Kidnapped.

Зейн стоял в верхней части здания и смотрел на город, который он когда-то обожал. Как, что-то такое жестокое, могло случиться с мальчиком? Пятнадцатилетний мальчик! Его звали Тоби, и он был всего лишь на пять лет младше Зейна. Это Зейн мог быть один в доме, он мог получить удар ножом в грудь, а потом быть найденным под землёй. Зейн, а не этот мальчик. Он вздрогнул, от страшной мысли в голове. Зейн чувствовал, что это была его вина. Если бы он не перезвонил, то ничего бы не случилось с бедным мальчиком. Как он мог поступить так глупо? Он был одним из лучших операторов, но сейчас уже не был в этом уверен. Зейн оперся локтями на перила и положил лицо на ладони. Он стоял и всё прокручивал события в голове, думая о том, что могло бы случиться, если бы он не перезвонил мальчику. Мальчик, возможно, был бы жив сейчас. Мальчик не был бы убит. Мальчик… ― Все тебя ищут. Ты знаешь, они не смогут справиться без тебя. ― Лиам поднялся на крышу, чтобы поискать там Зейна. И он был рад, что нашёл. Зейн всегда поднимался на крышу, чтобы подумать. Лиам и Зейн были близкими друзьями, поэтому Лиам знал, как тяжело Зейну и что он винит себя. ― Ты в порядке? Зейн только кивнул головой. Боже, почему он себя так чувствует? Он никогда не переживал ни один вызов ТАК. Он работал на этом месте с девятнадцати лет и никогда так себя не чувствовал. Он никогда не чувствовал такой жалости. ― Почему ты так расстраиваешься? У тебя и раньше были плохие звонки. ― Как говорил однажды мой отец: «Самая трудная часть работы копа в том, что ты решаешь: жить человеку или умирать. И если ты делаешь свою работу плохо, то пора сдаваться». ― Сказал Зейн. ― Так что, ты собираешься просто сдаться? ― Спросил Лиам, потрясённый словами Зейна. Они оба знали, как Зейн любит свою работу. И если он бросит всё, то это будет большой ошибкой. Зейн не ответил. Вместо этого, он снова повернулся, чтобы посмотреть на город и подумать, как люди могут быть такими жестокими. ― Когда ты захочешь поговорить, я буду рядом. ― Сказал Лиам, похлопав Зейна по спине, а затем удалился с крыши. Зейн начал свою карьеру полицейского, когда ему было восемнадцать. Но он вынужден был уйти, когда повредил колено при перестрелке, и пуля прошла сквозь ногу. Он должен был отказаться от того, что любил больше всего. Поэтому, когда ему предложили принимать звонки от людей, нуждающихся в помощи, он не раздумывая сказал да. И он по-прежнему работал с теми же людьми, с которыми работал до инцидента. У него по-прежнему хранился значок, и было разрешение на ношение пистолета. И если кому-то нужна была помощь, то Зейну разрешалось идти на задание. Но он должен был быть осторожен с коленом. Он был доволен своей работой, потому что мог помогать людям, но иногда это сводило его с ума.

Шесть месяцев спустя

― Давай! Просто скажи это! ― Нет! ―Давай, просто скажи хоть одно плохое слово! Скажи «сука»! ― Нет, я не скажу это. ― Ты как маленький котёнок, Найл. ― Я не могу сказать это. Я не хочу, идиот, как ты не понимаешь? Найл и его лучший друг Джордж гуляли по торговому центру и сейчас, наконец, выкроили минутку, чтобы перекусить.

***

― Поэтому первое, что вы заметите ― это изменение в поведении. Повышение температуры означает… рост волнения. Иногда мы получаем звонки о попытке изнасилования. В Рождество звонят люди, которым одиноко. Иногда мы получаем звонки о суициде. А в субботу утром обычно спокойно. Наверное это потому, что люди восстанавливаются дома после пятничного вечера. Зейн был учителем для новичков и показывал им всё, что пригодится. ― Подождите, а что происходит в пятницу ночью? ― Спросила девушка. У неё были длинные каштановые волосы, и она записывала всё, что говорил Зейн. ― Ад вырывается наружу. Когда Зейн закончил экскурсию, он провёл ребят к месту, где получают звонки. ― Если вам интересно, почему система безопасности такая сильная, то это потому, что мы являемся ушами и глазами города.

***

― Ну, как личная жизнь, малыш Найлер? Продвигается? ― Дразнил Джордж, тыкая вилкой в свою тарелку. Найл поднял глаза на него. ― Заткнись, ладно? ― Как насчёт Джейка? Я видел, как ты пялился на него. ― Джордж знал, что Найл гей, и часто подкалывал его по этому поводу. Найл быстро покачал головой. ― Нет, я не люблю, когда ты лезешь в это дело. Джордж собирался сказать что-то ещё, но ему пришло сообщение. ― Вот дерьмо. Я должен забрать своего младшего брата через двадцать минут. ― Сказал он, собирая свои вещи. ― Нет, ты не можешь меня оставить. Я даже не поел. ― Прости. Я позвоню тебе позже. ― Ты мудак! ― Крикнул Найл, что заставило Джорджа повернуться и показать ему большой палец. ― Неплохо. А потом он вышел, и Найл остался один. Он допил соду, а потом схватил все свои вещи и вышел из магазина. Найл решил пройти через гараж, потому что так было быстрее. Как только Найл собирался завернуть за угол, какая-то машина сорвалась с места, и сердце Найла буквально остановилось на мгновение. ― Боже… ― Прошептал он, кладя руку на сердце, которое бешено колотилось. ― Мне так жаль! ― Из машины вышел мужчина. На вид, ему было лет тридцать. ― Вы должны хотя-бы смотреть в зеркало, когда выезжаете! ― Найл не хотел кричать, но ему казалось, что иначе мужчина не услышал бы его. ― Я обычно смотрю, но в этот раз я почему-то забыл… ― Сказал человек, глядя на Найла, будто сканируя его. Найл вдруг почувствовал себя неспокойно и решил уйти. ― Всё в порядке. ― Послушайте мне правда очень жа… ― Начал мужчина, но Найл оборвал его. ― Отлично! Мой телефон сломан! ― Найл повернулся спиной к мужчине и опустился на колени, чтобы поднять телефон. Когда Найл снова поднялся, он почувствовал чью-то руку у себя на рту, а потом неприятный запах, пробирающийся к носу. Найл пытался бороться, но через секунду всё почернело, и он оказался в руках мужчины.