу сообразил, куда развернуться, но услышав слово "лестница", понял, что нужно делать, и, выйдя из помещения, начал спускаться по лестнице. Довольный собой Нож, прихватив вторую бутылку виски, пошел за ним.       – Итак, кто меня звал? – задорно крикнул Нож на весь дом, поигрывая запечатанной бутылкой.       – Ну, я. – Барсук стоял в дверях, облокотившись о косяк.       – Отлично, – ухмыльнулся Нож, положив бутылку на плечо на манер биты, – какие-то вопросы есть?       – Помнишь, я тебе говорил, что ты сильно перенервничал, и что тебе надо передохнуть, а я пока все разрулю? – спокойным голосом начал он, не отрывая глаз от Ножа. – Ну так вот, хотел с тобой немного поговорить как раз, думаю, ты успел немного расслабиться. Ведь так? – он вкрадчиво наклонил голову.       Он каким-то образом ощущал подвох в его словах, но не мог понять причину своего беспокойства. Барсук же подошел к нему и доверительно положил руку на плечо.       – Пойдем, бухнем, если хочешь, пару пилоток вызовем...       – Не надо баб, – возразил Нож, вспомнив Мелиссу. – Мне сейчас бл...й видеть совсем не хочется. А вот бухнуть – это с радостью. – Он облизал пересохшие губы. Барсук, немного растерявшись, неуверенно похлопал Ножа по плечу.       – Ну так идем! – он подтолкнул Ножа в гостиную.       Гостиная оказалась крайне уютной. Бандит вспомнил, что на мансарду его вели именно через нее, но никаких четких воспоминаний не было, и он с любопытством оглянулся вокруг. Белые стены с панелями светлого дерева, пара каких-то непонятных картин – название стиля крутилось в голове, ускальзывая в последний момент – электрический камин, на каминной полке стояло белое блюдечко с красной каемкой, рядом – хай-тек часы.       "Полпервого," – отметил про себя Нож, и его взгляд переместился дальше. Дверь светлого же дерева, кажется, ведущая в прихожую, и огромное окно, почти на всю стену, занавешенное полупрозрачными серыми шторами. В общем комната производила впечатление спокойствия и уюта, абсолютно не вяжущихся с буднями бандитов. Это несоответствие подстегнуло тревогу Ножа. Он напрягся всем телом, но решил пока что не предпринимать никаких активных действий.       – Присаживайся. – Барсук жестом указал на белый диван, сам усаживаясь в кресло. – Ну, давай сюда свой виски, – он взял со стеклянного журнального столика один из двух стаканов, – выпьем.       Ноги по щиколотку утопали в белом ковре, и все мысли Ножа были заняты этим аспектом. Он растеряно протянул бутылку Барсуку.

