Тигровая орхидея

Проснувшись, Рен обнаружил, что Мулани рядом с ним нет. Впрочем, удивлен он не был. Мулань - пташка ранняя. Она всегда встает с рассветом, а Тао оставляет нежиться в постели. И это учитывая то, что Рен сам привык рано вставать. Он обнаружил девушку на заднем дворе гостиницы. Она тренировалась вместе с Йо, Хоро и Рю. А командовала ими... Анна Киояма, собственной персоной! Тао оглядел ее и добродушно усмехнулся, заметив округлившийся животик. - Эй, Рен! Привет! - крикнул Йо, приветливо махая рукой. Он делал отжимания и только рад был хоть немножко отвлечься от этого адского занятия. Турнир вроде закончился, а тренировок меньше не стало. Спасибо милой Анне... Беременная она была чуть добрее обычного, но все же... - Привет, Йо, - ответил Рен и направился к Киояме. - Здравствуй, - сказал он ей. - Ты наконец вернулась? - Как видишь. Рейс задержали, поэтому я не смогла вернуться вчера. - Надеюсь, поездка прошла удачно. - Все в порядке. А ты, я вижу, привел к нам подружку из Китая. Рен посмотрел на Мулань, которая настолько усердно пыталась удержать равновесие, стоя на пятиметровом шесте толщиной с большой палец руки, что не замечала никого вокруг. Ну еще бы, умудриться устоять в таком положении - задача не из легких. К тому же, Мулань, судя по всему, медитировала. - Хочешь верь, хочешь нет, но ей как раз нужно в Осорезан, - сказал Рен Анне. - Я понятия не имею зачем. С ней связано много тайн. Но, мне кажется, она неопасна. - Ты так думаешь? - сверкнула глазами Киояма. - Уверен. - Она сказала вам, что у нее нет хранителя, верно? Я практически уверена, что она лжет. Такие, как она - полные тайн - лгут постоянно. Глаза Рена гневно сузились. Не будь это Анна (в особенности, беременная), он бы уже давно ее ударил. - Она не лжет мне! - воскликнул он. - Я знаю о ней больше, чем ты! У нее нет хранителя. Она бы не стала мне лгать... - Правда? - Анна была убийственно спокойна, но в ее голосе звучали холодные нотки. - А что это за кулон на ее шее, ты знаешь? Рен не сразу понял, о чем она. А потом он вспомнил вчерашнюю жаркую ночь и то, как целуя Мулань, он наткнулся на очень красивое украшение у нее на шее. Правда, тогда Тао был занят совсем другим, и всякие побрякушки волновали его меньше всего, так что расспрашивать девушку он тогда не стал. - Кулон как кулон, - холодно произнес Тао. - Наверняка, отец подарил. - Такой материал достать практически невозможно. Это минерал, добытый в Аду и там же обработанный. Вещи, сделанные из него, являются идеальными медиумами для духов божественного класса. Сомневаюсь, что ее отец мог бы добыть такое. Да и никто, в принципе не мог, кроме Короля шаманов или же его ближайших подчиненных. А стоят такие безделушки больше, чем весь ее монастырь. - Она не могла наврать мне, - тихо сказал Тао, убеждая скорее себя, нежели Анну. - Я гляжу, великий Тао Рен влюбился, - протянула Киояма в своем типичном стиле. - Вовсе нет! - по-мальчишески смущаясь, крикнул парень. Анна лукаво ухмыльнулась. - Но откуда ты знаешь, что у нее есть дух-хранитель? Где доказательства? - продолжил Тао, успокоившись. - Я медиум, Рен. Я чувствую духов где угодно, и для этого мне не обязательно видеть их или слышать. Тао хотел спросить что-то еще, как вдруг почувствовал, что кто-то обнял его сзади. Затем он услышал задорный смех Мулани. Она-то не знала, о чем они говорили, и была как обычно бодра и весела. А что, если это действительно лишь поверхностный образ? - Доброе утро, Рен! Давай устроим хороший спарринг? Честно говоря, я соскучилась по тому, как мы с тобой боролись, когда были в монастыре. Рен не оборачивался. Он все еще думал о словах Анны. Сама Киояма даже не смотрела в их сторону. Рен всегда уважал ее за это: она была мудрой, прямолинейной, но никогда не позволяла эмоциям брать над собой верх и не делала выводы, исходя только из собственных чувств. Именно поэтому Тао всегда доверял ее словам. - Прости, Мулань. Давай, в другой раз. Девушка