***

      Кажется, она ненадолго потеряла сознание от испуга, по крайней мере, она не могла сказать, сколько пролежала здесь. Она попробовала пошевелиться, и тут же острые углы какого-то хлама впились ей в лопатки, вызвав тупую "застоявшуюся" боль. Девушка скривилась, поражаясь, как она себе ничего не сломала, упав на такое, и села. Она была в практически полной темноте, на какой-то полугнилой куче досок, осколков кирпичей; увидев это, она вздрогнула, поразившись крепости своих костей – и ветхих тряпок. Она подняла голову и увидела пролом в потолке. Черт, как она умудрилась провалиться в таком месте? Дыра большая, нужно быть слепым, чтобы попробовать пройти по ее краю, как она сделала, если судить по болтающемуся обломку доски.       Сверху практически не поступал свет. Девушка провела рукой по полу, ища пистолет, но ее рука наткнулась на вытянутый и плоский прямоугольный предмет – телефон, взятый из машины, и который девушка использовала в качестве фонарика. Она схватила его и попробовала включить, но никакой реакции не последовало.       "Сдох," – подумала девушка, ощущая, как озноб пробирает ее до нутра. Все еще ощущая ужас от осознании того, что она осталась без света, она нащупала пистолет.       "Господи, за что это мне? – она скривилась, оглядываясь вокруг. Ее глаза постепенно привыкали к темноте, но разглядеть что-либо все еще было крайне сложно. – Почему, почему я должна так страдать?!"       Где-то за стеной послышался металлический цокот. Сердце Анджелы сжалось. Звук замер совсем рядом, и, как девушка не прислушивалась, ничего не могла расслышать кроме него и своего дико колотящегося сердца. Наконец, звук удалился вдоль стены, сопровождаемый странным, едва различимым шумом, то ли стоном, то ли хрипом. Анджела глубоко вздохнула, успокаивая себя.       "Что это было? – она напряженно повернула голову в направлении, куда исчез звук. – Или, точнее, кто?.. Господи, я даже не хочу об этом думать."       Тем временем ее глаза достаточно привыкли к темноте, чтобы можно было различить неясные очертания комнаты. Темные пятна на серых стенах – штукатурка поотваливалась, то же самое и на потолке; бетонный пол, засыпанный той самой штукатуркой, щепками и битым кирпичом. Из темноты вырисовывался и будто даже подсвечивался прямоугольник двери. Девушка снова вздрогнула, вспомнив о неизвестном источнике звука.       "Лишь бы оно сюда не додумалось заглянуть..." – она хотела перекреститься, но в последнюю секунду передумала. Она нащупала неподалеку пистолет и осторожно поднялась на ноги, вслушиваясь в звуки. Опасного цокота не было слышно. Анджела, снова глубоко вздохнув, оглянулась в поисках чего-нибудь, с помощью чего можно было бы попробовать забраться обратно – вроде ящика или чего-то подобного. Однако комната оказалась пуста, а металлические этажерки были намертво прикручены к стенам – девушка попыталась сдвинуть их с места.       Она со страхом посмотрела на дверь – единственный выход отсюда. Или не выход? Быть может, это путь в еще больший ад, и лестницы наверх она никогда не найдет? А что, если лестница разрушена каким-нибудь монстром, и единственный способ выбраться – забраться обратно в дыру? Господи, почему она была так неаккуратна!       "Чем больше я буду мыслить в таком русле, тем на меньшее буду способна, – одернула себя Анджела. – Судя по рассказу Саймона, этот мир вырос на страхах, ему нужен человеческий страх. Если я не буду допускать таких мыслей, то власть надо мной будет слабее..."       Не завершив мысль, девушка взяла пистолет поудобнее и потянула дверь за ручку. Та с режущим ухо скрипом приоткрылась. Девушка вжала голову в плечи, представив, что монстр сейчас прибежит на шум, но цокота не было слышно. Набравшись смелости, она открыла дверь настолько, что смогла проскользнуть в нее, и оказалась в длинном и слабо освещаемом коридоре – практически таком же, как те, что она представляла во время рассказа Саймона. Только еще грязнее и мрачнее. И еще она чуяла неприятный запах то ли гнили, то ли разлагающегося мусора - достаточно сильный, чтобы на него нельзя было не обращать внимания, но и не настолько, чтобы нельзя было думать ни о чем другом.       Скривившись, Анджела пошла по коридору к ближайшей двери и подергала ее. Закрыто. Черт. Она направилась дальше, завернула за угол и увидела решетчатую дверь, преграждающую путь к лестнице наверх. Девушка бросилась к ней и попыталась открыть, но закон подлости только начинал действовать – заперто. В отчаянии, девушка села на бетон и прислонилась к решетке.       – Почему? – шептала она, – Почему все именно так?! За что, за что я должна здесь умереть? Почему меня не убил тот зверь, почему я вообще оказалась здесь?! Нет, я так больше не могу... Но так тоже нельзя. – Она разжала пальцы, чтобы не было соблазна прекратить свои муки по-быстрому, и даже оттолкнула от себя ствол. – Может, есть другой выход, другая лестница? Ведь всегда делают запасной выход, на случай вот таких ситуаций... Нельзя отчаиваться, нельзя! Я должна найти отсюда выход! – Девушка, продолжая себя шепотом подбадривать, поднялась и взяла пистолет.       Она уже собиралась уйти, как заметила серый клочок бумаги, практически сливавшийся с полом. Она подняла его и на обратной стороне увидела пару строчек, написанных неразборчивым почерком. Анджела поднесла листочек к самому лицу, пытаясь разобрать корявые буквы в слабом и непостоянном свете.       "Деер... Дверь?.. заернта... зарыта... закрыта!.. Черт, кто так пишет? – девушка поднесла листочек еще ближе к глазам. – Ключ в кошыте... в комнате... с гвн... с генерото... с генератором! – она почувствовала облегчение, пока не увидела следующую строчку: – Код?! Господи, я в жизни не разберу эти цифры... Слава Богу, их только три..."       Она чуть-чуть отодвинула листочек от лица, а затем снова приблизила, пытаясь разобрать хоть что-то из этих закорючек.       – 6... Или 5?.. Скорее 5... Нет, точно 5, хвостик для шестерки не подходит. 1 или 7?.. Так, это 1, черточка внизу... – бормотала она и запнулась, дойдя до третьей цифры. Это могло быть и 3, и 8, и даже 9. Девушка посмотрела на листочек под одним углом, под вторым, и никак не могла понять, что же написал, судя по всему, работник этого места. Решив просто подобрать правильную цифру, Анджела запихнула листочек в карман.

***

      – Бл...! – Патрик пнул крышку гроба так, что ушиб ногу. – Твою ж... дивизию.       – Не кричи, – скривилась Тереза. – Громко же.       – Извини, – он попробовал пожать плечами, но места оказалось слишком мало.       – Можно попробовать выбраться отсюда другим образом, – предложила она.       – Как с камнем, что ли? – спросил он.       – Камня не было? Не было. Но он появился...       – То есть мы создали камень, – подхватил идею Патрик. – И ты предлагаешь похожим образом выбраться отсюда? А ты уверена, что получится?       – Ну, другого выхода у нас нет.       – И каким же образом?       Тереза не ответила. Патрик скривился, пошевелив ушибленной ногой, но девушка истолковала это по-своему и нахмурилась.