обиженно надула губы и сложила руки на груди. Впрочем, ее обида длилась секунд тридцать, не дольше, и вскоре она уже снова улыбалась. - Хорошо, мистер Лентяй. Но в этот другой раз я тебя обязательно сделаю! - Кстати, Рен, - вдруг произнесла Анна, - Джун приехала в Токио. Она решила не останавливаться в "Фунбари Онсен", потому что уедет уже завтра. Она ждет тебя в том отеле, где вы жили во время первого раунда Турнира. Рен кивнул и пошел в свою комнату за документами. Мулань осталась наедине с Анной. Она была немного удивлена и огорчена настроением Рена и тем, как он с ней разговаривал. После вчерашнего, думала девушка, они должны были стать еще ближе, но почему-то Тао стал холоден. Тем не менее, Мулань решила не заострять на этом внимание. - А как вы собираетесь назвать ребеночка, Анна-сама? - спросила она невзначай. - Это будет мальчик, так что звать его будут Хана. - А скоро он появится на свет? - Через семь месяцев, - ответила Анна, а затем прокричала: - Йо! Не халтурь, иначе тебе придется пробежать лишние пять километров, дорогой. - Но Анна!.. - взвыл бедный парень. Мулань поняла, что больше Анна говорить с ней не будет, ибо та уже шла к своему многострадальному муженьку. Китаянка отправилась за Реном. Он уже стоял на выходе из Фунбари Онсен и ждал ее. Без лишних слов они отправились в город. Всю дорогу Рен был хмурый, и не раз Мулань ловила его взгляд у себя на груди. Она уже начала переживать по этому поводу и смущаться, как вдруг поняла, что разглядывает он не ее грудь, а кулон-орхидею. Медиум, кстати говоря, как-то слишком ярко поблескивал. Видимо, Ситатара хотела сказать что-то важное. Рен велел остаться Мулани внизу, а сам поднялся к Джун. Девушка приехала в Токио только на пару дней и завтра собиралась уезжать. Мулань зашла в ближайший магазин, чтобы согреться. Зима как никак, а она ходит в тонком платье. Магазин оказался ювелирным. За прилавком стоял крупный мужчина лет сорока. Он выглядел совершенно обычным пузатеньким продавцом, если не учитывать его одежду: длинное ритуальное кимоно. Но Токио - большой город, полный причуд, так что удивляться Мулань не стала. Она подошла к одной из блестящих витрин и стала рассматривать товар. Дорогие серьги из серебра, золотые браслеты, колье с дивными драгоценными камнями... Здесь все сверкало и искрилось, аж глаза слепило. Мулань вдруг увидела одну очень красивую брошь в виде символа инь-янь. С первого взгляда было ясно, что работа очень искусно выполнена. - Извините, - услышала она вдруг и обернулась. К ней обращался тот самый продавец. - Вам, я вижу, приглянулась эта брошь? - Да, она очень красивая. Но я не собираюсь ее покупать, извините. - Может быть, - хитро сказал продавец, - я смогу обменять ее. На какое-нибудь другое украшение, скажем. - У меня ничего подобного нет, - холодно отрезала Мулань. - А что у вас за чудесный кулон в виде орхидеи? Я могу разглядеть его поближе? Очень уж он мне понравился. - Нет, - Мулань развернулась и уже собиралась уйти, как вдруг почувствовала, что ее схватили за локоть. - Что вы себе позволяете?! Отпустите! Рука продавца нагло потянулась в кулону. Мулань почувствовала силу, исходящую от него. Это было фурьеку шамана, который осуществил контроль над духом. - Ситатара! В кулон! - недолго думая, выкрикнула девушка. В следующий миг кулон преобразился, и стал тонким стеклянным цветком со стеблем, наподобие маленького жезла. Мужчина даром времени не терял и пошел в атаку, прямо в магазине, но Мулань опередила его: - Ситатара, белое удушье! Прямо из пола под ногами шамана стали расти огромные побеги кустовой белой розы с очень острыми шипами. Они обвили его ноги, руки, перешли к шее и начали сжиматься. Однако все было не так просто. С помощью своего духа-хранителя - огромного рубинового демона - мужчина разрезал побеги и атаковал кристаллами заостренной формы. Мулань быстро создала щит из древесины, однако один кристалл прошел насквозь и поранил ее плечо. По коже