***

      Всплеск послышался практически рядом. Отчаянно матерясь, Джеймс выстрелил в том направлении и, судя по злобному шипению, попал. Всплеск послышался чуть дальше, и оттуда послышалось емкое пожелание сдохнуть в муках.       "Русалка? – предположил полицейский, поняв, что голос, хоть и хриплый, но женский. – Везучий я, бл*."       Он завяз в грязи практически по колено, а небольшой слой воды сверху только ускорял его погружение. В панике еще раз выстрелив на голос, Джеймс попытался выбраться и, психанув, применил телекинез. Его выдернуло из болота, подбросило в воздух, и он шлепнулся на относительно твердую поверхность. Вскочив на ноги, он бросился прочь, перескочил через поваленное бревно и отбежал на несколько метров в сторону. Затем, поняв, что в безопасности, вернулся обратно к бревну и крикнул:       – Х.. тебе! Слышишь?! Х...!!       В ответ его изыскано обозвали недоношенным сыном проститутки от алкаша в седьмом поколении.

***

      Анджела вернулась обратно к двери в подвал, куда провалилась. Пройдя мимо электрического щитка, она завернула за угол и замерла, ощущая, как подкашиваются ноги.       На полу перед ней растекалась живая, пульсирующая и колышущаяся розово-желтая масса, распространяющая тошнотворную вонь. Из этого существа, если можно его так назвать, торчала полурастворившаяся рука и практически полностью – ступня. У девушки закружилась голова, она попятилась и вжалась в стену. Не в состоянии оторвать взгляда от внезапной преграды, она попыталась что-то сказать, но слова застряли в горле.       Она зажмурилась, подняла голову и уставилась в потолок, пытаясь унять тошноту. Масса притягивала свой взгляд, но девушка чувствовала, что если будет смотреть на нее дальше, то потеряет сознание. Мысленно повторяя "Господи", она, сглотнув, снова посмотрела вперед, но не на преграду, а на то, что за ней. И увидела металлическую дверь с кодовым замком и поворот направо. Это было безумие, но девушка решилась на это. Примерившись, она разбежалась и перепрыгнула пульсирующую массу, потеряла равновесие и упала на колени. Она обернулась и отдернула ногу, оказавшуюся у самого тела твари.       "Какая мерзость!"       Девушка встала и подошла к двери, вытаскивая из кармана бумажку и набирая код.       "5... 1... 3? Нет, не подходит, тогда 9? Снова нет? Может быть 8? Это шутка? – Ее пробил холодный пот. – Сейчас все цифры проверю... Что? Ни одна не подходит? Тогда ошибка не здесь? Может, первая цифра все же 6? Так, проверяем с ней... Снова нет? Тогда, быть может, вторая – 7? А первая точно 6?.. Эм... Господи, за что мне это?" – в который раз обратилась к Всевышнему девушка. Она никогда раньше не задумывалась о том, верит или нет, но сейчас такая молитва была единственным, что хоть как-то могло ее успокоить.       Правильная комбинация получилась случайно. 616*. Замок щелкнул, дверь поддалась, и девушка чуть ли не ввалилась в комнату.       Это оказалось совсем небольшое помещение. В углу работал генератор, а у стены напротив двери стояла металлическая этажерка. Девушка бросилась к ней и обшарила все полки, но среди емкостей с топливом для генератора, инструментами и инструкциями ключа не нашлось.       "Неужели?.. – девушка повернула голову в сторону работающего генератора. – В записке не было сказано, что ключ на полках..."       Она подошла к генератору, пытаясь понять, где может оказаться ключ. Присев на корточки, чтобы лучше рассмотреть, она заметила плоский ключик – в тени от генератора. С радостью схватив его, она выскочила в коридор и встала.       Рваное синее платьице, тощие, окровавленные руки и ноги, завершающиеся ржавыми окровавленными шипами, неестественно выглядевшие светлые кучерявые волосы... Тварь стояла к ней спиной, но при ее появлении встрепенулась и развернулась со знакомым цокотом. Девушка похолодела. Пустые разодранные глазницы, широко распахнутая пасть без зубов красовались на старческом лице. Анджела бросилась влево, промчалась по коридору, завернула направо и, споткнувшись обо что-то, растянулась на бетонном полу. Позади послышался дикий вопль твари.

***

      Джеймс обходил болото по краю, справедливо опасаясь встречи с очередной тварью. Его мысли были заняты совсем не особняком, который он должен был найти, и не своим почти чудесным спасением, а раной на руке. Боль не унималась, наоборот усиливаясь, кожа вокруг укуса приобрела нездоровый зеленый оттенок, а из следов от зубов сочился гной. Полицейский уже подумывал о том, чтобы вскрыть руку и вырезать всю зараженную плоть.       Вдалеке, между верхушек деревьев, мелькнула крыша.       "Я на месте? – он ускорил шаг. – Наконец-то."

***

      Орел стоял в коридоре и повторял:       – Раз, два, три, четыре, пять! Еще один сдох, бл...!