потекла теплая липкая кровь. Было очень больно. - Цветочный яд! - выкрикнула девушка. Из-ниоткуда появилась белесая пыльца. Мужчина начал слепнуть. Через мгновенье он, весь опухший, уже лежал на полу собственного магазина. Дух-хранитель исчез, ведь его хозяин был в отключке. Мулань не удержалась и пару раз пнула злобного продавца перед тем как выйти. Однако стоило ей оказаться на улице, как она встретилась с холодном взором янтарных глаз Рена. Парень был убийственно сердит. Он не сказал ни слова, лишь испытующе смотрел на Мулань. Та, в свою очередь, боялась даже вздохнуть. Эта игра в гляделки продолжалась минут пять, пока Мулань наконец не выдержала. А вдруг Рен не успел увидеть ее хранителя? - Как встреча с сестрой? Все в порядке? - осторожно спросила она. - Это не имеет значения. Откуда у тебя дух-хранитель?! - Ну, я... - Ты лгала мне! - А вот и нет! Не договаривать и лгать - разные вещи... - Правда? - яростно прошипел Тао. - Может, насчет настоящего отношения ко мне ты тоже "не договариваешь"? Мулань сердито топнула ногой. - Так! Что за сцены ты тут устраиваешь, Тао Рен? Успокойся! Рен замолчал. - Я спокоен, - холодно сказал он. Казалось, этот его тон воду в лед превратит. Мулань аж передернуло. - А ты... лучше не попадайся мне на глаза. Рен резко развернулся и пошел в сторону Фунбари Онсен. Мулань сердито цокнула языком и пошла в противоположную сторону. Она не плакала. Чтобы Мулань ревела по таким пустякам? Ха! Однако к горлу подступил предательский ком. Девушка шла, не разбирая дороги. Она уже не раз врезалась в прохожих, которые гневно кричали ей вслед. Пару раз ее чуть не сбила машина. Но Мулани было все равно. Она шла вперед, стараясь уйти от своих обид. Но, как говорится, от себя не убежишь. Какой-то парень подошел познакомиться, когда она встала осмотреться. Мулань, не зная почему так поступает, ударила его и сразу же побежала дальше. Ей было ужасно плохо. Паренек удивленно охнул, а затем крикнул ей вслед что-то вроде: "Дура сумасшедшая!" Однако Мулани было все равно. Девушка прибежала в какой-то заброшенный парк. Она села в старую карусель с сиденьями в форме чашек и обняла себя за колени. По щекам лились слезы. Ситатара пыталась успокоить свою хозяйку, но Мулань попросила ее уйти. Девушке очень хотелось побыть одной. - О, у кого-то проблемы на личном фронте? - услышала она вдруг знакомый издевающийся голос. - Асакура, свали в туман! - крикнула она и кинула камушек в сторону говорящего, не поднимая головы. Хао легко увернулся. - Мы вроде уже говорили по поводу твоей фамильярности. Обращайся ко мне, как подобает. - Ваше благородие, я смиренно прошу вас свалить в туман! - злобно ответила Мулань. Вдруг она почувствовала прикосновение горячих пальцев, а в следующий миг рядом с ней плюхнулся Асакура. Он тесно прижался к ней и закинул руку на плечо. Мулань как кипятком ошпарило. Она резко дернулась прочь от Хао. - А я стараюсь быть дружелюбным... - печально вздохнул Король шаманов, убирая руку. - Да ты же горячий. И вообще, твое фурьеку настолько ощутимо, что мне даже находиться рядом больно, - ответила девушка. - Тогда разговор будет недолгим. Ты слишком задержалась в Токио. Времени в обрез. Отправляйся в путь. - Но как я доберусь?.. Мы с Реном поссорились, а я сама ничего не знаю о здешних правилах. - В этом случае я согласен помочь, - Хао полушутливо поклонился. - Я телепортирую тебя сам. У Мулани буквально челюсть отвисла. - ЧТО?! А раньше так сделать нельзя было?! - она вскочила на ноги. - Нет, - просто сказал он. - Ты готова? - Стой, нет! А как же мои вещи? Хао задумчиво потер подбородок. Затем он тяжело вздохнул и щелкнул пальцами. У него в руках вдруг возник старый рюкзачок Мулани. - Как ты это сделал? - удивленно спросила она. - Привилегия Короля шаманов. Все, поехали. Я и так потратил на тебя слишком много времени. Мулань даже пискнуть не успела, как вдруг ее окутало холодным пламенем, а в следующий миг все исчезло перед ее глазами.